Но только собираюсь врезаться в ее рот бедрами, чтобы войти до яиц, как чувствую острую боль.
Икры из глаз! Зажмуриваюсь на мгновение и сразу же распахиваю глаза.
Член! Мой член словно в огне!
Обхватываю его и осматриваю.
Да, блять! Она же укусила его! Эта тварь укусила меня за член!
Поднимаю взгляд на девку.
Смотрит с ненавистью и вытирает рот.
— Сука, — стону я и понимаю, что даже приподняться не могу от боли.
А эта тварь мелкая хватает выпавший брелок и разблокирует двери. И тут же выскакивает!
— Стой, блять! — стону я с хрипом. — Найду, блять! Сука! Найду! Убью!
Вглядываюсь в окно, а ее уже и след простыл. В кусты сиганула.
Вот, сука! Блядство! Сука!
Глава 4. Рам
Я просыпаюсь от того, что в горле все пересохло. Сушняк.
Даже сглотнуть тяжело.
Сколько я вчера выпил?
Приоткрываю глаза и приподнимаюсь, осматриваясь. Сбоку кто—то скулит. Поворачиваюсь на звук.
Телка. Задница призывно выпячивается. Судя по цвету волос, это Нелли. Когда я ее подцепил? Вызвонил, что ли?
Сажусь на кровати и тру лицо ладонями.
Рядом с тумбочкой стоит недопитая бутылка минералки. Отлично. То, что нужно. Хватаю ее и залпом допиваю. Становится лучше, но все равно еще херово. Надо отоспаться. Ложусь и прикрываю глаза. И только немного башка перестает гудеть, как раздается телефонный звонок. Настолько громкий, что глаза тут же распахиваются и готовы из орбит вылететь.
Надо было отключить его нахер!
Оглядываюсь в поисках телефона. Да куда я его закинул?!
Наконец, по непрекращающемуся сигналу нахожу аппарат. Смотрю на экран. Номер неизвестный. Ненавижу звонки с неизвестных номеров. Они, сука, всегда приносят дерьмовые новости. И я предпочитаю не отвечать на них. Но в этот раз палец зачем—то жмет на кнопку «ответить».
— Да, — рычу недовольно в трубку.
— Сафин Рамиль Русланович? — незнакомый мужской голос называет мои данные и от этого становится еще поганее.
— Я, — отвечаю коротко.
— Вас беспокоят из больницы.
Какого хера? Я не помню, когда в последний раз был у врача. Какая еще больница?!
Но молчу. Жду, что же дальше. Башка слабо соображает до сих пор.
— Вы извините, что беспокоим вас, но... ваш контакт дал нам пациент. Сказал, что вы единственный родственник.
Сука. Становится все запутаннее, и я не выдерживаю.
— Вы можете сказать, какого хера звоните мне в субботу в восемь утра? Без загадок? Если ты, сука, решил развести меня на бабки...
— Сафин Родион Русланович приходится вам братом? — ошарашивает меня вопрос врача.
Я даже замираю на мгновение. И похмелье как будто сразу улетучивается к чертям.
Родя?!
— Где он? — хриплю в трубку.
— У нас. Он просил позвонить вам. Вы знаете, вы — родственник и я вынужден сказать это вам. Состояние Родиона Руслановича очень плохое. Прогнозы плохие.
— А что с ним случилось?! Как он у вас оказался?
— Вы сможете подъехать? Это лучше не по телефону.
— Да, конечно. Сейчас?
— Нет. Давайте после обеда. Как раз закончится обход врачей и будет что—то более—менее конкретное.
— Ну, вы можете сказать хотя бы, что случилось? Как он у вас оказался.
— Авария. Извините, мне пора идти. Жду вас после двенадцати. Меня зовут Корнилов Эдуард Сергеевич. Спросите на посту, я спущусь за вами. До встречи.
И дальше гудки.
Смотрю на телефон, до конца не веря в реальность происходящего.
Глава 5. Рам
Родя? Брат?
Кладу телефон на тумбочку и откидываюсь на кровать. Взгляд — в потолок.
Тут Нелли сбоку начинает ворочаться. Разбудил ее.
— Который час? — поворачивается ко мне лицом и приоткрывает глаза.
Осматриваю размякшее ото сна податливое тело.
— Какая, нахер, разница? — ухмыляюсь я и стягиваю у нее на затылке волосы. Наматываю их на кулак. — Делом займись, — тяну к себе и вниз.
