Я не стала придавать этому значения и, проходя мимо, доброжелательно улыбнулась.
— До свидания, Артур Александрович, — снова повторила я на прощание.
Мужчина повернул голову.
— Всего доброго, Татьяна.
На мгновение он задержал взгляд на моем лице.
— Хороших выходных.
— Спасибо. И вам.
Я улыбнулась в ответ и пошла дальше.
"Только бы не споткнуться", — подумала я про себя.
Каблуки сегодня были особенно высокими. Обычно я ходила на них уверенно, но сейчас почему-то почувствовала себя ужасно неловко. Будто кто-то внимательно следил за каждым моим шагом. Я даже невольно расправила плечи и постаралась идти еще ровнее.
«Господи... Только бы не подвернуть ногу...»
Я надела туфли снова, когда спустилась на первый этаж, но ноги продолжали гореть от напряжения.
До машины оставалось всего несколько метров.
Я открыла пассажирскую дверь, села в салон и привычно наклонилась к Ване, легко коснувшись губами его щеки.
— Привет.
Он даже не поднял головы. Большой палец продолжал быстро бегать по экрану телефона.
— Привет.
— Ну что, поехали?
Я улыбнулась.
— Как прошел день? — по обыкновению спросила я.
— Нормально.
Он, наконец, убрал телефон, но только затем, чтобы бросить его на центральную консоль.
— Устал как собака.
Он завел двигатель.
— Поехали домой. Жрать хочу.
Я молча пристегнула ремень безопасности. Машина медленно тронулась с места. Я повернула голову к окну. Артур Александрович по-прежнему стоял возле входа. Охранник что-то рассказывал ему, улыбался, даже смеялся над собственной историей, но создавалось впечатление, что начальник его совершенно не слушает. Его лицо оставалось слишком спокойным, а взгляд был направлен прямо в сторону уезжающей машины.
Я замерла. Наверное, мне показалось. Не мог же он смотреть именно на меня. Да и зачем? Я ведь всего лишь его секретарь. Но почему-то сердце все равно пропустило один удар. Я поспешно отвернулась, делая вид, что рассматриваю мелькающие за окном деревья и припаркованные автомобили.
Сама не понимая отчего, я почувствовала странную неловкость. Будто меня застали за чем-то личным. Или будто этот тяжелый, внимательный взгляд моего нового начальника успел заметить что-то, чего не замечала даже я сама.
Я перевела взгляд на Ваню. Он молча вел автомобиль. В какой-то момент до меня стало доходить, что он не спросил, как прошел мой день на работе. Ведь я поинтересовалась, как дела у него. Я задумалась, а когда он вообще спрашивал меня об этом?
Глава 7
Татьяна
Дверь квартиры открылась, и уже через секунду на нас буквально налетела мама.
— Дети мои приехали!
Она широко распахнула руки, но обняла почему-то сначала Ваню. Хотя чему я удивлялась. Женщина всегда любила своего "зятя" больше, чем родную дочь.
— Господи, как же я соскучилась!
Мама звонко расцеловала его в обе щеки.
— Совсем замучили тебя тренировками? Худющий стал!
Она заботливо потрепала молодого человека за щеку. Ваня засмеялся.
— Лариса, ну какой худющий? Меня тренер наоборот ругает, что лишний килограмм набрал.
— Да перестань! Где там лишний килограмм? Одни мышцы.
Мама с проверкой сжимала его бицепс, а только после этого повернулась ко мне.
— Привет, Таня.
Она быстро чмокнула меня в щеку и сразу снова перевела взгляд на Ваню.
— Ну, проходите скорее.
Я привычно улыбнулась. За столько лет я уже перестала ждать чего-то другого.
Мы разулись. Ваня протянул маме коробку.
— Это вам.
— Ой, тортик?
Женщина просияла.
— Зачем же тратились?
— Да пустяки.
— Какой красивый!
Она тут же открыла коробку.
— Господи... Даже жалко резать.
— Он ПП, — с улыбкой сказал Ваня. — Без сахара. Мне сейчас обычное нельзя.
— Вот это правильно! Следишь за собой. Молодец!
Я молча сняла пиджак и понесла его на вешалку. Иногда мне казалось, что, если бы Ваня приехал один, мама была бы ничуть не менее счастлива, а может быть... Даже счастливее. Эта мысль давно перестала причинять такую же боль, как раньше.
На кухне было тепло и уютно. На плите уже стоял чайник, пахло свежей выпечкой и ванилью. Мама быстро достала красивые тарелки, разрезала торт, поставила перед нами чашки.
— Так... Ну, рассказывайте.
Она посмотрела исключительно на Ваню.
— Как сезон начался?
Он вздохнул.
— Тяжеловато. Сейчас самый сложный период. Каждый день по две тренировки, плюс теория, восстановление. Практически домой приезжаю только поспать.
— Я же говорила Тане, что спортсменом быть тяжело.
Мама покачала головой.
— Это со стороны кажется. Бегают по полю, мячик пинают. А сколько труда!
— Есть такое, — усмехнулся Ваня. — Сейчас вообще расслабляться нельзя. Малейшая ошибка, и можешь потерять место в составе.
— Но ты же основной игрок?
— Пока да.
— Вот и умница.
Она с такой гордостью это сказала, будто он был ее собственным сыном.
— Кстати...
Мама вдруг оживилась.
— Ты же обещал мне билеты!
Ваня хлопнул себя по лбу.
— Точно!
Он достал бумажник, вынул два красивых билета.
— Держите.
— Ай, спасибо!
Она чуть ли не захлопала в ладоши от счастья. Мама встала из-за стола, подошла к молодому человеку и снова расцеловала его в обе щеки.
— Это же на следующую субботу?
— Да. Играем дома.
— А с кем?
— С «Волжскими Ястребами». Команда из Самары.
— Сильные?
— Очень.
Ваня кивнул.
— Сейчас идут почти наравне с нами в таблице. Матч будет непростой.
— Ну ты же обязательно забьешь?
Он рассмеялся.
— Я ведь полузащитник, а не нападающий, но я постараюсь.
— Нет, ты не постараешься.
Мама погрозила ему пальцем.
— Ты обязан забить! Я же приду болеть за тебя.
— Тогда придется, — усмехнулся он.
— Конечно придется.
Мама улыбалась ему так тепло, что невозможно было не ответить ей тем же.
— А после матча автограф дашь?
— Вам?
— Конечно не мне. Я могу взять его хоть сейчас. Моей подруге Инне, для которой второй билет. Мы придем вдвоем за тебя поболеть!
