Графиня Справедливая
Галина Дмитриевна Гончарова
Ветер времени #2Попасть в историю. Фантастический переплет
Очутилась в восемнадцатом веке – пользуйся. Тем более что знания и опыт у тебя никто не отнимет, а на дворе – Великая французская революция. Время сколачивать состояния, предсказывать судьбы и грабить банки!
На родину пока возвращаться рано, там муженек, генерал Суворов, громит турка при содействии Наполеона Бонапарта, а вот во Франции можно много еще чего сделать. И с историческими личностями пообщаться (пока их еще не убили), и внести новое слово в революционную моду, и заработать. Главное, вовремя сбежать, оставив по себе светлую память. Или не очень светлую, но яркую – особенно у Робеспьера.
А при чем тут королевская семья? Совершенно ни при чем, просто удирали вместе, по одной дороге. Теперь придется о них заботиться. Ну да ничего, в России-матушке и не такое видали.
С этой книгой вы сможете:
1. Побывать в шальном и безумном восемнадцатом веке, поучаствовать во Французской революции и вовремя удрать.
2. Предсказать будущее Талейрану, обеспечить Наполеона новыми идеями и спасти французского короля. Почти…
3. Завоевать Константинополь и потанцевать на балу у Екатерины Второй.
4. Создать новое тайное общество с красивым названием «Белая стрела» и найти ему применение.
5. Заработать много денег и побороться за сохранение семьи генерала Суворова.
Галина Гончарова
Графиня Справедливая
Иллюстрация И. Кругловой
© Гончарова Г. Д., 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
* * *
Русская рулетка, патрон, барабан.
Крутится-вертится – и ты атаман.
Крутится-вертится – и ты уже труп.
Выбирай, приятель, так ли ты крут?
Глава 1
1789 год
«Радость моя, Суворочка, целую тебя!
У нас покамест тихо, я сейчас в Кинбурне и здесь пребуду. Чует душа, как весна придет, так и турок вернется. Опамятует за зиму, негодяй, да и решит, что мало мы его гоняли.
Придется мне здесь зимовать, а уж как разобьем негодяя, так сразу же я домой! Верю, что будем мы жить вместе, буду я на детишек твоих радоваться и о походах им рассказывать. А пока даже и вырваться не могу.
Прости душа моя.
Учись прилежно и матушку Софью Ивановну не огорчай.
Господь с тобою».
«Батюшка, Александр Васильевич!
Как Ваши дела? Как здоровье Ваше?
Мы недавно справляли Рождество, ходили в церковь, к заутрене, молились. Я о Вас Господа просила, чтобы сохранил и помог вернуться.
Мадемуазель Мари тоже, мне кажется, за Вас молилась.
Мы с ней часто о Вас разговариваем, вот бы мне такую матушку, как она! Она уже совсем-совсем как русская и православие приняла!
Батюшка, прошу, пишите мне чаще, я так хочу знать о Вас! И буду молиться за Вас!
Любящая Ваша дочь.
Наташа!»
Мадемуазель Мари перечитала оба письма, поморщилась.
Ее бы воля, она бы давно плюнула, отписала бы Суворову, что чадушко его от какой-то хвори померло, да и ладно! И пропади он пропадом, как в России говорят!
Только вот…
Словно проклятие какое!
В любовницы-то ее много кто звал, а замуж – нет. Ангелика ее знакомить пыталась, Софья Ивановна жениха для дочери искала – и все не так! Все не получается!
А в полюбовницы не хотела уже сама Мари. Не так.
И хотела бы, но потом выгодно замуж точно не выйдешь. Это кажется: не узнают! Ан нет, на самом-то деле не успеешь глазом моргнуть, один второму скажет, третий четвертому, так и пойдет сплетня. От человека к человеку, а ей так нельзя… она ж бесприданница!
Странно так…
Гулять можно, а показывать это нельзя.
Выход Мари нашла и несколько раз в месяц ходила в бордель. Да-да, есть в столице и такие. Дорогие, элитные и предоставляющие самые разные услуги. И частенько бывают там знатные дамы, которым дома сладенького не достается или себе нервы пощекотать хочется. Мари нравилось туда приходить, надевать маску и становиться на пару часов просто одной из «девочек».
Кто ее тут знает?
Никто!
Тело получало свое. А вот для души…
Если война закончится хорошо, Мари может стать генеральшей Суворовой. А что? Ей пойдет!
И огромным плюсом идут деньги. Много денег!
Она корыстна? Пусть так, называйте как пожелаете, но жить в нищете Мари не хотела!
Деньги, много денег, еще больше денег!
Так что…
Потерпим до конца войны! Но если ты потом на мне не женишься… отравлю! Ей-ей, отравлю!
И мадемуазель обмакнула перо в чернила.
«Любезный друг мой, Александр Васильевич!
С Рождеством Вас!
Да сохранит Вас Бог!
Я знаю, страна сейчас ведет тяжелую и многотрудную войну! И буду молиться, чтобы Вы победили, чтобы как можно скорее пришла Победа, чтобы были повержены враги и остались живы друзья!
Прошу Вас, пишите Наташе чаще, девочка хоть и довольна своей жизнью, но ей так не хватает отцовского внимания! Никто не сможет заменить ей тепло родных и близких, Наташа – очень нежная девочка.
А я буду каждый раз радоваться, получая от Вас весточку. И за Наташу порадуюсь!
Да благословит Вас Бог!
А я буду молиться за Вас ежедневно и ежечасно, и пусть Он услышит мои молитвы!
М-ль Мари».
* * *
Роджер Уэбб пил.
Яростно и методично, как могут только англичане.
Заливал в себя виски, лакировал джином и ромом, накачивался на ночь и повторял с утра пораньше.
А что еще может делать благородный человек на этом идиотском корабле? Только пить!
И раз за разом перечитывать драгоценное письмо, которое хранилось у сердца.
«Дорогой Роджер!
Простите, что не сказала Вам этого лично.
Не успела. И слишком много было вокруг посторонних ушей. Особенно тех, которым я не склонна доверять.
