Семен вопросительно поднял два пальца, затем указал одним на меня, другим на себя: брать обоих разом.
Я выбрал того, кто лежал за стволом. Рыжему оставался второй.
Мы вытащили ножи. Если подберемся вплотную, приставим клинки к горлу и обезоружим. Потом разберемся, с кем встретились.
Рыжий первым скользнул в кусты, я двинулся следом.
Ближний стрелок лежал к нам спиной. Его товарищ успел спуститься ниже и прочесывал заросли возле осыпи. Оба сосредоточились на поиске, что позволило нам подобраться сперва шагов на двадцать, а вскоре и на десять.
Семен показал, что забирает правее. Еще немного, и мы разойдемся, каждый к своей цели.
Я перехватил нож поудобнее, готовясь быстро преодолеть оставшееся расстояние.
Возле правой ноги тихо щелкнуло, и это была не ветка.
Веревочная петля затянулась на щиколотке. Из травы взметнулась сеть, ударила снизу, сбила меня с ног и стянула по рукам и ногам. С дерева что-то ухнуло. Похоже, противовес.
Небо с землей поменялись местами. Ветки хлестнули по лицу, и через мгновение я уже раскачивался в нескольких аршинах над склоном, запутавшись в сети.
— Твою ж мать! — выдохнул я и почти сразу услышал матерный загиб Рыжего.
С ним вышло то же самое. Качнувшись, я увидел Семена, висевшего вниз головой в такой же сетке.
Удерживающая веревка уходила вверх через толстый сук. Внизу покачивался противовес из связанных здоровенных камней.
Нож остался в руке, но до каната я не доставал. Сеть сковывала движения. Я искал, за что зацепиться клинком, когда внизу послышались шаги.
Из зарослей вышел человек. Не торопился, словно выбрался на обычную прогулку.
На вид лет сорок, может, немного больше. Высокий, широкоплечий, короткая борода тронута сединой. Одет в такую же черную рубаху и шаровары, как мы с Рыжим. На поясе нож и кобура с револьвером.
Он остановился возле поваленного ствола и посмотрел на стрелков.
— Сыч, Бурый, вас обоих убили. Выходите из секрета.
Тот, что находился ближе, недовольно пробурчал:
— Они же в ловушке.
— Сейчас в ловушке. А до этого подобрались к вам незаметно на пять шагов. Будь у них винтовки, вы оба уже лежали бы замертво.
— Мы их специально вели, — возразил второй.
Незнакомец поднял голову.
— А вы двое, я так понимаю, Абиссинец и Рыжий?
Отвечать мы не спешили. Семен продолжал выворачивать руку с зажатым ножом, пытаясь дотянуться до каната. Я тоже развернул клинок и попробовал подцепить ближайшую веревку.
— Отставить. Не портите сети, еще пригодятся. Сейчас вас спустим.
Он убрал руки за спину.
— Добро пожаловать в лагерь. Ко мне обращаться: Кречет.
Затем повернулся к стрелкам:
— Опускайте.
Двое подошли к противовесу. Один взялся за удерживающую веревку, второй освободил крепление. Сеть дрогнула и медленно пошла вниз.
Мне помогли выбраться, затем освободили Сему. Я поднялся, отряхнул налипшие листья и убрал нож в ножны. Семен размял затекшие запястья.
— Стройся! — скомандовал Кречет.
Сыч и Бурый сразу встали рядом с нами по стойке смирно.
Мы с Рыжим остались на месте. Черная одежда и знание позывных еще ничего не доказывали. Кречет посмотрел сперва на меня, потом на Семена.
— Вам особое распоряжение требуется?
Рыжий не двинулся.
— А документы ваши посмотреть можно? Сомнения берут.
— Какие еще доказательства вам нужны?
— Да хоть какие-нибудь. Мы до сих пор не знаем, кто вы и тот ли это лагерь. Может, нас здесь только и дожидались, чтобы прихлопнуть.
— Имя Исмаил вам о чем-нибудь говорит?
Мы с Семеном переглянулись.
— Говорит, — ответил я.
— Тогда стройся.
На этот раз спорить не стали и вытянулись рядом с Сычом и Бурым.
Кречет прислонился спиной к березе, упер одну ногу подошвой в ствол и достал яблоко. Следом появился небольшой складной нож. Он отрезал ломтик, отправил в рот и лишь потом посмотрел на нас.
— Как поняли, что позывные называть не стоит? Пароль назвали, а позывные утаили.
— Часового мы не видели, — ответил я. — Пароль уже прокричали неизвестно кому, и это было ошибкой. Место нашли сами, по проколу на карте, поэтому не знали наверняка, что пришли правильно. Решили сперва выяснить, кто требует позывные.
Кречет отрезал еще кусок и неторопливо прожевал.
— Ясно. Первое задание вы прошли. Только под ноги смотреть надо тщательнее.
Он указал ножом на сеть.
— Все, кто добирался до вас, называли позывные по первому требованию. Вы первые, кто не подчинился и сумел зайти секрету в тыл. До сети прежде никто не доходил.
