В разговоре вновь воцарилась тишина, после которой посол коротко вздохнул.
– Империя и ее вечный шантаж всех и вся при помощи Эрталайн.
– Только не надо строить из себя жертву, дорогой друг, – генерал Закровский выдохнул облачко дыма, и то мгновенно исчезло в решетке вытяжки. – У всех нас есть свои рычаги давления. Просто у кого-то они чуть длиннее и тяжелее. Вы пытались повлиять на мое решение препятствованием формированию, я подчеркиваю, международной исследовательской группы. Я же лишь напомнил о нашем очень выгодном экономическом сотрудничестве в рамках Эрталайн.
Империя действительно располагала практически цельной третью всего мирового запаса Эрталайн. И примерно семью долями из десяти предполагаемых месторождений. Иными словами – являлась едва ли не монополистом в вопросе экспорта критически важного материала.
Иначе бы зачем еще в Войну Наемников кастильцы и Селькадо так активно поддерживали Тайю, а тазидахцы накачивали Княжество Фатии? И, может, кто-то с Восточного материка хотел бы видеть свой флот ближе к берегам Империи, но им мешал Островной союз.
Вот такая вот запутанная схема, и Ард не собирался в ней разбираться.
– Мы все понимаем, друг мой Олег, зачем именно формируется эта исследовательская группа, – каргаамский посол снова сделал странный жест ладонью. – Если провалится Конгресс, то Империя попытается успеть договориться о невмешательстве.
Премьер-министр нисколько не изменился в лице и лишь почесал мундштуком трубки щеку.
– Не понимаю, о чем ты говоришь, Калих. Насколько мне известно, наша Гильдия Магов совместно со своими иностранными коллегами, опираясь на исследования Старшего магистра Марта Борскова, готовит интернациональную экспедицию по горным массивам Восточного и Северного континентов в попытке обнаружить драконов. На мой взгляд, конечно, бездумная трата финансирования, но раз его императорское величество и их зарубежные партнеры всецело поддерживают, то почему нет…
– Потому что все понимают, что это будет последний шанс договориться.
– Договориться о чем, дорогой друг? О драконах? Так их сперва, если они еще в принципе остались в нашем грешном мире, найти надо. А потом уже договариваться.
Посол ненадолго прикрыл глаза и коротко произнес:
– Договориться о том, ваша светлость, что мы не станем вмешиваться в дела друг друга, если тазидахцы пересекут южные границы, а Урдаван и Грайния – восточные.
Ардану стало тяжело дышать. Он пожалел, что, как старый шаман, не может воспользоваться диваном. И от того, что премьер-министр ответил молчанием, лучше не стало.
В воздухе запахло шамтурским порохом. А может, просто разыгралось воображение.
– Вы можете думать, господин посол, что мы собираем группу международного посольства, дабы предотвратить катастрофу глобального масштаба, и приглашаем всех желающих, но… право же, – генерал Закровский развел руками, – это лишь научная экспедиция по поиску древних существ, способных, как заявили в Гранд Магистерской Ложе, продвинуть наше понимание не только Звездной магии, но и законов мироздания. Или как-то так. Я, признаться, не слишком силен в научной терминологии.
Посол открыл было рот, но тут же сомкнул губы и встряхнул ладонью. Видимо, все же руки действительно заменяли каргаамцам движения головой.
– Всех желающих? Значит, от нас требуется лишь…
Господин посол выдержал многозначительную паузу.
– Экспедиция будет готовиться на протяжении следующих трех лет, – улыбка премьер-министра стала чуть шире. – А учитывая все возможные трудности и сдвиги сроков – скорее всего, четырех. В середине лета наша Гильдия Магов отправит по всем странам Восточного и Северного континентов письма с приглашением к участию. Достаточно будет выразить свое желание, предоставить группу ученых и сделать взнос на финансирование. На этом в целом все. Но, спешу предупредить, взнос немаленький. Экспедиция продлится едва ли не год. А может, и дольше.
