Во-первых, мне стыдно за свое поведение в ту ночь. За то, насколько открытой я была в желаниях и как отзывалось мое обнаженное тело в его сильных руках.
Каждой клеточкой отзывалось.
Это… стыдно — быть такой откровенной. А с незнакомым мужчиной — вообще немыслимо.
Во-вторых, мы ведь совершили обмен любезностями, перед тем как расстаться.
Буду честной, я всего лишь хотела поблагодарить Костю за то, что он поддержал меня в такой важный день. Вернее, попрощаться с ним по-человечески… в общем, не знаю… чего я хотела на самом деле.
Просто поставить жирную точку в сумасшествии, которое мы устроили в моей постели.
После просьбы покинуть квартиру, Громов собрал с пола свои трусы, брюки, ремень и рубашку и закрылся ненадолго в ванной комнате. А потом, уже застегнутый на все пуговицы, сразу отправился на выход.
— Спасибо, — сказала я, глядя, как он надевает туфли. Сложила руки на груди и жутко нервничала. Щеки горели от колючей мужской щетины, а губы болели от поцелуев. — У меня вот так было впервые… Я… очень надеюсь на конфиденциальность.
Красивые черты лица в тот момент стали будто бы грубее.
— Разве я похож на того, кто будет распространяться? — спросил Костя.
— Не знаю… я же сказала, у меня такое впервые.
— Намекаешь, что для меня это в порядке вещей?
— Боже. Да ни на что я не намекаю. Я просто пытаюсь объяснить: то, что между нами произошло ночью, могло случиться с любым…
Черт…
Я несла какой-то бред, но остановиться была не в силах. Из гордости мне хотелось как-то донести, что я не испытываю к Косте никаких чувств.
Он мне приятен внешне, и рядом с ним я чувствую себя в безопасности — не более того. Учитывая анамнез — это дорогого стоит. Вот только Громов про все это не знал, поэтому разозлился.
— С любым? — Его глаза сердито сверкнули.
— Я не то хотела сказать… Пусть наша встреча и получилась случайной…
— Кто сказал, что она случайна, Соня? — Он резко повернулся ко мне, схватил за локоть и притянул к себе.
Опустив взгляд в ложбинку между грудей, сжал челюсти до хруста.
— В смысле?
— Ты когда-то сказала, если я хочу потрахаться, мне надо прийти к тебе на выпускной. В день, когда ты уже станешь врачом. Я пришел…
— Пошел вон! — Я вырвалась и сердито указала на дверь.
И Костя ушел. Не прощаясь.
Мы и так слишком много друг другу сказали.
— Сонь, — зовет Ваня, вытягивая меня из воспоминаний.
— Мм?
— Как там бабушка?
— Я ее пока не видела, — отвечаю хрипло.
— А с отцом-то встретилась?
— Да. Мы даже пообедали…
— В «Марио»?
— Да.
— Кос, у тебя ведь там сегодня встреча с москвичами была?
— Так точно…
— И как вы там разминулись?
— Без понятия, — отвечает Громов сухо, а я оставляю вопрос без ответа и чувствую, что щеки покрываются легким румянцем.
— А что там с отпуском? — интересуется Мия.
По сути, ничего страшного не случилось.
Я когда-то в приступе юношеского максимализма пообещала Косте потрахаться, как окончу университет. Он пришел и без лишних сантиментов взял свое. Есть, конечно, вопросики, зачем я на это согласилась, но оставлю их психотерапевту, работу с которой я решила возобновить с сентября.
Я натягиваю на лицо легкую улыбку и вновь разглядываю присутствующих.
Пожалуй, ближе всего по духу мне здесь Мия. Мы с ней похожи в желании казаться лучше, чем есть. Обе гордые, со здоровым эгоизмом. Я давно считала эту идентичность. Их семья с Мироном вообще мне симпатична. Он лучший друг моего брата. Веселый, не замороченный на негативе или чем-то таком. Серьезный, но в меру.
Этим самым, на мой взгляд, заморочки жены отлично компенсирует.
Тая мне как сестра, но мы при этом абсолютно разные. Супруга Вани, несмотря на модельную внешность и внутреннюю силу, благодаря своему детству, не вполне в себе уверена и порой слишком мягка к людям, которые этого не заслуживают.
Их путь был непростым и долгим.
Она, забеременев, сбежала в Москву. Самое стыдное — частично по моей вине, но мы давно оставили это позади. Брат тяжело переживал разрыв, совершил много ошибок, но потом их исправил. Эта ситуация сильно ударила по политической репутации мамы и многому меня научила.
Надо держать фасад, даже если перекрытия давно рухнули.
Во что бы то ни стало. Ценой собственного счастья…
— Я мечтаю поехать на Фуджейру…
— Ты хотела ремонт в нашей новой квартире, — с серьезной иронией отвечает Лев жене.
— Не мешай мне мечтать, Демидов. Намечтала на квартиру в Москве, теперь намечтаю и на Фуджейру.
— Я в тебя верю, Юлька, — смеется Мия.
— Слышишь, Ле-е-ева, — Мирон зовет своего главного антагониста и по совместительству зятя. — Хуйня собачья — че ты там зарабатывать в своей администрации пыжишься. Все благодаря Юльке у тебя есть…
— С этим даже не спорю…
Я смеюсь вместе со всеми, но замолкаю, когда мой взгляд останавливается на черной брючине.
Я здесь всех понимаю…
Но самое инопланетное существо для меня, если не считать Константина Громова, его двоюродная сестра — та самая Юлька. Легкая, манкая, живая, она привлекает внимание всех сидящих в гостиной.
Я бы мечтала быть такой же.
Что-то ляпнуть невпопад и не задумываться о том, как выглядишь.
Развестись, свыкнуться с мыслью, что просто ошиблась в человеке, и продолжить ошибаться дальше. Забить на то, что отец вложился в клиники Ластеров, а Владимир Рудольфович рассчитывает на меня в исследовательской деятельности…
Не думать о репутации мамы, которую она зарабатывала годами.
Юлька над чем-то заливисто смеется. Любуюсь.
Я обожаю людей, у которых все легко, но сама такой никогда не буду.
Держать фасад… Всегда…
Держать…
— Слышали новости? — спрашивает Мия. — Рэпер Вован с женой разводится.
— Ой, я слышала, — подхватывает Тая. — Кто-то уже назвал это разводом года.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=74252137&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
