— Не нужно в гостиную, — велела я. — Отведите меня прямо к Беркинсону.
Свет с правой стороны дернулся, метнулся на потолок, вместо того чтобы освещать нам дорогу: Нина чуть не выронила свечу.
— Но он занят, госпожа, — повторила она, словно за нарушение спокойствия дворецкого ее как минимум вышвырнут отсюда без пособия.
— Понимаю, — улыбнулась я. — Обещаю не мешать ему в его делах.
Нина бросила на меня раздраженный взгляд и кивнула другой девушке.
— Май проводит вас в малую гостиную, а я спрошу у ноа Беркинсона, можно ли его потревожить.
Если до этого момента я искренне верила в то, что дворецкий действительно сильно занят, управлять такой махиной — это вам не шутки шутить, то после ее слов в мою голову закрались подозрения, что дела дворецкого мне не понравятся. Да еще и это «потревожить»! Я и так была зла на не самое доброе утро, а теперь не могу нормально поговорить с управляющим персоналом и высказать свои претензии и мысли по поводу улучшения местного сервиса?
— Девушки, вы знаете кто я? — Я добавила в свою улыбку хищности. — Я Искра императора. Я ваша госпожа. Я могу тревожить Беркинсона в любое время, даже если он спит. Поэтому последний раз прошу по-хорошему: отведите меня к нему. Сейчас же.
Они испуганно переглянулись: даже не пытались скрыть панику.
— Я тогда предупрежу его… — попыталась улизнуть Нина, но напоролась на мой внимательный взгляд.
— Это лишнее, пойдем все вместе, — отрезала я. — Ведите.
Мы развернулись и пошли в другую сторону, а я поморщилась. Не хотела пользоваться авторитетом муженька, но что поделаешь? С этих девиц станется водить меня лабиринтами замка, пока дворецкий не закончит свои «дела». А мне очень нужно посмотреть, что это за дела такие! Требующие предупреждения.
Идти оказалось не так далеко, очень скоро Нина остановилась возле одной из закрытых дверей на одном со мной этаже. Бледная девушка глубоко вздохнула и тихо постучала в дверь, едва касаясь дерева костяшками пальцев. Я вздернула бровь: если скажет, что мы не достучались, сама буду тарабанить. Но из-за двери раздался недовольный голос дворецкого:
— Что такое?
— Это Нина, ноа Беркинсон. И…
Она открыла рот, очевидно, для того чтобы сообщить обо мне, но ее перебил сам управляющий:
— Заходи, Ниночка.
Ниночка?
Девушка покраснела так, что при желании могла осветить весь коридор, и толкнула дверь в… спальню. То, что это спальня, я поняла, когда проморгалась: в отличие от полутьмы и холода коридоров, в этой комнате было очень светло и жарко. В по-императорски роскошной комнате, огромнейшей, угловой, с большими арочными окнами, с кроватью с балдахином, с диваном и ковром на всю комнату. Все в любимых бронзовых тонах главного дракона: по-мужски мрачновато, но удивительно гармонично. Обстановка тянула на президентский люкс, не меньше.
Пламя в огромном камине похрустывало поленьями, но, словно этого было мало, в спальне горели какие-то артефакты-пирамиды, напоминающие земные обогреватели для открытых веранд. Они же дарили много красного света: я словно шагнула в обитель солнца и лета. Если бы в этом мире существовали порталы, решила бы, что оказалась, по меньшей мере, в другой стране.
Вишенкой на торте стала бронзовая ванная возле окна. Массивная, с витыми ножками, с горячей водой, о чем свидетельствовал поднимающийся над ванной пар. Хотя вру, самым главным украшением комнаты стал восседающий в ванной дворецкий.
При нашем появлении он подскочил и чуть не перевернул подставку с завтраком: не в пример моему роскошным, как и все в этой спальне. А вот ароматным напитком, судя по запаху, местным аналогом кофе, Беркинсон все-таки облился. Изящная чашка булькнула в ванной. Дворецкий хрюкнул, поднялся, понял, что его сорочка для купаний ничего не прикрывает, и плюхнулся обратно в воду.
