Читать «Дело лихой попаданки, или развод с драконом» — София Руд онлайн
Страница 8 из 10
— Госпожа, госпожа! А адрес-то вы не назвали. Куда нам весь ваш заказ отправлять? — спешит спросить худенький, но добродушный мужичок в горчичной жилетке.
— Ах, это. Особняк на горе, первый от третьего поворота главной дороги, — сообщаю я, и мужчина бледнеет.
— Призрачный дом? — сглатывает. — Вы, должно быть, шутите!
— Нет.
— Ну у вас, богатых, и развлечения, — выдает мужчина, а богатой называет, видимо, потому, что одета я с иголочки, и это неспроста. — Хорошо. Доставим. Но на работу там никто не согласится.
— А работники есть, — улыбаюсь ему, и мужчина тут же возвращается в свой магазинчик, обещая, что через полчаса повозки поедут на гору.
А значит, у нас есть еще время прогуляться, подышать прекрасным морским воздухом и полюбоваться на маленькие разноцветные домики с черепичными крышами. Эх, место мечты. Еще дело налажу, и красота будет.
Кстати, о деле.
Останавливаюсь, увидев за панорамными стеклами одного красиво оформленного, и, судя по всему, дорогого магазина кое-что интересное. Мебель я планировала покупать попозже, но чуйка говорит, что кое-что мелкое можно прикупить и сейчас. Тем более что внутри гуляют мои потенциальные клиенты.
— Погоди минутку, — говорю Лайзе, сую ей авоськи и захожу в магазин.
Тут даже пахнет дорого: смесь древесины и дорогих духов посетителей.
— Чем могу помочь? — улыбается мне услужливый мужчина с бабочкой на шее.
Моментально оцениваю обстановку и делаю заказ.
— Это очень дорогая коллекция, — предупреждает мужчина.
Говорит он тихо, но посетители наблюдают и все слышат. Я прекрасно знаю такой тип людей.
— Самое то. Дом красоты леди… Эймс, который откроется через две недели, планируют посещать самые известные леди Асдевиля. Все должно соответствовать их статусу, — сообщаю медленно, чтобы другие четко услышали каждое мое слово.
Мужчины и дамы тут же оценивают мой внешний вид, и я радуюсь, что не стала скромничать, хоть и шла в разведку.
Оформляю заказ, едва не подписавшись своим настоящим именем, но вовремя вспоминаю подпись Герды.
— О! — замечает мужчина, но вслух не комментирую то, о чем он догадался. Видимо, подпись выглядит знакомо, похожая на подпись бывшего супруга, а о разводе здесь еще не слышали.
— Доставим вам в лучшем виде, леди!
— Хорошо, сюда, — прописываю адрес на листочке рядом и подмигиваю, чтобы не вздумал шуметь. Местные, может, и знают о призраках, а приезжие нет. И к моменту открытия я уж точно улажу все конфликты. Не впервой.
— Для дома красоты самой леди Эймс, — повторяю еще разок, а затем покидаю магазин мебели.
Поскольку дел больше нет, мы с Лайзой забираемся в карету, точнее, на место кучера, и возвращаемся на гору. Лайза жует булочку, веря, что сладкое помогает ей не бояться наших постояльцев, а я раздумываю над своей новой фамилией. Надо же, первое, что вспомнилось в тот момент, это как мама говорила мне “не эйкай”, когда у меня был пубертат, а потом стала называть леди Эй. Вот и сложилось в леди Эймс.
От воспоминаний о маме сердце сжимается от тоски, но я тут же велю себе собраться. Тем более что доставка стройматериалов умудрилась прибыть раньше времени и начала разгрузку.
Ох, бабуля-призрак закатит мне сейчас истерику.
“Или не бабулю мне нужно бояться?”, — думаю я, когда замечаю одну внушительную мужскую фигуру, выделяющуюся на фоне суеты…
Глава 8. Совпадения
Лица его пока не вижу, но высоченная фигура с седыми зализаными волосами выделяется среди худощавых грузчиков. Одет мужчина дорого, но скорее по местной моде, нежели столичной. В столице предпочитают камзолы, а местные мужчины — жилетки.
— Хозяйка? А, вон она! — говорит один из грузчиков, указывая в сторону нашей с Лайзой кареты, и мужчина оборачивается.
Загар на его вытянутом лице подтверждает, что житель местный. Лучи послеполуденного солнца отражаются в серебряных запонках накрахмаленной, придавая незнакомцу солидности и лоска. Но больше всего поражают глаза — темно-карие, почти черные. Он смотрят цепко, оценивающе, словно взвешивая все, что попадает в их поле зрения. Таким взглядом смотрят купцы на товар, прикидывая, сколько смогут заработать.
— Добрый день, меня зовут Эльмас Киртон, я занимаюсь приобретением недвижимости для высокопоставленных господ, — важно представляется мужчина и протягивает ладонь с длинными ухоженными пальцами, на одном из которых поблескивает массивный перстень с печаткой.
— Леди Эймс, — отвечаю я.
