— Оливия… — глубоко вздохнув, он покрутил в пальцах тёмную стеклянную баночку с рассыпчато звякнувшими в ней пилюлями и поморщился. — Боюсь, что нам не о чем разговаривать.
— Мы вчера…
В ответ доктор медленно поднял на меня светлый взгляд и произнёс совершенно спокойно:
— Это больше не повторится.
— Почему? — изумилась я искренне.
— Зачем? — док приподнял тёмную бровь, словно подчёркивая вопрос. — Чтобы стать… как это говорят в ловчей службе… очередной зарубкой на рукояти твоего револьвера? Сомнительной чести трофей, я тебя уверяю. Тебе не сто́ит тратить силы и время на обычного лекаря.
— Не понимаю.
— Оливия, — тяжкий вздох. — Список твоих побед впечатляет. Тьен, Огюст… теперь я. Ты же нами играешь. Тебе весело, мне не очень.
— Я не спала с Тьеном! — возмутилась я. — И вообще, он только жену любит!
— А с Огюстом?
— Ты-то откуда знаешь?
— В сущности, какая разница. Мне нет дела до них, я всего лишь не желаю стать твоей куклой. Наиграешься и сломаешь. Или просто забудешь в саду?
— Вот он болтун! — с досадой пробормотала я. — Ли, послушай, всё совсем не так! Это всё было давно. И я испытывала к нему серьёзные чувства. А Тьен… Ну… здоровое любопытство. Он знатный, красивый, сильный… Я знакома с тобой ещё не была!
— Видишь, по сравнению с ними я выгляжу жалко. Ни чувств, ни красоты. Я тебе совершенно не нужен.
Зачем я ему отчитываюсь? Что за бред? И что, теперь сказать, что с ним было лучше всех? Унизительно и глупо.
— Или я стал диковинкой в твоей коллекции? Сильный лекарь, вдовец — не самая сложная добыча, не так ли? Или ты просто не можешь общаться с мужчинами, предварительно не разбив их сердце?
— Это у кого тут сердце разбито? — я громко фыркнула, сразу вспомнив свои пролитые после побега франкийца слёзы. Чьё ещё сердце пострадало… — У Огюста, что ли? У него вместо сердца сейфовый замок, не обольщайся.
Ли поднял руки в примирительном жесте, словно обороняясь.
— Извини, но мы явно сейчас говорим не о нём. Дело во мне. Я совсем не хочу стать Огюстом. Преданно и с собачьей надеждой заглядывать в твои глаза? Уволь.
— А что тогда было вчера? — разозлилась я.
— Ты красивая девушка, Лив. А я всего лишь мужчина. Если женщина просит, разве вправе я ей отказать?
— Что?
— Я не каменный. Ты горячая, страстная, великолепная и прекрасно владеешь своим соблазнительным арсеналом. Пилюли возьми. С твоим темпераментом…
Опалив его взглядом, я выхватила бутылочку из рук оторопевшего (я очень надеюсь) доктора и пулей выскочила в коридор.
Не помню, как я вернулась в свою каюту. Мне было больно, обидно. Он во всём прав, конечно. Я — женщина с прошлым, и этого уже не изменить. Великолепная? Я воровка, преступница. Дитя улицы, с рождения не получившее хоть сколько-нибудь добродетели, положенной приличной девушке. У меня никогда её не было. Я лгала, как дышала, завидовала, ненавидела, била наотмашь, отлично стреляла и грязно ругалась. Любви в моей жизни всегда было очень немного. Крохотные крупицы, словно случайно подобранные на мостовой.
А он… в нём был какой-то свет, на который я летела, как мотылёк. Совершенно естественная чистота и покой. Он был похож на глубокую реку, мирно несущую свои тёплые воды. На её берег меня подпустили всего на мгновение. Так… замочить ноги, не больше. А хотелось нырнуть с головой. Спрятаться в его сильных руках, укрыться в тепле его глаз. Но… я ему не нужна. Мне жаль.
Я никому не нужна.
Да пошли они все в крысью задницу!
Вот что — мне срочно необходимо на твёрдую землю. Проветрить голову. Решительно оглядела себя: удобные штаны, высокие ботинки. Кобура с любимым револьвером под жилетом лежит в сундуке, нацепить её было делом пары минут. И прекрасный наряд для прогулки готов. Схватила плащ и перчатки, нахлобучила шляпу и вылетела на мостик. Вовремя. Огюст уже полз вниз по лестнице, а Тьен тихо беседовал с инженером.
