Раина осторожно расправляла ткань моего платья, которое было сшито из тончайшего габардина благородного зелёного цвета, символизировавшего нашу преданность и силу. По краям платья были вышиты золотые узоры, напоминающие о древних традициях человеческого рода. Я чувствовала, как каждое движение Раи было пронизано заботой и уважением, и это придавало мне уверенности.
Девушка была единственной во всём замке, кто улыбался.
Два дня назад, когда я на утреннем собрании огорошила всех старших помощников сообщением, что я в срочном порядке должна отплыть на континент Севиру, новость по замку разлетелась, как пожар! Уже к обеду вся крепость погрузилась в мрачную тишину. Все ходили с грустными лицами, печально вздыхали и с тревогой посматривали на меня, как будто я умираю, честное слово. Некоторые горничные, по-моему, даже плакали, иначе как объяснить их красные глаза и раздражающее шмыганье носом?
Раина тоже на первой секунде новости чуть не разрыдалась, но я успела сообщить ей, что она едет со мной, и теперь девушка сияла.
– Госпожа, спасибо-спасибо-спасибо! Я клянусь, что вы не пожалеете!
Тем временем двое суток по всем коридорам замка слышались голоса моих старших помощников, которые обсуждали последние детали нашего путешествия и чётко отдавали команды. Их было четверо: мадам Зои, чьей вотчиной был замок и все его распорядки, месье Володар, на чьи плечи легло всё хозяйство северных земель, капитан Боран, взявший на себя бремя проверяющего и теперь часто разъезжающий по баронствам, коих в Альвиоре насчитывалось целых 15 штук… ну, и капитан Дархар, ставший начальником стражи пять месяцев назад.
Ни к одному из этих людей у меня не было ни одного нарекания! Они были мастерами своего дела и ответственно несли службу.
Два дня назад я назначила капитана Борана старшим, отвечающим за охват всего герцогства в моё отсутствие, и «советники» поддержали моё решение, что было неимоверно приятно, ведь я так и не привыкла к тому, что моё слово – закон. Мне было очень важно увидеть, что мое предложение вызывает одобрение у конкретно этих людей. Это казалось правильным.
Сейчас старшие помощники проверяли, все ли готово для отплытия: запасы еды, воды и других необходимых вещей. Я слышала, как один из них, капитан Дархар, говорил на повышенных тонах, требуя у Анхеля, которым он поставил старшим в нашем морском походе, чтобы всё было выполнено безупречно. Его беспокойство было понятным – от этого путешествия зависело не только наше будущее, но и судьба всего нашего народа – но я была уверена, что Анхель, сын мадам Зои, со всем справится, ведь рядом с ним его Анника, чёрная ведьма, с которой он сыграл свадьбу буквально две недели назад.
Когда я спустилась вниз, меня встретила группа моих верных людей. Каждый из них был одет в парадные одежды, отражающие наше высокое положение и значимую в кругах элиты состоятельность. Люди, зверолюды – никакой разницы! Все сначала смотрят на твой внешний вид и только потом оценивают тебя, как личность.
Я видела в глазах своей незаменимой четвёрки гордость и решимость, и это придавало мне сил, потому как я неожиданным образом ощутила печаль. Мне было ужасно тяжело покидать свой новый дом! Что говорить?! Я так плохо себя не чувствовала даже тогда, когда выпала в этот мир и поняла, что больше никогда не увижу отчий дом!
Когда подошло время седлать коней, люди, вышедшие меня провожать, не выдержали. Поднялся натуральный рёв. Женщины плакали так, что я сама не удержалась от слёз.
– Во, дурные, – хмурился Анхель, пытаясь ускорить процесс прощания. – Мы же вернёмся!
Я ещё раз махнула рукой замковым жителям и осторожно ударила пятками Вьюгу, первой выдвигаясь на крепостной мост.
На пристани нас ожидали корабли, готовые к отплытию. Два корабля. Один мой, а второй отряда нагов-воинов, на котором они приплыли вместе со своими строителями.
