Да уж, природа – шутница.
Заскакиваю в теплый, прогретый за день салон авто и с наслаждением провожу руками по баранке руля. Машина для меня – своеобразный антидепрессант. Когда ты чувствуешь в своих руках руль, под колесами дорогу и скорость – мысли уходят прочь. Уже и не припомню, почему я так долго сопротивлялась на уговоры родителей сдать на права. Глупая была.
Улыбаюсь своим мыслям и в очередной раз думаю, что поездка к ним в Крым не такой уже и плохой вариант отпуска. Там точно всегда рады и всегда ждут.
Завожу свою девочку и, недолго думая, срываюсь с места. Работы еще непочатый край, и времени расслабляться нет. Если хочу уехать на пару недель из города, то нужно, чтобы сегодняшняя встреча в ресторане прошла продуктивно. Есть шанс пойти со своим маленьким салоном на расширение и получить в свои руки еще пару отличных, первоклассных мастеров…
Глава 16. Рысь
Странные выходные все дальше. Прошло трое суток, но я до сих пор существую в прострации. И воскресный “трах-марафон” на всю ночь тоже не особо помог. Стоило бы остаться и переночевать у Риты, как она предлагала, но ноги буквально понесли домой. Все мое желание существовать рядом с женщиной всегда и неизменно заканчивалось после секса. Все они в повседневности и обыденности начинали напрягать. Кроме одной, о которой лучше не вспоминать.
Уже под утро в понедельник, с рассветом, я без сил завалился к себе в квартиру. Единственный плюс так провести сутки на износ был в том, что сил думать или что-то делать уже не было. Стройка, игры с ребенком, лед и ночь вымотали под ноль. Отрубился я почти мгновенно.
В понедельник я метался по городу, улаживая кое-какие вопросы по поводу ремонта на ледовой арене и в компании рабочей бригады, дозакупая нужный материал, а во вторник опять пропадал на льду, получив втык от тренера. Который нет-нет, да построить умел. Даже на расстоянии десятков тысяч километров.
Среда начинается с волевого решения. Чуть продрав сонные глаза, решаю, что хватит мотать сопли на кулак и тянуть кота за одно место. Приняв ледяной бодрящий душ, выползаю на свою стерильную кухню и, выпив убойно-крепкую дозу кофе, захожу на сайт местного аэропорта. Пара кликов, и билет на завтра на самолет до Москвы у меня в кармане. А уже потом заваливаюсь в тренажерку, планируя загонять себя до состояния полусмерти.
За пару недель, что не мог выделить время для поддержания своей формы, конкретно расслабился. Это чувствуют и мышцы, и тяжесть, что гуляет во всем теле. Поэтому все утро и часть дня убиваюсь на снарядах, не щадя сил. А стоит только оказаться в раздевалке и взяться за мобильный, вижу пару пропущенных.
– Рита? – перезваниваю подруге, которая набирала пару раз.
– Рысев, решил игнорить?
– Не выдумывай, – осаждаю, стягивая с себя промокшую насквозь спортивную форму. – В тренажерке был. Не до телефона, – хватаю полотенце и гель для душа. – Ты что-то хотела?
– Как насчет встретиться вечером?
– Я завтра улетаю, Рит.
– Уже?
– Скоро предсезонка. Игры и тренировки. Если тебя устраивает такое положение вещей, то можем встретиться, – откручиваю крышку с бутылки с водой и в пару глотков опустошаю. Легкие до сих пор горят, а мышцы ноют после таких силовых нагрузок.
– Ох Рысев, вот обидеться бы на тебя, да не могу.
– Да?
– Да. Сложно найти нормального мужика без загонов, – фыркает подруга. – Сегодня в десять, идет?
– Идет.
– Адрес, думаю, помнишь.
– Нет, но СМС я сохранил.
– Имей совесть, приедь хоть с букетом, – хохочет на прощание в трубку Ритка и сбрасывает вызов.
Да уж. Поимел я свою совесть уже и так во всех позах.
Наскоро принимаю горячий душ, смывая с себя пот и усталость, и уже в начале четвертого выхожу из спортивного комплекса, забрасывая сумку с формой на заднее сиденье авто.
Бросаю взгляд на небо, которое сегодня с самого утра хмурится. Над городом нависли черные тучи и буквально давят. Духота стоит неимоверная. Остается только ждать, когда наконец-то природа разродится ливнем. Дышать в этих бетонных джунглях с каждым часом становится все труднее.
