— А вы знаете, — говорила Изабелла, размешивая сахар в чашке, — в нашем королевстве очень прогрессивные законы. Например, волшебные существа имеют равные права с людьми. Могут владеть собственностью, заключать браки...
— Серьезно? — удивился Виктор. — А в моем бывшем княжестве чудовищ считали неполноценными.
— Полная архаика, — фыркнула Изабелла. — У нас даже принцесса-драконица есть. Правда, она живет в соседней провинции и занимается благотворительностью.
Я отвлеклась от статьи про урожай волшебных яблок и посмотрела на них. Какая идиллия, честное слово. Мачеха и чудовище обсуждают социальные вопросы за чаем с печеньем. Не хватает только...
— ИЗВИНИТЕ! — раздался звонкий голос от калитки. — ТУТ ЖИВЕТ ЧУДОВИЩЕ?
Мы все повернулись к источнику звука. К дому приближалась девушка, которая выглядела так, будто сошла с обложки глянцевого журнала "Принцесса месяца". Каштановые волосы развевались на ветру идеальными локонами, синие глаза сияли как сапфиры, а фигурка в бирюзовом платье двигалась с грацией профессиональной модели.
— Боже мой, — прошептала Изабелла, — какая красавица.
— Неестественно красивая, — буркнул Виктор. — Подозрительно красивая.
А я почему-то сразу почувствовала, что эта красота принесет нам проблемы. Интуиция программиста, знаете ли. Когда код выглядит слишком идеально, в нем обязательно есть скрытый баг.
Красавица подошла к веранде и сделала изящный реверанс.
— Добрый день! Меня зовут Бэль. Я ищу Чудовище по имени Виктор.
— Это я, — осторожно ответил Виктор. — А вы кто и зачем меня ищете?
Бэль просто засияла улыбкой, которая могла бы рекламировать зубную пасту.
— Я ваша суженая! Та самая Красавица, которая должна вас расколдовать!
Повисла тишина. Такая тишина, которая бывает после взрыва, когда еще не понятно, кто жив, а кто нет.
— Простите, что? — переспросила я.
— Я Красавица из сказки "Красавица и Чудовище"! — гордо объявила Бэль. — Приехала исполнить свое предназначение. Полюбить этого... — она окинула Виктора оценивающим взглядом, — ...существо и расколдовать его поцелуем истинной любви.
— А где вы были три года? — спросил Виктор с подозрением.
— О, длинная история! — Бэль махнула рукой. — Сначала заблудилась по дороге. Потом попала в плен к разбойникам. Потом меня похитил дракон. Потом я провела полгода в монастыре, восстанавливая душевные силы. Ну и так далее. Главное, что я здесь!
— Как удобно, — пробормотала я.
— Простите? — Бэль повернулась ко мне с таким милым недоумением, что захотелось ее ударить.
— Я говорю, как удобно, что вы появились именно сейчас.
— А когда же мне было появляться?
— Ну, скажем, три года назад, когда полагалось по расписанию?
Бэль рассмеялась — звонко, музыкально, как колокольчики на ветру.
— Ах, милочка, в сказках время течет по-особенному! Иногда герои опаздывают, иногда приходят раньше. Главное — прибыть в нужный момент!
— А какой момент нужный? — не отставала я.
— Ну, когда Чудовище уже достаточно настрадалось и готово к любви! — Бэль снова одарила Виктора ослепительной улыбкой. — Судя по всему, момент как раз наступил!
Виктор поморщился.
— А откуда вы знаете, что я настрадался?
— А разве не настрадались? — Бэль наклонила голову, изображая сочувствие. — Бедненький, небось совсем отчаялись? Думали, что так и останетесь чудовищем?
— Знаете что, — вмешалась Изабелла, — а может, вы сначала познакомитесь с нашей семьей? Узнаете, как мы живем, что нас интересует?
— Семьей? — Бэль удивленно посмотрела на нас. — А при чем тут семья? Мне нужно только Чудовище.
— Виктор — часть нашей семьи, — твердо сказала я. — Если хотите с ним отношения, придется принимать нас всех.
— Отношения? — Бэль рассмеялась. — Милочка, какие отношения? Я должна его полюбить, он должен полюбить меня, поцелуй — и дело с концом! Он станет принцем, мы поженимся и будем жить долго и счастливо. Стандартная схема!
— А если я не хочу жениться? — спросил Виктор.
Бэль уставилась на него, как на говорящую собачку.
— Не хотите? Но почему? Я же красивая!
— Красота — не единственное, что важно в браке, — заметила Изабелла.
— А что еще? — искренне удивилась Бэль.
— Ну... общие интересы, взаимопонимание, дружба...
— Зачем мне дружба с чудовищем? — Бэль поморщилась. — Он должен превратиться в принца, и тогда мы будем дружить!
— А если не превратится?
— Как это "не превратится"? — Бэль явно не понимала. — Конечно, превратится! Так написано в сценарии!
— Сценарий можно менять, — сказала я.
— Что за ерунда? — Бэль посмотрела на меня с раздражением. — Сценарии не меняют! Их исполняют!
— А мы уже изменили, — спокойно ответила Изабелла. — У нас теперь своя версия сказки.
— Какая еще версия? — Голос Бэль стал менее мелодичным. — Кто вы такие вообще?
— Я мачеха Белоснежки, — представилась Изабелла. — Добрая мачеха.
— Не бывает добрых мачех! — фыркнула Бэль.
