Литагент Наталья Ручей "Измени мне, пожалуйста"

«Молодец, дорогая. Так держать. Спать будешь лучше. Тем более в одиночестве. А я пойду покормлю мужа его любимыми бычьими хвостиками»

И с улыбкой блокирую и этот номер.

Очередная пустышка.

Я пытаюсь дождаться Романа, но сон меня все-таки накрывает. Целый день на природе для городского жителя – это весьма утомительно. Много воздуха, много эмоций.

Он возвращается поздно.

Я не сразу понимаю, почему просыпаюсь – то ли от шороха, то ли потому, что почувствовала его присутствие.

Секунда – и я уже не сплю. Просто лежу, не двигаясь, не открывая глаз, прислушиваясь к своим ощущениям. К тишине, которая уже не пустая.

Негромкий гул вечно неспящего города за окном.

Мерное дыхание рядом.

Открываю глаза и вижу Романа. Он лежит на боку, подперев голову рукой. В одежде. Почему-то в той же одежде.

Смотрит на меня. Просто смотрит, как я на него.

Не знаю, сколько он уже так лежит. Хочу спросить его, как дела? Хочу спросить, почему не переодевается? Хочу спросить: хочет ли есть?

– Спи, спи, – шепчет он, будто прочтя все эти вопросы и отметая их одним махом.

Его пальцы ласково скользят по моим волосам, и мои глаза расслабленно закрываются.

Я слышу, как он осторожно поднимается с кровати. Слышу, как что-то вибрирует. Слышу, как он выходит из комнаты и тихо закрывает за собой дверь. И слышу его тихий голос:

– Нет. Нет, я уже все решил… Не нужно больше звонить. Нет. Я принял решение.

Глава 6

– Тебе глазунью или омлет? – спрашиваю я, услышав за спиной тихие шаги мужа.

Обернуться.

Нужно обернуться и посмотреть на него…

Но я пока не могу.

Полночи смотрела, всматривалась в родные черты. Изучала маленькие морщинки у глаз – обычно их видно, только когда он улыбается. Но ночь была неспокойной и для него тоже. Он хмурился, как будто гнал от себя тревожные сны или мысли, вот и проявились эти морщинки.

Полночи смотрела на него, а сейчас не могу.

Мне нужна пара секунд, чтобы собраться с духом и увидеть его глаза. Слишком много совпадений – духи, губная помада, его срочный отъезд из дома друзей, тихий ночной разговор с невидимым для меня собеседником.

– По-моему, у меня нет выбора, – говорит он с улыбкой в голосе, а потом подходит ко мне и легонько накрывает мою руку, которой я активно орудую венчиком, взбивая яйца.

Я медленно выдыхаю.

Разворачиваюсь и будто прыгаю в бурный поток, устав бродить по туманному берегу и гадать: есть ли тут острые камни? Если они есть, я хочу знать. Как минимум, чтобы взять удобную обувь.

– Всегда есть выбор, Ром. Например, я могу сделать омлет только себе. А ты, например, можешь не дожидаться скандала и сказать прямо, кто тебе звонит по ночам.

Его взгляд на доли секунды прячется за ресницами. И я уже накручиваю себя до чертиков, когда он согласно кивает. А потом достает из кармана спортивных брюк свой телефон и передает его мне.

Мелькает смутное подозрение, что там не будет этого вызова. Так просто стереть. И списать все на то, что мне все это приснилось.

– Так-так-так, – бормочу я, силясь удержать улыбку, которая то и дело соскальзывает. – Кто у нас тут? Кому тут не спится?

Это я так себя успокаиваю, пока открываю звонки на его телефоне. А когда вижу время и имя вчерашнего абонента, улыбка все же слетает. Но это от удивления.

– Папа? Тебе звонил папа?!

– Прости, я передам своей любовнице, что очень сильно разочаровал тебя из-за ее лени.

– Погоди, а… Почему он так поздно звонил тебе?

– И папе передам, что у него теперь тайминг, – хмыкает Роман, наблюдая за моим изумлением.

– Погоди… а вот это «я уже все решил… не звони мне больше… я принял решение»… – припоминаю обрывки его разговора. – Это вы о чем говорили?

