— Гости? — я нахмурился, пытаясь понять, куда смотрят эти двое из ларца.
— Боже! — зашептала мама и начала поправлять свой безупречный трикотажный костюм. — Это она? Я сейчас познакомлюсь с первой девушкой своего сына? Илья, только давай без раннего деторождения? Чуть повремените. Хоть тут будь благоразумен!
Я не слышал её бормотание, потому что, заметив темную голову, выпал сначала в осадок, потом чуть не выругался матом… По деревянной террасе, вальяжно покачивая бёдрами, вышагивала Алла…
Да мы все уставились на неё, и не из-за неземной красоты, а из-за нелепости наряда. Она была в бархатном платье, на голове — какая-то дикая шляпа с широкими полями, в руках — золотая сумка… Я потряс головой и посмотрел на часы, решив, что проспал сутки, и пришло время вечерних туалетов. Но нет… Стрелки на циферблате показывали восемь утра.
Близнецы хихикали, мама так и застыла с открытым ртом, пришлось даже её толкнуть в бок, пока туда кто-нибудь не залетел.
— Доброе утро, — несвойственно низко произнесла Алла и расшаркалась в неуклюжем реверансе. Мама икнула и звонко щелкнула челюстью, удосужившись лишь кивнуть утренней гостье. — Прошу прощения за столь ранний визит. Надеюсь, я не помешала вашему завтраку?
— Мы уже похавали, — ответил за нас Игорёха и, стырив из вазы два яблока, пробежал мимо этой разряженной мадам Помпадур. — Ма, мы на треню. Илюха, а ты крепись!
Близнецы, встав за спину Аллы, начали кривляться, натягивая футболки на голову, изображая её нелепую шляпу. И мне бы прогнать их, но не получалось. Я просто пялился на бархат её длинного платья, на вечерний макияж, горы нацепленного золота. Она словно сразу надела все самое дорогое, чтобы произвести эффект. И с мамой этот приём сработал… Она громко сглотнула слюну и что-то зашептала себе под нос.
— Мне тоже пора, — мама закашляла, пытаясь вернуть голосу звонкость, но ничего не выходило. Она с опаской протиснулась вдоль стеночки, а когда, как и близнецы, оказалась за спиной Аллы, тоже начала размахивать руками и шевелить губами: «Это она??? Илья, это что, она?».
Но даже если бы я хотел, то не смог бы ответить, потому что до сих пор стоял статуей.
— Боже, как неудобно вышло, — Алла прижала руку к груди, сверкая рядом перстней. — Илья, я что, помешала вам? А это твоя мама? Боже, какая она молоденькая!
Алла, наплевав на условности, прямиком двинула на меня, раскрывая руки для объятий.
Я был в шоке, мой шок был в шоке…
Эта дама с собачкой вырядилась так в восемь утра, рассчитывая застать мою семью за завтраком? Что её больное воображение в её дырявой голове нарисовало? Огромный каменный камин, ряд дворецких, прислугу в белых фартуках, и унылое напомаженное семейство, на бледных лицах которых бликуют отсветы свечей в высоких канделябрах? Ну а на столе, наверное, шампанское и рябчики под брусничным соусом? Так ей видится моя семья?
Касание её губ было отвратительным. Из-за зубной щетки ей пришлось довольствоваться щекой, но мне хватило и этого. Я отшатнулся, сплюнул в раковину едкую пасту и сполоснул рот, упершись в столешницу, чтобы перевести дыхание.
— Что за цирк ты тут устроила?
— Илюш, я просто хотела познакомиться с твоей семьёй, — протянула Алла, переходя на привычный ей визг маленькой собачки.
Боже, какой я придурок… И вдруг блеск карих глаз снова появился застывшей картинкой, словно намекая, что уж кто-кто, а Мышка знает, насколько я гадкий человек.
