Ариадна шумно выдохнула воздух, Алиса стерла пот, крупными градинами выступивший на ее лбу, Пашка же тихонько пробормотал: «сейчас бы бухнуть» и глянул на Толика, который моментально кивком подтвердил полное согласие с ним.
– Благодарите владельцев нашего отеля – Аристарх Лаврентьевич обвел рукой холл – Это они настоль мягкосердечны, что позволили провинившимся остаться здесь. Увы, с некоторого времени в случаях грубого нарушения дисциплины мне вменено в обязанность проговаривать с ними каждый инцидент, а также предполагаемое наказание для виновников. Я настаивал на увольнении, поскольку это стало бы хорошим уроком для всех остальных, но они, по доброте своей, решили ограничиться полумерами. Но это не значит, что вы провинившиеся отделаются простым испугом. Я не могу вас уволить, это так. Но я вправе сделать так, чтобы вы оказались совсем недалеко от того.
Аристарх Лаврентьевич неторопливо подошел к доске показателей, взял мелок и сначала поставил четыре минуса против имен «Алиса/Павел», а после пять рядом с записью «Ариадна/Анатолий».
– Неравное количество – подала голос Нателла.
– Неравное – кивнул управляющий – Но зачинщик всегда виновен чуть больше, чем его противник. А еще больше – подстрекатель. Правда, чаще всего вина последнего крайне труднодоказуема, потому свой минус вы получаете исключительно за то, что лезете в разговор без спроса.
И на доске появился еще один росчерк, на этот раз напротив имен «Нателла/Георгий».
– Он, пожалуй, не такой уж и противный – шепнула мне Инна.
– И вправду справедливый – поддержала ее Кира.
– Нателлку как перекосило – хихикнула Анфиса – Взгляд радуется!
А мне другое интересно – информатор настолько качественно поработал или же Аристарху таковой вовсе не нужен, потому что он без него знает все, что происходит в здании? На том свете я бы сразу предположил второй вариант, ибо с развитием индустрии, производящей приборы для подглядывания за ближним своими и подслушивания его же, ценность людей-стукачей резко понизилась. Скрытой камере не надо за работу платить, предоставлять некие преференции, терпеть ее заскоки, а также сомневаться в правдивости предоставленной информации.
Но то там, а тут… Не знаю, я как не старался, ни одной камеры так и не увидел. Да и не вписываются они в местный интерьер, скажем прямо. Так что либо кто-то за неделю сумел успеть не только предложить свои услуги управляющему, но и занять штатное место наушника, либо за нами следит здание как таковое. Опять же, с учетом местной экзотики я готов в это поверить.
– Нам капец – наконец отмерла Алиса – Мы на этой кухне, по ходу, застряли навсегда.
– Нет, ну что ты! – успокоил ее Цербер – Как только личный рейтинг вашей пары достигнет отрицательного значения, вы немедленно ее покинете.
– Как, впрочем, и здание – добавила Дарина, которая вместе со своими коллегами с интересом наблюдала за происходящим.
– Верно – кивнул управляющий, поворачиваясь к рецепционистке – Да и кому, как не тебе это знать, верно? Если не ошибаюсь, в свое время именно ты достигла уровня в восемь минусов, причем шесть из них были получены за резкость в общении с коллегами, разнообразные неблаговидные поступки и интимную связь с постояльцем.
– Но это был такой мужчина, за которого и пять минусов получить не жалко – накрутила рыжую прядь волос на палец Дарина – Так что оно того стоило. Ну, и потом – я же здесь, а не где-то еще. Значит, все кончилось хорошо.
– Что есть – то есть – снова повернулся к нам Аристарх Лаврентьевич – Считайте сию особу наглядной иллюстрацией поговорки «терпение и труд все перетрут».
– Терпение! – расхохоталась Кристина, стукнув Дарью в плечо своим маленьким кулачком – Труд! Это да! Это про тебя!
– Представь себе, я такая – изобразила обиду рыжая красотка – Не то, что ты! Кто тогда ключ в замке сломал, чтобы Карина и Витек из своего номера не вышли и гостей не смогли…
– А ну цыц! – рявкнул на Цербер – Ступайте на рабочее место! Артур, приструни наконец эту парочку!
