— Нет.
— В горшках маленькие таблички с названиями, смотри внимательнее.
— О! — воскликнула я, но тут же сникла. — В кустирантусе не было никакой таблички.
— Может, потерялась. В общем, сегодня я тебе совершенно точно не помощник. Вечером возвращается господин Вэйтер с отрядом, я должен подготовить комнаты к его прибытию.
— А кто это? — не могла не полюбопытствовать я.
— Старший сын графа Райтуила Бронта. После смерти своего отца он не смог унаследовать графство, да так и остался военачальником.
— Почему не смог?
— Не был женат. По законам Орандона он должен быть женат на момент наследования. Если наследник холост, но имеется младший брат и он женат, то графство переходит к младшему.
— А если бы и младший брат был холост?
— Тогда бы господину Вэйтеру пришлось жениться в течение месяца и принять наследство. Что, чаще всего и происходит, но только не в этой семье и не с господином Вэйтером… Думаю, он бы вообще никогда не женился, даже если бы пришлось.
— Любопытный экземпляр, этот ваш военачальник, — хихикнула я.
— Все, не отвлекай меня, — отмахнулся Сэн, но я заметила улыбку на его губах. — Занимайся своими делами.
Дворецкий вытащил из кладовых стопку чистого постельного белья и ушел, а я отыскала распылитель и вновь отправилась в оранжерею. В общем-то, мне совсем было не тяжело находиться там постоянно: растения я обожала всей душой. С ними можно было говорить, и я свято верила в то, что они слышат.
Но я была очень любопытным человеком. А потому никак не могла заставить себя не смотреть в сторону ворот, благо стены оранжереи были полностью стеклянными. Мне очень сильно хотелось увидеть господина Вэйтера с отрядом, я ведь никогда такого не видела! Мало того, что существуют какие-то графы, к этой мысли я уже привыкла, но военачальники? В моем понимании, главный в армии называется командиром или генералом, но даже они вряд ли тащат всех солдат к себе домой.
Я любовно опрыскивала зеленые листочки чистой прохладной водой и думала: а как выглядит главный над отрядом? Наверное, раз он старший сын графа, да и занимает такую важную должность, то ему, по меньшей мере, лет шестьдесят.
Опрыскав те растения, которые, по моему мнению, следовало оросить водой, я вытащила из кармана список дел.
— Так: полить фрикус, нибиулг, романтес, тычелентник… Божечки, да кто придумывал эти названия!
В списке не было никакого номера ряда, или хоть какой-то подсказки, где искать искомое, так что мне пришлось проверить едва ли не каждый горшок в поисках таблички.
— Вот он ты! — радостно воскликнула, взглянув на табличку с названием. — Ну привет, фрикус.
Дальше дело пошло веселее. Я полила все, что было нужно, одновременно запоминая то, как выглядят растения. Фрикус чем-то был похож на знакомый мне фикус, тычелентник на борщевик, а нибиулг и романтес вообще друг от друга не отличались ничем, кроме как размером, и я их запомнила как «ромашки» — очень уж казались похожи.
Растения мне не отвечали, конечно, но я вдоволь наговорилась. Высказала им все, что думаю, по поводу того, что валяюсь на дне ямы, а меня никто не ищет.
— Я, наверное, в коме, — жаловалась, ласково трогая пальцем листочек. — Или вообще умерла. Но так как живу я одна, ни друзей, ни родных у меня нет, то и не хватится никто. Знаете, наверное, разве что помощница по дому придет и увидит, что меня нет, а машина на месте, то, может быть, поднимет тревогу. А может, она просто помоет полы и уйдет домой, кто знает. Вообще, мне бы не хотелось помереть в собственном огороде…
Мои размышления прервал звук ломающейся ветки. Я мгновенно замолчала, мысленно ударив себя по губам. А вдруг кто услышит? Решат, что я сумасшедшая, и сдадут в психушку.
— Я слышала, что здесь кто-то есть! — крикнула и прислушалась. За пышным кустом раздалось сопение. — Выходи, познакомимся.
Из-за куста показалась ножка в желтой туфельке.