— Госпожа, что вы здесь делаете? — Он попытался посмотреть на меня с достоинством, а на девушек уничижительно. Получилось относительно хорошо, потому что сложно выглядеть гордым, когда ты без штанов.
Я прошла по спальне, любуясь лепниной и пейзажами в бронзовых рамках и радуясь, что не захватила с собой халат. Я в такой жаре не вспотела только благодаря тонкому шелку платья Альви.
— Ищу вас, заодно осматриваю замок.
Со стороны могло выглядеть, что я отворачиваясь от дворецкого, потому что так требуют правила приличия. На самом деле я рассматривала спальню, подмечая каждую деталь. Например, то, что Беркинсон не просто решил ванну принять в самой лучшей комнате замка, он здесь жил. Об этом свидетельствовала незастеленная кровать, оставленные на секретере бумаги и валяющиеся на стуле штаны.
— Вам сюда нельзя! — зашипел пунцовый дворецкий.
— Почему? — я наконец-то повернулась к нему.
— Потому что это… — Он осекся, скривился.
— Покои императора, — подсказала я. — И вам тоже сюда нельзя.
Шах и мат. Впрочем, не буду добивать беднягу, по крайней мере сейчас. Мне еще о многом надо у него спросить. Например, о том, почему у него горячая ванная и колбаски с тостами на завтрак, а у меня стылая постель и некрасивый вид на Якова из окна. И почему он живет там, где должна жить я. Не сказать, что я знаток истории, но, кажется, персонал всегда жил на своем, отдельном этаже. Дворецкий не был исключением.
— Значит, так, — обратилась я к управляющему, который от злости не смог и одного слова подобрать, — я, как Искра императора, переезжаю в эту комнату. Прикажите перенести сюда мои вещи. А затем подайте нормальный завтрак в малую гостиную или туда, где мы сможем обсудить управление замком и условия моего здесь пребывания. Если там холодно, пусть туда перетащат один из этих артефактов, у меня нежное здоровье, мне нужно тепло. Вы же не хотите лично сообщать ару Эрхольду, когда он сюда прилетит, что я заболела и замерзла до смерти?
Дворецкий поперхнулся воздухом и посерел. Замотал головой. А я мысленно сделала себе пометку, что дракона везде боятся.
— Отлично, — кивнула я. — Жду вас в малой гостиной.
Спальню я покидала с пониманием, что управление замком нужно начинать с инвентаризации. Потому что и артефактов, и еды, здесь, кажется, хватало. А вот вопросов к управляющему было много.
15
Мне повезло, что в своей прошлой жизни я занималась организацией праздников с разным размахом и бюджетом. Я была тем человеком, который все это контролировал и за все отвечал. Доставили ли торт? Какого стендапера пригласить на день рождения биг босса, чтобы бюджета еще и на праздничный фейерверк хватило? Как разрулить скандал между главным бухгалтером и коммерческим директором, которые не желают сидеть за одним столом? Я была связующим звеном между заказчиком и подрядчиками, и сейчас все эти навыки, весь мой многолетний опыт Аглаи, которой я была прежде, сильно пригодился мне как Альви.
Мне повезло, а вот Беркинсону нет. Он решил, что если меня переселить в самую крутую спальню замка, я просто обрадуюсь и дальше не пойду. Опрометчиво с его стороны.
Вторым моим требованием после переезда и плотного горячего завтрака было провести экскурсию по всему замку.
— По вс-сему? — Дворецкий даже заикаться начал, когда я ему озвучила, что хочу знать, где буду жить.
Судя по виду Беркинсона, о таком его не просил даже император. Но мой драконий муж, видимо, дворецкому доверял. Или, скорее, ему доверял тот, кто Беркинсона здесь назначил, сомневаюсь, что императора волновало, кто и как управляет в одном из его дальних замков. Он всем боссам босс, а есть начальство поменьше, вот оно Беркинсона здесь поставило и просчиталось.
