Честно говоря, это выбор без выбора. Сглатываю, смотрю на Барина. Он не отводит взгляда. Сидящие напротив Валентин и Рысь коротко кивают мне.
— Хорошо. Буду работать на вас.
— Умница. Приступаешь завтра. Артем тебе все расскажет. Свободны.
Так я добровольно-принудительно соглашаюсь работать на одного из самых влиятельных людей города и вхожу в этот так называемый «бизнес» в очень пока розовых очках.
Выйдя из офиса, понимаю, что автобусы уже не ходят, и тогда мне машет Артем.
У него черная Хонда, новенькая и большая.
— Поехали, домой подкину.
И я сажусь к нему в машину. Потому что, вроде как, мне не дали выбора, но, с другой стороны, я смогу заработать на учебу.
Почему нет? Бабушка всегда мне говорила быть смелее, правда, я еще не знаю, в чем именно будет заключаться работа курьера. Пока мне это представляется как какой-то почтальон с письмами. Романтика, не иначе, и очень даже безопасная работа.
Глава 10
— Савва, можно?
— Входи.
Ганс, пожалуй, мой самый первый советник и, несмотря на то, что у нас трудные времена, и можно было бы бежать как крыса из корабля, он рядом со мной. Так же, как Брандо, Фарах и Гафар, который пусть на расстоянии, но я все равно чувствую его поддержку.
— Я слушаю.
Гоша протягивает мне документы. Толстая папка, открыв которую, вижу счета. Все до копейки, у меня хороший бухгалтер, пожалуй, даже слишком.
— Что это?
— Это выписки по доходам и расходам. Я там подчеркнул наши минуса.
Смотрю на суммы, мы такого никогда в жизни при Фари не допускали, но с приходом Салахова нам тупо перекрыли воздух, и то, что раньше приносило прибыль, теперь заморожено.
— Невесело. Это Салахов постарался?
— Во многом, да. Он тебе все перекрыл. У нас жопа, если корректно сказать.
— Пиздец, приехали, называется.
— Еще бы, и кредит, чтоб ты понимал, нам никто уже не даст. Я так, узнал на перспективу, но там конские проценты, мы не вывезем.
— Какое-то длинное вступление, давай конкретно: что делать?
— Надо продавать казино. Притом как можно скорее. Потом раздадим долги, выйдем в ноль хотя бы.
Закуриваю, выдыхая седой дым. Не помогает, даже кофе не берет, а пить сейчас не время. Мне надо быть собранным, хотя, если честно, ощущение такое, что все валится из рук. И будто от меня части заживо отрезают, отрывают все кусками, блядь, все то, что мы в Прайде строили годами. Это все он, Салахов, сука, старается.
И воздуха так мало, мы барахтаемся, точно прижатые лягушата, пытаясь вырулить из этого пиздеца.
— Нет, казино не продам, исключено.
— Савва, мы в минусе!
— Я вижу, и что? На хрен!
Мну эти бумажки, бросаю в урну, Гоша качает головой.
— Савва, мы не вывезем казино больше. Или придется продавать клуб. Нет иного варианта.
— Я никогда не продам клуб, с ума сошел? Он единственный, кто нас пока еще кормит.
— Ключевое тут «пока».
— Гоша, есть новости оптимистичнее? Вот как-то невесело, блядь.
Опускаю голову, смотрю на Ганса. Он нервничает, а значит, пиздец подкрался незаметно. Даже зная, что нам всем грозит срок, Гоша был спокойным, но только не сегодня. Я вижу это, он опускает глаза.
— Говори уже, что.
— Ну, если честно, есть еще новости, так, не хотел расстраивать.
— Конкретнее.
— На тебя ориентировку дали. Еще не подтверждено, но так, ходят слухи, что готовится дело. Копают именно под тебя, Савва.
— А ты больше слушай этих слухов.
— Да, ты прав, конечно. Скорее всего, пацаны просто волнуются. После того, как Беслану руку сломали, все заметно напряглись.
— Блядь, а как вы хотели, чтобы сладко было всегда? Ганс, ты же сам помнишь, откуда мы поднимались, и просто нам не было никогда!
— Ты прав. Абсолютно, и все тебе преданы, Савва. Мы все с тобой. Что бы ни случилось.
— Хорошо. Вот это уже веселее.
Затягиваюсь сигаретой, но Ганс так и сидит за столом, не уходит.
— Что?
— Я знаю, что тебе это не понравится, но северный район до сих пор ничего не заплатил. Он единственный так уперся, остальные без вопросов скинулись.
— Да, блядь, они там вообще охуели?!
— Они сказали, что денег от них не будет.
— Значит, пошли людей, чтобы пояснили им расклад! Гоша, мне вас учить что ли?
— В данной ситуации, когда мы так нестабильны, я бы не делал этого. Сейчас и так опасно, все буквально на соплях держится, и пока ты казино не продашь — проще нам не станет.
— Гоша, ты помнишь, как мне это казино досталось? Ничего продавать я не буду! Налог повысьте, Гафар и так уже денег подкинул, давайте выруливайте!
— Наши люди действуют очень жестко. Этот Барин не будет рад.
— Да мне похуй на него, слишком много чести! И пусть только попробует не заплатить!
— Это ошибка, Савва, те же грабли, только в профиль.
— Поучи меня еще! Все, устал я уже от тебя! Брандо позвони, пусть сворачивает свой отпуск, он здесь нужен мне, все, свободен!