— Куда это ты собралась такая красивая? — нахмурил он брови, переведя взгляд на меня.
— Иду с вами.
— Сдурела? У нас нынче не запланирован променад по галантерейным лавкам.
Он был сердит, но, кажется, не на меня.
— Я схожу с ума от безделья, — взмолилась я. — Тьен, ну пожалуйста! Вы же не в город идёте, а на болота искать некроманта! У меня есть револьвер с серебряными пулями, я меткая, ты же помнишь! Я ни на шаг от вас не отойду, буду во всём слушаться!
В холодных глазах ловчего мелькнула тень сомнения, и я продолжила атаку.
— А ещё я внимательная и осторожная. Зачем-то ты взял меня в экспедицию?
— Бес с тобой, пошли. Спускайся за Огюстом. Ох уж эти женщины, одни тревоги от них! И только попробуй ослушаться! Оставлю тебя на попечение местным монашкам.
Зло произнёс, развернулся и соскользнул со стальной лестницы мостика на палубу ниже.
Я спрятала торжествующую улыбку в высоком вороте плаща, пританцовывая от нетерпения. Моего плеча коснулись чьи-то пальцы. Яхор? Что ему от меня нужно? Обернулась и рвано выдохнула, неожиданно попадая в плен холодных голубых глаз.
— Лив, я хочу извиниться, — Ли был серьёзен и немного смущён. — Я наговорил лишнего. Судить тебя низко и не в моих правилах. Я был непозволительно-малодушен. Взрослый мужчина не вправе винить в собственных слабостях молодую красивую женщину. Не кори себя за вчерашнее.
В глазах защипало. Так ещё хуже. Ему и в самом деле наплевать. Он не ревнует, ему просто всё равно. Хотелось закричать на него, возможно, даже ударить, но я криво улыбнулась и буркнула:
— Забыли.
— Лив, я…
— Или ты спускаешься, или мы уходим без тебя! — раздался снизу нетерпеливый окрик уже поднявшегося обратно Тьена.
Я тут же полезла через поручень. Ли попытался меня поддержать, но я гневно сбросила его руку, окатив дока презрительным взглядом. Нет уж, не нужно мне твоей помощи. И жалости тоже не надо. Ничего, я переживу. Не первый раз.
К демонам, в крысью задницу, к зловонным болотам! Куда угодно, только б не видеть этот укоризненный и сочувственный взгляд!
Глава 9. Болотные твари
Наш путь к Большому болоту, раскинувшему свои мшистые топи у самого города, был не слишком далёким, но утомительным. Молча погрузившись в порядком потёртый и отчаянно грязный мобиль, с оглушительным рёвом мы развернулись у домика с дирижаблем и направились к дальней окраине Брюста, ориентируясь по карте, нарисованной карандашом на клочке промасленной бумаги.
Дорога петляла по мрачному голому лесу, и мне упорно казалось, что каждый крутой поворот таит в себе неминуемую опасность.
Мужчины молчали. Огюст выворачивал руль, обнаружив весьма основательный опыт шофэра, прежде скрываемый от меня. Тьен сосредоточенно изучал свою карту, выглядывая через заляпанное грязью стекло салона, мрачно щурясь и делая в ней пометки порядком обгрызенным карандашом.
— Нам нужно держаться восточнее, — произнёс он громко, не сводя взгляда с обрывка бумаги. — Болото лежит между городом и хребтом. Наше пристанище недалеко от предгорья. Скоро должен быть левый поворот на старую дорогу к кладбищу.
Огюст только коротко кивнул, его лицо было сосредоточенно и серьёзно.
— Судя по тому, что я успел заметить в Брюсте, ловчих патрулей опасаться нам не следует, — проговорил еле слышно франкиец, и я готова была поклясться, что в его голосе прозвучала ирония. — Невзирая на некоторые… — здесь он громко кашлянул, словно пытаясь сдержаться от смеха, — непреодолимые обстоятельства, мы умудрились остаться для них незамеченными.
Тьен кисло поморщился, бросив предупредительный взгляд на Огюста. Тот громко фыркнул и издевательски оскалился. Что случилось у них в этом Брюсте? Оставалось лишь только догадываться.
