В таверну я вошла первой. Альдриг следовал за мной, умышленно отставая на пару шагов и держа руку на эфесе меча. Тогда я впервые начала замечать (хотя ещё не смогла бы этого в полной мере сформулировать), что он потихоньку, самовольно, взял на себя роль моего телохранителя. Кому это было на том этапе нужнее, мне или ему, большой вопрос, на который я и сейчас не рискнула бы дать ответ.
Я сняла комнату до утра и заплатила достаточно щедро, чтобы моего человека тоже устроили на ночлег. Точно определять его статус, к счастью, не было необходимости. Где именно он провёл ночь, я не знаю, но к моменту моего выхода из таверны на следующий день он уже стоял возле запряжённого фаэтона.
Ехали по большей части молча: мой спутник был немногословен, меня же это более чем устраивало. Управление экипажем практически не требовало концентрации, поэтому я спокойно прокручивала в уме свои наблюдения и выводы, неофициальные договорённости с местной знатью, рекомендации, список которых планировала предоставить министру. В какой-то момент, послав лошадям дополнительный магический импульс, я даже достала и принялась просматривать свои записи.
Разговор, состоявший больше, чем из пары реплик, случился только один раз. Ветер гонял над дорогой песок, которого кругом было с избытком, и очередная песчинка попала мне в глаз.
- Век бы не видела этого герцогства! – бросила я в сердцах, ни к кому конкретно не обращаясь.
Я вполне могла бы сказать то же самое, путешествуя в полном одиночестве, просто для того чтобы выплеснуть эмоции.
- Мы все его нежно любим, - ответил мой спутник со свойственным ему сарказмом.
- Ноги моей больше здесь не будет, - буркнула я, не переставая тереть глаз.
Толку сей процесс, к сожалению, не давал.
- Зачем-то же ты сюда приехала.
- Исключительно по делам службы.
- И что же у тебя за служба?
Я нахмурилась. Впервые Альдриг интересовался родом моей деятельности, да что уж там, чем бы то ни было, связанным со мной лично. Простое любопытство или нечто, на что стоит обратить внимание? Впрочем, немного поразмыслив, я отвергла теорию заговора, согласно которой герцогиня специально подослала его ко мне в качестве шпиона. Готова допустить, что, когда Альдрига отправили в мою спальню, ему действительно велели держать ухо востро, а после рассказать хозяйке обо всём, что он увидит и услышит. Однако не более того. Иначе схема выглядела уж слишком сложной, в особенности учитывая, что не настолько я важная птица. К тому же о природе моих занятий герцогиня в любом случае отлично знала.
- Я помощница министра иностранных дел Дилии.
- Ого. Звучит внушительно.
- Ничего особенного, - возразила я. – У меня нет официальной должности. Я просто хожу на мероприятия, знакомлюсь с людьми, езжу по разным странам, развожу письма…ну и всё такое прочее.
- А потом советуешь министру, с кем дружить, а кого оставить с носом?
- Что-то в этом роде, - согласилась я, немного подумав.
- То есть ты серый кардинал?
- Вовсе нет. Я не честолюбива и не люблю политику. За это меня и ценят. В сочетании с такими качествами как знание этикета, голова на плечах и неплохие магические способности.
- Если ты не честолюбива и аполитична, что держит тебя на этой должности? Любовь к путешествиям?
- Ни в коей мере! – Я поморщилась от такого предположения. – Любовь к деньгам.
- Ты любишь деньги?
Судя по тону и приподнятой брови, он ни на грош не поверил.
- Ещё как, - подтвердила я.
- Настолько, что тратишь двадцать золотых на раба, который тебе даже не нужен?
Не двадцать, а тридцать. Похоже, ты просто не знаешь себе цену, парень. Но что-то мне подсказывает: такие сведения тебя не обрадуют. Так что озвучивать их я лучше не буду.
- Я не говорила, что коллекционирую деньги. Я люблю их именно за то, что имею возможность потратить столько, сколько захочу тогда, когда мне это взбредёт в голову, лишний раз не задумываясь. Моя служба это позволяет.
На этом разговор закончился: мы въехали в город. Не самый большой в Сильверии (тот разросся за последние пару веков вокруг дворца герцогини), но вполне приличный, с частично мощёными улицами, парой площадей, довольно крупным рынком и масляными фонарями. Здесь мы немного задержались. Я зашла в лавку аптекаря, прикупила пару лекарств, а заодно приобрела на рынке несколько побрякушек: милые мелочи для проживавших в моём доме слуг и дорогие, но безликие изделия для полезных знакомых. Опять же, глупо было не воспользоваться такой возможностью, чтобы перекусить нечто более приличное, чем запасённый в таверне хлеб и кусочки вяленого мяса.