– Тогда зачем столько… – господин посол провел пальцами по воздуху, будто играл на клавишном инструменте, – сложностей в вашем поведении?
– Ну а как бы я еще узнал, что Каргаама настолько не желает портить отношения с Империей, что готова напрямую обратиться к Короне с предложением об участии?
– В научной экспедиции?
– В научной экспедиции, – подтвердил генерал Закровский.
Какое-то время в кабинете вновь воцарилась тишина, после чего господин посол вместе со своим спутником поднялись, провели ладонями над лицами и, распрощавшись, удалились. Премьер-министр же остался курить трубку.
– Вот и первый результат Конгресса, дорогой Бобер, – сказал он тихонько. – Что у нас дальше?
* * *
– А это мой младший, – Полевка выложил на стол еще одну фотографию. На ней, немного мутной и местами покрытой пятнами, мальчишка лет пяти играл с деревянной лошадкой на колесиках. – Петро.
– Почему не Петр? – спросил Урский, наливавший в чашку очередную порцию крепкого чая.
Насколько Ардан понимал немногословного, покрытого армондскими татуировками оперативника, единственное, что могло разговорить Александра, так это дети. Он и сам был отцом. Пятерых дочерей. В одну из которых был влюблен сын Милара.
Капитан, кстати, сидел на диванчике и, надвинув на лицо маску, похрапывал. А Дин Эрнсон, делая вид, что читает книгу, на деле любовался фотографией своей жены – Пламены. Возможно, самой прекрасной из смертных, что когда-либо видели в своих снах Спящие Духи.
Арди, помнится, даже опасался, что господина Эрнсона поймала в свои сети одна из Сидхе Лета.
– Жена так захотела, – пожал плечами Полевка. Под маской он оказался мужчиной лет тридцати пяти с редкой проседью на висках и смешными, очень куцыми усами. Как дырявый забор, только из тонких волосиков. – Вроде как необычно звучит. И мягче, чем просто Петр.
Александр с Полевкой обменялись взглядами и синхронно коротко вздохнули. Возможно, так, как могли вздохнуть лишь отцы детей, потому как нечто подобное Арди порой наблюдал и у Милара.
Спящие Духи! Временами Ардан забывал, что зачастую оказывался самым младшим из числа дознавателей и оперативников.
– И все же это лучше, чем морозить задницу там, – Полевка, чьего имени Ардан так и не знал, кивнул за окно.
По ту сторону заиндевевшего стекла зима продолжала свое царственное шествие по набережным Метрополии. Заметала город истовой пургой, внутри которой иногда и собственной вытянутой руки не разглядишь. Снегопад усилился настолько, что в город начали стягивать Армию. И не только для борьбы с мародерами, коих в Тенде и Тендари резвилось предостаточно, а в помощь дворникам.
И теперь тысячи людей, кто в гражданской, а кто и в военной форме, орудовали деревянными лопатами. Им помогали Звездные маги и даже пожарные расчеты, но и это не сдерживало натиск стихии.
– Кажется, последний такой снежный сезон случался, когда я был совсем маленький, – присвистнул Полевка и, собрав карты в колоду, начал ту тщательно перемешивать.
Вот уже третий час они играли в «Семерку», ожидая, пока наступит их очередь патрулировать коридоры отеля. Арди даже вздремнуть успел. Как, собственно, и вчера. И позавчера тоже.
Шел уже третий день поисков. И третий день, когда Ардан успевал спать разве что краткосрочными урывками. Вечером он вместе с Миларом, Дином и Урским находился в «Короне». Рыскал по коридорам, подсобным помещениям и всем тем местам, где их появление не вызвало бы лишних вопросов.
Затем, возвращаясь засветло в поместье премьер-министра, Ардан успевал принять короткий душ, поменять одну казенную одежду на другую и в компании кого-то из группы охраны направиться в Парламент. Там, за редким исключением, он стоял истуканом, возводя хвалу Спящим Духам за свою кровь матабар и то, что у него не отваливались ноги из-за многочасовой выправки «по струнке».