— Видите ли, я собирался приобрести этот дом по поручению очень важного господина, но вы меня успели опередить. Потому я хочу перекупить вашу собственность, — сообщает Эльмас. Его тонкие губы растягиваются в улыбке, не затрагивающей глаз, вновь вызывая ассоциацию с опасностью. — Дам на десять процентов больше, нежели вы заплатили за эту рухлядь.
Ну, я бы не назвала особняк рухлядью, и уже тем более ни за что не стану продавать его за названную цену.
— Простите, господин Киртон, но у меня свои планы на этот дом. Он не продается.
— На двадцать процентов больше, — поднимает ставку мужчина. — Вы, должно быть, не местная и не знаете, какие слухи ходят о доме.
— Какие же?
— Скажем так, спать спокойно вы точно не сможете.
— Вы думаете, я не проверила дом перед покупкой? — только и улыбаюсь риелтору, вдыхая запах свежесрубленного дерева от привезенных досок.
— И в доме нет призраков? — Удивляется так, будто уверен, что они должны быть.
— Я бы ответила вам на любые вопросы о доме, если бы намеревалась продавать, но поскольку это не так, давайте закончим разговор, господин Киртон. Как видите, у меня тут стройка начинается.
— На пятьдесят процентов больше, леди! Поверьте, это очень выгодное предложение. А еще... мой заказчик не тот, кому стоит отказывать, — предупреждающе сверкает глазами мужчина.
— И кто же он? — Хочется знать.
— По секрету, владелец крупнейшей артефакторики в Асдевиле. С такими людьми лучше не ссориться, — подмигивает мужчина, а меня едва ноги держат.
Владелец крупнейшей артефакторики в Асдевиле, если я не ошибаюсь, мой бывший муж — лорд Дэйм. И какого черта ему понадобился именно этот дом?
Кстати, отличный вопрос. Раз он готов предложить такие деньги, значит, здесь есть нечто ценное.
— Ну, раз ваш заказчик настолько богат и очень сильно хочет этот дом, то я запрошу за него двадцать пять тысяч золотых.
— Леди!
— Это мое первое условие. Второе, сделку проведем в конце месяца, сейчас у меня есть дела в городе, да и с вот этим всем нужно теперь разобраться, — указываю на грузчиков, которые все еще носят стройматериалы. — А вы как раз обсудите мое предложение с вашим заказчиком.
— В таком случае дайте расписку, — требует Киртон.
Ох и наглый же жук. От него даже пахнет какими-то чересчур приторными духами, будто он пытается скрыть естественный запах хищника.
— Могу дать вам лишь слово, что никому не продам этот дом в обсуловленный срок, а в конце месяца рассмотрю ваше предложение, — говорю мужчине. — Там будет видно.
— Что ж, леди, я передам своему заказчику ваш ответ, — недовольно поблескивает глазами. — Возможно, вернусь раньше...
Звучит как угроза. Хотя в том, что он вернется раньше, я почти не сомневаюсь. Этот скупщик приехал, не зная, что дом уже продан. Ведь если бы он увидел документы, то не спрашивал бы, как меня зовут, а увидев мою фамилию, сразу донес бы Дэйму. И бывший муж с удовольствием подписал бы за меня бумаги. Я ведь у него под опекой, черт подери.
Значит, мой план открыть дом красоты через две недели стремительно меняется. Нужно делать все намного быстрее, чтобы предоставить доказательства того, что опека мне больше не нужна — доход!
— Лайза, пойдем, — зову девушку, спеша к дому.
Блондинка тотчас срывается с места.
— Госпожа, — зовет она. — Госпожа! А хозяин крупной артефакторики, это ведь господин Дэйм? Зачем ему понадобился этот дом?
— Отличный вопрос, — отвечаю на ходу, и точно знаю, что бывший муж не из тех, кто совершает покупки, не приносящие стопроцентной выгоды.
Возможно, мы с Лайзой не знаем об этом доме или местности чего-то, что знает Дэйм. Но должны знать призраки. Теперь у меня для них целых два аргумента, почему нам нужно быть заодно.
Гэбриэл Дэйм:
Новый цех южного филиала должен радовать. Ремонт сделан отменно, станки выстроены в ровные ряды, новые рабочие в синих форменных рубахах склоняются над заготовками кристаллов. Месяц, как я все перестроил на новый лад, а цифры в отчетах уже кричат о потенциальном успехе проекта, но радости нет.
Мысли занимают слова лекаря, сказанные сегодняшним утром. Драконье пламя, колеблющееся угасание которого я ощутил в последнее время, стало доставлять неудобство. Но у лекаря не нашлось ответа лучше, чем:
—- Сложно определить причину наверняка. Все выглядит так, будто кто-то перехватил часть ваших искр.
Сморозил такую чушь, какую даже современная наука отрицает. И это лучший лекарь, что при короне служит.
— И как это, по-твоему, могло произойти? — рявкнул я громче, чем планировал, и напугал лекаря.
А напуганный он всегда лепечет невнятно:
— Вы... ну, может... Какой-то артефакт?
Был бы я моложе, закатил глаза.