– О моем дне рождения. Отец предлагал собраться у него. Я сказал, что мы будем на даче.

– «Не звони мне больше…» – это про дачу?

– Ну ты же поленилась встать, чтобы подслушать до конца, – он щелкает меня по носу и дополняет суть разговора: – Не звони мне больше по таким пустякам. Тем более так поздно. А то у меня очень ревнивая жена… Ага, сам в шоке и только узнал.

Я смеюсь. Пружина, сжимавшая сердце, наконец отпускает, и оно снова бьется. Бодро и весело.

Конечно, про ревнивую жену он папе не говорил, а только что сочинил. Зато остальное все – правда.

Даже не верится, нет, правда, даже не верится, что я хотя бы на минуту могла предположить, что Ромка мне изменяет!

– Хорошо, – выдыхаю я. – Хорошо, с этим разобрались. И я так поняла, что с тем, где мы будем отмечать твой день рождения – тоже. Хорошо. Я, правда, думала заказать для этого случая столики в самом лучшем ресторане города. Даже провела предварительные переговоры с хозяевами, которые обещали приличную скидку. Но пусть так. Пусть будет на даче.

Я делаю паузу и пытливо смотрю на него.

– Есть еще что-то важное, что ты мне забыл рассказать?

Роман пожимает плечами и без паузы уверенно отвечает:

– Нет.

– Прекрасно! А хочешь… – говорю я, воодушевившись. – Хочешь на завтрак красную икру?! Или рыбу?!

Он тепло улыбается.

Обнимает меня и признается куда-то в макушку:

– Не надо. Мне моей золотой рыбки хватает.

– Как удобно. Я все гадала, в чем сегодня идти на работу? А после такого признания я даже не против надеть чешую. Как на это смотрят твои синоптики?

– Сегодня дождь. Так что можно.

Золотой рыбке полагается только хвостиком крутить и сверкать, а не надрываться на кухне, так что завтракаем мы омлетом. Чай выпить не успеваем, потому что у Романа звонит телефон.

Усмехнувшись, он демонстрирует мне экран, шепчет: «с работы» и выходит из-за стола. Да, это правда. Хотя я даже не взглянула на имя абонента, но слышу обрывки его разговора, пока быстро все убираю.

– Какие планы на день? – интересуется муж, когда мы спускаемся в лифте. – Вижу, чешую ты дома оставила.

– Да, решила сегодня прогуляться в шкурке царевны-лягушки.

Я поправляю рукав малахитового свитера, который норовит выбиться из-под куртки. А потом решаю на этом не заморачиваться. Одета я просто, но удобно. Ворот с вырезом и не давит, джинсы комфортные. Кто меня будет рассматривать?

– Хочу заглянуть на пятачок с уличными художниками, – признаюсь я. – Мне не дает покоя картина, которую я упустила.

– Никогда не понимал твоего стремления тратить время и деньги на то, что никому не интересно.

– Мне интересно. И это не трата. Это вложения. И когда-нибудь они точно окупятся, – я угрожающе машу ему пальцем. – Вот увидишь!

– Думаешь, способ прожить до двухсот изобретут уже совсем скоро?

Я смеюсь.

Так, с улыбками на лице, мы проходим мимо Антона. Он тоже нам улыбается. А вот потом мы толкаем подъездную дверь и…

Первое, что я вижу – солнце. Яркое солнце, которое встречает нас лучиками в глаза. Ну это уж чтобы мы точно не усомнились.

– Наверное, с долголетием придется чуть-чуть подождать, – говорю я с сожалением. – Есть задача важнее – сначала бы синоптикам научиться с прогнозом угадывать.

Роман, как будто ему мало увиденного, проверяет погоду в мобильном. Пока он отвлекся и занят делом, я вручаю ему свой зонтик, который по его вине захватила из дома, и направляюсь к своей машине. Вот пусть теперь носится с ним, а то я точно забуду в багажнике.

Со двора он выезжает раньше меня. Улыбнувшись, сигналит и скрывается за воротами комплекса.

А я теперь тоже занимаюсь делами – смотрю на свое отражение в зеркале и вбиваю координаты в навигатор. Нет, дорогу я знаю, но так все же надежней.