Трахаться не хочу. Звонок из больницы все настроение испортил, но от стояка утреннего избавиться надо. Телка рядом есть. Пусть ртом поработает.
Дергаю ее на себя и, обхватив ствол у основания, шлепаю легонько головкой по щекам Нелли. Та довольно улыбается и высовывает язык. Пытается кончиком его коснуться меня. И тогда я тяну волосы вниз, заставляя телку раскрыть рот пошире и насаживаю ее на себя.
— Да, сука, — вырывается из меня хрип. Отпускаю ее. — Сама давай, блять.
За что люблю шлюх — их не надо уговаривать. Вот и Нелли сама начинает обрабатывать мой член.
Откидываю голову на подушку и прикрываю глаза. И, вроде, Нелли и старается, но понимаю, что нормального кайфа не словлю сейчас. Все мысли о звонке.
Приподнимаюсь и наблюдаю, как она, обхватив рабочими губами ствол, наяривает по нему, причмокивая. Пальцами поглаживает яйца. Потом засасывает головку, и я стону.
Хочу кончить быстрее.
Опять хватаю ее за волосы и почти до упора надеваю ее на ствол. Нелли начинает задыхаться и мычать что—то.
Отпускаю. Но лишь на несколько секунд. И снова насаживаю до касания головкой глотки. Ускоряюсь и через несколько движений заполняю рот Нелли спермой.
Даю ей выдохнуть.
— Ты спятил? — злится она, вытирая сперму с подбородка. — Я чуть не задохнулась!
— Ну, выжила же, — усмехаюсь я, поправляя член.
— Дурак!
Резко перевожу на нее взгляд.
— Проваливай! — рычу я.
— Рамиль, ну, прости, — начинает канючить она.
— Вали, я сказал.
Спрыгиваю с кровати и иду в душ.
— Чтобы, когда выйду, тебя не было, — бросаю телке, не оборачиваясь.
И она понимает с первого раза.
Выхожу из душа, вытирая волосы. Нелли уже нет. Иду на кухню.
Кофе. Вот, что поможет поставить мозги на место.
Родя в больнице. Так, сука, сколько же мы не виделись?
Смотрю на часы. Еще три часа.
Чтобы отвлечься, еду в спортзал. В субботу утром он почти пустой, а тренажеры меня реально приводят в чувство.
Глава 6. Рам
Наконец, я в той самой больнице, откуда был звонок утром. Называю фамилию врача и меня просят подождать.
Спустя несколько минут в коридоре появляется мужчина с явно уставшим лицом.
— Рамиль Русланович? — протягивает мне руку.
Отвечаю на жест.
— Пройдемте в кабинет, — приглашает он и я иду за ним.
В небольшой комнате с припущенными на окнах жалюзи мужчина показывает мне на кресло напротив его стола.
— Ваш брат с супругой поступили к нам четыре дня назад, — начинает он. — Я буду говорить с вами откровенно, — поднимает на меня усталый взгляд. — Вы родственник. У вашего брата очень мало шансов выкарабкаться. То, что он еще дышит, — чудо.
— А жена? Что с его женой?
— Она умерла на вторые сутки, — равнодушно произносит доктор. — Сейчас в морге. Если решите хоронить, то завтра — последний день, чтобы забрать. Иначе...
— Да, буду хоронить, — киваю я. — А что с братом? Может, лекарства какие нужны? С деньгами проблем нет. Извините, не запомнил ваше имя.
— Эдуард Сергеевич, — напоминает он.
— Если деньги нужны...
— Тут уже ничего не поможет, — обрывает он меня. — Не все покупается деньгами. И медицина бывает бессильна.
Молчу, опустив голову. Родя, блять. Какого хера ты решил уйти? Ещё и так...
— Пациент просил меня позвонить вам, — продолжает врач. — Очень хочет переговорить с вами.
— Сейчас я могу его увидеть? — спрашиваю, опять глядя в эти уставшие глаза.
— Да, пройдемте.
Мы идём по узкому, полутемному коридору. В нос бьёт неприятный запах. Такой больничный запах лекарств и ранений.
Подходим к двери.
— Помните, что он в крайне тяжёлом состоянии, — напоминает мне врач. — Беседа не должна привести к стрессу. Я бы никого не впустил к нему, но...
— Да я понял, — обрываю его и он открывает передо мной дверь.
Я захожу в палату под пикающие звуки. В центре комнаты на кровати лежит человек. Весь в проводах. Рядом что—то пикает, мигает.