Более не теряя времени, завожу машину и рву с места в сторону бара, где договорились встретиться с приятелями из моей бывшей хоккейной команды. С ребятами, которых не видел уже почти пять лет.
После отъезда в Штаты в моем окружении осталась-то всего пара-тройка человек, с которыми у нас до сих пор сохранились на удивление хорошие отношения. Других же “съело” время или вычеркнула из списка друзей зависть. Каждому свое.
До назначенного места долетаю меньше, чем за десять минут, а когда захожу в бар, утыкаюсь взглядом в широкую спину бывшего одноклубника Женьки. С ним же еще парочка приятелей: Антоха и Никитос. Парни, с которыми в свое время мы были в ударной пятерке. Пятый – Санчес – оказался из тех, кого отфильтровала зависть.
– О, Рысь, здорово! – подскакивает с места Антоха, с улыбкой от уха до уха. Приобнимаю друга, похлопывая по спине, а следом за ним и двух других.
– Привет, парни. Рад наконец-то повидаться! – тяну лыбу, ни капли не соврав.
– Если бы ты чаще нос высовывал из своего насиженного гнездышка, то, возможно, мы бы не забыли, как ты выглядишь, дружище, – смеется Никитос. – Как ты, как жизнь? – начинают сыпаться наперебой вопросы, и как-то незаметно завязывается разговор о клубах, об играх, о командах. Я узнаю, что, оказывается, больше половины ребят из моей бывшей команды разъехались по разным клубам. Оно и понятно, со временем каждый состав даже самой сильной сборной терпит перетасовку. Жизнь у нас такая – вечный трансфер. И в основном все двигаются и играют в КХЛ, тут у нас в России. Но есть парочка, которые так же, как и я, “покоряют Америку”. Женька с Никитосом, оказывается, вообще бросили гонять шайбы и сейчас занимают должности в местной администрации. А Антоха переквалифицировался в тренера. В общем, время идет, жизнь кидает,как может и куда может.
– Домой-то не собираешься возвращаться? – закуривая, интересуется Антоха. – На малую родину?
– Пока точно нет, – опираюсь на стол, покручивая в руках мобильный. – Еще не все успел там, – посмеиваюсь, вспоминая, что букмекеры в этом году пророчат моим “Рейнджерам” Кубок Стенли.
– Слышали, что в этом году у вас в команде серьезное прибавление.
– Тоже доходили слухи. Но самих “новичков” пока не видел. В сентябре.
– Слушайте, парни, – неожиданно встревает Никитос. – А кто-нибудь из вас Саню Чесовца видел? – интересуется, потягивая пиво. И почему-то смотрит на меня. Понимаю, что не в обиду, а из чистого любопытства. И, тем не менее, передергивает.
– Понятия не имею, где он, – пожимаю плечами, откидываясь на спинку стула. – После отъезда в Штаты его не видел.
– Как его дочурка-то, интересно? – постукивая пальцами по столу, спрашивает Антоха. А мне только и остается, что сжать челюсти и промолчать.
Как-как? Судя по тому, что было на даче, Алексия не знакома со своим отцом. Не понимаю, как в здравом уме можно проигнорировать наличие такого ангела, как Ляся? Санчес та еще скотина. И жизнь его пустила по наклонной не просто так. Карма – вещь упрямая.
– Забавно выходит, – ухмыляется Антоха. – Сколько прошло времени, как у всех жизнь поменялась, а в итоге все вернулись в родной город.
За столом виснет тишина. Не знаю, с каких пор мои одноклубники стали хуже баб, что любят почесать языками и посплетничать. Раньше за ними такого не водилось. А меня же просто коробит уже от одной мысли о прошлом. Как старательно я его гоню последние недели, так же старательно оно меня нагоняет.
– Давайте свернем на другую тему. Например, как ваши семьи, жены, дети? –развожу руками, отгоняя гнетущую атмосферу недосказанности. – У вас они, по крайней мере,есть, – ухмыляюсь, потягивая остывший кофе.
– Лех, – разворачивается ко мне Женька, и следует пауза. Долгая. Чую, сейчас будет сказано то, что мне в корне не понравится. Такое ощущение, что друг подбирает слова, чтобы продолжить, и, похоже, “свернуть” не получится. Эта тройка явно намерена мне душу вывернуть за этим долбаным столиком в баре.
Смирись, Рысев.
– Так, парни. Давайте прямо и без предисловий. Если что-то хотите сказать, валяйте, а то мнетесь, как быбы.
– Как скажешь, – закидывает ногу на ногу Женька, облокачиваясь на подлокотники. – Ты тогда в НХЛ умотал слишком быстро. Ну, после того, как вы с Ланкой…
– Я понял.
