Евгения Паризьена "Сын подруги. Нам нельзя"

— Данила, это не твоего ума дело. Соблюдай субординацию.

— То есть вам правда в глаза не нравится. Как измену можно простить?

— Я не собираюсь с ним сходиться. Но всё равно, беспокойный мальчик, не лезь в дела старших, — упорхнула бестия, поправляя свои роскошные волосы. Сжимаю кулаки, не справляясь с яростью. Противно наблюдать за всем. Прям возомнила себя сударыней с большими амбициями. До выходных был нервным. А она оказывается сама к нам заглянула. И болтала с матерью. Воспользовался пока останется одна и подкрался.

— Бывший муж вас не оскорблял?

— Благородный Данька. Всё не успокоиться. Нет, даже проводил домой.

— Какой обходительный. Плевать. Когда наше свидание?

— Прости, но у меня работа. Давай через неделю.

— Я вам мальчик на побегушках ждать?

— А ты чего злишься? Пригаси свою невесту! Что нам с тобой обсуждать?

— Плохо поступаете. Я спас вашего пса. А вы так равнодушно относитесь! — злился до ужаса.

— Дань, наверное, плохо понял. У нас не сложится общение.

— Почему? Я вам не нравлюсь?

— Не дури. Отношусь с уважением. Но всякие пошлости терпеть не стану. Образумься, пожалуйста. Чтобы утешить, могу сходить с тобой в кафе.

— Я даун, по-вашему? Или у меня гордости нет? — сильно обозлился. Было желание, затащить ее на диван и нагнуть. Трахнуть против воли, чтобы особо не возникала.

— Негатив убрал!

— Людоедка! Сожрали моё сердце. И многим парням жизнь загубили?

— Данила, что за чепуху сейчас произнес? — сильно обозлилась, словно я вывел ее из равновесия.

— Легко косить под дурочку. А вы прекрасно осведомлены в том, что имел в виду. По вам сохнут все парни! — требовал внимания к своей персоне.

— Если у тебя проблемы с нервами, выпей лекарство. А от меня отвяжись.

— Хорошо! В следующий раз, когда грабитель украдет вашу собаку и глазом не моргну. Лучше быть расчётливым, — рассердился. И вот мать прервала нашу дискуссию.

— Лясы точить не устал? Почини шкаф!

— Ухажера своего проси. А мне некогда, — громко я хлопнул дверью. В комнате ударил по бойцовой груше, которая висела на стене. Мымра, она по мне плакать будет. Имя во время секса выкрикивать.

Вспомнил, о скорейшем отъезде матери. И воспользовался своим шансом. Специально позвонил ее ненаглядной подруге через неделю.

— Дань, что с твоим голосом?

— Простудился.

— Ты лечишься?

— А вас это беспокоит?

— Да, я же не равнодушный человек.

— Звоню вам по просьбе матери. Вы, кажется, муку забыли, — придумал на ходу.

— Наверное, она ошиблась.

— Тогда прощайте.

— Дань, доктора вызови.

— Не сдохну, не беспокойтесь, — сказал равнодушно, бросая трубку. Ждал её прихода, намотав фарш на шею. Сколько сожаления во взгляде.

— Я спать спокойно не смогу!

— Зачем вводите в заблуждение? Вам начихать на меня, — говорил с полнейшим разочарованием.

— Хватит всё оспаривать. Я купила таблеток! Восстановим той голос.

— Ну раз строгая Виктория советует, послушаюсь. И на ночь со мной останетесь? — наигранно лег на диван.

— Дань, не наглей, пожалуйста. Я делаю это, потому что желаю добра.

— Зря потратились. У меня сердце болит.

— А что с ним?

— Влюбился. А от этого таблеток не придумали, — ласкал ее взглядом.

— И в кого?

— Боюсь, правда вам не понравится, несравненная Виктория! - заставил ее раскраснеться. Между нами возросло напряжение. Интересно поглядеть на её реакцию.

— Дань, говори немедленно.

— В вас, — ответил на одном дыхании.

ГЛАВА 15

Вика

Наш неугомонный паренёк всё не наиграется. Обожает дурачиться.

— Дань, выпей лекарство и марш в постель!

— Что за дрянной смех? Я вам на идиота похожа?

— Психовать перестал!