– Пошли, пошли – хлопнул сначала одну красотку по заду как всегда меланхоличный старший рецепцеонист, а после и другую – Слышали – надо работать.
– Распространённое суеверие – возразила Дарина, при этом все же подчиняясь приказу – На самом деле таким как я или Крис – не надо.
– Почему?
– Мы красивые. Мы с миром в других отношениях состоим.
– Неважно, в каких именно отношениях вы состоите с тем миром – менторским тоном произнес управляющий – Важно, с кем у вас в этом заключен трудовой договор и соблюдаете ли вы его условия. Я понятно выражаюсь?
– Предельно – уже без шутовства в голосе ответила рыжеволосая красотка – Крис, нам еще надо картотеку доразобрать.
– Конечно – кивнула ее коллега и направилась к стойке.
– Сказанное мной относится и к вам, причем напрямую – снова обратился к младшему персоналу Аристарх Лаврентьевич – В этот раз высокое руководство проявило доброту, на мой взгляд даже чрезмерную. В следующий я костьми лягу, но настою на своем. Вы все еще очень молоды, потому в вас нет достаточного страха. А раз нет страха, то нет и верного понимания ситуации.
Кое в чем управляющий, как мне кажется, ошибся. Даже те несколько минусов, что он написал на доске, в достаточной мере смутили умы ребят. Надолго ли – не знаю, но было видно, что случившееся здорово их впечатлило. Настолько, что даже правозащитно-активная Женька не стала выступать на тему того, что репрессивные меры неэффективны и в сути своей порочны, а это, знаете ли, много о чем говорит.
Лично же мне спонтанное собрание дало больше, чем я мог предположить, и речь сейчас не о том, что позиции Нателлы крепко просели. Да оно и не могло случиться по-другому. Ариадна, ощутившая на затылке холод темноты, которая жила за заветной дверью, ведущей невесть куда, настолько разозлилась на свою, похоже, теперь уже бывшую подругу, что при свидетелях послала ее куда подальше. Негромко, так, чтобы не дать Церберу повод для очередного разбирательства, но все же с душой и от чистого сердца. Да и остальные в большинстве своем теперь поглядывали на нашу соседку по этажу весьма недобро, а кто и откровенно брезгливо. Кто примерял на себя роль жестко подставленной Ариадны, а кто и сочувствовал Алисе, попавшейся в незамысловатую, но при этом сработавшую ловушку.
Нателле при этом до всего происходящего дела не было. Взгляды нематериальны, их можно не бояться, равно как и разнообразных «вот же она стерва», звучавших за спиной. Если честно, я Нателлу даже зауважал немного. Поверьте, далеко не каждый готов идти один против всех, не обращая при этом внимания ни на что. Особенно когда на кону стоит… Нет, не жизнь, ее мы уже лишились. Скорее – неизвестность, а именно она всегда всех пугает более всего.
Но самым большим выигрышем от всей этой ситуации стала беседа Цербера и Дарины, которая подтвердила мою теорию о том, что весь средний персонал когда-то был как мы, то есть бегал по этажам с пылесосом или в столовой с подносом.
Нет, вопросов, конечно, у меня по-прежнему было куда больше, чем ответов, но и осознания того, что в этом отеле реально возможен должностной рост, который может обеспечить тебе принципиально другой уровень загробного существования, мне для счастья хватает вполне. Плюс ресепшен ведь может оказаться всего лишь еще одной ступенькой на карьерной лестнице. И кто знает, как высоко по ней можно забраться?
Причем мысли эти явно посетили не только меня, я успел поймать и задумчивый взгляд Киры, устремленный на Дарину, и то, как Лиза что-то шептала на ушко Женькой, с которой в последнее время постоянно оказывалась рядом, и как переглянулись Тимофей с Эммой. Не сомневаюсь, что они эти тему в своих беседах не раз поднимали.
Народ тут у нас, конечно, собрался разный, но совсем уж дураков здесь нет. Да и слабые духом на последнем собрании кончились, надо полагать. Все какие были – уже ушли, оставшиеся же будут за место под солнцем бодаться до упора.