Причем капитан Понских то и дело садился на диванчик, не говоря уже про премьер-министра, в основном погруженного в рутинную бумажную работу. Ему приносили на подпись и проверку десятки каких-то документов; порой он через секретарей вызывал кого-то из чиновников на беседу и лишь несколько раз самолично спускался в департаменты подчиненных ему министерств.
Ну и к вечеру Арди вновь оказывался в отеле «Корона». В небольшой подсобке, где в обычное время располагалась одна из комнат отдыха для работников – прислуги, швейцаров и технического персонала. Всего таких на первом этаже располагалось восемь. И в шести из них ныне дежурили сотрудники Черного Дома.
– А вообще…
Речь Полевки, который не замолкал весь последний час, прервал стук в дверь. Милар, аж подскочив на диване, поймал слетевшую маску, закрепил ту на ремешки и призывно махнул рукой Арду.
– Идем, господин маг, разомнем ноги, – судя по тону, капитан был готов возвести молельную хвальбу позвавшим их на смену коллегам.
Ардан уже привычным движением проверил гримуар на поясе и, подхватив стоявший рядом посох, надвинул кожаную ослиную морду обратно на лицо. В помещении в ней было, конечно, жарковато, но жаловаться не приходилось.
– А еще мы с женой решили попробовать отправить дочку в школу для благородных девиц, – оставался за спиной разговор Полевки и Урского.
– Не лучшая идея, – пробасил Александр. – Мы отдавали старшую, и в итоге пришлось забирать.
– С другими девочками не поладила?
– Совсем нет – с учителями.
Почему Ардан нисколько не удивился тому, что старшая дочь Александра Урского не поладила с учителями? Вспоминая статную девушку с железным взглядом, которую Ардан иногда видел на званых ужинах Милара, характер у нее, скорее всего, целиком и полностью в отца.
– Ваша смена, – прогудел встретивший их Сурок и был таков.
Большинство Плащей, как и Кинжалы, были не особо довольны Конгрессом и тем, что их отрывали от непосредственных задач, расследований и дел. Остальной мир вовсе не вставал покорным скакуном в стойло, ожидая, пока там завершится всемирный съезд политиков.
– Честно, Ард, я уже был готов просить тебя заколдовать нашего нового знакомого, – проворчал Милар. – Да если бы не Урский и его любовь к детям, я бы и сам справился.
– Каким именно образом?
Милар лишь отогнул полу плаща, демонстрируя эфес сабли.
– Замечательное колдовство, напарник, под названием «потеря сознания в результате получения сильной тупой травмы», – с прежней интонацией пояснил капитан Пнев.
Они прошли внутрь стены. В самом прямом смысле. Милар потянул за одну из ламп, и совсем незаметный шов на обоях разъехался посильнее, а следом внутри коридора выехала тонкая дверная створка.
Отель был спроектирован таким образом, чтобы обслуга могла не беспокоить постояльцев и не пользоваться общими лифтами и лестницами. Вместо них «Корона» была насквозь пронизана настоящим тайным лабиринтом, спрятанным за такими фальшивыми стенками. И именно его – лабиринт переходов, технические помещения, прачечную, кухню, несколько лифтов обслуги и прочие помещения – и патрулировал Черный Дом.
Коридоры постояльцев, как и сами номера, берегла непосредственно охрана дипломатических миссий, так что там лишний раз появляться не приходилось.
Остановившись около столика горничной, Милар достал из-за пазухи карту и, развернув, подвинул столик ближе к свету.
– Мы проверили с тобой вторую кухню, – капитан водил пальцем по чертежу, отмечая зачеркнутые алым участки отеля. – Все лифты, включая обслуживающие и парадные. Коридоры первого и второго этажей. А также все подсобные места хранения чистящих средств, постельного белья и запасной бьющейся утвари. Везде пусто.