Я поднялась на борт своего простенького, по сравнению с боевым фрегатом, корабля, и ветер тут же чуть коснулся моего лица, наполняя меня ощущением свободы и волнения. Мои люди заняли свои места, проверяя, все ли на месте, и готовились к долгому пути. Я смотрела на горизонт, где море встречалось с небом, и чувствовала, как внутри меня разгорается пламя решимости. Мы отправлялись в опасное плавание. Без решимости никак!
Через полчаса мой корабль стал медленно покидать берег, и я обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на земли, ставшие мне родными. С каждым метром, который мы удалялись, я осознавала, что готова к новым вызовам и переменам.
Несмотря на все тревоги, я верила (хотела верить!), что вместе с моими людьми мы сможем справиться с любыми трудностями!
Смотрела вперёд и улыбалась… пока не заметила пристальный взгляд капитана змеелюдов, Ашира Орли.
Наг стоял на верхней палубе своего корабля и недовольно хмурился, щурясь от того, что я стояла на фоне восходящего солнца.
Его недовольство имело определённую причину – я отказалась плыть на его корабле, а этот товарищ, уж поверьте, был ооочень настойчив. Я его почти до истерики довела, если можно так сказать, категорично отметая все доводы. Знаете, что?! Имею право! Я сама знаю, что мне делать и с кем мне плыть! Анхель – прекрасный капитан! Все его солдаты были готовы отдать за меня жизнь, а эти наги… Не знаю.
Нет, когда они только явились, вели себя ещё хуже. Видимо, не привыкли подчиняться женщине, а тут здрасьте! Их непосредственный господин приказал слушаться человеческую женщину во всём и охранять её ценой своей жизни. И если со вторым они были согласны, то с первым у нас постоянно были проблемы!
В общем, как можно догадаться, внутренний диссонанс до сих пор терзал элитных воинов Альтаира и их предводителя, а в такой компании целый месяц плыть… Вот уж вряд ли!
– Как же красиво, – с блаженной улыбкой на губах пропела Рая, кутаясь в коричневое стёганное пальто. – Только зябко.
Я в своём меховом плаще наоборот ужарилась. Ещё и платье шерстяное… поэтому ловко высвободилась и накинула тёплый плащ на плечики молоденькой девушки, которую я спасла от ужасной участи насилия в первый же час своего попадания.
– Что вы? Как можно? – охнула малышка, совсем недавно разменявшая свою шестнадцатую осень.
– Мне можно, – я приобняла Раю за плечи и вдохнула солёный утренний бриз. – Как замёрзну, возьму другой плащ, не волнуйся. Одежды мы с тобой набрали столько, что даже страшно. Надеюсь, я не успею продефилировать во всех нарядах, и мы быстро вернёмся домой.
Я повернула голову к носу корабля, и улыбнулась.
Там, как в фильме «Титаник», обнимались мои молодожёны: Анхель и Анника.
– Вот, кому всё нравится! – вздохнула я, положив голову на макушку Раины. – Почти настоящее свадебное путешествие у молодой четы Леран получается. И никого для счастья больше не надо…
– Аха, – восхищённо пропела горничная, зарываясь пальчиками в белый мех моего плаща. – Они такие счастливые… Аннике так повезло! И мадам Зои, мать капитана Анхеля – добрая свекровь, и муж – золото… Вот бы мне так!
– Мала ты ещё, – я щёлкнула девочку по носу и громко засмеялась. – Идём. Посмотрим, что там за каюту нам отвели. Когда видела её два дня назад… – я поморщилась, ещё раз бросив взгляд на огромный императорский фрегат, который по сравнению с рыбацкой шхуной смотрелся дорого-богато. – Надеюсь, там хоть чуть-чуть прибрали.
Глаза девочки таинственно вспыхнули, и она рванула вперёд, пытаясь удержать улыбку.