Это драма тогда мимо команды не прошла. Помню, первые дня два я был тем еще зверем и рычал на всех без разбору: будь то тренер или директор клуба. Рвало на части изнутри, хотя и всех, и себя, идиот, уверял, что мне похер.
– После расставания, – договариваю, плохо понимая, к чему это все? – Контракт горел, здесь меня ничего не держало. И чего мне было ждать?
– Просто мы к тому, – вступает Никита, – ты уверен, что дочь у твоей Иланы от Санчеса?
– Это сейчас к чему было сказано?
– К тому, что, может, все-таки ее малышка твоя, Рысев? – вздыхает Женька и косится на меня с явным намеком.
За столом виснет тишина, а я впадаю в ступор, пытаясь переварить то, что только что услышал.
Глава 17. Лана
Встреча проходит в приятной и легкой атмосфере. Директор по подбору персонала в фирме, куда я обратилась, оказалась очень открытой и приятной женщиной. Но что самое главное, без особых усилий и временных затрат я нашла к себе в команду пару массажисток со специализированным образованием. Девчонки давно и долго меня подначивали добавить в салон массажный кабинет, мол, клиенты спрашивают, просят. Но я не привыкла очертя голову бросаться в нововведения. Привыкла подходить с головой. И поэтому стойко сопротивлялась. Хотя, махни я рукой, нашлось бы с десяток малообразованных, прошедших миллион дешевых курсов массажистов. Для меня же важно, чтобы, заплатив, клиенты получили качественную и профессиональную услугу.
Наверное, это мое прошлое массажиста вылазит. Не люблю дилетантов.
– Тогда договорились. Я отправлю кандидаток к вам на собеседование, – кивает женщина, поднимаясь из-за стола. – Очень приятно было с вами сотрудничать, Илана, – легкая, вежливая улыбка трогает ее губы, и я не могу не улыбнуться в ответ.
– Взаимно, Анна Викторовна, – киваю, подхватывая сумочку. – Возможно, еще посотрудничаем.
– Буду рада! – говорит напоследок собеседница и удаляется. А я провожаю ее взглядом до белого внедорожника и понимаю, что попала. На улице льет как из ведра. Да так, что тротуары уже по бортик в воде, и сухого клочка земли и в помине не видно.
Босоножки, Лана! Сарафан… – язвит подсознание.
Стоит только выйти из ресторана, как моментально промокну до нитки. Но выбора-то нет, верно? До дома-то как-то добираться нужно.
Поэтому, смирившись с неизбежным, выбегаю, прикрывая сумочкой голову, и шлепаю каблуками по лужам до машины. И только оказавшись в салоне, сразу же включаю климат-контроль и чуть прибавляю печку. За жалкие доли секунды умудрилась замерзнуть до зубной дроби и синих губ. По рукам бегут гигантские мурашки от холода, с волос капает прямо на сиденье, а тушь живописным пятном размазалась под глазами. С сарафана ручьями течет вода, а ноги и подавно промокли.
Ужасная погода! И теперь как-то даже совестно стало за то, что на днях наорала на администратора их логистической компании. В такой дождь не то, что товары везти, носу из дома высовывать не хочется.
– Ланчик? Привет еще раз! – спустя пару гудков слышу голос подруги, которую обещала предупредить, когда встреча закончится. – Уже освободилась?
– Привет, Эль. Села в машину, еду домой, но по таким пробкам на дороге… – бросаю взгляд в зеркало заднего вида и вздыхаю, – не раньше, чем через час буду на месте.
– Не страшно. Мы у меня в офисе, Ляся развлекает моих аниматоров, – смеется подруга, заставляя и меня улыбнуться. – Так что ты не торопись, я как с планом мероприятий на завтра разберусь, так сразу и привезу тебе твое чадо.
– Хорошо. Я не представляю, чтобы без тебя делала, подруга.
– Ой, да ладно. Ерунда. Ты же знаешь, что своих детей мне рожать некогда, а так хоть вон крестная дочурка есть.
Это да, Эля в последнее время совсем ударилась в работу, и там не то, что ребенка родить – на кофе иногда не может выкроить минутку. Что уж говорить о девяти месяцах, что нужно потратить на беременность! И это еще без учета того, что ляльке надо, как минимум, найти “папу”, а претендентов, по крайней мере, адекватных, у подруги пока нет. И это удручает. Она, как никто другой, заслуживает женского счастья.
