— Уверена, ты сможешь найти себе новых друзей на базе отдыха, — проявляю твердость. — Я видела, там есть дети твоего возраста.
— Ну ладно, — киснет Максимка.
После завтрака вместе с сыном запрыгиваем в мою разваливающуюся на ходу машину и едем в «Сосновый бор».
Работу я свою обожаю. База отдыха находится прямо в лесу, кругом свежий воздух, птицы поют, жизнь течет неспешно. И коллектив у нас отличный — мы друг друга поддерживаем, вместе встречаем праздники. Хозяин даже расщедрился на бесплатные места в детском садике для сотрудников, оплатил питание и сладкие подарки. Последнее особенно понравится Мишуте, он обожает сладкое.
На половине дороги машина немного буксует.
— Черт, — медленный вдох и выдох. Только бы не застрять. Техника сюда добираться будет очень долго, а у меня печка бывает шалит. Приказываю себе остановиться и выйти из машины. Осмотреть, насколько сильно утонули колеса в снегу.
— Ну что там, мам? — Миша нетерпеливо опускает окошко.
— Сейчас поедем, — отвечаю ему. Забираюсь обратно в теплую машину и растираю замерзшие руки. Добавляю отопление.
— Это знак, — вдруг разводит руками Мишка.
— Какой знак? — улыбаясь, спрашиваю я.
— Что не нужно ехать! Вот, машина нам сама сказала. Надо остановиться и вернуться!
— Ну-ну…
Очень аккуратно сдаю назад, объезжая скользкий разъезженный участок. Было бы неплохо, чтобы службы хорошенько посыпали всю дорогу песком. У тех, кто здесь отдыхает, — сплошь внедорожники, а у персонала машины попроще.
— Понимаю, там новые дети, сон, но ты справишься. Ты же у меня молодец! Самый храбрый! — ободряюще треплю Мишку по светлым волосам и отворачиваюсь опять к дороге. Нужно быть внимательной с моей ласточкой престарелой.
Медленно крадусь вперед, пока не доезжаю до ворот. Только тут меня отпускает, и я могу расслабиться. Точно уже ничего не случится.
— Мама, стой! — вдруг кричит Мишка.
Глава 03
Аля
Я на рефлексах резко ударяю по тормозам. Слышится визг, машина идет юзом. Задыхаюсь от ужаса и цепляюсь за руль, быстро проверяю, точно ли пристегнут ли Мишута — мой самый дорогой в этой жизни человечек.
Проезжаем метра два, и машина замирает у самых ворот, поцеловал кзамысловатое ованое железо своим стареньким капотом. Воротам точно ничего не будет, а вот у нас, кажется, царапины.
— Боже, Мишенька, что случилось? — с трудом перевожу дыхание и во все глаза смотрю на сына. Он у меня любит пошутить, но не в опасных ситуациях. Я же за рулем.
— Кошка черная! Вон, вон побежал котенок! — Мишута показывает пальчиком в лобовое стекло.
Смотрю — действительно, черная кошечка и следы лап на снегу.
— Фух, — на нервах смеюсь.
— Это точно плохая примета, да, мам? — поворачивается ко мне сын. — Черная кошка — плохая примета, мне про это бабуля Анфиса говорила. Может, вернемся домой? — спрашивает с надеждой и умоляюще складывает руки.
— Ну нет, мы уже доехали, — медленно выдыхаю и призываю себя успокоиться. С этим снегом и сложной дорогой я немного на взводе. — Это просто черная кошка. Кажется, за ней присматривают охранники. В лесу нашли.
— Нужно будет к ним сходит, погладить. И вкусненького ей отнести чего-нибудь.
— Уверена, ее хорошо кормят, — прищуриваюсь. Мишке только повод дай, он сразу впишется в какую-нибудь авантюру. Я уже предупредила девочек, чтобы за ним присматривали.
Прикладываю пропуск к специальному устройству, и мы проезжаем на территорию базы отдыха. Оставляю машину на парковке для персонала, которая находится прямо за главным корпусом. Мы своими колымагами красивую картинку на стоянке для гостей не портим. Да и страшно, там тебе и «Порш», и «Ламборгини». Такую если поцарапать, в жизни не расплатишься.
Мы ехали слишком долго, поэтому времени впритык. Спешим с Мишутой в теплый корпус, оставляем одежду в раздевалке для персонала.
— Веди себя, пожалуйста, хорошо, — прошу его. — Мы не деремся, не ругаемся нехорошими словами.
