Говорит она громко, из чего я заключаю, что Сергея нет дома, и выдыхаю с облегчением.
Нет, не боец я. Вообще не боец.
– Я просто… Ну… Не хотела тебя… Расстраивать… – бормочу растерянно, послушно разуваясь и делая шаг в квартиру.
– Ох, ё-моё, – еще больше раздражается Ланка, – будто меня можно расстроить еще больше! Не слушай его, решим! И не разувайся!
Я замираю на пороге комнаты, оглядываюсь на сестру с недоумением. Она же позвала с Вальчиком посидеть? Или нет?
– Мне срочно надо уехать! С Вальчиком! – тараторит Ланка, прыгая по комнате и спешно скидывая нужные вещи в сумку, – нам сад предложили! Но надо очень шустро! Прямо вот сейчас! Очень хорошее место, как раз недалеко от нас, и там группа специализированная! Если возьмут, то у меня время появится для работы!
– Хорошо… – киваю я, – я помогу. Вальчика одеть?
– Да нет, я сама! Короче, Марусь, тут такое дело… – Ланка тормозит, смотрит на меня неожиданно виновато и просительно, – у меня сегодня халтурка очень хорошая… В офисе одном, тут неподалеку… Я там три раза в неделю прибираюсь, а платят так за одну неделю, как в другом месте за месяц… Но пропускать нельзя… Марусь…
У сестры настолько просящий взгляд, в нем усталость, готовность к тому, что сейчас откажу, и это воспримется со смирением… И в то же время, надежда, что не откажу…
И я не могу разрушить эту надежду.
Киваю.
– Ох, блин, Маруська, спасибо тебе огромное! – Ланка обнимает порывисто, а я улыбаюсь появившемуся за ее спиной Вальчику.
Он смотрит на нас с удивлением, и столько любопытства в этих светлых глазенках, что просто невероятно хочется схватить карандаш, поймать это мгновение, такое остро-волнующее. То, что ни один фотоаппарат, даже с самым идеальным разрешением, не поймает…
– Но я… Я просто не знаю… Как туда заходить? Меня пустят, вообще? – бормочу я в плечо сестры, и она тут же приходит в себя от минутной слабости, снова возвращаясь к привычной истерически-раздражительной манере общения, которой раньше не было у нее. Совсем.
– По моему пропуску пройдешь, – начинает инструктировать она, снова бегая по комнате и собирая вещи, – там не смотрят в лицо, вообще всем пофиг. Офис на пятом, там длинный такой коридор и кабинеты. Моешь те, которые открыты. Поняла? От закрытых у приходящих уборщиц ключей нет, их потом кто-то из постоянных моет. Если кто будет там лазить, можно здороваться тихонько, если вдруг кто посмотрит. Но они обычно не обращают внимания, белая кость, мать их… – лицо Ланки чуть кривится, и становится понятно, что она терпеть не может обитателей офисов, – такие бабки спускают на фигню всякую, ты бы знала, Марусь… Мне иногда кажется, что, если взять бюджет на бытовую химию, что им на месяц выделяют, то как раз Вальчику на новое кресло хватит. И еще нам на питание останется. На месяц.
– А где брать ведро, там, швабру? – торопливо возвращаю я ее к реальности, потому что эта новая Ланка, заглядывающая в чужие кошельки, вызывает оторопь. Раньше этого тоже не было… Вообще, ловлю себя на том, что от моей сестренки мало что осталось. И это не удивительно при такой жизни.
– Возле лифта есть подсобка. Там все. Так, Вальчик, чего стоим, кого ждем? Быстренько одеваться!
Я все еще неловко топчусь у порога, и сестра всовывает мне пропуск, ключи от подсобки:
– Там есть, во что переодеться, на лицо маску надень, на всякий случай, хотя химия там не ядерная, но положено по технике безопасности. Это в центре, на Володарского 10. Через центральный вход, прикладываешь пропуск на охране, проходишь. Если вдруг кто спросит все же, что вряд ли, скажи, что заменяешь Викторову. И все. Поняла? Но лучше не тормози, я не уверена, что так можно делать, там серьезная контора.
– А чем хоть занимаются? – спрашиваю я уже из-за порога.
– Да всем, что в городе есть. Это фирма Тагира Хазарова, слышала про такого?
– Нет…
– Ну и хорошо. Все, иди, Марусь, у меня тоже время ограничено.
– Я позвоню…
– Ага… Эй, стой!
Останавливаюсь, разворачиваюсь к Ланке.
– Ты как сходила-то?
Сестра в курсе, зачем я приехала и к кому, и меня на мгновение накрывает теплой волной от искреннего интереса в ее голосе. Надо же, за своими проблемами помнит о моих словах…
– Нормально… Холодова в городе нет пока, но он мне был очень рад по телефону… Через месяц вернется и возьмет меня в свою студию…
– Ну, я и не сомневалась, – кивает Ланка, улыбнувшись, и у меня сердце екает, настолько эта улыбка преображает ее, делая из замотанной жизнью женщины красивую, молодую девушку, и, что гораздо ценнее, ту самую, прежнюю Ланку. Мою Ланку. – Ты вообще талантище, конечно, он тебя возьмет! По-другому и быть не могло!
