- Простите, чем?!
- Тараканами, Керсингтон. Это такие вредные, противные мелочи, которые водятся в подвалах и в головах.
Я для наглядности постучала себя по макушке.
- Ах, вы имеете в виду тараканов в метафорическом смысле.
- В нём самом, Керсингтон. Видите ли, у меня есть теория о счастливых браках. Только не смейтесь! – добавила я, хотя дворецкий, разумеется, даже не улыбнулся. – Согласитесь, кому же теоретизировать о счастливых браках как не мне? Так вот, согласно моей гипотезе, счастливый брак возможен лишь в том случае, когда у жены и мужа приблизительно одинаковые тараканы.
- А у этих двоих, вы полагаете, дело обстоит иначе?
По тону Керсингтона я прекрасно поняла, что он не воспринял мою теорию всерьёз, и всё же ему было любопытно, что я отчебучу на этот раз.
- Увы. Тараканы нашей милой Иветты – крохотные и по-своему очаровательные, они ходят на задних лапках и носят юбочки с кружевами. А тараканы Альдрига – крупные и раскормленные. – Я задумчиво посмотрела туда, где совсем недавно беседовала обсуждаемая нами парочка; к этому времени оба успели разойтись по своим делам. – Так-то, Керсингтон. Они попросту в разных весовых категориях. А теперь признайтесь честно, - мой взгляд сфокусировался, и я перевела его на собеседника, - Нэнси говорила, что сегодня будет на ужин?
Почти весь следующий день я провела за покупками, нужными и не очень. Приобрела ещё пару книг (попроще, чем вчера), всякие аптекарские мелочи, кое-какие специи (после бурного обсуждения с Нэнси) и изящную статуэтку, не имеющую никакой художественной ценности, но чем-то меня зацепившую. Кроме того, давно было пора заказать у портнихи новое платье, так что я занялась и этим.
Словом, день прошёл в меру спокойно и в меру утомительно, как раз то, что требуется в качестве передышки для умственной деятельности. Дальнейший план заключался в том, чтобы немного почитать, а затем снова поработать над сильверийскими записями, поэтому, как следует выспавшись и позавтракав, я направилась в библиотеку. Решила просмотреть книгу, купленную перед моим последним путешествием. Изначально я отвела на это занятие от силы десять минут. Однако данный научный труд оказался столь интересным и столь точно формулировал то, что я имела неудовольствие наблюдать в Сильверии, что я зачиталась и совершенно забыла о времени.
Так что прошло около двух часов, когда я внезапно отвлеклась и обнаружила Альдрига, стоящего прямо передо мной и разглядывающего мою книгу.
- И что такое «психология»? – полюбопытствовал он.
Я нахмурилась: рассмотреть обложку, пока я читала, он точно не мог. Ах, ясно: название главы было выведено вверху открытой страницы. С учётом всего, что я знаю об Альдриге, ничем хорошим это не кончится.
Я вздохнула и указала ему на стул. Немного помедлив, парень всё-таки переставил его поближе и сел.
- Психология – это новая наука, можно сказать, только зарождающаяся, - объяснила я. – Она изучает человеческую психику. Наши чувства и мысли, откуда они берутся, от чего зависят, как влияют на поведение, и всё такое прочее.
- И что же такое «рабская психология»? – предсказуемо спросил он, процитировав название главы.
- Это то, чего у тебя нет. – Я устало поморщилась. – Слушай, мы не могли бы разок обойтись без цунами ненависти, которым ты регулярно захлёстываешь всё эмоциональное пространство на милю вокруг? У меня от этого болит голова.
- Ты менталист.
И не поймёшь: то ли спросил, то ли выдвинул обвинение. На всякий случай я выдала ответ, более-менее уместный в обоих случаях.
- Вообще-то можно было и раньше догадаться.
Альдриг немного помолчал, вроде как впитывая новые сведения.
- И что, ты всё время отслеживаешь, кто что чувствует?
- Ещё не хватало, - с непритворным ужасом возразила я. – В повседневной жизни вообще стараюсь этим не заниматься. Но если чувства совсем уж сильные, до меня доносятся отголоски, хочу я того или нет.
Альдриг ещё немного подумал.
- И от меня исходит ненависть?
- Не всегда. Но часто.
- А что ещё?
- Не знаю. Слушай, я же специально не копаюсь. И не все чувства умею различать. Просто ненависть, гнев, агрессия – это самое элементарное. Лежит на поверхности.
- И во время путешествия ты чувствовала это в ком-нибудь ещё? Или только во мне?
- В Сильверии-то? Смеёшься? У вас там ненавистью фонит от каждого третьего.