До заката мы проехали ещё несколько часов, успев таким образом преодолеть приличное расстояние. Когда пришло время устраиваться на ночлег, обнаружившийся у дороги трактир оказался ощутимо попроще, чем вчерашний. Старенькое двухэтажное здание с шумной пивной на первом этаже, куда наверняка стекались по вечерам местные выпивохи. Покосившаяся постройка, отведённая под конюшню, и никаких тебе садиков. Конюх, правда, имелся, и в его задачи входило не только ухаживать за лошадьми, но и присматривать за экипажами, дабы их не украли. Не слишком полагаясь на такой уровень охраны, я наложила на фаэтон лёгкое охранное заклинание: в случае попытки его угнать в воздух стали бы вырываться яркие всполохи, вроде того, который я создала в своё время, взывая о помощи.
В остальном простота заведения меня не смущала. Как человек, путешествующий с относительной регулярностью, я видала немало трактиров и постоялых дворов и была не слишком переборчива. Это ощутимо экономило нервы.
Внутри в придачу оказалось довольно-таки чисто, а трактирщик был весьма приветлив. Мне выделили комнату, Альдриг вместе с местным мальчишкой (наверняка сыном или племянником хозяина) затащили мой сундук на второй этаж. Затем мы вдвоём уселись внизу за одним из квадратных деревянных столов. Альдриг сперва держался скованно, явно не уверенный в том, что ему следует располагаться вместе со мной, несмотря на то что в фаэтоне в аналогичной ситуации он чувствовал себя вполне комфортно. Пришлось указать ему на пару-тройку пьянчужек в зале и напомнить, что заведение здесь не самое фешенебельное, а потому разводить политесы неуместно.
В итоге сесть за стол он согласился, но в восторг явно не пришёл и продолжал держаться напряжённо. Нам подали сытное рагу из местных овощей. Лично я предпочла бы мясо, но привередничать не приходилось, и в целом вечер мог пройти вполне неплохо, если бы не мрачная компания, внезапно ворвавшаяся в трактир.
Их было четверо, и все неплохо вооружены. Один держал наготове заряженный арбалет и первым делом взял на прицел трактирщика. Тот испуганно застыл, прижавшись к стене. Я осторожно огляделась. Посетителей было не то чтобы мало, но ни одной компании, которая могла бы организовать достойное сопротивление, не видно. Несколько пьяниц, у которых так дрожали руки, что им никакое оружие бы не помогло, даже если бы оно имелось. Две женщины, одна помоложе, другая постарше, вероятно, дуэнья. Семья – муж, жена и двое детей, один из которых в данный момент сидел у отца на коленях. У окна – несколько подростков, видимо, решивших, что могут считать себя взрослыми, раз заявились в настоящий трактир выпить настоящего пива.
Один из грабителей рявкнул, чтобы все положили руки на стол и не шевелились. Затем потребовал, чтобы трактирщик выкладывал деньги. Другой, помахивая обнажённым мечом, направился к посетителям и велел достать кошельки и драгоценности. Как этот приказ сочетался с недавним требованием держать руки на столе, я не очень понимала, но предположила, что следует подчиниться тому, кто подошёл ближе. В голове пронеслась мысль, что с безопасностью в Сильверии дела обстоят отвратительно, и соваться сюда вторично точно не стоит. Но в данный момент деваться было некуда, и я, пусть и в паршивом настроении, потянулась к ридикюлю.
Дальнейшее происходило очень быстро. Мой спутник взял свою кружку, выплеснул содержимое на пол (судя по получившейся луже, к пиву он не притрагивался вовсе) и, вскочив на ноги, запустил кружкой прямо в голову ближайшему грабителю. Звук получился довольно внушительным. Признаться, я думала, что от этого столкновения что-нибудь разобьётся: либо кружка, либо голова. Вопреки ожиданиям, сосуд оказался чрезвычайно крепким, а голова безмозглой, так что видимых разрушений не получилось, однако удара было достаточно, чтобы разбойник, покачнувшись, рухнул без сознания.
К этому моменту Альдриг уже выскочил из-за стола и устремился к остальным грабителям, держа наготове подаренный беглыми рабами меч. Арбалетчик развернулся, позабыв про трактирщика (последний поспешно спрятался за ближайшим столом), и выстрелил, но ожидавший этого Альдриг уклонился без особого труда. На то, чтобы зарядить следующий болт, потребуется около минуты, так что на время грабитель выпал из игры, и мой спутник метнулся к оставшимся двоим.
