Нет ни Димана, ни Богдана. Хотя вещи их здесь. Телефоны, вон, на столе лежат.
Где они?
Хмурюсь и тут до меня доносится… сука! Звонкий смех. Веселый такой. Звонкий.
Сука. От догадки рвет все внутри.
Уверенно шагаю за угол дома, откуда и доносится ебучий смех.
Ну!
У меня даже дар речи пропадает.
На площадке возле бассейна стоит Диман уже в плавках. Рядом с ним Богдан. А между ними! С бокалом чего—то там! Стоит девка! Марина!
В гребанном платье, которое развевается на бедрах от ветра. И волосы развеваются. Длинные волосы.
В руках бокал. Она пьет! И смеется. Заливисто смеется над какой—то, я уверен, похабной шуткой. Запрокидывает назад голову и зубки свои показывает.
Ей, сука, весело! Вижу, что весело.
Перевожу взгляд на Димана, а потом и на Богдана. И этим, блять, вижу, что охуенно.
Диман так вообще не стесняясь рассматривает Марину. Просто нагло трахает ее глазами.
Ну, хоть не трогают. Стоят на приличном расстоянии от нее.
Я сжимаю кулаки с такой силой, что костяшки хрустят.
Считаю до десяти и выдыхаю. И только потом делаю шаг к ним.
Глава 24. Марина
Сбежав из кухни, я, только оказавшись в своей комнате, поняла, что меня трясет. Сжала с силой пальцы, пытаясь успокоить непонятную дрожь.
И сердце. Оно было готово выскочить из груди. Каждый удар я ощущала сильным толчком в грудную клетку.
Я прислонилась спиной к двери и прислушалась.
Мне казалось, что он погонится за мной.
Да. Я боялась его.
У него взгляд безумца. А рычит он как! Не говорит, а рычит.
В животе опять заурчало и я инстинктивно приложила к нему руку и погладила.
Поесть так и не удалось.
Решив отвлечься, я достала учебники. Но на голодный желудок учиться сложно, оказывается.
Порывшись в своей сумке, отыскала надкусанную шоколадку.
Как же я обрадовалась! И с каким удовольствием съела ее. Самая вкусная шоколадка! Жаль, что быстро закончилась.
Немного полегчало. Я прилегла с учебником на кровать и не заметила, как уснула. Шоколадка подействовала как снотворное.
Просыпаюсь я от громких голосов. Смотрю на часы — уже почти вечер. И опять хочется есть. Живот даже сводит.
Снова голоса. Я замираю и слушаю.
Незнакомые мужские голоса.
Может, что—то случилось? Почему не слышно голоса хозяина?
И я решаю пойти посмотреть. Заодно, может, удастся перекусить чего—нибудь из холодильника?
Выхожу и иду по коридору. Замечаю, что голоса идут с террасы. Там точно какие—то мужики.
Выглядываю из—за угла и тут один из них оборачивается и видит меня.
— Ого! А это что за красавица? — сам идет ко мне и подает руку с улыбкой. — Дмитрий, — чуть кланяется. — Друг Рамиля. А вы?
— А я… Я Марина. Я тут живу, — отвечаю я.
— Богдан! — он поворачивается и кричит кому—то. — Ты смотри, кого этот жук от нас прячет!
Появляется второй мужчина. Осматривает меня и улыбается, приподнимая бровь.
— Как хорошо, что вы решили присоединиться к нам! — Дмитрий берет меня за руку и тянет за собой. — Рамиль такой скрытный. Хотел лишить нас вашего прекрасного общества.
— Я… но я не знаю… я на кухню шла, — неуверенно произношу.
— На кухню? Зачем?
— Поесть, — говорю честно.
— Так вот же все! — и он показывает рукой на стол, на котором и правда все! Ой, блин. В животе от увиденного начинает такое твориться! До тошноты.
— Можно? — зачем—то спрашиваю я и, не дождавшись ответа, хватаю что—то с тарелки и сразу в рот.
О да! Это самое вкусное, что я когда—либо ела! Неважно, что это. Это восхитительно!
Замечаю, как мужчины переглядываются.
— Присаживайтесь, — Дмитрий придвигает мне кресло и я сажусь.
Почему нет?
Хозяина дома нет. Хоть поем.
Стараюсь делать это не так быстро, но они все равно не сводят с меня глаз. А потом второй мужчина подает мне бокал.