— По всему, — подтвердила я. — Но больше всего меня интересуют наши ресурсы и их распределение.
Мы начали с кухни и запасов еды. Так я снова познакомилась с Жульеной, которая здесь была шефом. Первое впечатление, конечно, стереть не получилось, и мне хотелось бы быть непредвзятой, но не вышло. Она не простила мне мальчика, которого считала вором, я не могла забыть издевательство над ребенком и испорченный завтрак. Поэтому повторное знакомство вышло холодным, но погреба и мешки с мукой и крупами она показала мне сразу.
Правда, тут же возникла вторая проблема: я не знала количество персонала, поэтому не могла сделать выводы, много у нас запасов или впритык. Лишь оценить разнообразие: здесь были и мясо, и молочка, и яйца, и всякие соленья и копчености. Последние доставили с корабля.
Следующим шагом было знакомство со всеми слугами: я помнила, что их немало, меня интересовало только, чем занимаются все эти люди. Часть из них работали на кухне и помогали Жульене. Горничные и лакеи следили за чистотой замка, подавали еду, конюхи работали на конюшне.
— А где экономка? — поинтересовалась я, не без помощи Альви вспоминая еще одну важную должность.
— Она стала слишком стара для выполнения своих обязанностей и сейчас живет в деревне на побережье, — ответил Беркинсон. — Теперь я выполняю эти обязанности.
Наэкономил он хорошо, подумалось мне. Мы еще не весь замок обошли, а я уже поняла, что он больше напоминает склеп, чем дом. Отправляться сюда в последний путь — самое то, а вот жить… Жить тут можно только обложившись пирамидками-обогревателями. Или я смогу найти компромисс? Чтобы всем стало максимально уютно.
Сделав себе мысленную пометку съездить в нижнюю деревню и заручиться помощью экономки, может, обо всем ее расспросить, я попросила отвести меня к артефактам.
Надо было видеть лицо дворецкого, когда я сообщила о том, что теперь мы будем их использовать в гостиных и в холле, и везде, где работают люди. Распределим по уму. Естественно, он тут же встал в позу.
— Это расточительно, госпожа! Вы сказали, что у вас хрупкое здоровье. Мы заряжаем артефакты раз в пару месяцев, если они разрядятся, то вам не хватит, и вы просто замерзнете.
— А это уже ваша обязанность распределить их так, чтобы хватило и на меня, и на всех остальных. Например, держать их на кухне не целесообразно: там есть печи, и тепло сохраняется без артефактов.
Беркинсон пыхтел, но принимал мои условия. К вечеру все пирамиды, которых оказалось даже больше тех, что я успела увидеть в спальне, перетащили в гостиные, где убирались и чистили камины горничные, и на конюшни, для конюхов и лошадей. С лошадьми я до попадания в этот мир сталкивалась исключительно в в парках и видела их в кино, но животных любила и понимала, что им тоже необходимо тепло.
Камины и печи тоже теперь топились вовсю. За день, как мне показалось, даже весь замок ожил, зашуршал, наполнился светом и теплом. Правда, к вечеру я снова была выжатым лимончиком. С этим тоже нужно было что-то делать.
Как Альви вообще жила и не падала в обморок от усталости от простых дел? Может, потому что она не пыталась управлять замком? И не спорила весь день с ушлым дворецким! Она сидела в своих комнатах, гуляла по парку и ждала императора. Ты такой жизни для себя хочешь, Аглуш? Нет? Тогда вперед! Занимайся благоустройством, между прочим, собственного замка. Дракон сослал тебя сюда навсегда. Так сделай это место своим домом!
С такими жизнеутверждающими мыслями я решила, что сегодня меня хватит только на нормальную ванну в новых покоях.
Память Альви снова меня легонько пихнула.
— Мне нужна камеристка, — сообщила я дворецкому.
Моя личная горничная и первая ассистентка. Та, что будет представлять меня перед остальным коллективом и отстаивать мои интересы. Та, которой я смогу доверять. Не как Анаста. Но как в этом серпентарии выбрать ту, что будет работать на меня, а не на дворецкого и повариху?