— Элли? — спросила я с улыбкой, чтобы не напугать девочку. — Выходи, не бойся.
Малышка вышла на тропинку, и я умилительно сложила руки на груди. Какая прелестная девочка эта Элли! Совершенно прекрасный ребенок с пухлыми розовыми губками, большими глазами цвета васильков, а каштановые волосы были собраны под шляпкой в такую замудренную прическу, какой у меня в мои пять лет никогда не было.
Желтое платьице Элли было совершенно точно не из масс-маркета, его словно шили феи, таким оно было прелестным. Зеленую шляпку украшал белый бантик, и вот его сейчас ребенок нервно теребил.
— Меня зовут Ася, а ты Элли, верно?
Девочка распахнула и без того огромные глаза. Посмотрела на меня с удивлением и недоверием, а потом убежала.
Я проводила ее растерянным взглядом. Уже решила, что чем-то расстроила ребенка, но потом вспомнила, что говорил Сэн. Интересно, что такого пережила эта девочка в свои два года, что помнит до сих пор?
До обеда еще было время, а я все дела на сегодня переделала. Вот такая работа мне нравится! В общей сложности провела в оранжерее часа четыре, но вот чем занять остаток дня даже не представляла.
Выйдя на улицу, двинулась к озеру. В беседке мне, может, и нельзя сидеть, но разве могут запретить посидеть на берегу озера?
Я спряталась под висящими ветвями ивы, уселась прямо на траву и привалилась спиной к стволу. У озера было куда как прохладнее, чем в саду, так что здесь я намеревалась провести все время, оставшееся до обеда.
Где-то неподалеку квакнула лягушка, булькнула вода, а в ветвях дерева зашелестела крыльями птичка. Я наслаждалась звуками природы совсем недолго, до тех пор, пока мой покой не нарушили.
ГЛАВА 4
Когда за спиной раздались шаги, я только закатила глаза, расстроившись, что не смогу побыть в одиночестве.
— Не против, если я побуду здесь?
Я с удивлением обернулась, услышав знакомый голос. Передо мной стояла дочка Луисы, смущенно улыбаясь.
— Мы не успели познакомиться за завтраком. Я Лейла.
— Ася, — кивнула я. — Не против, присаживайся. Я вообще думала, что слугам запрещено гулять по саду.
— Нет, отчего же? Мы вольны гулять, пользоваться беседками и даже жарить мясо на углях на заднем дворе. Главное, чтобы в это время в замке не было гостей, а они здесь бывают не так часто.
— Тогда я спокойна, — я улыбнулась, уже мечтая о шашлыке. — Сэн говорил, что сегодня возвращается господин Вэйтер. Знаешь что-то об этом?
— Конечно! — Лейла вспыхнула, пряча улыбку в кулак. — Господина Вэйтера не было дома вот уже три года, и мы все искренне рады, что он вернется. Сразу после смерти своего отца ему пришлось уехать, все были так расстроены.
— Где он был?
— В военном походе. Точно не знаю, но, кажется, на юге Траории были какие-то волнения, и господин Вэйтер защищал земли. Но сейчас все стало спокойно, и он вернулся. Надеюсь, больше не уедет. Все надеются, не только я, ты не подумай!
— Господина Вэйтера здесь любят?
— Очень! — вздохнула Лейла. — Я не должна говорить, но если по секрету… Ты никому не расскажешь?
— Никому, — замотала я головой.
— Слуг было гораздо больше, когда графством владел Райтуил Бронт. После того, как он погиб, жить в замке стало очень тяжело. Ее светлость очень жестока: говорят, она даже била одну из горничных. Динала не жаловалась никогда, но я видела синяки на ее руках, а потом она уволилась. Многие уволились в течение двух лет, и вот нас осталось всего ничего. Теперь приходится выполнять работу за двоих, а то и за троих. Это очень тяжело, на самом деле. Я личная служанка графини, но на мне обязанности прачки и горничной, а иногда даже кухарки.
Я нервно икнула, вспомнив, что отработала в оранжерее всего несколько часов. На меня тоже повесят чужую работу?
— А почему не наймут новых? — осторожно поинтересовалась я.
