Из стен по обе стороны с громким металлическим скрежетом выстреливают решётки. Острые, ржавые прутья вырываются из пазов в бетоне и смыкаются между нами.
Я инстинктивно отскакиваю назад, вода взлетает вокруг колен, решетка же с грохотом врезается в противоположную стену.
Ещё бы чуть-чуть... и меня бы проткнуло.
Тори стоит по другую сторону.
Теперь между нами ряд толстых металлических прутьев, концы которых заострены, будто копья.
Я делаю шаг вперёд.
Прутья уходят от пола до самого потолка. Без щелей и без зазоров.
- Чёрт… - выдыхает Тори.
Её силуэт едва виден в темноте.
- Ловушка, - говорю я тихо, хватаясь за решётку и пытаясь её сдвинуть.
Она даже не шевелится.
Бесполезно. Только вода тихо плещется вокруг ног.
Тишина вокруг становится давящей, когда мы просто смотрим друг на друга, вернее, только на очертания.
- Похоже, здесь наши пути расходятся, Дэл. Эти решетки не сломать.
- Да, похоже на то, Тори.
Слова звучат просто с учетом того, что мы пережили.
Ещё час назад мы вместе убегали от гиен и летучих мышей, потом от этого двухголового чудовища, ныряли в люк. А теперь между нами несколько ржавых прутьев. И этого достаточно, чтобы всё закончилось. Здесь всё именно так и работает. Люди сходятся и расходятся.
Тори первой нарушает молчание.
- Я пойду дальше, - говорит она, кивнув куда-то в темноту позади себя. - Если повезёт, эта ветка куда-нибудь выведет.
Я киваю, хотя она, наверное, едва видит это движение.
- А ты… - продолжает она. - Возвращайся.
- Обратно к тому зверю?
- Он вряд ли всё ещё сидит у люка, - отвечает она. - А если и сидит… у тебя хотя бы будет выбор направления.
- Попробую свернуть в другом направлении.
Это мне кажется более безопасным, хоть седьмая и права, вряд ли то существо выжидает.
- Если удастся… может ещё встретимся. Постарайся не умереть до этого момента.
- Постараюсь, - с усмешкой отзываюсь я, а потом уже тише добавляю: - ты тоже.
Несколько секунд мы просто стоим.
Странная пауза. Не неловкая. Скорее… короткая остановка перед тем, как снова разойтись по своим маршрутам.
- Ладно, - говорит Тори. - Увидимся на поверхности… если повезёт.
- Если повезёт, - повторяю я.
Она ещё секунду стоит на месте, потом разворачивается, и её силуэт начинает медленно удаляться по тоннелю, растворяясь в темноте.
Шлёп.
Шлёп.
Шлёп.
Звук шагов девушки постепенно становится тише, пока наконец не исчезает совсем.
Я остаюсь одна, как и было до этого. Только вода вокруг ног и глухая тишина канализации.
Зачем-то ещё раз провожу ладонью по решётке, потом выдыхаю и отворачиваюсь.
Теперь уже раздаются мои шлепки.
Иду обратно по тоннелю, держась рукой за стену и постепенно возвращаясь в ту сторону, откуда мы пришли.
Надеюсь, эта дорога выведет меня куда-нибудь поближе к центру. Лучше бродить здесь, чем на поверхности, где высока вероятность столкнуться с тем существом или кем-то пострашнее.
Глава 7
Когда я дохожу до места, где туннель разделяется на три части, то беру правее в этот раз.
Иду осторожнее, ведь понимаю, что та ловушка вряд ли была единственной. Возможно, нам повезло столько пройти и ни с чем не столкнуться.
Пока иду, то думаю, что это и к лучшему. То, что мы с седьмой так разошлись. В любом случае, выбравшись, нам бы пришлось идти в разные стороны.
Я нашла ещё один минус возможных союзов. Это надежда. Надежда на помощь или на то, что рядом есть кто-то, на кого можно положиться, кто прикроет спину или кто поможет, если станет совсем плохо.
