Страница 4 из 8
– Ты пытаешься взвалить на себя ответственность за каждую жизнь? Глупец! Ты не бог. Никому не по силам уберечь всех и каждого. Мы можем только стремиться к этому. Мы должны стремиться к этому. Ты действовал доблестно. Ты спас множество жизней. Этого достаточно.
Её слова звучат жёстко, но в глазах читается… уважение?
– Вот такая простая арифметика, да? – вздыхаю я. – Она мне не по душе.
– Мне тоже.
Её рука, неожиданно тяжёлая, опускается на мой наплечник. В неумолимых глазах Горгоны я вижу отблески тепла:
– Ты сделал всё возможное и невозможное, парень. И уж точно больше, чем кто-либо мог ожидать от тебя. Не кори себя за чужие ошибки и слабости. Мы – воины, а не няньки для неумех. Не тащи на себе их трупы, как балласт. У них была своя голова на плечах.
Арианнель задумчиво кивает и продолжает:
– Ты верно поступил, рискнув собой. Запомни клятву Стрелков – «Жертва Одного». Если потребуется, Стрелок Гилеада должен быть готов отдать свою жизнь, чтобы защитить невинных. Таково твоё подлинное предназначение. Однако у этой медали есть и вторая сторона. Не забывай, ты в ответе не только за своё ближайшее окружение, но и за судьбу своего мира. А в ещё более широком смысле – за всё сущее и его народы. Помни об этом, принимая решения. Иногда приходится рисковать одним ради многих. Иногда приходится рисковать многими ради всех. Это горькая правда. Выбор за тобой.
Я молчу, переваривая услышанное, и, наконец, отвечаю:
– Спасибо за совет. Мне будет о чём подумать.
Она кивает.
– Ничего ещё не окончено. Сомнения оставь на потом. Павших оплачь у костра. Двигайся дальше! Веди за собой своих воинов. Здесь скрывается зло, и его нужно изгнать.
Она отходит, оставив меня стоять, пошатываясь от усталости и вороха эмоций. Я задумчиво провожаю взглядом её удаляющуюся фигуру. Этот разговор многое прояснил в наших отношениях.
Размышления прервал оклик Эрис:
– Ковбой, ты где застрял? Одиссей зовёт…
Встряхнув головой, отвечаю:
– Иду… Иду уже!
Пора возвращаться к поставленной задаче. Пора показать хозяину дома, что так просто от нас не избавиться.
У нас уходит ещё час двадцать, чтобы добраться до сердца этого лабиринта. Мы попадаем в засады и ловушки, но преодолеваем их, сокрушая волну за волной. В этом помогают наша разведка и мой Первобытный симбиоз, заранее предупреждающий о наличии впереди врагов. Твари дерутся ожесточённо, словно чувствуют, что до их повелителя осталось совсем мало.
Я записываю на свой счёт ещё 320 тысяч и трачу 360, чтобы прокачать Укреплённое ядро до ступени B. Мне нужно подстегнуть регенерацию арканы. Слишком уж быстро она уходит, когда пытаешься везде успеть и всё сделать.
Наконец, мы заходим туда, где аркана ощущается столь плотно, что её почти можно попробовать на зуб. Последний рубеж обороны пал, остался сам господин этого проклятого места.
– Что это? – сбоку едва слышно шелестит дрожащий голос Эрис.
Я с трудом отвечаю, стараясь смочить пересохшую глотку.
– Это Супернова. Это грёбаный Супернова.
Глава 5
Благодаря Конклаву к этому моменту мне довелось повидать не одну Супернову. Некоторые выглядели вполне обыденно, как Танцор или Светоч, некоторые угрожающе, как Зверобой или Бездушный, а некоторые требовали от меня недюжинной силы воли, чтобы не содрогнуться от страха, как Ужас Бездны с его аурой глубоководного кошмара.