Отдельной радостью же стало то, что, похоже, пара ближайших подведений недельных итогов никаких неожиданностей уже не принесет. Вылезти из ямы, что выкопала Нателла Ариадне и Алисе, последним будет очень тяжело. Я, признаться, даже и не знаю, что именно в такой ситуации им надо сделать для восстановления личного рейтинга. Разве что спасти жизнь Аристарху Лаврентьевичу? Причем если у Ариадны еще есть кое-какая условная возможность хоть как-то пару баллов отыграть за остаток недели, то у Алиски с Пашкой таковой вообще не осталось.
Зато представляю себе, как сейчас ликуют Зоя с Володей, на прошлой неделе сменившие их на этаже.
– Жесть – сообщила мне Инна, когда мы вернулись в номер – Знаешь, мне теперь одной в коридор выходить, наверное, страшно будет.
– Чего так?
– Я Нателлу боюсь. Если она подругу так подставила, представляешь, что она со мной может сделать? Освещение у нас тут не ахти, как возьмет, как подкрадется, каааак по башке меня чем-нибудь тяжелым ахнет! И все, привет.
– Не факт – глянув на настенные часы, ответил напарнице я и улегся на кровать – Во-первых, она не из тех, кто лично любит ручки пачкать. Наша соседушка для этого слишком умна. Во-вторых, не уверен, что мы с тобой теперь смертны.
– Ты о том, что по факту мы уже мертвы?
– Ну да. Нет, некая конечная смерть, разумеется, и для нас предусмотрена, но вряд ли она лежит в колюще-режуще-огнестрельной плоскости.
– Резонно – рухнула на кровать и моя соседка, да так, что та жалобно скрипнула – Но мы же не станем это проверять?
– Я – нет, а ты как знаешь.
– Не-не, такие забавы без меня – усмехнулась Инна – Хотя… Зойка позавчера запнулась на лестнице и носом в стенку воткнулась, так кровью всю блузку заляпала. Помнишь, на ужине еще причитала, что застирывать ее задолбалась?
– Так это и я вчера порезался, когда брился. «Станки» тут жуткие, кожу дерут как наждак.
– Мне Серега сказал, что слышал разговор Цербера и Горыныча, так эти двое обсуждали вопрос открытия какой-то лавки. Мол, скоро у сотрудников зарплата, пора уже ее ставить.
– Серьезно? – даже привстал я – А чего молчала?
– Так это Рыжий – отмахнулась девушка – Он соврет – недорого возьмет. Хотя было бы здорово. Маникюрный набор, что ты мне достал, хорош, спору нет, но еще много чего прикупить хочется. Живу тут как на необитаемом острове, не умыться, не подмыться… Слушай, Темчик, ты мне вот что скажи – если вдруг все правда и лавку откроют, а у меня на что-то денежек не хватит, ты же со мной поделишься? Да?
Отвечать на этот вопрос я не стал, искусно изобразив почти самый настоящий храп. Денежек мне, конечно, для нее не жалко, но тут надо сразу проявить стойкость, иначе очень быстро, не сказать моментально, все мое станет нашим общим. А общее у нас чье? Оно, считай, ничье. Ну, а ничьим не грех воспользоваться, причем без ограничений.
Обед на этот раз прошел в непривычной тишине. Обсуждать случившееся несколькими часами ранее никто пока не стремился, а делиться новостями на фоне произошедшего народу, похоже, людям просто как-то не хотелось. Что же до нас с Инной, тут все было еще проще. Нет гостей – нет новостей. Не рассказывать же о том, как мы день за днем морды о подушки плющим, верно?
Но все может стремительно измениться к ужину, поскольку именно наш дуэт способен стать первопроходцем, покинувшим пределы отеля на законных основаниях. Постояльцы на нашу половину этажа так и не пожаловали, а, значит, у нас есть все шансы отправиться в парк, тот самый, который мы только из окна видим. И да, никакого секрета о том, что мы в нем увидим, я делать не собираюсь. Если хочешь, чтобы с тобой чем-то делились, не забывай делать это сам. Данное правило я еще в пансионате затвердил намертво, наблюдая, как вечером били тех, кто под одеялом подарки от родителей или опекунов трескал в одну рожу.