— Я рекомендую выбрать Нину или Май, — посоветовал Беркинсон. — Они прекрасные девушки и прекрасно справляются со своей работой.
Я скептически приподняла бровь. Может, они и прекрасные, но я уже смогла убедиться в том, что ни с чем они не справляются. Нужен кто-то другой.
Мой взгляд упал на девушку в чепце, которая убирала со стола. Ужин для меня приготовили по-императорски вкусный и красивый. Я видела эту девушку сегодня на кухне, но запомнила ее еще вчера, когда она неосознанно подсказала мне идею насчет «наказания» мальчишки.
— Ты знаешь Пита? — обратилась я к ней.
Я успела привыкнуть к тому, что персонал здесь смотрит в глаза и вообще достаточно наглый. Во дворце недомужа все опускали глазки в пол, даже его Искра. Но эта девушка смотрела на меня не заносчиво, а с вежливым любопытством. Это хорошо, таких, как Нина, я рядом с собой не потерплю, а зашуганная мышка для должности не подойдет.
— Я выросла в том же приюте, госпожа.
— Справишься с работой моей камеристки?
Я предупреждающе подняла руку, когда дворецкий захотел вмешаться, но девушка не растерялась и сделала книксен.
— Для меня это огромная честь, госпожа.
Оказалось, что мою новую камеристку зовут Ханна, и за всю следующую неделю в Лавуале я ни разу не пожалела, что забрала ее к себе. Ханне недавно исполнилось восемнадцать, но в замке она работала больше трех лет. Помогала на кухне, выполняла грязную работу и стояла на нижней ступеньке местной служебной иерархии. До своего нового назначения, естественно. Ханна такую привилегию оценила по достоинству, и у меня были и горячая ванная, и выглаженная одежда, и даже шерстяная накидка. Последняя появилась в моем гардеробе, когда я перед сном высказала идею прогуляться в верхнюю деревню и посетить приют. Сегодня Яков решил наконец-то отступить, и на улице выглянуло солнышко.
— Вы не смотрите, что это шерсть, госпожа Альви, — вручила мне накидку Ханна. — Ваши курточки превосходны, но они морозным днем не согреют.
Ярко-бирюзовая накидка была из такой мягкой шерсти, будто я гладила котика. Достаточно тонкой, но удивительно теплой. Примерив обновку, я поняла, что это какое-то чудо. Как этот тонюсенький материал может так греть?
— Откуда это?
— Подарок от моей сестры по приюту. Она работает в нижней деревне и вяжет и ткет одежду для местных.
— Почему оно такое тонкое и такое теплое?
— Вам рассказывали про Якова? — поинтересовалась Ханна и после моего кивка продолжила: — Говорят, наши горы с магией. Вот и шерсть кроликов обладает такими чудодейственными свойствами.
Фантастика!
Но почему я о таком не слышала? Ладно я, порывшись в памяти Альви, я поняла, что она тоже про эту шерсть слышала впервые.
— В столице разве не знают про этих кроликов?
— Знают, — кивнула Ханна. — Сюда люди ара Эрхольда приезжали, увозили много шерсти с собой и даже кроликов. Но вот в чем штука: стоило тюкам с шерстью покинуть местные воды, так вся магия тю-тю. Исчезала без следа! Только здесь, в Лавуале, эта накидка будет греть, уедете отсюда, станет простой тряпочкой.
— Очень жаль, — я не стала скрывать своего разочарования. Такую шерсть можно было продавать в столицу и зарабатывать себе на жизнь. Жить на «алименты» мужа я не собиралась. Которые и вовсе не алименты. На содержание замка он что-то выделяет, но вряд ли расщедрится на Искру, которая ему даже наследника не родила!
Но Ханна подала мне другую идею: надо бы задуматься, чем мне здесь заняться, и на что вообще жить. Этот мир, конечно, интересный и с магией, но я-то тоже не из отсталого. С шерстью не получилось, но может получиться с чем-то другим.