– Идёмте, герцогинюшка! Там такое… такое…
Что там за «такое» я поняла сразу, едва переступила порог каюты, которая раньше была завалена бочками с водой и ромом, сетями и прочей корабельной атрибутикой.
Ничего этого больше не было!
Каюта… Даже не знаю, какие слова подобрать?
Она была восхитительной! Вот!
Выкрашенные в винный цвет стены каюты, покрытые сверху лаком, привносили невероятный уют, а новая мебель ничем не уступала обстановке в моей спальне! Непривычно широкая для корабля кровать была застелена белоснежным, хрустящим от свежести бельём, на полу лежали бордовые ковры, сотканные кем-то очень талантливым. Рядом с кроватью – накрытый столик. На нём стояла горячая еда: мой любимый овощной салат, кусок сочного мяса и (мммм…) булочки с маком, посыпанные сахарной пудрой. А над чашечкой кофе со сливками ещё поднимался пар.
Каюта была поделена ширмой, заглянув за которую я увидела деревянную ванну и (здравствуй, мой дорогой!) ночной горшок.
Сумки с одеждой кто-то заботливый приставил к стене, где высился огромный деревянный шкаф.
Вся мебель была прибита к полу, как положено на корабле.
Я ходила из угла в угол, внимательно всё разглядывая и восхищаясь в голос.
Этот сюрприз был таким трогательным! Ну, как можно не любить столь заботливых людей?!
Я не сдержалась и ещё раз обняла свою молоденькую горничную, довольно хихикающую в ответ на мою реакцию.
– Мы знали, что вам понравится, – покивала со знанием дела Рая, прикладывая ладони к своим пылающим от смущения щекам, слушая, как я нахваливаю их труд. – Месье Брасид подгонял плотников, как мог! А я… я выпросила у кузнеца медную поталь и украсила здесь всё, чтобы вы чувствовали себя комфортно всё путешествие!
– Моя ты золотая! Мне очень… очень всё нравится! Ты просто удивительная молодец! И такой вкус! Садись скорей! Будем завтракать.
Рая сначала сопротивлялась, как обычно, но вскоре сдалась и через пять минут уже уплетала сладкие маковые булочки.
Я смотрела на неё, наслаждаясь мясом, и чувствовала огромную нежность.
Обо мне никто никогда так не заботился!
На Земле я всегда была на грани. Оно и понятно, ведь становиться наёмницей и убивать людей не будешь от хорошей жизни! Сейчас мне очень хотелось забыть то, как стала настолько циничной, что приняла предложение Виктора и пошла работать в его охранное агентство «Витязь». Изначально ведь я шла защищать клиентов. Это со временем поняла, что клиенты порой не охрану заказывают, а кое-что иное. Но к этому моменту была уже крепко повязана с ребятами, да и деньги, казалось, перебивают собой всё. После нищеты и вечного голода очень легко потеряться в огромных гонорарах… и совесть молчит. Я старалась делать всё, чтобы она молчала: придумала себе принципы, тщательно изучала объект, чтобы не лишать жизни хорошего человека.
Да – это сложно. И, конечно, неправильно. Самой определять: кто достоин жизни, а кто нет… Наверное, Бог, в которого я так не хотела верить, вывел Вивиан на меня. Выгнал из своего мира… а может, наоборот – закинул на Элерон, чтобы я применяла свои навыки, но уже для защиты людей. Как всегда, и хотела!
«Надеюсь, я всё делаю правильно».
Глава 4. Морская жизнь
Месяц плавания на рыбацком кораблике стал для меня настоящим испытанием, полным трудностей, открытий и улётного восторга.
С первых дней, когда мы покинули родной порт, холодный океан встретил нас своей суровой красотой. Ветер свистел в парусах, а волны, разбиваясь о борт, поднимали брызги, словно приглашая в мир приключений.
Каждое утро начиналось с раннего подъёма.
Я вставала до восхода солнца, когда небо ещё было окутано тёмными облаками, отжималась, качала пресс и… начинала свой день с работы.