— Мам, ну это один раз было! — топает ногой сын.
— Я тебе верю, — присаживаюсь перед ним. — Только больше мы этого не повторяем, хорошо?
— Хорошо, — соглашается он смиренно.
— Игрушки не отбираем, в обед спим, — продолжаю изображать строгую маму.
— Ну мам! — Мишута закатывает глаза.
— И за это в обед я отведу тебя в ресторан, — на самом деле, у нас есть свой, отдельный, для персонала. Но тоже красивый и уютный, — угощу тебя самым вкусным в мире мороженым. Целых три шарика с разными вкусами на твой выбор. Посыпки, карамель, сладкие трубочки.
— Так и быть, — сын даже облизывается.
Обнимаю его у двери детской комнаты, пока никто не видит. Мишута сначала сопротивляется, но потом смиряется со вздохом.
— Мам, ну я же не маленький! — бурчит, но улыбается, пока я его в обе щеки целую.
— Только при пацанах так не делай, хорошо? — просит.
— Хорошо, мой сладкий. — Трусь носом о его носик. — Если вдруг что-то случится, попроси воспитательницу, чтобы она мне позвонила. У нее есть мой номер, хорошо?
Протягиваю ладонь, и он дает мне пять.
— Мишута, не обижайся на меня. Так вышло, — говорю ему на прощание, — зато у нас будут деньги, и ты сможешь ходить на хоккей.
— Хм, — он морщит лобик, — а может, лучше купим тебе красивое платье?
— Платье? — Удивляюсь я.
— Наш тренер по плаванию спрашивал у меня про тебя. И какие цветы ты любишь, — сознается Мишута.
— Ого.
Вот это неожиданность. Вадим Сергеевич, кажется, неплохой мужчина, детей любит, опять же. Но ему за сорок, даже ближе к пятидесяти, так что я его как мужчину даже не рассматривала.
— Знаешь, лучше давай на хоккей потратим, — говорю обтекаемо.
— Может, и лучше, Сергеевич старый какой-то. Тебе бы мужа помоложе. И на хорошей машине.
Сын отправляется в детскую комнату искать себе новых друзей, а я бегу на рабочее место. Там сразу погружаюсь в цифры, сводки и отчеты. Наверное, странно, но свою скучную работу я люблю. Тут все под моим контролем, все по полочкам.
Погода хорошая, детей вывели на улицу. Их голоса я слышу даже в своем кабинете. Выглянув на улицу, замечаю макушку сына. И вот тебе пожалуйста — без шапки!
Тут же сбегаю вниз в гардероб. Ну вот же она, прямо на скамейке. Ну как не досмотрели воспитатели? А вдруг заболеет?
— Света, группа на улице? — спрашиваю у нашего администратора. Пока я тут бегала по этажам, детей могли уже и на обед увести.
— Да, кажется, они на горке, — приветливо улыбается она. Но напряженная какая-то, видимо гость у нас непростой — спина широкая, черное пальто.
Внутри меня вдруг снова волнение, но я пытаюсь говорить беззаботно.
— Опять без шапки выскочил, представляешь! И что мне с ним делать?
Да что такое сегодня со мной? Сердце из груди готово буквально выскочить.
Мужчина ведет плечом, вызывая во мне чувство державю — слишком знакомый жест. Он оборачивается, врезаясь в меня своим колючим взглядом. Мужские губы изламываются в холодной ухмылке. Сердце пропускает удар и замирает.
Нет… только не это… Он меня нашел?
Глава 04
Аля
— Тимур? Что ты здесь делаешь? — вырывается у меня панически. Пальцы что есть силы сжимают шапку Мишки.
Лицо Бероева выходят на первый план. Все вокруг расплывается. Мы не виделись очень давно, но он практически не изменился — собранный, с фирменной надменной усмешкой. Идеальная прическа — волосок к волоску, дорогой костюм, обязательные золотые часы.
Когда-то по наивности мне показалось, что за этим лощеным фасадом прячется обычный мужчина, который умеет любить и хочет быть любимым. Но лишь показалось. И за свою наивность я очень дорого заплатила.
— Отдохнуть приехал, — его взгляд становится более напряженным. — С сыном. А что, нельзя?
— С сыном? — растерянно повторяю.
Мой взгляд опускается ниже, и дыхание перехватывает. Мальчик. Примерно того же возраста, что и Миша, может быть чуть младше.