Надев варежки и кутаясь в теплую накидку с капюшоном, я в приподнятом настроении покинула замок через парадный вход. Мороз щипал за щеки, ярко светило искрящееся на снегу солнце, и я подумала, что, с магией или без, изобрету солнцезащитные очки. Но даже без них мои глаза широко раскрылись, когда я смогла рассмотреть открывшиеся моему взгляду пейзажи. В первый день я слишком устала и хотела прилечь, потом Яков спустился с гор, но сегодня я была полна сил, чтобы оценить красоты Лавуаля и сам замок по достоинству.
Видимо, когда-то здесь была внешняя стена, защищающая внутренние строения замка, но ее снесли, а вот красивый каменный мостик остался. Дорога, выложенная брусчаткой, вела вниз, где в ладонях гор с белоснежными склонами виднелись каменные и деревянные домики с заснеженными крышами, попыхивающие дымовыми трубами. Это была настоящая альпийская деревня, словно сошедшая с рождественских открыток.
Настоящий зимний курорт!
Ханна и Арчибальд, выделенный Беркинсоном лакей, кажется, не успевали за мной. Правда, они несли две корзины для приюта. Я бы тоже что-нибудь с собой прихватила, но для тела Альви даже такая прогулка была подвигом. Ничего, буду ходить в деревню каждый день — привыкну. Стану сильной. Во всех смыслах.
Верхняя деревня вблизи впечатлила меня еще больше. Я откровенно пялилась, не скрывая своего восторга. Ханна только усмехалась, а Арчи… он был из свиты Беркинсона, поэтому по его лицу сложно было понять, что он думает. В замок мы вернулись на закате, я всю дорогу оборачивалась и рассматривала красное небо и такие же покрасневшие верхушки многовековых сосен. Уже почти стемнело, когда мы поднимались по ступенькам парадного входа. Ждал нас до невозможного счастливый Беркинсон.
Когда я увидела улыбку дворецкого, искреннюю и самодовольную, сразу же заподозрила нехорошее. Хотя был еще вариант, в котором у него перестали болеть зубы.
— Добрый вечер, госпожа, — почти пропел Беркинсон, причем очень странно выделил обращение. — Вас ожидает гость.
— Гость? — Я стянула накидку и отдала ее Арчибальду, моими стараниями в замке теперь было жарко.
— Да, доктор Вайт. Вы с ним разминулись, когда решили посетить деревню.
— Доктор? — я нахмурилась. — Зачем мне доктор?
— Он вам все расскажет, — гаденько усмехнулся дворецкий. — Я провожу.
Я оглянулась на Ханну, которая, кажется, тоже ничего не понимала, но пошла следом за Беркинсоном.
Доктор Вайт ждал меня в большой гостиной на первом этаже, пил чай возле камина. При моем появлении он поднялся и поклонился мне. Я же отметила, что он полностью соответствует своей фамилии, похож на Деда Мороза.
— Добрый вечер, госпожа Альви, — поприветствовал меня доктор и объяснил свое появление здесь: — Я приехал, чтобы подготовить вас к извлечению искры.
Часть 2. Обреченная искра. 1
После его слов мне сразу стало понятно, почему Беркинсон выглядит как объевшийся крокодил. Другого сравнения мне в голову просто не пришло. Разумеется, ведь если из меня извлекут искру, это значит, что супруг не просто на меня разозлился, а вышвырнул из своей жизни. Учитывая, что скоро у него появится новая Искра… Анаста!
— Не скажу, что он добрый, — чуть резче, чем планировала, ответила я.
Впрочем, доктор не выглядел злодеем, напротив, он казался искренне расстроенным.
— Простите, что не приехал раньше, — произнес он, потирая густую бороду. — Произошло недоразумение. Письмо его императорского величества должны были передать с вами, но моряки забыли и не придумали ничего лучше, как отправить мне его местной почтой. Пока оно до меня добралось снизу… словом, у нас здесь все не так быстро, как хотелось бы.