– Нам надо на крышу, Милар, – в который раз повторил Ардан. – У мутанта-предателя не было времени, чтобы как-то очень тщательно спрятать документы. Да и оставлять их в отеле, где и тазидахцы, и Черный Дом, и Кукловоды, – весьма рискованно.
– Да знаю я, Ард, знаю, – вздохнул капитан и, свернув карту, убрал ту обратно за пазуху. – Просто мне не очень нравится твой план.
– У нас все равно нет выбора, – настаивал Ардан. – Без повторного осмотра крыши…
– Ее уже осматривали, Ард.
– Но не я.
– А ты у нас теперь, спустя год службы, гений дознания?
– Нет, Милар, но я все еще Говорящий, а ты просто не хочешь признавать, что других рабочих идей пока нет.
Капитан Пнев поднял маску и показательно хлопнул ладонью по лицу, после чего вернул кожаную морду Кота на ее законное место.
– Вот скажи мне, почему, о Вечные Ангелы, Светлоликий, Святые, Мученицы и пудинг…
– При чем здесь пудинг? – не понял Ардан.
– Потому что мозги мои в твоем обществе скоро в него превратятся, – огрызнулся Милар. – Так вот, господин маг, почему все твои планы так или иначе сводятся к разрушению собственности Короны?! И еще к окнам. Но здесь, мое к тебе почтение, ты умудрился соединить обе своих пагубных, деструктивных привычки!
– А по-моему, звучит неплохо, – протянул Ардан, вспоминая детали изложенного им еще вчера предложения. – Мы разобьем окно, я позову в коридор Зиму, и через несколько минут даже самые стойкие в номер вернутся. Потом, пока доберется ремонтник через обледеневшие двери… Пока он все заделает… Времени хватит, чтобы все осмотреть и незаметно улизнуть.
– А стационарный щит тебя не беспокоит? – прошипел Милар. – И урон репутации Империи! Окно в отеле «Корона», видите ли, сломалось.
– Щит не справится с осколком имени Старшей Стихии, – пожал плечами Ардан. – В прошлый раз ведь тоже пропустил. Да и какой тут урон репутации – на улице снежный погром.
– Вот сам потом Полковнику это и объяснишь! – Капитан взмахнул руками, показал Арду неприличный жест и направился к лестницам. По дороге он нечленораздельно ворчал себе под нос: – Сраные окна… сраные Говорящие… проклинаю тот день, когда запросил у Полковника себе в отдел мага… У меня теперь под боком Мшистый в миниатюре!
Глава 98
Арди, наблюдая за тем, как Милар сокрушался на бетонных ступенях лестницы, размышлял о… все том же. О мутанте и документах. Как еще в первый день заметил капитан Пнев, тазидахцы сами не хотят поднимать шум. Будь это иначе, они бы обязательно раздули целую историю из того, что один из охранников дипломатической миссии исчез в самом сердце условно вражеской страны.
«Условно», потому что Тазидахиан никогда в открытую не выступал против Империи. Даже во время Войны Наемников лишь малая часть их военной машины в лице батальона из мутантов и химер участвовала в боях на южном побережье Новой Монархии. А в эпоху гражданской войны, учиненной Темным Лордом, они и вовсе отказались принимать участие в интернациональной группе интервентов.
Почему?
Скорее всего, из-за того, что Тазидахиан напрямую зависел от импорта из Империи сельскохозяйственной продукции и Эрталайн. Которые при этом точно так же – напрямую в страну Братства – не поставлялись. Империя не вела торговлю с Тазидахианом, если не считать редких сделок на морских путях. Откуда тогда зависимость?
Все дело в Нджии. Несмотря на порой острые отношения, Нджия закупала у Империи довольно широкий перечень товаров по не менее раздутым ценам. Да и, насколько благодаря лекциям в Большом по Истории Магии понимал Арди, в политике нет места сантиментам. Две страны, которые несколько десятилетий назад с яростью проливали кровь друг друга на жестоких полях сражений, в современном мире могли вести торговлю, мило друг другу улыбаться на конференциях и соединять в единое полотно железные дороги.