Ровно в два мы с Инной подошли к стойке ресепшен, где как раз оформляли новых постояльцев. Всего их было трое – две дамы, одна постарше, с порядком расплывшейся фигурой, другая помоложе, стройная, бледная и грустная, плюс статный и хорошо одетый мужчина с красивым, но отчего-то тревожным лицом.
Даму в возрасте уже оформили и она, сопровождаемая Серегой, который тащил ее немаленький чемодан, направлялась к лестнице, мужчина же тем временем с недовольным видом что-то объяснял Кристине, причем на повышенных тонах.
– Как думаешь, чего он так истерит? – заинтересовалась происходящим Инна – Пошли послушаем!
– Ну, не знаю – засомневался я – Лаврентьич нынче не в духе, еще выпишет нам минус за чрезмерное любопытство горячего.
– Ой, да ладно. Если что – стоим, его ждем.
Некоторая логика в словах моей напарницы была, к тому же мне тоже стало интересно – какое именно обстоятельство заставило настолько разойтись этого внешне интеллигентного мужчину?
– Вот это моя жена! – услышали мы его голос, подойдя поближе – Следовательно и номер нам нужен семейный, на двоих. Хотя, конечно, и с одной кроватью.
– В нашем отеле нет семейных номеров – мягко, но непреклонно ответила Крис – Каждый гость получает свои собственные апартаменты.
– Значит, сделайте для нас исключение – потребовал мужчина – И вообще – что это за гостиница такая, где женатые люди не могут поселиться вместе? Не любовники, не сослуживцы, не искатели приключений на одну ночь, а официальные супруги. Это ненормально!
– А меня все устраивает – устало произнесла его спутница – Даже более чем. Девушка, оформляйте одиночные номера. И, желательно, поселите нас подальше друг от друга.
– На этот счет у меня тоже есть определенные указания – одарила ее улыбкой Крис – Полагаю, вы останетесь довольны.
– А я – нет! – сдвинув брови, чуть повысил тон незадачливый супруг – И я буду жаловаться! Где тут ваше руководство?
– Какое именно? – уточнила рецепционистка – Непосредственно мое или самое главное?
– Самое главное!
– Оно обедает. Покушает – придет и вас выслушает.
– Просто бардак! – вытер капельки пота со лба мужчина – Много где бывал, разные отели видал, но тут что-то с чем-то!
– Чистая правда – невозмутимо подтвердила его слова Кристина, заполнявшая карточку – Такое место, как «Перекресток», на земле поискать – и не найти. Эксклюзивный сервис – это про нас. Эй, кто там сейчас свободен? Отнесите чемоданы гостьи в шестьдесят третий номер.
– Оп-па! – мигом среагировала Инна – Это же наш этаж. Нателлке второго гостя, выходит, сейчас подогнали.
– Настя, подожди меня – обратился к супруге мужчина, причем в его голосе появились новые интонации, не имеющие ничего общего с предыдущими, командно-недовольными – Пойдем вместе.
– Я устала – качнула головой женщина – И хочу лечь отдохнуть. А ты… Думаю, ты найдешь чем себя тут развлечь. По крайней мере последние десять лет проблем у тебя с этим не возникало.
Рыжий, который тоже слышал диалог разлученных Кристиной супругов, верно понял желание гостьи, потому шустро двинулся в сторону лестницы.
– Девушка, я слышал, о чем просила вас моя жена, но все же будьте любезны, поселите нас рядом – мигом обратился к рецепционистке мужчина – Поверьте, она сама не знает, чего хочет. У нас выдался трудный год, много всего навалилось, плюс у Насти не очень крепкое здоровье… Я нужен ей!
– В мои служебные обязанности не входит оценка психологического состояния постояльцев – равнодушно ответила ему Крис – Равно как и выполнение тех просьб, которые не предусмотрены должностной инструкцией.
Точно он к нам не попадет. А жаль. На глазок дело совсем несложное. Нет, мужичок, похоже, изрядно говнистый и склонный к истерикам, но в целом ключик к нему подобрать будет не слишком сложно.
