Елена Рахманина "Беги. Я тебя найду"

Глава 8

Подруга так быстро берёт меня в оборот, что мне остаётся только растерянно хлопать ресницами.

– Клуб? В среду вечером? – недоверчиво переспрашиваю.

В ответ Иринка лишь звонко смеётся, очевидно по-прежнему считая меня безнадёжным синим чулком.

– Господи, какая же ты миленькая и невинная. Жизнь тебя вообще ничему не учит. – Она качает головой, распахивая передо мной тяжёлую дверцу своего чёрного мерина.

С трудом залезаю в эту глянцевую громадину.

Внутри машина выглядит как карамельная начинка – кресла и приборная панель обтянуты мягкой светлой кожей. В салоне пахнет дорогими духами подруги. И большими деньгами.

– А чему она должна была меня научить? Мне завтра рано вставать. Хотелось бы и лечь пораньше, – отвечаю и сама понимаю, как нудно, по-учительски звучит мой ответ. И сама же закатываю глаза. – В тюрьме, знаешь ли, привыкаешь к строгому режиму.

Иринка издаёт нечто похожее на смешок, вызванный моей нелепой попыткой пошутить.

– Лучше расскажи, что у тебя случилось. Вообще-то, о том, что вы в Москве, я почему-то узнаю не от тебя, а от твоей бабули. – Подруга бросает на меня пронзительный взгляд, препарируя им меня и без спроса залезая в мой череп. Перебирая мои мысли, как страницы каталога.

Оттягиваю ответ, медленно пристёгивая ремень безопасности, пока Ирина выруливает с территории «Сити». Мой взгляд ложится на её тонкие пальцы с красными длинными ногтями. Это смотрится красиво и хищно. Я вновь думаю о том, что их тоже можно использовать как оружие. Один такой ноготь отлично бы смотрелся в глазном яблоке Тамерлана.

– Я работаю на Керимова, – глухо выдыхаю, внимательно следя за выражением лица подруги, которая умело лавирует в потоке машин. Её брови летят вверх. На мгновение она отрывает взгляд от дороги, впиваясь в моё лицо.

– Того самого Керимова? – недоверчиво уточняет Ира.

– Да. И я не понимаю, это случайность или он всё подстроил. Может быть, он хочет меня добить. – Прикрываю глаза, утыкаясь затылком в подголовник.

– Не думала, что вы так быстро встретитесь. Чёрт, – её голос полон искренней досады. – И… как ты пережила это?

Ощущаю, как от свежих воспоминаний мышцы во всём теле деревенеют. Сжимаются до болезненного напряжения.

– Мне хочется его уничтожить, Ир. Стереть с лица земли. Мне становится легче дышать, лишь когда я придумываю изощрённые варианты мести, – выцеживаю сквозь зубы, не опасаясь, что подруга решит сдать меня в психушку.

Только ей я могла безбоязненно доверить свои тёмные мысли. Зная, что не осудит, а поддержит.

– Мы сейчас тебя немного приоденем, чтобы нас не выгнали на входе. И рванём в «Рай», где ты в красках расскажешь мне о придуманных видах казни. Для него. – На её лице расцветает предвкушающая улыбка, когда она поворачивается ко мне на светофоре.

– Ир... Честно, давай куда-нибудь попроще. В кафе какое-нибудь. Я не готова к этим местам…

Морщусь. Какой бред, что в двадцать первом веке женщине приходится соответствовать чьим-то надуманным стандартам о том, как должна выглядеть женщина, чтобы попасть в клуб. Мне не хотелось строить из себя человека, которым я никогда не являлась. И уж тем более не хочется прихорашиваться и наряжаться.

– Так не пойдёт, малышка, – Ирина привычно давит, зная, что отказать ей практически невозможно. – Ты больше не живёшь в глуши. А если хочешь добиться чего-то в этом мире, нужно быть на уровне с тем, с кем ведёшь борьбу.

В её словах есть резон. Однако от этого её точка зрения не кажется мне привлекательнее.