И таким образом, Нджия, которая выступала острием атаки во времена Войны Наемников и интервенции Гражданской Войны, стала внезапно одним из основных импортеров продукции Империи на Западном континенте.
Зачем Королевству сельская продукция, если у них у самих имелись неплохие, пусть и небольшие по площади, пахотные земли? Для транспортировки в Тазидахиан, державший своих западных соседей в ежовых рукавицах. Что же до Эрталайн, то рудные жилы в горных массивах Нджии, как и в случае с Селькадо и Кастилией, обладали куда меньшим спектром чистоты.
В общем и целом, Западный континент представлялся Арду если и не Крысиным Королем, то уж змеиным клубком – это точно. И нельзя сказать, что Империя была какой-то святой страной, не знающей чувства справедливости, возмездия, а порой и даже банальной мести. Нет, Корона за годы с лихвой отплатила всем странам-участницам и интервенции, и Войны Наемников. Причем с прибылью для себя. Вполне осязаемой.
Что и позволило стране, пережившей за несколько веков то, что другие не переживали за всю свою историю, не только стать одной из ведущих держав в разрезе Звездной науки, но и не отставать от Восточного материка в плане технического прогресса. В результате уже в этом году промышленный потенциал Империи превзошел аналогичный совокупный показатель Селькадо и Конфедерации Свободных Городов.
Вот только для таких темпов урбанизации и модернизации требовались эксы. Просто колоссальное, безумное количество эксов. А вот брать долги у «главного банка планеты», как порой называли Конфедерацию, Империя себе позволить не могла. По той простой причине, что вся мощь Конфедерации строилась на бумажной силе.
Свободные Города, пользуясь монополией на выход в Мелкоморье, буквально сжимали горло Восточного континента. Они могли распоряжаться полной номенклатурой ввозных пошлин как своим собственным «очень тяжелым и очень длинным рычагом», выражаясь словами премьер-министра. В результате ссуды, которые выдавала Конфедерация, зачастую превращались либо в ярмо, постепенно отщипывающее у страны-должника проценты казны и экономики, либо в уступки. И нет, Конфедерацию не интересовали чужие территории. Только порты. И вокзалы. Железнодорожные узлы. Энерговырабатывающие станции. Заводы и фабрики.
Конфедераты их банально скупали либо же принимали в качестве залога выданной ранее ссуды. И таким образом опутывали планету своими бесконечными процентными сетями.
Да, Империя обладала большим потенциалом. Человеческим. Военным. Научным. Промышленным. Вот только денег в Казне у нее было примерно столько, сколько конфедераты тратили за полгода своих торговых операций.
И о чем это все говорило? Учитывая, что Арди начал свой стремительный мыслепоток с весьма конкретного вопроса: тазидахцы не поднимали шума из-за пропажи мутанта.
Возможно, это говорило о том, что он нервничал. И немного по другому поводу. Одно дело, когда о большой войне шепчутся на улицах, переговариваются в барах и ресторанах, порой устраивают жаркие диспуты в салонах, гостиных и на кухнях, даже кричат броские заголовки в газетах, но… Совсем другое, когда посол Королевства Каргаама непрозрачно намекает в своих словах на то, что большая война – вовсе ничей не вымысел и не пугающий призрак, прячущийся где-то в темных уголках воображения.
– Милар, – тихо позвал Ардан, когда они уже почти поднялись на последний этаж.
Мысли пронеслись в его сознании буквально по щелчку. Быстрее, чем он успел понять, что прошло несколько секунд их стремительного подъема по клятой бетонной обшарпанной лестнице. Видимо, досюда руки реноваторов не добрались…
– Если будет война, нас предупредят заранее?
Капитан застыл на месте. Какое-то время он молчал, после чего коротко ответил:
– Нас – нет.