Глядя в белёсые буркала врага[2], я понимаю, что это… это уродливое существо куда ближе к последней категории. Оно неподвижно сидит на грубом подобии ледяного трона, словно статуя, вырезанная для конкурса группой искусных мастеров. До того убедительно смотрится. При этом вообще не напоминает живую особь.
Если смотреть на неё в темноте, без очков и в сильном подпитии, Нову можно принять за человека. По крайней мере, за что-то человекоподобное. Силуэт действительно обладает такой формой и четырьмя конечностями, присущими людям. Проблемы начинаются, когда дело доходит до деталей.
Главная из них – непропорционально огромная башка, похожая на терновый куст. Переплетение сотен промёрзших угловатых побегов, торчащих во все стороны. Где-то в её сердцевине скрываются уродливые молочно-белые глаза, провал носа и зубастая пасть, растянутая в широкой улыбке.
Покрытые промёрзшими костяными пластинами широкие плечи и грудь переходят в несоразмерно узкий пояс. По бокам от него болтаются тонкие длинные конечности, как дорожные столбы, прибитые к культуристу, затянутому в корсет.
В общем, ребёнок, вылепивший это чудо из пластилина, к сожалению, отличался задержками в развитии.
Ими́р, Король Зимы
Способности: Ледяные косы, Промерзание, Криогенез
Ранг: Супернова
РБМ: 1 878 единиц
Статус: Заинтересован
Содержит: 373 568 единиц арканы
– Чёртов йотун!.. – ошарашенно выдыхает Гарм.
– Вам не занимать упорства… – в наступившей тишине скрипит Имир.
Голос потусторонний и неприятный, как зубило, царапающее замёрзшее озеро. Не думаю, что у него есть голосовые связки, лёгкие и все остальные причиндалы, необходимые для того, чтобы конвертировать мысли в звуки. Его это, впрочем, не останавливает.
Что это за язык? Не похож ни на один из земных, но Универсальный переводчик его распознаёт.
– Оно говорит!.. – ойкнув, произносит Эрис.
– …И скудоумия, – продолжает Нова. – Вам здесь не рады. Это должно было быть очевидно. И всё же вы пришли. Почему?
В его мутных глазах читается презрительное любопытство. Рот всё так же растянут в зубастой усмешке.
Я чувствую, как по спине ползут мурашки. Аура создания такой мощи давит, заставляя колени подгибаться. Сжимаю кулаки, преодолевая наваждение. Мы не для того зашли так далеко, чтобы пасовать перед последним врагом.
– С каких пор монстры могут говорить? – шипит Медичи.
– Чем они сильнее прогрессируют по рангам и рейтингу, тем умнее становятся, – тихонько отвечает ей Ехидна. – Это можно было предположить.
Всё так. Это же говорил мне не то Ваалис, не то Такирам.
– Ты занимаешь наши территории и атакуешь наши поселения, – берёт слово Одиссей. – Мы не могли не прийти. Нужно было это предвидеть.
– Мне не нужны ваши земли… – медленно роняет слова Имир. – Мне нужно спокойствие… Безопасность… Пока вы населяете планету, оно невозможно… Единственный способ избавиться от агрессивной среды – уничтожить источник внешней угрозы…
– Забавно, – говорю я. – Мы здесь с той же целью. Похоже, у нас больше общего, чем ты думаешь.
Нова слегка наклоняет голову, погружаясь в размышления.
Мы находимся в огромной пещере с морозными стенами, покрытыми сверкающими узорами. От нашего дыхания валят клубы пара. Слышен лишь приглушённый скрежет студёного крошева под ногами. Свет от фонарей на броне причудливо отражается от прозрачных граней льда, заставляя тени прыгать.
Наше дыхание с шипением вырывается сквозь респираторы. Здесь настолько некомфортно, что холод ощущается даже сквозь все системы терморегуляции моей брони и Аспект Комфорта.
В нескольких местах каверны имеются углубления и неровности, заполненные лужами лазурной жидкости, похожей на воду.
Понятия не имею, что это, но выглядит красиво. Над этим киселём в некоторых точках наблюдается марево, в котором преломляются лучи наших фонарей. Оно мерцает и искрится, будто в любой момент готово вспыхнуть. Зрелище завораживающее и пугающее одновременно.