Гоша кивает, уходит молча. Он не будет со мной спорить, сделает, как велел, вот только мне от этого не легче. Казино — мой последний актив, не считая клуба, который еще при нас. Отгрызут казино — пойдем сами торговать на рынок лопатами.
И ведь страшно вовсе не то, что нет денег — у меня забрали власть, перекрыли дороги. У меня, блядь, связаны руки, у Гафара тоже, и пока мы эту тварь Салахова не снесем, все будет по-прежнему.
В течение часа получаю новости: наш текущий мэр Салахов продолжает вести свою деятельность. Периодически все равно продает девушек даже уже без всякого Чеха. Процветает торговля органами, а еще он запустил подделки бабла и лекарств.
— О господи, боже… Ну что же ты за тварь такая.
Сука, работает в полную силу, и теперь уже ничего не боится, ведь он мэр, все дороги ему открыты.
А я в западне, я все чаще это понимаю. И так тихо стало, я впервые, пожалуй, ощущаю реальный страх. Не за себя — за семью. Словно чуйка какая-то, даже объяснить сложно.
Просто что-то случится, что-то уже началось, и это близко. И Фари нет рядом, мне так не хватает советника. Гафар, да, есть, но он далеко, а Брандо и Фарах еще слишком молоды. Ганс дает подсказки, но я часто не слушаю, ведь в этом деле нельзя играть лишь по правилам, я должен думать на несколько шагов вперед. Мне надо подготовиться. Надо что-то сделать.
— Алло, Адиль, ты где?
— Забираю Дашу с малыми из садика, потом домой их везу к вам.
— Хорошо. Осторожнее. Самое ценное мое везешь.
— Конечно, Савелий Романович. Адиль как водитель супер, он самый ценный мой сотрудник, так как возит мою семью. Он достался мне по наследству от Фараха, и к нему нет претензий. Слава богу, хотя бы его Салахов не отгрыз, но все равно этого мало.
Мне неспокойно, боязно даже как-то, дурно. У меня уже трое детей, Даша, Брандо, Алиса с ребенком, и я не могу открыто выходить на конфликт. Они все моя ответственность. Прайд вырос, и сейчас мы очень уязвимы, вот только возможностей подавить эту чуму у меня тоже нет.
***
Следующий день
Стук в дверь. Брандо явился. Ну, наконец-то, с ним Фарах, какая пунктуальность в кой-то веки.
— Привет.
— Сели.
Провожу ладонью по лицу, Брандо уже можно доверять более важные вопросы, он окреп, набрался опыта, но Фарах еще слишком слаб. Я это вижу, так что частенько даю им задачи на двоих.
— Савва, что-то срочное?
Смотрю на Саню. С годами он стал похож на Фари, и даже местами более жесткий, что хорошо. Этот волк всегда мне пригождается.
— Брандо, я хочу, чтобы ты нанял охрану для Даши, Алисы и Амины. И для детей, естественно, тоже. Куда бы они ни поехали, я хочу, чтобы с ними всегда кто-то был.
Фарах быстро переглядывается с Брандо, я читаю неподдельное волнение у них в глазах.
— Что-то случилось?
— Нет, и я надеюсь, не случится. Это просто перестраховка, на время.
— В чем дело, Савва? Не томи. Не просто так тебе такая идея в голову стукнула. Что там?
Закуриваю. Не спал всю ночь, думал, анализировал. Пытался просчитать все, как Фари.
— Тайник вскрыли. По крайней мере, есть такое предположение.
— Уже прошло много времени, не думаю…
— Фарах, там было немало документов, им тоже нужно подготовиться. Короче, ладно, считайте это просто моей прихотью, но охрану поставьте.
— Савва, денег нет на это. Ганс же приходил к тебе.
— Брандо, у тебя есть вторая жена?! Нет, тогда о каких деньгах речь! Я дам из своего кармана деньги, если у вас нет.
— Ладно, я понял. Это разумно. Еще что-то?
Смотрю на парней, я их вырастил, можно сказать. У Брандо будет будущее, если он выживет, но пока он не готов быть мэром, слишком молодой.
— Да… значит так: если со мной что случится, неважно что — я хочу, чтобы вы, ребята, позаботились о моей жене и детях. Дашу и детей моих оберегать, как своих.
— Савва, ты меня пугаешь…
Брандо закуривает, а я провожу ладонью по лицу. Самому уже страшно. Мы в такой жопе еще никогда не были, это реально первый раз.
— Нет, это просто. Так, перестраховка. Так что?
— Конечно, какие вопросы.
— Фарах?
— Да, безусловно. Я за вас, помогу, вдруг чего.
— Чудно, орлы. Тогда будем надеяться, что это просто тренировочная тревога, и нас пронесет.
— Ганс казино хочет продать, я тоже выступаю за это. Савва, не упирайся, мы за эти деньги хотя бы откупимся, если что-то выплывет по нашему делу.
Брандо сканирует меня взглядом, но я лишь качаю головой.
— Сань, там столько всего на нас, что эти деньги ничем нам не помогут. Не откупимся мы. Никак, и наш единственный выход — надеяться, что они не нашли тайник, а если даже нашли, то не обратили внимания, что там. Ладно, это все херня, потрясите районы, особенно северный, пусть сдают налог. Пока что лишь это нас держит. Все, идите работать.
