Прикладывает бутылку ко рту и жадно пьет. Как будто месяц не пил. Выпивает всю бутылку. Вытирает губы рукой и впивается в меня взглядом.
— Какого хуя ты здесь делаешь? — рычит уже совсем зло.
— Я… поесть… позавтракать… — часто моргаю и пячусь назад.
— Потом поешь! — рявкает он и ступает ко мне.
Я вижу, как напряжены его мышцы. Он же голый. Грудь ходуном ходит.
— Иди к себе! — рычит он.
— А поесть? — спрашиваю несмело.
Вместо ответа мужик резко дергается на меня, но ногой задевает за стул. И все бы ничего, но задевает он именно той ногой, которая забинтована и которая, я так понимаю, и попала в мышеловку.
— Сука, — шипит зло, сгибаясь. — Сука, блять.
Видимо, очень больно.
Жалко ли мне его? Ничуть.
Чувствую ли я угрызения совести? Вообще нет.
— Ночью, конечно, лучше спать, а не бродить, — произношу задумчиво, пряча улыбку. — Чтобы не споткнуться нечаянно.
— Ты еще здесь?! — он поднимает на меня взгляд и я понимаю, что пока с него хватит.
Кладу яйцо на стол и по стеночке двигаюсь к двери.
Глава 23. Рам
Ну, что за бесячая девка! Пиздец просто!
Ни одна меня так не бесила. У меня бабы вообще не вызывают никаких эмоций кроме желания трахнуть. Что от них еще может быть нужно?
Мне всегда ровно было на них. Почти всегда. Уже давно. Очень давно. Настолько давно, что я думал, что уже больше никогда не буду ничего испытывать.
Я забыл это. Запрятал в себе.
Смерть брата опять все всколыхнула. Но я снова утопил это глубоко.
А теперь еще эта стерва. Она заставляет меня беситься. И это плохо.
Я привык к отсутствию эмоций. Мне так удобно. И так правильно.
Специально встал утром пораньше, чтобы не встречаться с ней. Всю ночь не мог толком заснуть из—а ноги.
Это пиздец какой—то.
Эта дрянь поставила зачем—то у себя в комнате мышеловку.
Она больная. Реально больная.
Может, отселить ее в домик с инструментами? Пусть там сидит и учит свои конспекты?
Тварь.
Пришлось даже ногу перебинтовать. Под утро, вроде, немного отпустило и я отрубился. Но всего на пару часов.
Проснулся со стояком. Пошел в душ. И оттуда на кухню за кофе.
Эта стерва же должна еще спать. Воскресенье как—никак.
И что же я вижу, войдя на кухню?
Стоит раком в своих блядских обтягивающих штанах.
Раскорячилась булками.
Хорошо я хоть не голый вышел. Но, сука, от полотенца толка мало.
У меня мышцы все напряглись. Если бы так стояла Нелька, я бы точно уже содрал на хрен штаны и вставил. Член дернулся тут же от похабных мыслей.
Так. Хватит глазеть на задницу.
Один вопрос — и девка выпрямляется. Смотрит на меня и хлопает глазами.
А ведь рассматривает.
Я же не дурак.
Дергаю мышцами. Пусть видит.
Я знаю, что бабам нравится мое тело. Но сейчас не похуй ли?
И про ногу—то забыл. Как шагнул и опять боль.
И сразу же замечаю усмешку на лице девки. Ну, точно тварь. Даже не скрывает злорадства.
Придушить ее готов был.
Хорошо, что ей мозгов хватило исчезнуть. А то бы… не знаю, что сделал бы с ней.
Сука.
Она доведет меня до преступления. Чувствую это.
Надо что—то решать.
Пусть не появляется на глаза мне. Немного отойду и обозначу ей правила.
Поворачиваюсь, облокачиваясь о стол, и смотрю вслед заднице, которая только что торчала так призывно.
И опять чувствую возбуждение. Да сука!
Прижимаюсь пахом к столу. Беру яйцо, которое положила эта стерва, и со всего размаха пуляю его в раковину.
Пусть голодная посидит. Может, мозги на место встанут. Ничего. Не сдохнет.
Но и сам есть не хочу. Делаю себе кофе и сажусь на диван. Расставляю ноги и смотрю на полувозбужденный член.
Не пойду больше дрочить. Поэтому давай успокаивайся.
Стараюсь отвлечься и думать о работе.
На следующей неделе мне предстоит подписать перспективный контракт. Вот, что важно.
И я не позволю этой сучке вывести меня. Ни одной бабе это не удавалось.
Почти ни одной.
Блять. Опять.
Не думать. Не вспоминать.
Чтобы немного успокоиться, решаю поплавать.
Вода в бассейне еще не прогрелась и я с удовольствием ныряю в прохладу. Несколько дорожек брасом и уже гораздо лучше.
Потом иду в кабинет немного поработать.
В доме тихо. Словно все как прежде.
Девка сидит у себя.
Понятливая.
Пусть посидит. Подумает над своим поведением.
Пробую пошевелить пальцами на ноге.
Сука.
Опять углубляюсь в бумаги.
Сегодня после обеда еще ко мне должны приятели подъехать. Давно договаривались и отменять встречу не вариант.
Девка все равно у себя посидит. А так хоть с мужиками расслаблюсь.
Когда выхожу из кабинета, замечаю, что горничная уже была и все прибрала на кухне — все разбитые яйца. И еду приготовила к приходу гостей.
Горничная у меня нормальная. Незаметная и делает как надо.
Вот такие бабы и должны быть, а не как…
Зло зыркаю на дверь гостевой комнаты.
Сидит? Голодает?
Пусть.
Ценить будет то, что ей дают.
Ничего. Завтра с утра перед университетом своим поест. Без меня.
Диман и Богдан приходят ближе к пяти. Мы обнимаемся и идем на террасу. Там уже накрыто.
Виски так приятно согревает внутри и беседа с друзьями отвлекает. Я почти спокоен.
Все, как и раньше.
Хорошо, блять.
Прикрываю глаза и слышу сигнал телефона.
Чуть не забыл!
— Мужики, — говорю приятелям, вставая, — у меня важный звонок. Разница во времени. Сами понимаете. Я на полчаса буквально. Разливайте пока тут.
— Нормально все, брат, — отвечают они.
Я иду в кабинет. Этот звонок и правда важен. Выпил я немного, поэтому все путем идет.
Правда времени занимает чуть больше, чем планировал. Минут сорок.
Зато все удачно. Прощаюсь и довольно усмехаюсь, глядя на свое отражение в зеркале в шкафу.
Похоже, еще одна прибыльная сделка на горизонте.
Встаю и иду к мужикам. Вот, теперь можно оттянуться по полной.
Выхожу на террасу. А там пусто.