— Хорошо придумано, — проворчал Рыжий. — Испытание ваше, стало быть. Под пулями по кустам скакать, потом вверх тормашками болтаться.
Кречет чуть приподнял бровь.
— Неужто Рыжий холостых испугался?
Мы с Семеном переглянулись. И правда, выстрел грохнул, но звука попадания пули мы не слышали. Тогда просто не обратили внимания видать.
— А место как определили? — спросил Кречет, продолжая жевать свое чертово яблоко.
— По запаху, — ответил Рыжий. — Жрать шибко хочется, а тут у вас яблочки дают…
Кречет усмехнулся, убрал недоеденный фрукт, достал из другого кармана еще один и бросил Семе.
— Благодарствую.
Семен поймал яблоко на лету и сразу впился зубами.
— Все, выдвигаемся в лагерь.
Сыч и Бурый шагнули к снаряжению, но Рыжий не торопился уходить.
— А если бы мы и сеть прошли, что дальше было бы?
Кречет посмотрел на него с легкой усмешкой.
— А кто ж вам скажет? Вы на учебе. До какого места с первого раза не дошли, оттуда в следующий и продолжите.
Пока Сыч сматывал удерживающую веревку, Бурый опустил противовес и сложил сеть. Затем они спрятали снаряжение под вывороченными корнями и забросали ветвями. Винтовки взяли с собой.
Кречет пошел первым. За ним двинулись мы с Рыжим, Сыч и Бурый замкнули небольшую колонну.
До лагеря оказалось около версты. Пока шли, окончательно рассвело. Сквозь кроны пробился утренний свет. Тропу я заметил не сразу. Она петляла между деревьями и местами почти исчезала.
Вскоре впереди проступила стена из жердей. Кору с них не снимали, с внешней стороны вплели еловые ветки и кустарник. Из тайги ограду можно было принять за обычный бурелом.
Кречет толкнул небольшую калитку.
За оградой стояла невысокая изба в два окна, рядом наспех сколоченный сарай. Вдоль забора тянулись сооружения, похожие не то на шалаши, не то на кое-как устроенные навесы. Большую часть двора занимала расчищенная площадка с утоптанной землей.
Возле нее собрались еще с десяток человек в одинаковых черных рубахах и шароварах. Возраст разный: самому молодому на вид едва исполнилось восемнадцать, старшему было под сорок. Все крепкие, жилистые. Доходяг и калечных не наблюдалось.
Особенно выделялся широкоплечий бородач с умудренным лицом, словно у батюшки, и сложенными на груди ручищами. Рядом переминался невысокий сухой живчик с заметной хромотой. Увидев нас, оба замолчали.
— Общее построение! — скомандовал Кречет.
Люди мгновенно двинулись на площадку. Сыч и Бурый оставили винтовки у сарая и заняли свои места. Мы с Семеном пристроились на левом фланге.
Кречет вышел перед строем и достал карманные часы.
— Половина шестого, — объявил он, захлопнув крышку. — Из двадцати трех назначенных к прибытию кандидатов добрались шестнадцать. Семеро в команду не попадают. Почти все присутствующие первое задание провалили. Исключения есть, но о них позднее.
Он вынул из-за пазухи сложенный лист и начал перекличку:
— Сыч!
— Здесь!
Позывные сменяли друг друга. Отвечали коротко, без запинки.
— Бурый!
— Здесь!
На позывной Монах отозвался широкоплечий бородач. Следом ответил Соболь. Хромой неожиданно низким голосом отозвался на Кривого. Замыкали список мы с Рыжим.
Закончив перекличку, Кречет убрал лист за пазуху.
— С этой минуты вы составляете учебную команду. Подготовка будет проходить в условиях, приближенных к боевым. Поблажек не ждите. Кто не справится, отправится туда, откуда прибыл. Сегодняшний день дается на обустройство лагеря. Разойдись!
Строй еще не успел распасться, когда Семен поднял руку.
— Разрешите обратиться?
— Обращайся. — Кречет приподнял бровь.
— А как мы такой оравой в эту избу затолкаемся? — Рыжий махнул в сторону строения.
— А вам этого и не нужно, Рыжий.
По строю пробежали смешки. Кречет обвел всех взглядом.
— Кому еще непонятно выражение «условия, приближенные к боевым»? Или кто-то из вас по тайге за хунхузами и контрабандистами со своей избой бегать собирается?
На этот раз засмеялись громче. Даже Монах усмехнулся в бороду.
Кречет дождался тишины и продолжил без улыбки:
— Для непонятливых объясняю. Ножи у вас есть, за забором тайга. На выход за ограду даю не больше двух часов. Но только сегодня. Дальше свободного времени на обустройство не будет.
— А далеко от лагеря отходить можно? — спросил кто-то.
— Дальше линии секретов все равно не уйдете. По периметру выставлено оцепление. Внутрь еще пропустить могут, наружу нет.
— Тоже холостыми пугать будут? — усмехнулся Рыжий.