— Зачем? — я включил кофеварку, забросил в кастрюлю яйца, поставил ковш для овсянки и обернулся в надежде, что наваждение растворится, но нет…
Алла покачивалась, жадно осматривалась вокруг, щурилась, хитро улыбалась, а в глазах её сверкали лишь бабки... Она с какой-то брезгливостью смотрела на то, как я сам, без помощи служанки, варю простой завтрак, сморщилась и прокрутила в руках папку, которую я не заметил сразу.
— Ну ладно тебе, Илья. Почему ты такой холодный? У тебя такая интеллигентная семья, мама галеристка, отец бизнесмен…
А ещё мы завтракаем в трусах и кидаемся виноградом на спор. Кто меньше поймал, тот моет посуду. Мы сами стрижем газоны, сами меняем белье, и носим грязные трусы в постирочную тоже сами! Её выходка была оскорблением. Я просто не понимал, как на это реагировать.
— Алла, ты говори, что хотела, и уходи, пожалуй. А то скоро твоя карета превратится в тыкву, — я не выдержал и рассмеялся. — Ты какого черта вырядилась, как Каренина после поезда?
— Хотела произвести впечатления на маму, — Алла вдруг сверкнула злостью в глазах и почему-то спрятала за спиной ту самую папку, будто передумав отдавать её мне.
— Ну, считай, что с этим ты справилась, — я кивнул на панорамное окно, где у соседского забора уже был созван консилиум: перепуганная мама, воинственно настроенная тётя Кристина и изумленная тётя Соня.
— Боже, я что, переборщила?
— Для дурки самое то. Ну, так говори, чего пришла? — я помешивал овсянку, стараясь не пялиться на её изумрудный бархат бабушкиного платья. — Кстати, тебя не учили снимать обувь? Или во дворцах не положено, потому что тогда прислуга останется без работы?
— Лютаев, хватит! — Алла сорвала шляпу и бросила свои вещи на стол, а после стянула лодочки и швырнула их к дверям. — А что я должна была делать? Спокойно наблюдать, как ты уходишь от меня?
— Что ты имеешь в виду?
— Не прикидывайся, — Алла вдруг дернула лямку платья, и бархат заструился по её телу, являя чертовски охренительное нижнее белье. Она готова была на все, лишь бы клеймить меня. Её не смущали ни взгляды посторонних, от нее веяло безнадегой и одержимостью. — Ты мой, Илюша… Ты мой.
— Алла! – я перехватил её руку, поднял с пола платье и задрал его. — Ты что, явилась показать моим родичам, что у нас не просто деловые отношения? А как думаешь, моя мама-аристократка и влиятельный отец обрадуются, что я сплю с замужней женщиной старше меня почти вдвое? Алл, ты что несешь? Какая, к черту, шляпа, какое знакомство с родителями? Ты головой треснулась об лёд?
Меня просто колотило от гнева. Если бы за нами не наблюдали, я бы сейчас же выставил Кобак за дверь, только бы не видеть её кривляний. И вдруг наш затянувшийся романчик пролетел перед глазами. Все началось как шалость… Этакая искрящая игра с приятным финалом. Секс раз в неделю, отсутствие контроля, истерик… Ей не нужен был я, а мне так было проще.
Но сейчас я вдруг заметил то, чего не видел раньше. А может, просто не хотел замечать. Передо мной стояла чокнутая, повернутая на идее-фикс женщина. Она тряслась, скулила и тянула ко мне руки, бормоча под нос бред шизофреника.
— Кобак, уймись! Мы договаривались, что это просто секс! Я скрашивал твоё одиночество, пока нет мужа… И всё! — я психанул, скинул ковш с кашей с плиты и залпом осушил бокал воды. — Никаких знакомств с родителями, никаких отношений… И никакого секса между нами больше не будет. Ясно?
— Вот! Я же говорила! Это все эта гадина… — шептала она, поправляя платье.
— Не знаю, о ком ты говоришь. Алл, просто иди домой и переоденься. Не позорься, я тебя очень прошу, — я сжал её запястье, силой усадил на стул и навис над ней, чеканя каждое слово, чтобы не оставить двойственности смыслов. — НИЧЕГО не будет. Ясно?