– Да… – улыбаюсь я в ответ, – вот только месяц ждать…
– Ничего! – Ланка неожиданно переступает порог, тянется ко мне, опять обнимает, – ничего, прорвемся! Ты меня прости, если я резко… И что вот так тебя припахала… Но мне реально больше не к кому… Серега, гнида… Ладно, не будем… А тут такая возможность… В этот сад фиг попадешь, он один в городе… А в простые сады Вальчику нельзя же… Такой шанс… Вот я и наглею. Прости меня, Марусь…
– Ну что ты… – Растроганно глажу я ее по худым плечам, – я же все понимаю… И не волнуйся, я поддержу… И вообще… Рассчитывай на меня, обязательно, хорошо?
– Да я и так тебя в оборот взяла, по-наглому…
– Глупости не говори. Это мой племянник… И ты – моя сестра…
– А я тебе не помогла с мамой…
– Ты же не знала… И вообще… Все, хватит. Тебе пора собираться.
– Да… Ой! – Ланка смотрит на часы, подпрыгивает и принимается подталкивать меня в ступенькам, – все, иди! Если что, звони, поняла?
Киваю.
– И ни с кем там не болтай! Там непростые люди могут быть! Поняла?
– А если меня все же кто-то спросит? Из офиса?
– Делай вид, что все время там работаешь! Они все равно нифига челядь в лица не узнают! Тем более, такую, как я, приходящую! Маску не снимай, лишних вопросов не задавай. Если в открытом кабинете кто-то сидит, они иногда там задерживаются, просто извинись и выйди. Хотя, сегодня пятница, так что вряд ли кто-то будет… Они после двух все с работы линяют… Все, удачи, сестренка!
– Пока.
Дверь захлопывается, и я спускаюсь по ступенькам, сжимая в потеющей ладони пропуск. Ничего себе, денек у меня сегодня…
Очень надеюсь, что все пройдет спокойно, и я не подведу Ланку.
И сама не спалюсь и не опозорюсь…
Тагир Хазаров… Кто это, интересно? Бизнесмен? Мэр города? Да нет, вроде, тут другой кто-то…
В любом случае, надеюсь, что этот Хазаров и его подчиненные любят отдыхать по пятницам. Вне офиса.
Глава 8
Офисное здание находится в Старо-речном районе, в самом центре города, но не в историческом, а в самом что ни на есть деловом, которого раньше тут не было.
Я помню это место совсем другим: с одноэтажными разномастными домиками, огороженными палисадничками, с милыми сквериками между ними и даже самодельным прудиком, в котором водилась рыба, и по утрам тут часто стояли задумчивые мужики с удочками.
Сейчас от частного сектора не осталось и следа, домики сломали, скверики срыли, пруд закопали. Теперь тут – высотки, причем очень даже серьезные, на много-много этажей, сверкающие хромом и стеклом.
Я честно пытаюсь сосчитать количество этажей в нужном мне здании и сбиваюсь после десяти.
Город, в который я приезжала когда-то совсем ребенком, меня не узнает. И не принимает.
И мне самой как-то неуютно в нем, тяжело, давит плечи и теснит грудь.
Мама говорила, когда-то именно здесь, в центре, который еще не был тогда центром, а одним из районов быстро разрастающегося города, стоял небольшой домик, в котором жили ее родители… Интересно, что бы она сказала сейчас, увидев, что от родных ее мест не осталось ничего?
Ощущение, что с каждым шагом моим по этому городу все больше стирается прежняя жизнь. И моя, и мамина… Словно и не было ничего, словно и не жила она никогда на свете.
Что от нас остается после всего? Память, живущая в людях, помнящих о нас? А если эти люди тоже умирают? Все? Ничего не остается?
Ежусь от внезапного холода, который несут эти мысли, выдыхаю.
Наверно, это просто паническая атака, да.
Я очень сильно боюсь идти туда, в сердце этого длинного монстра из железа и стекла. Боюсь, что меня раскусят, поймут, что самозванка, и выкинут на улицу… И я не смогу выручить Ланку. И еще возможен вариант, что меня задержат и отправят в полицию…
Руки начинают дрожать, как и всегда, когда слишком сильно переживаю, ловлю себя на этом, с силой сую ладони в карманы, нащупывая пропуск, и решительно направляюсь к автоматическим дверям. В любом случае, пути назад нет.
Строго следуя инструкции Ланки, ни на кого не смотрю, прижимаю пропуск к турникету, толкаю, прохожу… Шаг, другой, третий… Напряженно жду оклика, того, что вот сейчас, прямо вот сейчас… Двери лифта послушно раскрываются, торопливо забегаю, нажимаю на пятый…
И прислоняюсь в изнеможении к зеркальной стене.
Прошла! Боже, я прошла! С ума сойти!