Ну да, это же только от меня ребенок для Тимура и его семьи мог стать катастрофой. А подходящая девушка, на которой он женился сразу же, как только я исчезла из его жизни, родила желанного. Я знала, что так будет. И все равно реальность бьет под дых.
— Мам, ну где моя шапка? Меня с площадки сюда отправили! — звонкий голосок моего сына разрезает воздух и вспарывает мне нервы. — А мои сейчас продуют! Нас и так мало…
Мишка подбегает ко мне, забирает шапку и сам натягивает ее себе на голову.
Я не хочу, чтобы Мишу увидел Тимур и понял, что у него на самом деле два сына. Меня пугает мысль о том, что он может предпринять, если узнает правду. Наследник в семье Бероевых предполагался всего один, так что Миша может восприниматься как потенциальная угроза.
Тяжелый взгляд Тимура скользит по мне и сыну, его губы сжимаются в тонкую линию. Холодею от ужаса, что прямо сейчас это случится. Бероев увидит сходство, начнет задавать вопросы, разузнает все с помощью своих ищеек — тогда нам с моим мальчиком несдобровать.
Спасает меня толпа детей, вбежавших в холл. Фокус внимания Бероева смещается с моего сына на неожиданный балаган вокруг.
— Ну вот… — разочарованно тянет Мишута. — Не успел…
— Идем раздеваться и обедать! — Тамара Витальевна своим зычным голосом перекрывает шум детских голосов. — Светочка, нам заказали?
— Да, конечно, Тамара Витальевна, — Светлана улыбается радостно. Видно, ей общество хмурого Бероева тоже тяжело выносить. — Можно вас на минутку? У вас сегодня новый подопечный. Пожалуйста, познакомьтесь, это его отец, Тимур Бероев.
— Очень приятно, — Тамара Витальевна вежливо улыбается Бероеву и переводит взгляд на сына Тимура.
— Арсений, — представляется тот.
— Что ж, Арсений, надеюсь, ты голоден, потому что мы идем на обед. Дети, строимся по двое и идем в раздевалку! — командует Тамара Витальевна.
— Я бы хотел вас предупредить, — Бероев подает голос. — Через два часа у Арсения занятие по китайскому языку. Ему нужно будет выделить компьютер и спокойное рабочее место.
Лицо Тамары Витальевны выражает удивление, она дергает бровью.
— На время каникул у нас занятия отменены.
— Для Арсения придется сделать исключение, — настаивает Бероев сухо. Его маленький сынишка рядом лишь тяжело вздыхает, давая понять, что его мнение расходится с мнением отца.
А где же его мама? Она обязана что-то сказать в защиту мальчика. Детям в каникулы необходимо отдыхать и восстанавливаться. Мишута в первом классе, наверное, Арсений тоже. Для них нагрузка вообще непривычна.
Окидываю внимательным взглядом холл, но жены Бероева не вижу.
— Мы что-нибудь придумаем, — Тамара Витальевна растягивает губы в дежурной улыбке.
— Пошли, ботаник, расскажешь, за что тебя так наказали. Китайским, капец! — Мишута не теряется, хватает Арсения за руку и тащит его вместе с собой в строй.
— Это не наказание… — неуверенно лепечет Арсений.
— Пфф, ты точно шутишь!
Сын у меня очень общительный и социализированный, но именно сейчас мне это кажется лишним. Им лучше не общаться! Когда мальчики рядом, их сходство становится очевидным. Как все вокруг не замечают?
Боже, что мне делать?
Галдящая группа детей во главе с Тамарой Витальевной исчезает за поворотом, и холл снова погружается в тишину.
Чувствуя себя некомфортно, затравленно думаю о том, как бы побыстрее сбежать. В тишине кабинета я смогу продумать свои дальнейшие действия. Будет лучше, если договорюсь с Анфисой Андреевной. Да, точно!
— Извините, мне нужно ответить, — Света прикладывает к уху смартфон. — Если будут какие-то вопросы, вы можете позвонить или найти меня в кабинете.
Она быстро цокает каблучками в сторону лифтов, и все становится еще хуже. Мы с Тимуром остаемся наедине.
— Значит, у тебя сын, — Бероев прячет руки в карманы и медленно подходит ближе. Его взгляд оценивающе осматривает меня с головы до пят.
— И у тебя, — вздергиваю подбородок.
Тимур выше меня на голову, широк в плечах. Он нависает сверху, давя своими габаритам и язвительными нотками в голосе.