– Ладно, убедила! – улыбаюсь, поглядывая на часы. – В общем, до вечера!
– Ага.
– Жду вас дома с тортиком.
– Так точно, мамочка, – хохочет в трубку Эля. – Будем минута в минуту.
Распрощавшись с подругой, прячу мобильник в сумочку и мало-мальски привожу себя в порядок. Завожу машину и, включив щетки, выезжаю на дорогу, вклиниваюсь в общий поток. Мысленно приготовившись к долгой дороге домой.
Весь город встал в пробке. Одной огромной и плотной пробке. По крыше монотонно барабанит дождь, а “за бортом” льет так, что дальше “носа” машины ничего не видно. Да еще и ко всему прочему дорогу затопило почти по самый капот. Ужасная работа городских ливневок, которые совершенно не спасают положение. По сторонам то и дело слышатся сигналы от нетерпеливых и вредных водил, и градус недовольства на дороге явно нарастает. Еще и эти дурацкие светофоры, которые приходится ждать!
В общем потоке через центр города ползем на скорости чуть больше двадцати километров в час, и с каждой минутой ситуация все ухудшается. То тут, то там по сторонам глохнут машины. У обочин и тротуаров на аварийках стоят иномарки, а пешеходы едва ли не бегут от крыши до крыши, прикрываясь всем, чем только можно. Вода стремительно прибывает, и такого ливня я еще, пожалуй, на своем веку не видела.
Медленно, но верно внутри просыпается паника и легкий мандраж. Природа словно взбунтовалась, и кажется, что прямо над моей головой громом разверзлось черное от низких грозовых туч небо.
Сердце отбивает в груди чечетку, а я даже неосознанно задерживаю дыхание, убеждая себя в том, что главное – не терять головы. Не тормозить и продолжать медленное, но движение. Иначе двигатель заглохнет, и я застряну здесь в воде по уши, как те бедолаги, что сейчас скачут вокруг своих авто в попытке спасти положение.
Поэтому, покрепче вцепившись в руль, будто это могло как-то помочь, медленно давлю на газ и то и дело бросаю взгляды на мобильный. Желание набрать Славу и абсолютно по-детски пожаловаться и попросить меня “спасти” с каждой минутой нарастает. И выдохнуть удается, только когда я выбираюсь из общего потока и сворачиваю на трассу, где не такой плотный трафик на дороге.
Но и тут ждет сюрприз.
Неожиданно на приборной панели загорелся чек. Я, конечно, водить умею, но вот в устройстве электроники и механики машины разбираюсь скверно. Даже очень. А когда из-под капота повалил дымок, сердце улетело в пятки окончательно, а я быстрее выворачиваю руль и, сворачивая на обочину, торможу.
– Да твою ж… артиллерию! – вздыхаю, запуская пальчики в мокрые волосы, с безысходностью смотря на этот чертов красный значок!
Что делать?
Наверное, впервые в жизни я по-настоящему растерялась. Первая мысль – позвонить, вот только кому? И не придумав ничего умнее, спрашивается, какого черта, я открываю капот и выхожу. Если все равно ничего не понимаю, что я хочу там рассмотреть? Не знаю. Но оказавшись на улице под плотной стеной дождя, как дура, пляшу вокруг машины, не решаясь сесть обратно в салон или завести свою девочку.
С каждой минутой промокая все сильней и сильней и замерзая так, что уже не по-детски трясет. А этот мерзкий ливень и не думает заканчиваться!
В итоге после почти двадцати минут бесцельных “плясок” набираю-таки номер Славы.
Гудок, два. Я сижу в остывшем салоне и трясусь от холода. Но, когда Славка берет трубку, готова прыгать от счастья.
– Лан, у меня через пять минут заседание… – тараторит жених.
– Слав, у меня проблема, – перебиваю торопливо. – Еду со встречи, а тут весь город залило, вода попала под капот. Машина дымиться начала, и какой-то значок загорелся. Я остановилась на обочине и не знаю, что делать. Заводить ее боюсь, – выговариваю быстро-быстро, пока его не “увела” работа. Чувствую себя такой дурочкой, но страх парализует и мозг, и тело.
– Ты где сейчас?
– Сейчас. Подожди.
Выскакиваю из машины и оглядываюсь по сторонам. Нахожу табличку с улицей и номером дома, что поблизости, и говорю в трубку. Руки трясутся так, что, кажется, еще немного – и я из онемевших от холода пальцев просто выроню телефон.
– Понял. Садись в машину и жди, Лан. Сейчас что-нибудь придумаю! – бросает Славка и отключается.