— Не знаю, — Лейла беззаботно пожала плечами. — Обоз с рабочими приезжает каждый месяц, и мы думали, что вчера ее светлость взяла на работу хотя бы горничных, но утром в столовую пришла только ты. Мама расстроилась даже не из-за того, что ты подконтрольная Сэну, а из-за того, что графиня наняла лишь садовника. Маме ведь тоже приходится делать и чужую работу, не только свою.
Я задумчиво уставилась на водную гладь озера. Сколько еще времени я проведу в небытие? Если не очнусь и завтра утром, то начну паниковать. Впрочем, я почти уже убедила себя в том, что умерла, а раз так, то и переживать нет смысла. Как говорила моя соседка бабушка Мария: «Переживать есть смысл только тогда, когда ты можешь исправить ситуацию. А если не можешь, то наблюдай со стороны».
— А ты откуда? — Лейле, видимо, надоело сидеть в молчании. — Я никогда раньше не слышала, чтобы девушка разбиралась в садоводстве. Мы все так удивились, когда Сэн сказал, что ты садовник.
— Да так, недалеко отсюда родилась, — махнула я рукой, вдруг занервничав. Надо бы придумать себе легенду хоть какую-то, не могу же я рассказывать правду.
— А где училась?
— Сосед научил, — пожала плечами, почти не соврав. Меня и правда вовлекла в садово-огородные отношения соседская старушка Мария, за что я ей сейчас была очень благодарна.
Лейла вдруг подскочила, дернулась было бежать, но быстро обернулась и протараторила:
— Господин Вэйтер приехал! Извини, мне пора. Создатель, его никто не ждал так скоро!
И девушка унеслась, едва не роняя туфли. Я тоже вскочила на ноги и выглянула из-под ветвей дерева.
По подъездной дорожке к главному входу замка, у которого уже выстроились слуги, тянулась конная процессия. Десяток лошадей с наездниками, а следом за ними крытые повозки. Я перестала считать их, переключив свое внимание на того, кто ехал во главе на крупной красивой лошади.
Мужчина был высоким, статным и держался в седле так уверенно, словно родился наездником. Его черный костюм будто поглощал солнечный свет, настолько темной была ткань. Что-то блестело на груди и плечах, и я с восторгом решила, что это награды за военные заслуги.
Я всегда питала слабость к военным: наверное, никто больше не относился к ним с большим уважением, чем я. И сейчас мне хотелось поближе рассмотреть военачальника из незнакомого мне мира.
Вышла из тени дерева и двинулась по кромке озера к беседке, чтобы оттуда взглянуть на лицо мужчины. С такого расстояния я могла только видеть, какими черными и блестящими были его волосы. Мужчин-военных с волосами длиной до плеч я вообще никогда раньше не встречала, поэтому мое любопытство возросло тысячекратно.
К моменту, когда я заняла наблюдательный пост в беседке, процессия остановилась. Господин Вэйтер ловко спрыгнул с лошади и подошел к тем, кто его встречал.
Теперь я смотрела и на них. Графиню уже знала, а вот мужчину, стоящего по ее правую руку, — нет. Вероятно, этот, совсем еще молодой блондин, — муж ее светлости. Слева от графини стояла и Элли. Девочка с любопытством смотрела на господина Вэйтера, явно не узнав его.
Семья Бронт улыбалась и обнималась. Слуги замерли истуканами наверху лестницы, а я не знала, нужно ли и мне присутствовать. Если горничные и лакеи встречают господина, может быть, и мне стоило?
Эта мысль появилась и тут же исчезла, потому что господин Вэйтер повернулся в мою сторону. Всего на миг, но этого хватило, чтобы понять…
— Да ему же и сорока нет! — воскликнула я раздосадованно.
Ну кто в шестьдесят выглядит вот так? Да никто! Совершенно гладкая чистая кожа, пронзительно-темные глаза, тонкий нос и чувственные губы. Красавчик он, несомненно, но я тут же утратила восхищение, которое было в сторону этого мужчины. Ясно же, что военачальником он стал только потому, что папочка взял его на эту должность.