Сражаться ему явно доводилось не раз, движения были отточены, мечом он владел отлично. Будь это праздничная театральная постановка или, к примеру, турнир, я бы, пожалуй, залюбовалась. Однако сейчас обстоятельства не располагали к положительным эмоциям: двое вооружённых противников – это плохо, особенно учитывая, что в ближайшее время к ним собирался присоединиться третий, и вот тогда очередной болт имел хорошие шансы попасть в цель. Пока Альдриг отбил удар одного мечника, уклонился от клинка второго, отскочил, оказавшись вне досягаемости первого, обманул второго ложным выпадом и успел ранить его в руку, судя по всему, довольно глубоко.
Я прервала наблюдение за боем, чтобы сосредоточиться на арбалетчике. Дыхание выровнялось, стало более глубоким, чем обычно. Кончики пальцев засветились. Я резко распрямила ладони. Грабитель с воплем выронил раскалённый арбалет. Однако после этого не успокоился, а, напротив, завопил ещё громче, глядя на свои руки, которые теперь светились красным и выглядели, как один сплошной ожог. Иллюзия, конечно, но действенная. Зрительная и ментальная одновременно.
К этому моменту один из мечников уже лежал вниз лицом, бездыханный. Второй, с раненой левой рукой, продолжал отбиваться, но его действия именно что сводились к защите. Альдриг же наступал, яростно, дерзко, как будто точно знал, что меч противника не причинит ему вреда…или как будто ему было всё равно. Вскоре противник предсказуемо совершил ошибку и открылся для удара, чем Альдриг не преминул воспользоваться. Меч глубоко погрузился в плоть. Лишь когда мой спутник выдернул оружие, разбойник со стоном повалился на пол. Замертво или без сознания, я не знала, но, впрочем, мне это было неинтересно.
Арбалетчик продолжал с ужасом разглядывать свои руки, хотя боль от мнимых ожогов наверняка успела свестись к минимуму. Альдриг, не раздумывая, сбил его с ног, а дальше подоспел трактирщик с верёвкой. Мальчишку отправили за стражей.
Осознав, что опасность миновала, посетители повскакивали с мест и заговорили все одновременно. Большей частью – выражали восторги в адрес моего спутника.
- Да ты, парень, настоящий герой!
- Ух, как вы их!
- Как вы только справились со всеми в одиночку?
Трактирщик, закончивший возиться с разбойником, тряс Альдригу руку, рассыпаясь в благодарностях и называя не иначе как «храбрецом» и «спасителем».
Я встала из-за стола и двинулась к лестнице, неискренне улыбаясь тем, кто попытался и меня привлечь к восхвалению героя.
- Это ваш телохранитель? Он просто потрясающий!
- Вы его ещё с ножницами не видели, - буркнула я.
Глава 7
Поднявшись на пару ступенек, чтобы слегка выделяться на фоне толпы восхищённых, я бросила Альдригу:
- Нам надо поговорить!
И отправилась в свою комнату.
Дожидаться не пришлось: он перехватил дверь ещё прежде, чем та успела захлопнуться за моей спиной.
Вид у него, конечно, был тот ещё. Перемазался в крови, вспотел, волосы липнут ко лбу, меч всё ещё держит в руке, и на лезвие страшно смотреть. И всё равно красив, тут ничего не скажешь. Небось все женщины, что остались внизу, в щенячьем восторге.
- Какого чёрта ты полез в драку? – сердито спросила я.
Альдриг вопросительно приподнял брови, чуть склонил голову набок. Мимика, уже ставшая мне привычной. Не понимает, что меня так разозлило.
- Вообще-то они пришли, чтобы грабить, - всё-таки снизошёл до ответа он.
- И что? Тебя бы, что ли, ограбили? Тебе какое дело?
Альдриг убрал меч в ножны, сложил руки на груди.
- Начнём с того, что они бы ограбили тебя.
- И что? – с напором повторила я. – Ну, ограбили бы. Тебе что, жалко моих денег? Какая тебе разница? Пережила бы. Меня, если на то пошло, вчера уже грабили – и ничего.
- То есть, по-твоему, надо было оставить всё как есть.
Я вздёрнула подбородок, вынужденная смотреть снизу вверх, поскольку он, как ни крути, был выше ростом.
- То есть, - яростно прошипела я, - это им там, внизу, ты можешь морочить голову на тему геройства, отваги, самоотверженности и всего такого прочего. Но я отлично понимаю, что ты делаешь.
- И что я делаю?
На этот раз его удивление выглядело совсем не так убедительно. Он знал, что я скажу, или во всяком случае догадывался. Что только лишний раз доказывало: я права.