Он кивнул и опустил глаза в пол, о чём-то раздумывая. Я перелистнула страницу.
- Ты сказала, что не все чувства умеешь различать, - снова подал голос Альдриг. – От чего это зависит?
Я подняла взгляд, отрываясь от текста. Вроде бы смотрит с любопытством.
- Бывают чувства более-менее простые, а бывают сложные, с массой составляющих. Чем этих составляющих больше, тем легче ошибиться. Люди и сами зачастую не знают, что чувствуют. Иногда я могу разобраться лучше, чем они, а иногда, наоборот, хуже. Особенно плохо – если речь об эмоциях, в которых я сама не слишком ориентируюсь. Не знаю, материнский инстинкт, например. Мне он непонятен, поэтому я и определяю его с трудом.
- А что ты умеешь определять? Ты сказала, гнев, агрессия, ненависть. Что ещё? Если ненависть, значит, и любовь?
- Ты что, издеваешься? – фыркнула я. – Во-первых, эти понятия вообще не симметричные. Любовь намного сложнее. А во-вторых, вот уж о чём я ни черта не знаю. Я не умею любить. Можешь считать меня калекой. Знаешь, бывают люди без руки, без ноги, слепые. А я вот такая. Поэтому нет, любовь не считываю.
Альдриг скептически прищурился.
- Так-таки не умеешь любить?
- Ну не знаю, в это слово же вкладывают миллион смыслов. Если вдуматься, по-своему я, наверное, люблю, например, своих домочадцев. Нэнси, Керсингтона, Иветту. Даже скучаю по ним немного, когда уезжаю. Дом этот кстати люблю, тут никаких сомнений. Ну…родину свою люблю, между прочим, как бы это нелепо ни звучало. Но ты же небось не то имеешь в виду? Обычно, когда говорят «любовь», имеют в виду что-то вроде любви женщины к мужчине. Романтической. Вот этого я точно не умею.
- Почему?
- Сначала я банальным образом была слишком юной, а потом резко стало не до романтики. Так что любовь я не считываю, - заключила я, чтобы разговор, не дай боже, не перешёл в опасное русло моего прошлого. – К слову, общению с мужчинами это не мешает. Я бы сказала, даже помогает.
- Да, это мне уже объяснили, - хмыкнул Альдриг, рассматривая другие книги, разбросанные по столу.
- Ха! Давай угадаю. Нэнси наябедничала?
С этой темой, в отличие от той, куда чуть не зашёл разговор прежде, я чувствовала себя совершенно свободно. Да и странновато было бы зардеться и смущаться, учитывая недавний род занятий собеседника.
- Почему ты так решила?
- Кто же ещё станет сплетничать о моём моральном облике? Не Керсингтон же!
- Вообще-то я не собирался вот так её подставлять.
- Всё в порядке, - отмахнулась я, - она не со зла. Просто она искренне переживает за мою загубленную репутацию.
- А она у тебя загублена? Другие так-таки мужчин не водят?
- Водят все. Но многие стараются этого не афишировать. Замужние – потому что у них мужья, а девицы на выданье – чтобы отхватить жениха повыгоднее. Но у меня-то ни той, ни другой причины нет. Поэтому я предпочитаю не тратить лишние силы на игры в прятки.
Не исключено, между прочим, что сильверийки решили прислать мне раба как раз из-за моей репутации дамы, интересующейся, скажем так, мужским полом. Переоценили они меня, конечно, ну да им простительно. Другая культура и всё такое прочее. А может, я и ошибаюсь, может, они всех гостий так привечают. В любом случае, эта была одна из тем, поднимать которые в присутствии Альдрига не следовало.
- Нэнси считает, что я должна найти себе приличного вдовца, - добавила я в порядке сплетни.
Альдриг выразительно приподнял брови, что в его случае, пожалуй, могло сойти за смешок.
- По-моему, с твоими деньгами и связями замужество не должно представлять проблемы, было бы желание. Или я чего-то не понимаю в дилийском обществе?
- Всё ты понимаешь. Но Нэнси несколько старомодна. Так что в её картине мира вдовец – это мой последний шанс. Время от времени она проводит со мной на этот счёт душеспасительные беседы. Сначала меня это забавляет, потом я просто не хочу с ней ругаться, потом всё-таки ругаюсь. Дальше всё снова идёт по кругу. Так что если услышишь женские вопли из кухни, не напрягайся. Все остальные в доме привыкли. И не пытайся нас разнимать: это отлично удаётся Керсингтону.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/raznoe/prochnee-okov-74391978/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