И уже собираюсь ехать, когда телефон вибрирует сообщением.

Незнакомый номер – ну да, уже почти привычное дело. Вот только на этот раз я получаю не письмена, а яркую фотографию.

Мазнув по ней взглядом, я вижу Романа и какую-то незнакомую девушку. Ее лицо в кадр не попало. Ясно только, что это брюнетка. Волосы длинные, заколоты китайскими палочками с дешевыми голубыми камушками на верхушке.

Вокруг них идиллия – осень, желтые листья у ног, и они так тепло обнимаются, что солнце там лишнее.

«Могу сдать скидку на курсы по улучшению навыков в фотошопе», – пишу я.

После чего стираю и блокирую все сообщения и вызовы с незнакомых номеров. Да простят меня мобильные операторы за грядущее падение продаж по сим-картам!

Обычно уличные художники тусуются на двух улицах нашего города. Вернее, одна – это улица, а вторая – площадь. Но сегодня будний день, так что больше шансов встретить того, кого я ищу, именно на площади. Там всегда людно и много туристов. Правда, проблема припарковаться, но я с этим справляюсь.

Оставляю машину на паркинге крупного торгового центра и до точки просто прогуливаюсь пешком. Тем более что погода прям шепчет. Как и мое настроение. Постоянно хочется улыбаться.

Я даже не думала, что так сильно переживала. Вот вроде бы не впервые, и через такое я уже проходила, а почему-то на этот раз зацепило. Смешно – я даже вступила в переписку с той, которая мечтала бы занять мое место.

Милая, для этого нужно было родиться как минимум на десять лет раньше.

Уверена – это какая-то девчонка. Совсем неопытная, но очень-очень настырная и беспринципная врушка.

Ей просто нужно принять тот факт, что повезло мне, а не ей. Мне вообще довольно часто везет – с хорошим мужем, с его отцом, со своими родителями, с друзьями. Повезло заниматься любимым делом и иметь возможность тратить без зазрения совести на любимое хобби.

Это Роман так просто ворчит. Да, он не понимает моего увлечения. Искусство – это вообще не его. Предложи ему картину из Лувра, он скажет, что в нашем гараже и так уже тесно. Но он никогда не мешает. Более того, поддерживает, как может. Частенько – финансовыми вложениями. Или советами, как про маску.

До сих пор корю себя, что позволила перебить мой лот какому-то незнакомцу.

Но зато мне и сегодня везет – и художника я нахожу, как и надеялась, на площади города.

Их сейчас немного, всего пятеро. Но его потертые джинсы, свитер и этот беспорядок на голове весьма узнаваемы.

– Гриш, а как ты думаешь… – за пару шагов до моего приближения он отходит к приятелю по соседству, а я останавливаюсь и с интересом рассматриваю картины.

Они расставлены на небольших деревянных дощечках, которые он использует в виде подставок. Он любит пейзажи. Но не просто природу, а с какой-то историей или с каким-то надрывом.

На выставке были море, чайка и коршун. А вот белка сидит в ветках хвои, нагло грызет орешек, а по стволу дерева медленно подкрадывается змея. Или вот – закат, безумно красивый закат. Лучи солнца отчаянно слепят и прощаются с морской волной и исчезающими следами на горячем песке, которые она стирает, чтобы утром, когда солнце вернется, можно было написать что-то новое.

– Ох… здравствуйте! Это вы!

Я настолько засматриваюсь, что даже вздрагиваю от радостного голоса рядом с собой.

– Добрый день, это я, – улыбаюсь подошедшему художнику и киваю на его работы. – Очень красивые.

– Спасибо, – он улыбается в ответ. – А еще, по секрету… На продажу от них теперь даже можно что-то купить!

– Ух ты! И что вы купили?

Он дергает свой свитер, видавший виды, и со счастливой улыбкой хвастается:

– Новые краски и кисти!

Вот почему-то это его радость, а я тоже не могу перестать улыбаться.

– Ну что ж, – говорю я, снова взглянув на картины. – Может, и сегодня вам повезет? Мне приглянулась эта картина…