Пока раздумывала о внешности господина Вэйтера, кони и повозки потянулись по дороге, которая огибала замок. И только сейчас, присмотревшись, я увидела вдалеке деревянные одноэтажные постройки. Чем-то эти строения напоминали казармы.
Позже я узнала, что это и правда были казармы для военного отряда, а рядом с ними располагались тренировочные площадки и конюшни.
Счастливая семья Бронт под руки увела господина Вэйтера в замок. Следом за ними двинулись и слуги.
Я скучающе взглянула на закрывшуюся входную дверь, потом на оранжерею, и мне самой захотелось попроситься на работу в замок. Там ведь наверняка все куда интереснее. Мне же совершенно нечем заняться: ни смартфона, ни ноутбука, да даже книг нет!
— Как это нет? — пробормотала с улыбкой, вспоминая книгу, что лежала на столе в моей комнате.
Раз все дела были переделаны, а графине сейчас точно не до меня, я поспешила к себе. Возвращаться в темную унылую спальню мне совсем не хотелось, поэтому я забежала, схватила книгу и вернулась в беседку.
Судя по тому, что военачальник вернулся раньше, слуги сейчас заняты обслуживанием обеда для семьи, а значит, наш обед переносится. Так что я без угрызений совести развалилась на мягком сиденье в беседке и открыла книгу.
Чтение было скучным занятием. По крайней мере в данный момент. Книга, которую оставил мне в наследство Гай, оказалась ничем иным, как записками юного детектива.
Я честно старалась продраться сквозь дебри множества незнакомых мне слов, а сдалась на абзаце, в котором автор описывал способы сокрытия трупа.
— Не мог ты в библиотеке роман какой стащить, — буркнула, откладывая книгу.
Пока читала, пришло время обеда, так что я направилась в замок. И вовремя — на входе меня встретил Сэн.
— Я уже решил, что ты после сегодняшнего завтрака вовсе не захочешь присутствовать в столовой.
— Да нет, что ты, — хохотнула, стараясь казаться веселой. — Я сегодня встретила Лейлу, она мне все рассказала.
— Все?..
— Ну, о том, что вы ждали новых слуг, а привезли только меня.
— Ах, это! — облегченно воскликнул Сэн. — Да, мы и правда ждали еще горничных и лакеев.
— Сэн, а сколько лет господину Вэйтеру? Мне казалось, военачальниками становятся в преклонном возрасте, когда у человека уже многолетний опыт ведения боев и все такое.
— Ему тридцать семь, и нет, ты не права. Мальчишек чуть ли не с пеленок учат держать в руках меч.
— Меч? — не поняла я, потом вспомнила подсвечник в своей комнате и поморщилась. — А, ну да. Они, поди, на мечах борются.
— Конечно, а на чем же еще?
— Идем на обед, Сэн. Сейчас я намереваюсь познакомиться со всеми, а то прослыву затворницей.
Мы вошли в столовую под хохот. Я была удивлена хорошему настроению слуг после того, что было здесь утром, но когда Жан галантно отодвинул мне стул и горничные захихикали, хорошее настроение передалось и мне.
— Я сегодня не успела узнать вас поближе, — улыбнулась я коллегам. — Давайте знакомиться!
Сэн, прокашлявшись, представил мне парней.
— Это наши лакеи, Жан и Стил, — указал он на Жана и брюнета, что сидел справа от него. Потом кивнул на близнецов-блондинов. — А это Норден, он конюх, и Шайер — личный возничий ее светлости.
Парни, улыбаясь, приветственно кивнули мне.
— Мои девочки, — заговорила и Луиса. — Рыженькая у нас горничная, ее зовут Рози. Слева от нее девушка со странными синими волосами. Эби, я тебе говорила сменить цвет волос! Она тоже горничная.
Эби закатила глаза, хохотнув. Луиса покачала головой и стала дальше представлять мне своих подчиненных.
— Самая молоденькая, Велла, ей пятнадцать, и она личная служанка малышки Элли. Ну и моя дочь, — последнее Луиса проговорила с неприкрытой гордостью в голосе, — Лейла, личная служанка ее светлости графини Виоленны Бронт.