Хмурюсь, продолжая перебирать ногами, и почти сразу же мысленно задаю себе вопрос.
А разве это плохо?
В обычной жизни - нет. Наверное, это даже правильно. Ведь люди всегда держатся друг за друга. Поддержка, доверие, взаимопомощь. Но здесь…
Я медленно качаю головой в темноте. Здесь всё иначе, потому что союзник может не только предать. Он банально может умереть, и тогда ты останешься один. Но уже после того, как успеешь привыкнуть к тому, что рядом есть кто-то ещё. К его шагам, голосу или к тому, что иногда можно поделить воду. К тому, что в темноте впереди идёт ещё один силуэт.
Я невольно вспоминаю, как несколько минут назад Тори шла впереди. Всего в нескольких шагах.
А теперь… Я снова одна. В этом длинном, холодном тоннеле. Вот, что я имею в виду.
Шлёп.
Шлёп.
Шлёп.
И есть ещё одна проблема союзов.
Я понимаю это чуть позже.
Союзник может замедлять тебя, ты начинаешь подстраиваться, ждать, останавливаться и помогать, как это делала Тори со мной.
А здесь… Каждая секунда может стоить жизни.
Возможно, не встреть седьмая меня, то уже вышла бы на Джаспера. Или была бы мертва. Сложно предсказать. К сожалению, я не умею заглядывать в будущее, умела бы - ноги моей в этом месте не было бы. Имею в виду в целом игры, а не только вонючую канализацию.
Ещё я думаю о том, почему здесь так ужасно пахнет, потому что город почти не используется, соответственно, отходов, как таковых нет. Дождями здесь должно было всё давно смыть. Если бы тут было светлее, то… боюсь, что я узнала бы ответ на свой вопрос, поэтому хорошо, что я ни черта не вижу.
Выдыхаю, отгоняя эти мысли, и продолжаю идти.
Тоннель постепенно становится чуть шире. Вода иногда меняет глубину, то поднимаясь почти к коленям, то снова опускаясь до середины голени.
Иногда сверху слышится скрежет труб. Иногда капли падают прямо на голову. Иногда где-то далеко снова звучат крики. Не всегда понятно… человеческие ли.
Время начинает расплываться.
Минуты превращаются в один длинный отрезок пути, а туннель раздваивается ещё несколько раз. Я даже не задумываюсь, выбирая направление.
- Слышишь меня? - спрашиваю я не у темноты, а у Кейна. - Хотя, даже если и слышишь, то я об этом никак не узнаю. Шанс того, что именно в этот самый момент ты сидишь где-нибудь в комнате… в кабинете, куда меня перенесло в прошлый раз, и смотришь… слишком мал. Почему именно кабинет? Без понятия, но я представляю именно его. Впрочем, логичнее было бы, если бы ты находился в том подземелье. Это я так называю место, где ты мне помог с раной на ноге, - я что-то задеваю в воде, и это уже происходит не в первый раз. Но останавливаться и думать не хочу, что там такое, поэтому спокойно иду дальше. - Оригинальное название я придумала, да? - шлёп. - Чёрт. Это жутко раздражает, что ты не отвечаешь. Вернее, я чувствую себя странно, разговаривая сама с собой. Зачем ты вообще велел Лианне дать мне эту штуку? Чтобы я сходила с ума? Хорошо, что тут нет дурацких камер. Меня бы посчитали за идиотку, а это вряд ли бы прибавило мне очков в рейтинге. Впрочем, их и так у меня, наверное, немного, тем более, после моего вандализма с камерами.
Шаги начинают становиться тяжелее. А я замолкаю на несколько минут, облизывая губы и чувствуя мерзкий привкус с примесью крови вдобавок.