А я сама ощущаю смущение оттого, что у меня недостаточно денег, чтобы не выглядеть замухрышкой рядом с красивой и стильной подругой. По крайней мере пока я не успела их заработать.

– Давай выкидывай эти глупости из головы. – Ирина протягивает ко мне руку, давя указательным пальцем на мой лоб. – Я читаю твои мысли, как субтитры. Если тебя это успокоит, то сегодня мы кутим на деньги Виталика. А он любит тратить бабло на красивых женщин. А ты у меня очень красивая.

Странно, но её слова возымели действие.

Почему бы и не потратить деньги Виталика? Правда, я в душе не знаю, о ком речь. Но Ирина умела жонглировать десятком таких Виталиков. Не удивлюсь, если это имя нарицательное.

Она не мелочится. Лишь когда мы выходим с подземного паркинга и поднимаемся на первый этаж, до меня доходит, что мы находимся в самом дорогом универмаге столицы – в ЦУМе.

– Когда ты успела так разбогатеть? – уточняю, нервно хватая её за локоть.

Мне катастрофически не комфортно в этом месте.

Ощущаю себя нищей провинциалкой, пришедшей поглазеть на дорогие вещи. Но уж точно не купить их.

– Малыш, я пока лишь на пути к этому. – Она подмигивает мне. – Хотя, если бы ты сказала, что баб Варе требуются деньги на лечение, я бы нашла для тебя нужную сумму.

Бабуля, видимо, всё выложила Иринке.

– Не хотела тебя обременять, – отвечаю, озираясь и ощущая, как яркий свет слепит уставшие от работы за компьютером глаза. Попутно шарахаюсь от ценников.

Подруга недовольно фыркает.

– Пошли. – Она крепко сжимает мои пальцы, ведя на этаж выше. Пока мы не оказываемся замурованными среди корнеров с женской одеждой. – И не обращай внимания на цены. Я просто не могу смотреть на твою убогую одежду. Уж прости.

Ирка толкает меня в примерочную. Со всех сторон из зеркал на меня пялится моя недовольная физиономия с взлохмаченной головой.

Благо свет здесь мягкий. Не режет глаза.

Спустя пару минут ко мне начинают стягиваться консультанты, принося выбранные Ириной вещи. И каждая попадает в сердечко. Будто подруга точно знает, что именно мне подойдёт. Вещи предусмотрительно избавлены от ценников.

Уф.

Надеюсь, Виталик достаточно богат.

– Чую, что и бельё у тебя убогое. – Иринка бесцеремонно кидает мне в лицо что-то из тонкого красного кружева.

Я с ужасом смотрю на эти ниточки, невесомые трусики и чисто символический бюстгальтер. В его функции явно не входит обеспечение комфорта. По крайней мере для самой женщины. Скорее, для услады мужских глаз.

– Я не надену это. – Возмущённо бросаю комплект белья обратно Иринке.

– Наденешь. Готова биться об заклад, что на тебе шорты и спортивный топ. Это не подходит под выбранное платье.

– А если я откажусь? – Смотрю на неё с недовольным прищуром.

Подруга расслабленно прислоняется плечом к двери, складывая руки на груди.

– Расскажу бабушке, как тебе на самом деле тяжело жилось в тюрьме. – Она издевательски ломает бровь.

И вновь вручает мне злополучный комплект. Негодяйка.

Шах и мат.

Верчу красные кружева в руках, брезгуя надевать нестиранную вещицу.

– Надевай, – давит Ира.

И я сдаюсь.

Моя грудь всегда казалась мне слишком полной для тонкого кружева. Но, видимо, этот предмет гардероба конструировал гений. Бельё каким-то магическим образом идеально село. Не давя и не врезаясь в кожу.

Асимметричное чёрное платье подчеркнуло стройные загорелые ноги и… очень откровенно выделило грудь.

Я ошарашенно пялилась на себя в зеркало, пытаясь сообразить, для чего вообще всё это. В среду вечером.

Иринка, словно читая мои мысли, распахнула шторку примерочной.

– Если ты хочешь ему отомстить, то должна быть уверена в своих силах. А в этих балахонах, что ты носишь, у тебя вряд ли это получится.