Анхель сначала сопротивлялся, краснел, когда с мостика огромного фрегата ловил в свою сторону испепеляющий взгляд надменного Ашира Орли, но «АЛЁ»! Я в крепости белоручкой не была! И здесь не собиралась ею становиться!
Не до фанатизма, естественно, но я помогала морякам в поднятии парусов, и мои крепкие руки быстро привыкли даже к тяжёлой работе.
Да-да! Ужасно тяжёлой!
Знаете, за недели, которые я была вынуждена болтаться в северном океане, я стала фанатом моряков! Они же как те полубоги Греции, о которых написано столько мифов! Ха! Если раньше я считала, что в космонавты берут лучших, то, пожив рядом с этими юркими, но очень сильными матросами, я поняла, что отбор в их профессию должен быть ещё жёстче!
Вестибулярный аппарат уровня «супергерой» – РАЗ! Безупречная координация движения – ДВА! Хорошая форма, позволяющая выполнять тяжёлую работу на палубе, включая подъём и перенос грузов – ТРИ! Умение работать в сложных погодных условиях, включая сильный ветер, дождь и холод – ЧЕТЫРЕ! И это я только физические данные расписала!
А навигация? А техническое обслуживание оборудования?!
Когда после недели плавания четыре худеньких мужичка прыгнули в ледяной океан, чтобы зачистить дно судна (удаление ракушек и моллюсков предотвращало заражение каркаса корабельными червями), я чуть дар речи не потеряла! Что это за черви такие, так и не поняла, подбирая упавшую от шока челюсть, но впечатлилась на десять лет вперёд!
В общем, выходя на палубу, я каждый раз мысленно снимала шляпу перед этими работягами, помогая им хотя бы в малом!
Команда, состоявшая из опытных рыбаков Брасида, главы рыбацкой гильдии, с уважением относилась к моим стараниям, улыбались мне, кивали, здороваясь, как со своей. И мне импонировала такая простота. Я на время плавания почувствовала себя снова свободной Аней, необременённой титулом леди Вивиан Моран.
Кораблём управляли двое: Брасид, чьим, собственно, этот корабль был, и Анхель.
Оба капитана долго упрямились моему желанию помочь, не хотели объяснять ту или иную вещь, вызвавшую у меня вопрос, но я была очень настойчива, и они вскоре сдались.
В течение дня жизнь на корабле была насыщенной и динамичной. Я училась управлять судном, изучала искусство навигации по звёздам и небесным светилам, которых на Альвиоре было три, и помогала в приготовлении пищи.
Последнее, конечно, громко сказала. В основном в камбузе кока Занара работала Рая. Она и чистила овощи, и мыла продукты, и доила трёх коз. Да-да! На корабле с нами плыли три бедные козы, которым качка была ни по чём. Как сказал Брасид, они давно показали себя бывалыми моряками!
А я… я поливала ряды лотков, в которых большими пучками росла петрушка, да перебирала ящики с овощами и фруктами, чтобы ничего зря не пропадало, а было вовремя выработано до того, как начнёт подгнивать!
Холодный ветер пронизывал до костей, но я находила утешение в компании весёлых людей, которые делились со мной своими знаниями и опытом. Каждый из капитанов имел свою историю, и я с удовольствием слушала их рассказы о морских приключениях и несуразных случаях, вызывающих у меня дикий хохот.
Вечерами, когда солнце садилось за горизонт, небо окрашивалось в яркие оттенки оранжевого и пурпурного. Это было время, когда команда собиралась на палубе, чтобы отдохнуть после трудового дня. Они делились своими историями, и я чувствовала, как моё сердце наполняется теплом и радостью.
Потом рыбаки прознали, что Рая захватила целую охапку книг, и попросили меня читать на этих общих сборах, что породило одну яркую идею, которую я себе пометила в блокноте – надо заняться образованием своих людей!