— Бывают. А это сама Белоснежка, — Изабелла кивнула на меня.
— Она? — Бэль оглядела меня с головы до ног. — В джинсах? Без корсета? Это не Белоснежка!
— Почему же не Белоснежка? — спросила я.
— Потому что настоящая Белоснежка должна быть нежной, беспомощной и красивой! А вы... — она замялась.
— Я что?
— Вы обычная! — выпалила Бэль. — И почему вы здесь, в доме Чудовища? Должны быть у гномов!
— Гномы в отпуске.
— Как в отпуске? — Бэль становилась все более возмущенной. — У гномов не может быть отпуска! Они должны работать и петь песни!
— Времена меняются, — пожал плечами Виктор.
— Ничего не меняется! — взвизгнула Бэль. — Сказки не меняются! Все должно быть как положено!
— А если нам не нравится, как положено? — спросила я.
Бэль уставилась на меня с таким выражением, будто я предложила ей съесть живую лягушку.
— Не нравится? Но... но как это "не нравится"? Это же сказка! Тут не может что-то не нравиться!
— Может, — твердо сказала Изабелла. — И мы решили жить по-своему.
— А я не позволю! — рявкнула Бэль, и вся ее красивая маска слетела. — Я три года добиралась сюда! Я имею право на своего принца!
— Принц не вещь, — заметил Виктор. — Меня нельзя получить "по праву".
— Можно! В сказке можно! Вы все испортили мою историю!
— Мы создали новую, — сказала я. — Лучше старой.
— Хуже! — взвизгнула Бэль. — Намного хуже! Но ничего, я все исправлю!
И с этими словами она развернулась и ушла, оставив нас в полном недоумении.
— Ну и психопатка, — резюмировала я.
— Красивая психопатка, — добавил Виктор.
— Самые опасные, — вздохнула Изабелла. — У меня плохое предчувствие.
— И у меня тоже, — согласилась я, глядя вслед удаляющейся фигурке.
Что-то мне подсказывало, что наша тихая семейная идиллия закончилась. И начались большие неприятности.
Глава 7
После ухода Бэль мы долго сидели молча, каждый переваривая встречу с ураганом в бирюзовом платье. Солнце клонилось к закату, чай давно остыл, а в воздухе висело ощущение надвигающейся катастрофы — такое же, какое бывает перед грозой, когда даже птицы замолкают и прячутся.
Виктор встал, прошелся по веранде и остановился у перил, глядя в сторону леса, куда исчезла наша незваная гостья.
— Знаете, — сказал он наконец, не оборачиваясь, — может, стоит рассказать вам, как меня вообще заколдовали? Чтобы вы понимали, с чем мы имеем дело.
— Конечно, — кивнула Изабелла. — Мы же семья. Семьи должны знать историю друг друга.
Я отложила газету, которую так и не дочитала, и приготовилась слушать. Что-то мне подсказывало, что история будет не из приятных.
— Обязательно, — кивнула Изабелла. — Мы же семья. Семья должна знать историю друг друга.
Виктор встал, прошелся по веранде и сел обратно. Видно было, что воспоминания даются ему тяжело.
— Было это лет семь назад. Я тогда был... другим. — Он поморщился. — Принц Виктор Алексеевич Третий, наследник престола, завидный жених и полнейший мудак.
— Серьезно? — удивилась я.
— Еще какой. — Виктор горько усмехнулся. — Представьте себе молодого красивого принца, который с детства слышал только комплименты и никогда не получал отказа. Который считал, что весь мир создан для его удовольствия, а все остальные — декорации в его личной сказке.
— Ох, — протянула Изабелла. — Знаю таких. Встречала при дворе.
— Я отвергал всех принцесс, которых мне присылали родители. Слишком глупая, слишком умная, слишком тихая, слишком болтливая. Все были недостойны великого принца Виктора. — Он покачал головой. — Господи, каким же я был ублюдком.
— И что случилось?
— А случилась она. Фея Моргана. — Виктор аж передернулся от воспоминаний. — Появилась во дворце под видом старой нищенки и попросила приюта на ночь.
— А вы ее прогнали?
— Хуже. Я велел слугам вышвырнуть ее вон и еще посмеялся над ее видом. Сказал, что не желаю видеть в своем дворце уродов и попрошаек. — Виктор закрыл морду лапами. — Она стояла под дождем, мокрая, дрожала от холода, а я смотрел из окна и хохотал.
— Ну ты и сволочь был, — констатировала я.
— Еще какая. И тогда она сбросила маскировку и показала свое истинное лицо. Красивая, могущественная, и злая как сто чертей. Сказала: "Раз ты судишь всех по внешности, принц, то и тебя будут судить так же. Станешь чудовищем, пока не найдешь того, кто полюбит тебя таким, какой ты есть изнутри."
— Классика жанра, — заметила Изабелла.
— Да. А еще она сказала, что если через семь лет этого не произойдет, я останусь чудовищем навсегда. — Виктор помрачнел. — И добавила, что пришлет мне Красавицу, которая станет последней попыткой.
— Бэль?
— Видимо, да. По крайней мере, других кандидаток не наблюдается.
— А что случилось потом?
— Потом началась веселуха. — Виктор горько рассмеялся. — Утром я проснулся в теле чудовища. Слуги в ужасе разбежались, родители отреклись от меня и объявили, что принц умер от тяжелой болезни. Друзья испарились, невесты отозвали свои предложения. За один день я из принца превратился в изгоя.