- Ты не дорожишь своей жизнью. И специально идёшь на риск. Один против четверых? Какие у тебя были шансы? Ты вбил себе в голову, что достойно прожить жизнь у тебя не получилось, и теперь ищешь смерти, которая будет, в твоём представлении, достойной мужчины.
Его лицо стало похожим на каменную маску. Только глаза гневно сощурились.
- Даже если и так, я, кажется, имею право распоряжаться своей жизнью, как сочту нужным. Я свободный человек. Или мне только примерещились обрывки той грамоты?
- Вот это правда, - кивнула я. – Ты свободный человек. Но ты сам выбрал путешествовать в моём обществе. Так вот, до тех пор, пока ты со мной, я никаких порывов к самоубийству не потерплю. Когда разойдёмся – тогда пожалуйста, делай со своей жизнью всё, что захочешь. Это понятно?
Он не ответил. Только сверкнул на меня взглядом – гневно, почти что с ненавистью – и вышел из комнаты, хлопнув дверью. Возможно, он не собирался возвращаться. Возможно, так было лучше.
Доесть овощное рагу мне, ясное дело, не удалось, но возвращаться вниз желания не было. Да и аппетит в контексте всего случившегося как-то улетучился. Так что я открыла сундук и стала постепенно готовиться ко сну. Переоделась, на сей раз без помощи горничной, но к этому я была привычна, иначе путешествовала бы исключительно с прислугой. Дома у меня была горничная, милая девушка, племянница моей поварихи. Но я терпеть не могу чувствовать себя зависимой от чужой помощи, к тому же люблю одиночество. Благодаря сочетанию этих двух качеств я способна путешествовать самостоятельно, разве что с сундуком одна не справлюсь, особенно если его надо тащить на второй этаж. Однако люди, готовые за пару монет помочь с решением этой проблемы, находятся всегда.
Оставшись в платье-неглиже, я распустила волосы и принялась аккуратно смывать макияж. Тёплую воду для умывания мне принесли в кувшине, а специальные средства я возила в бутылочках, похожих на аптекарские. Стук в дверь застал меня сидящей перед зеркалом. Ответить я не успела: Альдриг уже вошёл в комнату. Я бы даже сказала, не вошёл, а ворвался, сразу же захлопнул за собой дверь и прижался к ней спиной.
- Что случилось?
Он тяжело дышал – видимо, очень быстро взбежал вверх по лестнице, – а в глазах загнанным мотыльком металась паника.
- Мне нужно укрытие.
Я нахмурилась. Что-то не сходилось. Каким бы ни было моё отношение к его выходке, этот человек совсем недавно вышел один против четверых, не испытывая при этом и тени страха. Что могло напугать его до такой степени, чтобы он попытался спрятаться у меня в комнате?! Целое войско? Мертвецы, восставшие из могилы? Люди герцогини, высланные в погоню? Признаюсь, я почти успела уверовать в последний вариант, когда Альдриг, устремив на меня затравленный взгляд, произнёс:
- Они хотят со мной выпить.
Я приложила ладонь ко лбу.
- Кто?
- Эти…люди внизу. Трактирщик и другие.
- И что? – удивилась я. – Выпей. В конце концов, ты заслужил. – Понимаю, эти слова совершенно не вязались с моей недавней отповедью, ну да и чёрт с ними, я же ему не наставник и не воспитатель. – По-моему, позитивные эмоции тебе не помешают.
Он посмотрел на меня, как на умалишённую. Будто я только что посоветовала ему отобедать с пресловутыми зомби или чудовищем из легенд.
- Я не хочу ни с кем пить, - отрезал он, для пущей убедительности качая головой.
Говорил жёстко, но во взгляде метался всё тот же страх, неприкрытый, искренний, почти детский. Такой, что желание смеяться пропало, едва успев зародиться.
- Ты не хочешь именно пить или вообще с ними общаться? – осторожно уточнила я.
- Ни то, ни другое.
- Ладно. Если тебя это так раздражает, можешь остаться здесь.
Альдриг облегчённо выдохнул, кивнул и наконец отлепился от двери.
В конце концов, какая мне разница? Те, кто внизу, чёрт знает что про меня подумают? И что с того? Они меня не знают, я их тоже. Ещё не хватало, чтобы меня беспокоила собственная репутация в глазах выпивох из трактиров. А в остальном… В одной комнате мы уже ночевали, даже дважды. На мою, прости господи, женскую честь парень точно не претендует. Единственное, кровать здесь для двоих маловата, это вам не шикарные покои во дворце герцогини.
То ли Альдриг перехватил мой взгляд, то ли просто подумал о том же самом, но тут же сказал:
- Я лягу на полу.
Причём сказал тоном, не терпящим возражений.
- Ладно, - повторила я покладисто.