Хмурюсь.

– Я же не собираюсь побеждать его своими сиськами. – Складываю руки на груди, стараясь спрятаться от оценивающего взгляда подруги.

– А могла бы, между прочим.

В слишком открытых вещах мне физически неудобно. Я могу полюбоваться собой в примерочной… но выйти в таком в люди. Боже. Нет.

– Пожалуйста, Ир. – Сверлю её умоляющим взглядом.

– В общем, так. – Смотрит на меня недовольно. – Я тебе сейчас выберу что-то более монашеское. Как ты любишь. Но это платье мы тоже купим. Его черёд ещё настанет.

Через пару минут подруга вручает мне ещё один наряд.

Куда более закрытый и спокойный.

И мне сразу становится легче дышать, когда моё тело не выставлено на всеобщее обозрение, как товар на аукционе.

Платье до середины бедра, но верх закрыт. Объёмный тренч и ботинки на низком каблуке дополняют мой немного гранжевый образ.

После покупки она утаскивает меня к корнеру с косметикой. Где милая девушка с кисточками наперевес пытается что-то изобразить на моём лице. Но я соглашаюсь лишь немного замазать синяки под глазами и нанести на ресницы тушь.

Подруга удовлетворённо рассматривает меня. Да я и сама вижу, что из маленького зеркала, что подала визажист, на меня смотрит кто-то другой.

Хмурюсь.

Утешаю себя мыслями, что это только на один вечер.

Завтра я вновь стану собой.

Ира забирает очередной брендовый пакет в магазине косметики.

Клуб «Рай» оказывается местечком без опознавательных знаков. Вывески нет. Я даже не вижу, где на здании указан адрес.

Лишь по виду двух амбалов, топчущихся у входа, понятно, что это фейс-контроль ночного заведения.

Нас без вопросов пропускают вперёд, после того как меня заставляют показать им паспорт. Какая нелепица.

Ирина ведёт меня сразу на второй этаж.

– Здесь проходил ремонт. Клуб недавно заново открылся. На верхних этажах есть развлечения, которые помогут тебе снять напряжение. Кстати, когда у тебя последний раз был секс?

Глава 9

Тамерлан, *** количество лет назад

Мерзкий дождь морозит кожу под промокшей одеждой. Ненавижу холод, хотя последнее время испытываю его почти непрерывно.

Домой идти впадлу.

Наблюдать папашу с очередной тёлкой, которая непременно начнёт набиваться мне матери. Готовить на ужин какую-нибудь безвкусную бурду, вилять задом в коротком халатике перед моим носом. Заглядывая в глаза, будто я дворовый щенок. Готовый на всё за ласку и подачку.

Воротит от них.

Скуриваю одну сигарету за другой под навесом недалеко от школы.

Да и друзей видеть не хочется. Можно было бы, конечно, напроситься к Денису. Его мать никогда не отказывала мне в ужинах. И выглядела… нормальной. Но чую, что уже смахиваю на попрошайку.

Мерзко от самого себя. От своей слабости.

– Керимов, ты чего тут мёрзнешь? – доносится до меня тонкий, встревоженный голосок.

Вероника… Степановна, оказывается, стоит за моей спиной, держа посиневшими от холодного осеннего ветра пальчиками зонт. Он так и норовит вывернуться наружу. Или улететь вместе с её тощей фигуркой куда-нибудь подальше. От меня.

С трудом сглатываю, ощущая, как дёргается кадык.

Моя эротическая фантазия стоит напротив, смотрит на меня невинными глазами. Даже не подозревая, что я мечтаю сотворить с её телом.

Кожу обдаёт жаром. Готов биться об заклад, что одежда сама высыхает на мне, хотя я всё ещё ловлю капли дождя, попадающие под строительный навес.

Во рту сухо. Облизываю губы, сверля её потемневшими от желания глазами.

– И куришь ещё. – Хмурит бровки, всем своим видом выражая неодобрение. Качает головой.

Косой дождь не обходит её стороной. Я вижу, как с её носа стекает вода.