— А как должен реагировать, снежная королева? Я вам всю душу выворачиваю. А вы меня за балбеса принимаете, — не одобрил подобную реакцию.

— Любишь, говоришь? Мальчик избалованный, нельзя разбрасываться подобными словами!

— Почему? Вы мне всё запрещаете. Общаться вами. Болтать тоже! Что вы за садистка? — негодовал, а я поняла, что совершила большую ошибку, видясь с ним.

— Сожалею, что подхватил грипп. Поэтому злишься. Но не беспокойся, выздоровеешь! Доверься мне!

— Я вас просил утешать, уважаемая Виктория? Почему вы проигнорировали меня? Сказал, что люблю вас.

— Не нервничай. Уважаю твою искренность.

— Сопляком считаете!

— Честно? Да. Во все эти глупости не верю. Ты повзрослеешь и встретишь отличную девушку.

— А вы прям сваха. Может вас и на свадьбу мою пригласить?

— Всё, Дань, лечись мне пора, — поспешила открыть дверь, но она оказалась заперта.

— Удрать хотите? Жалкая трусиха. А теперь позвольте, выскажусь. Всё это грязное притворство. Скрываете правду.

— Какую?

— Неравнодушны ко мне. При первой встречи повели себя как неудовлетворённая сучка. Кто вас просил голой выходить из ванной? Но вы дразнили меня, — говорил словно гаденыш, намеривавшийся насолить.

— Дань, моё терпение не железное. Ключи отдал.

— Нет, сначала вы разрешите вас поцеловать!

— Ничтожный шантажист! Где твоё воспитание?

— А вы прям святоша! В своих снах, давно трахнулись со мной. Угадал? — разжигал между нами конфликт.

— Значит так, парень, помешанный на разврате. Вернул быстро связку.

— Извините. Я слишком плохой, — на моих глазах, распахнул ставню и выбросил ключи.

— Наглец! Что ты натворил? Да по тебе психушка плачет.

— Как неслыханно. Вы оскорбили сына подруги. Ей тоже сообщите о моих отклонениях? — делал всё, чтобы навредить. Сразу вспыхнула от гнева.

— Избалованный сосунок!

— А где же ваше сочувствие? Так хотели вылечить. А сейчас вылитая ведьма. Теперь понятно почему вас бросил бывший. Вы стерва с ужасным характером!

— Ротик свой похабный закрыл. Вот именно, только из уважения к твоей матери, я не ударю подлого нахала.

— Ого. Так вы любите кулаками размахивать, вылитая хищница.

— Как ты надоел, — проигнорировала его и ушла в другую комнату. А он нарочно снял футболку, и начал расстегивать джинсы.

— Растерял совесть?

— Мне жарко, Виктория. А вы не глазейте.

— Дань, оденься, — вся раскраснелась, он остался обнаженным.

— Скажите, что я вам нравлюсь. Ну же!

— Руки убери! Ошибаешься, слизняком считаю, — отвернула лицо. А он против моей воли поцеловал, держав за запястья. Это ужас, я окончательно спятила.

— Да, что вытворяешь?

— Вас хочу безумно. Давайте займемся сексом!

— Распутной считаешь? Я была о тебе другого мнения.

— Ой, да что собственно плохого наговорил? Между нами страсть. Глупо отрицать.

— Всё было обманом? Нет простуды? Правильно? — зада ему важный вопрос.

— Кашель напал. Но вы же вылечите меня. Правильно? — усадил на умывальник, и пристроился между ног.

— Дань, я не стану терпеть издевательство.

— Угомоните меня. Согласитесь принять со мной ванную. Раскрепощенная Виктория! — снова полез целоваться. А я устала терпеть его настойчивость.

— Где у вас запасные ключи?

— Их нет.

— Врёшь.

— Сам напросился. Сейчас позвоню твоей матери. Сыта по горло,- начала искать сумку. Но поганец ее спрятал. Вот же аферист.

— Да, слишком неправильный. Но у меня есть оправдание. Сохну по вам! — воспользовался моей оплошностью и с таким рвением ворвался в губы, он ласкал, вызывая странное ощущение.

— Божественная Виктория!

— Если хоть капельку уважаешь, откроешь дверь!

— Нет! Мне станет грустно, когда вы упорхнете. Чего ломаетесь? Мы просто целуемся, — совсем сошел с ума и повалил на пол. Его ласки становились такими горячими, способными вскружить голову.