«Вот вернусь, – решила для себя, – и открою школы в деревнях! Начну с чтения и письма, как на начальной ступени нашей системы образования, а там видно будет!»
Не обходилось и без трудностей.
Шторм, который иногда накрывал наш кораблик, испытывал на прочность не только корпус судна, но и дух команды. Слава всем стихиям, штормов была всего два за время путешествия!
Я в такие моменты, конечно же, отсиживалась в каюте с Раиной и Анникой, которую страшно тошнило. Ведьма в принципе плохо переносила плавание (такое себе получилось свадебное путешествие!), а во время шторма её морская болезнь вообще прогрессировала до чёрных теней под глазами. Я, глядя на новоявленную мадам Леран, благодарила небо, что меня миновала сия участь, и старалась всячески облегчить ей жизнь, готовя настойки по ведьминским рецептам.
В остальном всё было просто великолепно! Особенно, когда мы вышли в зону тёплого течения.
Мужики, знающие эти воды, с удовольствием попрыгали за борт, чтобы хоть немного смыть с себя пот, да «постираться», ведь это только у меня в каюте была ванна.
Я смотрела, смотрела, да и сама не удержалась!
«Раз безопасно, и никакой опасной животинки там не плавает, разве можно упустить такую возможность?!»
Никто не ожидал от меня, что я, забравшись по снастям такелажа, возьмусь за свободный канат и с криком: «Юху!», как на тарзанке полечу в глубокие серые воды северного океана.
Не поверите, но в этот момент я почувствовала, как мои страхи полностью испаряются, уступая место смелости и решимости. Не высота меня пугала… Холодный океан, который в начале морского похода казался мне пугающим. Теперь он стал чуть ли не моим другом!
Естественно, мне влетело!
Сначала от ушастого капитана императорского фрегата, который прыгнул вслед за мной, негодующе зыркая своими светящимися голубым неоном глазами, и втащил меня на рыбацкий кораблик, как котёнка.
Ашир потом десять минут, пока я обтекала в белоснежной рубашке и чёрных штанах, сквозь сомкнутые челюсти цедил каждое своё слово, за которыми виртуозно были завуалированы язвительность, сарказм и порядочная доля беспокойства.
А потом ещё и Анхель добавил!
Крики капитана Лерана остановить смогла только Анника, застонавшая от головной боли.
«Совсем обнаглел – на герцогиню свою голос повышать!» – дула обиженно губы я, не оборвав мужчину, потому как доля правды в его беспокойстве была.
По мере того как месяц плавания подходил к концу, я осознала, что изменилась. Руки, которые и так не отличались аристократичной нежностью, теперь были покрыты мозолями, окрепли и загрубели. Но главное – мой дух окреп! Я и раньше считала себя бесстрашной, а теперь вообще будто крылья обрела!
Рая каждый вечер ворчливо обрабатывала мои ладони жирным кремом, а я счастливо улыбалась, точно зная, что буду безумно рада весь обратный путь. Рада вдвойне! От того, что возвращаюсь домой, и от того, что делаю это на корабле!
Месяц на фрегате стал для меня не просто путешествием по холодному морю, но и глубоким внутренним опытом, который обещал запомниться навсегда!
В последние дни путешествия, когда мы вошли в воды Севиры, на просторы океана опустился лютый холод. Он заставил меня прекратить, как говорит Брасид, «дурачества» и закутаться в мой зимний меховой плащ.
Каюта прогревалась переносной печкой, напоминающей буржуйку, но я всё равно выходила прогуляться по палубе.
Я как будто хотела напоследок надышаться воздухом свободы, прежде чем опять окунаться в человеческие дрязги! Причём «дрязги» уровня повышенной сложности, ведь мне предстояло временное проживание на территории императорского дворца, где живут настоящие змеи! И это, увы, не просто фигуральное сравнение…
Когда на горизонте показалась земля, я осталась стоять до самого конца, пока наш кораблик не вошёл в гавань вслед за императорским фрегатом.