Вот только закинет его сейчас Крис куда-нибудь на пятый этаж, к Кире с Валеркой. Или, наоборот, на первый, поближе к бару, чтобы он «синячил» все три дня без остановки и никому мозг не кипятил.
– Я понимаю, что бы не слишком учтив с вами, милая девушка, – голос мужчины в очередной раз переменился, в нем появилась эдакая бархатная вкрадчивость – Признаю свою неправоту, но несколько последних дней у нас с супругой выдались не слишком легкими. Да, мы слегка повздорили, но это случается. Вы, как женщина…
– Ничем не могу вам помочь – холодно ответила рецепционистка – У меня есть четкие инструкции, и я намерена их неукоснительно выполнять.
– А почему бы и нет? – раздался голос Аристарха Лаврентьевича, чье появление я, увлеченный разворачивающимся перед нами действом, как-то проморгал – Кристина, а посели-ка… Как вас звать, уважаемый?
– Антон Игоревич – мигом ответил постоялец.
– Посели Антона Игоревича… – управляющий перевел взгляд на нас с Инной – Хоть бы вот, в семьдесят седьмой. Хватит уже этим двоим без дела по отелю шататься.
– Поррррох! – мигом отреагировал на его слова Гедрик.
– Перрррец! – поддержала его Фифочка и следом за этим парочка попугаев исполнила на жердочки что-то вроде танца, синхронно поднимая то одну, то другую лапки.
– Вам виднее, Аристарх Лаврентьевич, только вот стоит ли? В правилах прямого запрета, конечно, на это нет, но…
– Ты еще со мной поспорь – как-то даже удивился услышанному Цербер – Антон Игоревич, ваш номер семьдесят семь, и он находится на том же этаже, где расселена ваша супруга.
– Благодарю вас – на этот раз в голосе гостя присутствовали некая вальяжность и уверенность в том, что он получил нечто, причитающееся ему по праву – А я уж думал написать не самый лучший отзыв на ваш отель.
– «Перекресток» всегда идет навстречу просьбам своих постояльцев – улыбнулся управляющий – Главное, чтобы после те после о них не пожалели.
– Фантасмагорррррия! – поддержал его Гедрик и вцепился клювом в прут клетки.
Глава четвертая
Антон Игоревич оказался человеком не только гибким в части интонаций, но и на редкость упорным, потому что как только мы пришли на наш этаж, тут же обратился ко мне, причем на этот раз тон у него был просто-таки командный:
– Проводи меня в номер моей жены.
– Мне очень жаль, но вынужден вам отказать – максимально вежливо ответил ему я, услышанному абсолютно не удивившись, поскольку чего-то подобного и ожидал – Политика отеля…
– Слушай, мне все равно какая у вашего отеля политика. Напомню – твоя работа делать все для того, чтобы мое пребывание здесь было максимально комфортным. Ты за нее получаешь деньги, которые я, в свою очередь…
– Ну-ну – подбодрила Инна мужчину, который при всей своей напористости все же не рискнул отрицать тот факт, что за проживание в «Перекрестке» он ничего покуда не заплатил – Которые вы что?
– Ваш патрон четко сказал – отель всегда идет навстречу просьбам своих постояльцев – зашел с другой стороны Антон Игоревич, из чего я сделал вывод, что он в курсе своего теперешнего статуса. В смысле – товарищ осознает, что мертв – Я постоялец, вы двое персонал отеля, так что будьте любезны.
– Я дико извиняюсь, что лезу в вашу дискуссию, но, может, все же сначала решим вопрос с багажом? – уточнил Пашка и для наглядности ткнул пальцем в небольшой старомодный чемодан, что держал в руке – Мне не сильно тяжело, но у Горыныча есть четки норматив, который отводится на каждого гостя. Еще чутка, и я его превышу, а оно мне зачем? После сегодняшнего завтрака у нас с Алисой дела и так не ахти, усугублять не хотелось бы.
– Так тащи к семьдесят седьмому – ответила ему Инна – И мы идем туда же. Антон Игоревич, прошу вас следовать за нами.
– Да какого черта! – возмутился Антон Игоревич и направился в противоположное крыло этажа, то, в котором отвели номер его супруге, бросив на ходу – Вот еще прислуга мной не командовала!