— Запейте. А то подавитесь.
— А что это?
— Легкое вино. Совсем слабое. Как раз для девочек.
И я беру и отпиваю. Сладенькое. Делаю еще глоток. И еще.
И так хорошо становится.
Я, наконец, поела. Кайф. Расслабляюсь на кресле.
И в груди так тепло. Голова только немного кружится. Но все равно хорошо.
Потом мы о чем—то немного совсем болтаем. О ерунде какой—то, я даже особо не запоминаю.
— Может, в бассейн? — Дмитрий прищуривается и подмигивает Богдану.
— Да я без плавок, — отвечает тот.
— Ну, думаю, милая Марина не будет возражать, если ты в боксерах поплаваешь. Так, Марина? — и смотрит на меня.
— Я, наверное, пойду, — встаю с кресла.
— Ну, куда же вы пойдете? А как же мы? Негостеприимно. Мало того, что Рам ушел, теперь еще и вы хотите нас оставить?
И он опять берет меня за руку и пальцы сжимает чуть сильнее, чем в первый раз.
Может, он прав? К тому же мне совершенно не хочется идти в комнату.
На улице такая классная погода. И бассейн. Я обожаю плавать. Раньше я каждые выходные ходила в бассейн рядом с домом.
И что скрывать, мне очень хочется посмотреть поближе на бассейн в этом доме. Не поплавать, конечно. Только посмотреть.
Поэтому через пару минут мы оказываемся около него.
Пока Богдан рассказывает какой—то анекдот, смотрю, а Дмитрий уже без штанов.
— Может, тоже поплаваете? — предлагает он мне.
— Я? У меня и купальника нет, — отвечаю, отпивая еще из бокала.
— Рам даже купальник не купил? Ай—ай—ай, — качает головой. — Но ведь можно и без? Мы обещаем отвернуться! — и он поднимает вверх ладонь, показывая, что клянется. И брови сдвигает.
Такой забавный.
Я смеюсь.
Конечно, я не собираюсь с ними плавать, но почему с ними так легко?
И только собираюсь ответить, как слышу со спины даже не голос, а рык. Звериный такой рык.
— Тебе кто разрешил выходить?!
Замираю и, мне кажется, даже не дышу.
— О, Рам! — восклицает Дмитрий. — А мы тут поплавать решили. Что же ты не познакомил нас с Мариной? Прячешь ее от друзей? Нехорошо такую красоту в темнице держать! — и громко смеется.
Я не шевелюсь и только боковым зрением замечаю, что брат Родиона становится передо мной.
Кулаки сжаты. Медленно поднимаю взгляд. Он не смотрит ни на Дмитрия, ни на Богдана. Он смотрит только на меня.
Блин, вот, опять страшно очень. Почему так?
Я же ничего плохого не сделала! И почему, когда я одна в комнате, я его совсем не боюсь. Но стоит ему появиться передо мной…
По—видимому, Рам очень зол. Или у него с дыханием проблемы. Может, заболел?
Ноздри вон как раздуваются. Того и гляди разорвутся! И грудь ходуном ходит. Сейчас пуговицы на рубашке полетят.
— Ты почему, я спрашиваю, из комнаты вышла? Кто разрешал? — рычит он опять, прожигая меня взглядом. — Ты что?! Пьешь, блять?!
Вырывает у меня из рук бокал и отбрасывает его на лужайку.
— Рам, остынь, — Дмитрий кладет руку ему на плечо. — Ты чего? Нормально отдыхаем.
— Нормально?! — рявкает Рам и стряхивает с себя руку мужчины. — Иди к себе! — наклоняется ко мне, пытаясь напугать.
А мне так обидно становится. За что он так со мной?
— Я есть хочу! — кричу я и тоже сжимаю кулаки. — И вообще я не обязана сидеть целый день в комнате!
— Ух, как у вас тут, — усмехается Дмитрий, но тут же замолкает, потому что Рам резко поворачивается к нему.
— Я никуда не пойду! — заявляю я и плюхаюсь на шезлонг.
— Ну—ка, встань, блять! Сейчас ты встанешь и пойдешь к себе. И будешь ждать, пока я не приду и не скажу, что и как ты будешь делать! — он буквально шипит.
Он настолько зол и негодует, что мне почему—то смешно становится. И я чуть улыбаюсь.