– Сжиженный кислород… – шепчет Ехидна.
Боюсь представить, насколько пришлось охладить воздух, чтобы добиться такого эффекта. Быть может, здесь и вовсе его не осталось. Приложив усилия, ощущаю дуновения ветра в коридоре, который мы покинули. В этом же помещении газа, которым я привык повелевать, нет.
Застывшие в напряжении бойцы знают, что драка неизбежна, но, наверняка, с радостью бы её отсрочили. Кто-то тихо молится, кто-то поправляет доспехи. Я слышу, как скрипит ладонь на рукояти меча Тая.
Наконец, Имир подаёт голос:
– О нет, смертный, ты ошибаешься. Мы с тобой очень разные. Ты застыл в шаге от величия и настоящей силы. В шаге, который тебе не удастся сделать. Всем вам. Ваш путь закончится здесь.
– По-хорошему, он должен был оборваться ещё два месяца назад на полу одного горящего сарая, и всё же я здесь. Мы все здесь. Люди гораздо более живучи и настырны, чем тебе кажется. Мы убьём тебя, так или иначе. А не мы, так наши потомки. Имир, ты сдохнешь! В этом я тебе клянусь.
С последним словом Активирую Симфонию битвы, накрывая усиливающим полем всех союзников. Это повысит параметры и прочность защитных барьеров.
– Хватить трепаться! – рычит Гарм.
– И вправду, – отзывается монстр, – довольно слов.
– В атаку, господа! – воинственно ревёт Одиссей, вскидывая автомат. – Альфа, вперёд. Бета, огонь по готовности! Гамма, всё, что есть!!
Мы с дикими криками бросаемся вперёд, рассыпаясь веером. Я расстреливаю Имира, Гидеон мечет огненные шары, Кастер – призрачные копья.
На другом конце зала Нова взмахивает длинными конечностями. Кажется, даже кровь в моих жилах начинает замерзать.
Раздаются треск выстрелов и вспышки плазмы, но все атаки разбиваются о возникший перед Имиром ледяной щит! А затем он ленивым взмахом обрушивает на нас настоящий шквал.
Ускоренный я смещаюсь прочь, и вытянутый в форме веретена снаряд свистит мимо. Рядом кричит раненый боец из клана Кастера, ему с ходу оторвало ногу.
И это только начало.
Нова всё так же сидит на своём троне, не подумав даже сдвинуться с него. Его пальцы выпускают светящиеся ледяные нити, которые хлещут в разные стороны! Я вижу, как одна из них, походя сносит голову какому-то союзнику.
Оглядываюсь на Горгону, но она стоит в стороне, словно её вовсе не касается происходящее. Что-то такое мелькает на моём лице, заставляя её разродиться репликой:
– Это ваш бой, партнёр. Шанс есть. Не проморгайте его.
Медичи пытается дотянуться лучами света до раненых, но тут одна из нитей стегает по ней самой. Герцог в последний момент отдёргивает девушку назад, и в полу остаётся глубокая канава. Зато оказавшийся на пути способности человек с воем сжимает культю на месте запястья.
Группа Альфа во главе с Гармом пытается пробиться ближе к трону, но на их пути встаёт шквал атак. Тут бы выжить для начала. Здоровяка дважды пробивают длинные стрелы, но его животная регенерация позволяет ему мгновенно вырвать их. Корка не успевает распространиться по телу.
Пули по-прежнему отскакивают от ледяного щита врага. Тот лишь щерится, готовя новые сюрпризы.
Не успевают союзники опомниться, как из пещеры мы попадаем прямиком на стол мясника.
Первой жертвой падает Тореадор. Телепортировавшись прочь от одной атаки врага, он нарывается на вторую. Острый ледяной шип сносит его голову с плеч. На автомате пробежав ещё два шага, тело заваливается вперёд. Парень оказался прав насчёт своей судьбы ещё до начала похода.