- Знаешь… я не знаю, ведется ли запись моего монолога или нет, надеюсь, что да. И ты это увидишь позже в случае, если я умру сегодня или завтра. Я не строю ложных надежд по поводу собственной смерти, вряд ли я переживу всё это. Иногда одного желания жить бывает недостаточно. Так вот… я не попросила тебя об этом ранее, Кейн, но прошу сейчас, - останавливаюсь и убираю руку от стены, сжимая кулаки. - Пожалуйста, дай мне слово, что не дашь своей матери избавиться от моей. Понимаю, что я не имею право просить тебя о таком, но мне больше не к кому обратиться. Ты единственный, с кем у меня есть хоть какая-то внешняя связь. И единственный… - я вдруг осекаюсь, когда понимаю, что именно собираюсь произнести, - не считая Андера, кому я могу доверять в этом плане. Поэтому, пожалуйста, если я всё-таки умру, спрячь её. Я знаю, ты сможешь. Куда-нибудь, где Эстелла её никогда не найдет.
Слова повисают в воздухе, точнее, в этой густой, сырой темноте, где любой звук становится тяжелее, чем должен быть.
Я ещё несколько секунд стою неподвижно, чувствуя, как вода лениво колышется вокруг ног, а сердце стучит где-то в горле, будто пытается вырваться наружу вместе с теми словами, которые я всё-таки произнесла.
Резко выдыхаю.
Пальцы всё ещё сжаты в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу. Медленно разжимаю их, чувствуя, как в ладонях остаётся тупая ноющая боль.
Какая же это глупость. Безумие.
Разговаривать с человеком, который, возможно, вообще меня не слышит. Просить о вещах, которые могут никогда не стать реальностью.
И всё же…
Я знаю, что сказала это не просто так.
Потому что где-то глубоко внутри, под усталостью, болью, страхом и всей этой проклятой игры, сидит простая, упрямая мысль.
Мне больше некому это сказать.
Я медленно провожу ладонью по лицу, ощущая грязь, холодную влагу и липкую смесь пота с пылью и кровью.
- Чёрт… - шепчу я, голос звучит хрипло и кажется чужим.
В любом случае, от этой мысли внутри становится одновременно легче и тяжелее. Легче, потому что я сказала это вслух. Тяжелее, потому что теперь это звучит слишком реально.
Я снова провожу рукой по стене и делаю шаг. Вода лениво расходится вокруг ноги.
Чем дольше я иду, тем сильнее ощущаю, как усталость начинает медленно, вязко заполнять тело.
Плечи тяжелеют. Ноги будто становятся чужими. Каждый шаг требует чуть больше усилия, чем предыдущий.
Больше я не говорю сама с собой или с Кейном.
Иду уже не так долго, минут двадцать по ощущениям, когда вдруг… останавливаюсь.
Впереди, далеко в тоннеле, появляется слабый свет. Настолько слабый, что сначала я думаю, мне кажется, но нет… и правда. Тонкая бледная полоска, которая едва пробивается сквозь изгиб тоннеля.
Выход? Люк? Дыра в стене?
Я не бегу, но значительно увеличиваю скорость, чтобы добраться до туда.
Когда дохожу, то понимаю, что да, это действительно выход. Через люк. Только есть две проблемы. Первая - мне его нужно как-то сдвинуть, почему-то мне кажется, что это будет не так легко. Вторая - лестница сломана, ведущая к нему, то есть нижних ступенек просто нет, только наверху… три отделения. Нужно будет как-то зацепиться и подтянуться.
Сам круг люка выглядит почти чёрным на фоне слабого серого света, который просачивается через щели между металлической крышкой и асфальтом наверху. Свет тусклый, но после долгого времени в темноте он кажется почти ослепительным.
Слишком высоко.
Я прищуриваюсь, пытаясь прикинуть расстояние. Фута четыре или пять.
Если бы была хотя бы одна нормальная ступенька снизу, проблем бы не было. Но сейчас между мной и лестницей пустота.
Я медленно выдыхаю и оглядываюсь, будто надеюсь, что где-нибудь в воде будет лежать ящик, обломок трубы или хотя бы камень, на который можно встать.
Ничего.
Только мутная вода, бетон и запах канализации.
- Отлично… - тихо бормочу я.
Подхожу ближе к стене и кладу ладонь на влажный бетон.