— Но я… — Алла вдруг снова схватила документ, осмотрела его, а после рывком сложила и убрала в сумку. — Прости, я, наверное, и правда немного перестаралась. Кстати, Мулин сегодня устраивает какое-то собрание, явка обязательна. Там у соперников кишечный грипп, поэтому график смещается, и у команды внеплановая игра завтра.
Кобак спрыгнула с барного стула и рванула вон из дома. Она растерянно кивнула моей маме и растворилась за высокой изгородью туй.
Какое же доброе утро…
Чёрт!
Сказать, что я был зол – ничего не сказать. Рванул на второй этаж, быстро переоделся, проверил чат, где Мулин и правда полчаса назад устроил клич о каком-то собрании.
Пулей добежал до тачки и со свистом пролетел мимо сонного Савина, выходящего из калитки своего дома. Он так и застыл в зевке, наблюдая, как я проношусь мимо него.
На кого я злюсь? На Аллу? Но ведь я давно понял, что её отношение изменилось. То рвение, с которым она пыталась привязать меня к себе, должно было давно уже меня отрезвить и заставить оборвать эту связь. Её звонки стали настойчивыми, приглашения домой навязчивыми, сообщения ранними. Она даже пыталась спрашивать по вечерам, дома ли я…
Боже, какой же я конченый придурок! А Савин опять был прав. Сто раз прав! Какого черта я не послал Кобак, когда она начала нарушать наши договоренности? Наверное, поэтому, увидев издалека тачку Макса, я рванул в здание, только бы не пересекаться с ним.
Но стоило мне пробежать два пролёта, как я услышал возбужденный, почти надрывный голос Якубовича.
— Илья? — закричал он, увидев меня у лифта.
—Леонид Аркадьевич, простите, но я очень спешу! — лупил по кнопке, всерьез раздумывая о том, чтобы рвануть по лестнице.
— Илья! — Якубович настойчиво звал меня, и мне пришлось повернуть голову. Старик, подкручивая усики, нёсся по коридору административного крыла прямо на меня. Он на ходу затягивал галстук, расчесывал волосы складным гребнем, а лицо было красным, как у переспелого помидора.
— В кабинет! Срочно!
— Но меня Мулин ждёт…
— Мулин тоже у меня, — рявкнул Якубович и замахал рукой, показывая, что мне бы поторопиться.
Я забросил на плечо спортивную сумку и направился следом.
— Что случилось-то? Или сюрприз? — я попытался посмеяться, но в ответ получил убийственный взгляд Леонида Аркадьевича.
— Сейчас ты, Лютаев, всё поймёшь, — зашипел Кобак и втолкнул меня в свой кабинет.
Я смог сделать шаг, потому что в следующую секунду на меня уже смотрело три пары разочарованных глаз. И тут я понял, что крепко влип.
Во главе стола сидел Григорий Денисов, заслуженный хоккеист и главный тренер сборной, по правую руку стоял Никита Добрынин, которого я видел лишь на старых записях его легендарных матчей, а по левую руку стоял бледный Мулин.
За спиной хлопнула дверь, в кабинет последним вошёл Якубович и скромно присел на гостевой диванчик, будто бы дистанцируясь от всего происходящего.
— Илья, привет, — Денисов махнул рукой, чтобы я подошёл поближе. — Проходи. Что с бровью?
— Столб зацепил, — брякнул я, а Мулин закатил глаза и начал покрываться красными пятнами.
— Ну, столб, так столб, — Денисов развел руками и даже попытался улыбнуться. — Мы вот с Добрыниным лично приехали отсмотреть ещё парочку претендентов. Выяснилось, что два отобранных ранее игрока травмировались и не смогут приступить к тренировкам, но оказались в самом эпицентре событий.
— Каких событий? — прохрипел я, наблюдая, как Мулин медленно достает из кармана телефон, как кладет его на стеклянный стол и толкает в моем направлении.