Следом гибнет пойманный врасплох пришелец из Раздробленных Пульсаров. Его рассекает наискосок от плеча к бедру. Кровь не успевает пролиться наземь, мгновенно обращаясь льдом. Лицо соратника застывает, искажённое предсмертной гримасой испуга.
Продолжая стрелять, я едва успеваю откатиться прочь от очередной угрозы. Тай с трудом отбивает мечом очередной снаряд. Ещё один направлен в Гидеона, и мне приходится дополнительно ускориться Глайдом, чтобы добраться до него и перерубить смертельное веретено плазменным кнутом.
Замечаю, как Макко кричит что-то вызывающее Имиру и вскидывает свой лук, но морозное копьё сносит его, пригвоздив к стене через грудь. Австралиец тянется к шприцу, но корка льда разрастается за пару ударов сердца, покрывая его целиком. Осколки того, что было человеком, дробятся и осыпаются на пол пещеры.
Я ору в гневе что-то нечленораздельное, но Усиленные выстрелы рикошетят от щита противника. Он даже не замедляется. Его сокрушительные атаки бьют и калечат союзников одного за другим. И несмотря на весь ужас нашего положения, меня не покидает ощущение, что Нова играется. Пока он не занялся нами всерьёз.
Столько смертей, а ведь с начала битвы едва прошло десять секунд.
– Никос! Нам нужен план, иначе нас всех перебьют! – кричу я греку. – Есть идеи?!
– Егерь, Тай, Медичи, Кастер! – командует Никос. – Любым способом отгоните синюю жидкость к врагу!
Если Одиссей уповает на мой Аэрокинез, напрасно. Попытки вызвать воздушный поток, способный сдвинуть лужи, не приносят результата. Николай также тужится, но проку нет. Это не вода, и его Гидрокинез бесполезен.
Зато у Изабеллы и Джереми дела идут лучше. Девушка воплощает защитный барьер и, как скребком, дистанционно стаскивает им сжиженный кислород к Нове. Примерно этим же занят лидер Сынов Свободы. Зажав два полупрозрачных щита, он толкает жидкость вперёд.
– Гидеон, Алокеш, подожгите лужи! Остальные, прикрыть их!
Пиромант и Монарх Света выбрасывают вперёд руки. Пламенеющий шар и каскад раскалённых лучей молниеносно бьют в цель.
Вспышка ослепляет, а вибрирующий грохот лишает слуха. Взрыв буквально сотрясает всё вокруг. Ударной волной меня сбивает с ног.
Когда я поднимаю голову, в центре пещеры бушует настоящий ад. Там, где только что сидел на своём троне Имир, зияет воронка от взрыва. Практически нет одной из стен. Куски льда, камня и обломки размётаны повсюду. Взрывная волна искорёжила каверну, грозя обвалом.
– Получил, падаль?! Каково, а?! – хохочет Кайпора, показывая в сторону врага средний палец.
Взгляды всех направлены туда, где находилась Нова. Кратковременное высвобождение кислорода с последующим взрывом привело к созданию водяного пара, закрывшего часть помещения.
– Мне нравится ваш энтузиазм, – звучит знакомый скрипучий голос. – Продолжим. Мой черёд.
Глава 6
Сам Супернова находится в десятке метров от первоначальной точки. Он стоит сгорбленный, опёршись непропорционально длинной рукой о землю. Раны и ожоги покрывают его тело. Местами виднеется обугленная чёрная плоть. Однако пострадал он явно гораздо меньше, чем должен был.
– Огонь! Огонь! – гаркает Одиссей под шквалом пулемётов и автоматов.
Имир поднимается на ноги, потрясая чудовищной головой. Расфокусированный взгляд тут же проясняется и наполняется сталью. Вокруг него в мгновение ока формируются двухметровые полосы льда, принимающие форму мечей.
– Смерть от холода гораздо милосерднее многих других, – мрачный голос Суперновы похоронным колоколом отражается от стен, – но больше она вам не грозит.