Мобиль мчался по едва прихваченной свежим утренним морозом дороге, поднимая фонтаны жидкой грязи и мелко расколотого льда.
Показавшиеся было справа покосившиеся заброшенные постройки быстро остались позади, и перед нами опять поднялась стена векового леса. Мобиль немного притормозил, Огюст чрезвычайно внимательно вглядывался в дорогу, и уже очень скоро мы свернули с тракта на узкую тропу, ведущую, очевидно, к болотам.
— Будьте начеку, — предупредил вдруг громко Тьен. — Горожане болтали, что ещё прошлой весной здесь объявился демон и основательно прижился. Если что вдруг почувствуешь, Лив, не молчи.
Я только фыркнула. Скажет он тоже, — демон! Каждый знает, что их не бывает. Местные жители — те ещё сказочники.
Мы ехали медленно. Лес становился всё гуще, и вскоре мобиль уже с трудом пробирался через заросли. Чертыхаясь сквозь зубы, Огюст остановил машину, и нам пришлось выйти. Лес неожиданно стал словно ниже, могучие великаны деревьев уступили место чахлым колючим сосенкам и ёлочкам. Дорога же окончательно превратилась в прихотливо петлявшую среди зарослей тропу. Дальше пошли пешком.
— Впереди кладбище, — тихо рыкнул Тьен, указывая на неожиданно выступившие среди деревьев серые камни старинных надгробий. — Смотрим под ноги.
Мы осторожно продвигались по древнему кладбищу, каждый шаг сопровождался скрипом мха под ботинками. Тьен шёл впереди, держа револьвер наготове, Огюст следовал за ним, а я замыкала шествие, внимательно оглядываясь по сторонам. Почва становилась всё мягче, подозрительно похлюпывала и проваливалась под ногами. Запах сырости и гниения ощущался очень остро. Я старалась ступать след в след за Огюстом, опасаясь провалиться. Полянка справа от тропы вдруг громко булькнула и зашевелилась. Хоть бы птица какая пролетела… Страшновато здесь даже в сопровождении двух крепких мужчин.
Внезапно Оберлинг остановился и поднял руку, призывая нас к тишине.
Я нервно застыла, прислушиваясь. Вдалеке послышался странный звук, похожий на шёпот.
— Это он, — сказал Оберлинг. — Некромант. Узнаю́ эманации смерти. Вы что же, не чувствуете?
Мы с Огюстом синхронно переглянулись. Я пожала плечами, франкиец лишь хмыкнул. Тьен укоризненно покачал головой и тихонько позвал:
— Эй, Морроуз…
— … ко всем демонам! — донеслось со стороны болота довольно отчётливо.
Я немедленно почувствовала симпатию к незнакомому некроманту. Наш человек, видно с первого слова.
— Нам нужна твоя помощь!
— … катись в преисподнюю на хромой кобыле!
Здесь ухмыльнулся даже Огюст.
— Именем короля! Эдвин Аристарх Гортрем, лорд Морроуз, я приказываю вам оказать всяческое содействие! — выложил Тьен последний козырь.
— Подите к блохастому бесу, Оберлинг, я вам не подчиняюсь. А королевских регалий у вас, хвала богине, пока нет, — за нашей спиной вдруг с треском раздвинулись непроходимые, казалось бы, кусты, — а голос звучал совсем с другой стороны. — Ого, да здесь целая делегация! Леди, милорды, с кем имею честь?
— Ты меня узнал? — раздосадованно уточнил Тьен, медленно оборачиваясь назад и зачем-то встряхнув злополучной картой. — Со мной мои люди.
— Какая неожиданная встреча! — Голос по-прежнему слышался со стороны трясины. — Разумеется, я узнал тебя, Оберлинг. На память не жалуюсь. Так что вы здесь забыли?
Кусты угрожающе шелестели колючими ветками.
— Нам нужен некромант.
Прозвучало не слишком уверенно.
— Какая жалость, ничем не могу вам помочь, — голос насмешливо хмыкнул где-то прямо над головами незадачливых визитёров. Тьен снова кисло поморщился.— Тем более что вас, милорд, кажется, выгнали со службы и даже объявили в розыск.
— Нет, не объявили, — громко фыркнул в ответ Оберлинг. — Послушай, Эдвин, давай забудем былые разногласия и поговорим как нормальные люди.