Я поднял гаджет и ткнул на треугольник остановленного видео. И вот тогда моё сердце замерло… Запись явно была сделана с камеры видеорегистратора, отсутствовал звук, качество было отвратительным. Но даже это не помешало мне узнать самого себя…
В первую же секунду я, перепрыгнув через лежачего, бросился на беззубого бугая, начинаю лупить его по корпусу. Картинки прошлой ночи стали всплывать потоком комиксов.
Я снова отмотал видео, желая убедиться в своей догадке. И оказался прав… Ролик был обрезан. Не было там зафиксировано ни того, как они тягали за волосы Мышку, ни того, что я искренне пытался договориться… Я выглядел настоящим зверем, сходу бросающимся на людей.
— И что это? — я усмехнулся и сбросил на пол сумку, что стала тяжелой ношей.
— Ну, это ты нам расскажи, — подал голос Добрынин и подошел ко мне ближе. Он внимательно осмотрел бровь, и мне даже показалось, что на его губах сверкнула улыбка. — Расскажи всё, как было, парень. Только честно…
— Мы отмечали день рождения… — я решил не говорить в лоб Добрынину, что случилось все это на дне рождения его сына. — День рождения друга…
Добрынин понятливо кивнул и снова отошел за спину Денисова.
— Я пошел к ангару, чтобы договориться о гоночных тачках, услышал крик. Естественно, я побежал туда. Смотрю, а быки прессуют девчонку. Вот я и вступился. Ну что, мне нужно было пройти мимо? Если я и напал на кого первым, то на того, кто уже лежит на этом видео. Он за волосы девчонку тягал, телефон её пытался забрать. А с другими я правда пытался договориться. Это обрезанное видео…
В кабинете воцарилась тяжелая тишина. Я буквально каждой клеткой кожи ощущал давление, воздух стал горячим, он кипятком шпарил слизистую, а внутри закипала ярость.
Я ненавидел оправдываться… Возможно, я оказался сильнее, но что мне было ещё делать? Я был один, а их восемь. Прояви я хоть каплю слабости – они бы сломали и меня, и Мышку…
— Ну, вы же понимаете, что ни одна драка не начинается просто так? — я снова заговорил, смотря в глаза Мулину. — Но я был не один… Ну спросите Мы… Марию.
— Какую Марию? — Мулин вздрогнул, хватаясь за этот факт, как за соломинку надежды.
Я снова мотанул видео, но оказалось, что ракурс был такой, что Мышка и вовсе в кадр не попала, ведь я завел её себе за спину. Чёрт! Чёрт! Чёрт!
— Она у нас уборщицей работает, — я повернулся к Якубовичу, впервые опустившись до умоляющего взгляда.
Леонид Аркадиевич нехотя достал телефон, набрал Светлану и попросил привести Мышку. Этот индюк важно цокал языком, вздыхал, словно я — пятно позора на его команде.
Минуты тянулись медленно. Слышал стук своего сердца, пытался угомонить пульс и успокоиться. Да, сейчас я вынужден оправдываться, но ничего страшного. Будет мне уроком…
В кабинет тихо постучали. Я рывком обернулся, наблюдая, как испуганно входит Маша. Она ещё была без формы, смотрела в пол, ковыряла перемотанные после вчерашнего пластырем ногти. Вид у неё был перепуганной птички, пойманной в клетку.
Через мгновение снова раздался стук, и в кабинет вбежала запыхавшаяся Алла. Она уже успела сменить вечерний туалет, которым сверкала утром в моем доме, и только зеленые блестки до сих пор переливались на её удивленном лице.
Она была, мягко сказать, ошарашена составом присутствующих. Быстро кивнула в знак приветствия и села около отца, пытаясь узнать причину собрания. Но Якубович впервые на моей памяти шикнул на дочь, и та присмирела.
— Машенька, здравствуй, — произнёс Кобак и поднялся, протягивая ей свой телефон, очевидно, с тем видео. — Вот… Илья утверждает, что это недоразумение произошло случайно. Он просто вступился за тебя… Это правд
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/raznoe/ne-derzi-mne-devochka-74359807/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