Выдыхаю, унимая бешено колотящееся сердце, успокаиваю себя тем, что дальше будет легче. Пятый час дня, есть вероятность, что в офисе уже и нет никого…
Распахиваются двери на нужном мне этаже, выхожу и сразу сворачиваю направо, в подсобку уборщиц.
И там, уже окончательно придя в себя и поверив, что сегодня все пройдет гладко, переодеваюсь в халат, повязываю косынку, пряча волосы, и напяливаю маску до глаз. Смотрю на себя в зеркало, удовлетворенно киваю отражению. Отлично. От Ланки точно никто не отличит…
Беру тележку с ведром и необходимыми принадлежностями, пару минут изучаю содержимое, прикидывая, что и как использовать, и затем уже уверенно толкаю дверь в коридор.
И тут же натыкаюсь на высокого парня в деловом костюме, явно направляющегося к подсобке!
Замираю, словно мышь под веником, тараща на него глаза.
А он останавливается, хмурится, оглядывая меня:
– Привет! Ты уже убралась здесь?
Так… Спокойно, Маруся, спокойно… Он тебя вообще не узнал…
Киваю на всякий случай, а затем, сообразив, о чем он спрашивает, тут же судорожно мотаю головой. Какое “убралась”! А вдруг, это проверяющий? Посмотрит, а все грязное…
– Не понял, да или нет? – морщит лоб сильнее парень, а затем, сходу, не слушая, что я хочу сказать, продолжает, – хотя, неважно. Короче, у нас в клубе, который в Новом, знаешь, да? Там не вышла уборщица. А сегодня там бои… Ну, короче, надо там поработать сегодня. За тройную плату. Поехали.
– Но… Я же тут… – булькаю я испуганно, поняв только из слов парня, что меня зовут прибирать где-то в другом месте. Где бои. И уже одно это жуть наводит. Какие бои? Какой клуб?
– Да тут чисто! – парень решительно тащит меня за руку, я перебираю ногами, судорожно цепляясь за тележку с ведром, словно за последнюю свою опору, пытаюсь придумать, что сказать… Ланка бы согласилась? Может, это так у них принято? И, если я сейчас откажусь, то ее выгонят? – Если будут вопросы, – продолжает парень, не обращая внимания на то, что я уже сопротивляюсь, торможу ногами и пыхчу, да еще и тележку не выпускаю, – скажешь, что Каз велел…
Очень хочется спросить, кто такой этот Каз, но не решаюсь. Судя по тону парня, этого Каза тут все знают…
– Ты крови не боишься, я надеюсь? – уточняет парень на ходу, и я еще больше обмираю. Причем тут кровь? Куда он меня?.. – а то бывает же на ринге, сама понимаешь… Да чего ты в это ведро вцепилась? Оставь его тут, утром придет уборщица и заберет!
– Надо на место его… Инвентарь… – пытаюсь я придумать хоть что-то, чтоб тормознуть этот локомотив, прущий меня в неизвестность, причем, прущий-то не в сторону лифта, на котором я приехала на этаж, а дальше по коридору!
– Да кому он тут нужен? – отмахивается парень, – в клубе все есть. А вот шмота может и не быть, так что халат оставь, пригодится…
В этот момент он дотаскивает меня до конца коридора, где обнаруживается еще один лифт.
– Но моя одежда… И документы… – пытаюсь образумить я его, – пропуск…
– Тебя назад привезут, – успокаивает парень, – через парковку пройдешь. Все равно тут круглосуточно же.
Меня ужасно напрягает последнее его замечание. Это во сколько же я освобожусь? Самое неприятное, что телефон тоже остался в подсобке! И Ланка, если будет звонить, может перепугаться и наделать глупостей… Хотя, какие она глупости наделает, с Вальчиком на руках?
– Мне надо позвонить…
– На, – парень перекидывает мне телефон, пока мы спускаемся на лифте.
Маска мешает, стягиваю ее на подбородок, набираю номер Ланки, который помню наизусть:
– Что? – рявкает она в трубку, на заднем фоне слышатся строгие женские голоса.
– Не волнуйся, я уехала на другой объект, как освобожусь, наберу, – скороговоркой выпаливаю я, Ланка на мгновение затихает, затем коротко отвечает:
– Поняла. Осторожней там.
И отключается.
Отдаю телефон парню, ловлю его задумчивый взгляд на себе. И страшно так становится! Зачем так смотрит? Понял, что я не уборщица?
– А ты ничего такая, – улыбается он в ответ на мой ужас, – какого в уборщицы пошла? С такой мордашкой могла бы чего получше найти…
Уворачиваюсь от ладони, норовящей ухватить за подбородок, бормочу:
– Меня все устраивает…
И отворачиваюсь, поспешно пристраивая маску обратно.
Парень хмыкает, но больше попыток наладить неформальный контакт не делает.
Мы выходим из лифта, садимся в черный здоровенный внедорожник, я сразу устраиваюсь на заднем сиденье, парень за руль, и это хорошо.