Несколько молчаливых минут мы разглядывали тусклую зелень болота и торчащие грибами камни надгробий. Кусты у тропы гулко треснули и окончательно расступились, выпуская фигуру весьма и весьма примечательную.
Я внимательно разглядывала незнакомца. Он был молод, болезненно бледен, ужасающе худ, нечеловечески грязен и жутко вонюч. Мокрые кожаные штаны облепили тощие бёдра, а в высоких сапогах громко хлюпала вода. Чёрная куртка казалась чуть суше, но и она пестрела буро-зелёными пятнами. Из-под широкополой шляпы, тоже грязной и мокрой, унылыми плетями свисали иссиня-чёрные волосы. Лица толком не было видно, лишь длинный нос острым клювом торчал из-под кожаных мокрых полей.
— Вам не холодно? — вырвалось у меня. — Сейчас осень, а вы весь мокрый.
— А… да. Я упал, —вдруг виновато мне улыбнувшись, невнятно пояснил Эдвин Аристарх как-его-там дальше. Склонил длинный нос к плечу, принюхался и тяжко вздохнул. — Вообще-то холодно. Вы мне отчаянно помешали, я ведь почти поймал его.
— Кого же? — я опять не смогла промолчать.
— Демона.
Я тихо выдохнула, нервно переступая с ноги на ногу. Только демонов нам здесь и не хватает. Даже не знаю, кто мне нравится больше — знакомые уже восставшие мертвецы или непонятные потусторонние существа, в существование которых я никогда не верила. Впрочем, я и в бродячих мертвецов раньше не верила.
— Откровенно говоря, миледи, это вовсе не демон, — очень точно поймав моё настроение, пояснил неожиданно некромант. — По косвенным признакам я подозреваю, что здесь хулиганит болотное умертвие. Сами посудите: появляется это существо не только ночью, но и днём, далеко от болота не отходит, обладает острыми зубами и длинными когтями, питается как падалью, так и живой плотью… И ещё оно ядовито.
Рассказывал все эти ужасы вид некромант совершенно восторженным голосом. Кажется, его весьма вдохновляла перспектива встречи с острыми зубами и длинными когтями. В отличие от меня.
Я невольно сделала шаг назад.
— И чему ты так радуешься? — недовольно спросил Тьен. — Что, так скучно жить в Брюсте? Или эта зверушка не слишком опасна?
— Ужасно опасна, — ухмыльнулся Морроуз, ловко сев прямо на землю и стаскивая сапог с правой ноги. Вылив из него воду, он вдруг прищурился и продолжил: — Она уже загрызла с дюжину овец, пару коров и раскопала несколько свежих могил. Горожане особенно расстроились тому, что их покойники пошли на корм какой-то болотной скотине. За овец они так не переживали, конечно. Но если это умертвие, то я знаю, как его уничтожить.
— И почему же не изничтожил?
— Вас дожидался, лорд Оберлинг, — в голосе некроманта сквозила ирония. — Мне нужна приманка. Так что вы там толковали о разногласиях? Самое время расставить все точки над “И”.
— Оборотень в качестве жертвы? — Тьен округлил глаза и сделал испуганный вид. Вышло не слишком убедительно. — Глупая это идея, Морроуз. Демоны брезгуют оборотнями. У них от волков несварение. Но у нас есть целый граф Шардан. Чистый, сытый и аппетитный. К тому же — чрезмерно осведомлённый. Думаю, он подходит лучше.
Огюст с укоризной покосился на развеселившегося невесть чему Оберлинга и, преувеличенно тяжко вздохнув, коротко поклонился:
— Позвольте представиться, Огюст Шардан, чья излишняя осведомлённость так раздражает милорда Оберлинга. А эта прекрасная леди — мой добрый друг Оливия.
— Моё имя вы слышали, — пожал плечами некромант, легко поднимаясь с земли. — Что же, умертвие вы мне спугнули.
Где-то впереди послышалось пронзительное блеяние, а потом шум и треск кустов.
— И барана с нами больше нет. Хотя это утверждение можно оспорить, — некромант выразительно посмотрел на Оберлинга и хмыкнул, оглядывая свой кладбищенский вид. — Мне нужно переодеться. Тьфу, это уже четвёртый баран. Сомневаюсь, что корона оплатит эти расходы.