— Я владею почти всем рынком артефакторики. Нет таких артефактов, господин лекарь! — Пришлось ему напомнить.
— Ну... может, редкая магия, запретные чары? Мы все же хоть и прогрессирующее государство, но ни мир, ни магия не познаны до конца. Вас, случайно, никто не касался так, чтобы летели искры?
Я был готов уверить, что единственные искры, которые были в моей жизни — летели от злости из глаз, и сейчас он сам рискует в этом убедиться, но — застыл.
Герда.
В тот самый день, когда она с чего-то вдруг перестала молить о сохранении брака и, нарядившись, как на праздник, с легкой руки подписала развод...
Неужели?! Боги! О чем я только думал? Знал ведь, что в ее бедовую голову может прийти всевозможный бред. Но это... Она хоть понимает, что наделала?! Конечно же, нет! Хоть сто учителей ей нанимай, но если мозгов нет с рождения, то уже и не появятся!
— Господин Дэйм? — с тревогой в голосе обратился лекарь, очевидно, заметив, что мне пришло что-то на ум.
— Не касался, — процедил я сквозь зубы и завершил тот неприятнейший прием.
Лекарь ушел, а вот гнев остался и нарастает с каждой секундой, отвлекая от проверки. Прохожу вдоль стеллажей с заготовками, пытаясь сосредоточиться на деле, но мысль о драконьем пламени и возможной причастности Герды не отпускает. Если она действительно... Нет, не может быть. Надо же иметь хоть каплю ума! Но какой там?!
— Малый цех почти закончили, — докладывает новый управленец, прерывая мои размышления. — Ждем простейшие кристаллы, чтобы начать пробное производство базовых артефактов.
Он говорит четко, слаженно, как я люблю. И порядок заметен — все на своих местах, никто не путается под ногами.
— Лорд Дэйм! — этот самый порядок нарушает громкий голос, и в зал, отмахиваясь от мальчишки в серой форме, влетает знакомый старик. — Вы губите все, к чему прикасаетесь, господин Дэйм!
Посреди цеха застывает пожилой запыхавшийся мужичок в потертом сюртуке — бывший владелец рудников господин Центо. Его лицо красное от гнева, кулаки сжаты, и выглядит он так, будто сейчас кинется, оттого присутствующие напрягаются.
— Кто впустил сюда постороннего? — шипит местный управленец, порывается вперед, чтобы разобраться, но я поднимаю руку в жесте: “Отставить”.
Оцениваю еще раз незваного гостя холодным взглядом(?) и медленно ступаю к нему. В затихшем зале каждый шаг отдается эхом, и с каждой секундой храбрость нарушителя моего порядка угасает. Он бледнеет, хотя секунду назад выглядел так, словно готов с голыми руками на меня кинуться.
— И вам доброго дня, господин Центо, — приветствую, а незваный гость сглатывает так, будто я прицелился в него драконьим пламенем. Бездна! Вновь слова лекаря крутятся в голове вместе с образом бывшей жены, но я отодвигаю все это на второй план.
— Цена была обусловлена и для вас привлекательна. Вы своей рукой подписали бумаги. Без принуждения, — напоминаю ему.
— Я же не знал, что вы тут все разворотите! — хрипло отвечает он.
— А что, вы ожидали, я буду делать, приобретая ваше предприятие? Не сломав старый неработающий строй, нового не построить.
— А люди… Как же люди?
— Отныне это не ваша забота, господин Центо. Я прощаю вам вашу дерзкую выходку в силу возраста и прошу самостоятельно покинуть предприятие. Если отважитесь явиться с подобным заявлением еще раз...
Не договариваю, но он и так все отлично понимает. Сглатывает, кидает на меня хорошо знакомый взгляд, полный ненависти и... беспомощного презрения.
В детстве, когда воспитывался в приюте, этот взгляд так люто меня злил, что я готов был лезть на стену. И этот же взгляд заставлял подниматься все выше. Не резвиться на лужайках, не гоняться за юбками, а собирать капитал, ибо деньги — это власть и… безопасность.
И я обрел это сполна, но границы никогда не бывают устойчивыми.
Центо сжимает пальцы в кулаки, но уходит достойно, что нельзя не отметить. Он изначально показался мне достойным человеком, хоть и чересчур наивным, до одури любящим мир и людей.
После проверки всех новых цехов захожу в кабинет, чтобы выпить чаю или чего покрепче, а на пороге уже маячит личный помощник.
— Ваша Светлость, — он протягивает конверт. — У нас тут небольшая загвоздка с Арзоном...
Мда, день не задался с утра. Вскрываю сургуч, бумага хрустит под пальцами. Закупщик сообщает, что опоздал на день, и дом ушел некой леди Эймс. И эта самая леди не готова согласиться на сделку раньше конца месяца и просит за дом... Сколько? Двадцать пять тысяч?
Губа у леди, конечно, не дура. Но этот дом прозябал годами без покупателей. Ему красная цена пятнадцать, и никак не больше.
— Что велите написать в ответ? — спрашивает помощник.
— Пусть проверит все документы и найдет слабые места, — командую ему.