Эмилия Грин "Притворись моим"

Потому что мое прошлое встретилось с моим настоящим. Лобовое столкновение. Мотор всмятку и искры из глаз.

Когда казалось, что вместо сердца давно искусственный орган, выяснилось, что-то еще барахтается. Только внутренний голос насмешливо: слишком поздно…

— Вы знакомы? — отрезвляющей пощечиной донесся до меня голос Нелли.

Я сжал челюсти, не в силах на нее посмотреть. Не мог. Не сейчас.

— Были знакомы в прошлой жизни… — Маша улыбнулась, глядя мне прямо в глаза.

Я прекрасно понял, что означает ее улыбка. Она смотрела на меня, как на пустое место.

Шах и мат тебе, Павел Левицкий. Хотел умереть? Ты убит. А я жива и счастлива. Без тебя.

Маша ткнула меня мордой в мое же дерьмо.

— В прошлой жизни? Паш, ну-ка объясни, — совершенно не к месту рассмеялась моя невеста. Ее насмешливый голос казался мне белым шумом.

Больше всего на свете мне хотелось сжать Машу в своих объятиях… Сжать и не отпускать. Абсурдно. Неправильно. Дико. Безумно. Заполнить легкие ее запахом. Но…

Слишком поздно.

— Мы с Машей работали вместе. — Я сделал паузу, практически не различая собственных слов из-за гула крови в ушах. — Она была моей…

Уловив горестный вздох Нелли, я с трудом договорил:

— Моей помощницей…

Я стиснул зубы, чтобы не позволить правде вырваться наружу. Позже. Сейчас мне необходимо было украсть побольше этого необыкновенного видения, ведь я догадывался, что оно рассеется так же быстро, как и появилось.

— Работали вместе? Ничего себе! И долго вы работали вместе? — Нелли пулеметной очередью сыпала вопросами.

— Нель, у меня мало времени. Дома пообщаемся, — пробормотал я, не сумев скрыть ноток раздражения в голосе.

— Да-да, я уже обрисовала Маше наши пожелания. Мы бы хотели начать подготовку как можно скорее! — Нелли обняла меня, и ее рука на моей талии напоминала отрезвляющий ушат ледяной воды.

Я опустил голову, почувствовав удушье. Сердце разрывалось на части. Я давно ее отпустил, но, как это ни прискорбно, продолжал оставаться сторонним наблюдателем. И даже в самых страшных кошмарах не мог представить подобного…

Маша будет нашим свадебным организатором? Почему так жестоко?

Поблизости хлопнула дверь.

— Добрый вечер.

В кабинет вошел мужик, который несколько минут назад припарковался рядом со мной на белом «Порше». По-свойски протягивая мне руку, этот загорелый хер обратился к моей бывшей жене:

— Маш, ты готова?

На автомате пожав его крепкую ладонь, я словно в замедленной съемке наблюдал, с какой нежностью и теплотой Машенька ему улыбнулась.

— Готова, — проворковала она, поравнявшись со своим ухажером. — Мы уже закончили.

Бросив в меня прощальный взгляд, равный удару током, она взяла своего мужика под руку и уверенной походкой, виляя соблазнительными бедрами, выпорхнула из кабинета.

Слишком поздно.

Я засунул руки в карманы брюк, чтобы Нелли не увидела, что сжатые кулаки. Маша уходила с ним. Собственно, все, как я хотел. Вот только с головой окунаясь в эту новую реальность, я вдруг почувствовал, что захлебываюсь.

Забавно. Я боялся приблизиться к ней на пушечный выстрел, но внезапно оказался преступно близко, в шаге от того, чтобы преступить черту…

— Паш, а ты ничего объяснить мне не хочешь? — произнесла Нелли плаксиво.

Я сделал глубокий вдох и попытался успокоить нервы, потому что был близок к тому, чтобы взорваться. И, черт возьми, эти эмоции совершенно не входили в мои планы. Я не хотел это чувствовать!

— Мы вроде собирались поужинать? — напомнил, в надежде выиграть время.

— Да, но… — Нелли нервно рассмеялась. — Ты прав, лучше продолжить этот разговор в более приватной обстановке, — неожиданно согласилась она.

Путь до ресторана прошел в гробовой тишине. Нелли демонстративно отвернулась к окну. Я же старался хоть немного сосредоточиться на дороге, ибо мысли мои находились далеко за пределами салона авто.

— У вас с ней что-то было?

Таков был первый вопрос, слетевший с губ Нелли после того, как мы сделали заказ и наконец остались наедине в дальней части ресторана.

— Было, — маловыразительно подтвердил я.

— Что именно? — Нелли поджала губу.

— Все.

Некоторое время Нелли молчала, уткнувшись в телефон, пока я безрезультатно пытался избавиться от этой давящей боли в груди. Сам не понимал, что именно меня так потрясло: то, как Маша расцвела за эти годы, превратившись в уверенную красавицу, или то, как холодно и равнодушно она отреагировала на нашу встречу?

Где ты этому научилась, Мышка?

— Это она! Она! — вдруг воскликнула Нелли, протягивая мне телефон.

Все мышцы на теле словно одеревенели.

— Я так и знала!!! — запричитала Нелли. — Я как чувствовала! Лицо у нее такое знакомое… Я ведь видела ваши фотографии… Я… я… — Она зашмыгала носом, вероятно, пытаясь остановить подступающие слезы. Да что за идиотия?

— Нель…

К нам подошел официант с напитками, однако Нелли, похоже, не было до него никакого дела.

— Она была твоей женой! И ты… Ты ничего мне не сказал?!

— А что я должен был тебе сказать? Ты была в курсе о моем фиктивном браке, — напомнил я.

Разумеется, во время жизни на Гоа мы затрагивали и эту тему, но без подробностей. Нелли тоже многое рассказывала мне о своем прошлом.

— Но ты говорил, что ваш брак был фиктивным? — переспросила она, заламывая руки.

— Сперва да, — вздохнул я, надеясь хоть на какое-то понимание. Где ее хваленая женская мудрость, черт возьми? Неужели это была разовая акция?

— Почему ты перед ней выставил меня полной идиоткой?!

Я ощутил ее прожигающий взгляд.

— Нель, наша история с Машей в далеком прошлом…

Хотелось бы верить.

— С Ма-а-ашей… — передразнив меня, Нелли всхлипнула, чем подняла во мне новую волну раздражения своими слезами.

— Мы ведь обсуждали все это в Индии? Разве нет?!

Она вопросительно вскинула бровь.

— Прошлое в прошлом. Настало время заменить старые воспоминания новыми впечатлениями… вместе, — с горечью напомнил я о наших уговорах.

— Да, но ты меня обманул! — истерично выпалила она, промокая уголки глаз салфеткой.

Я смотрел на нее и непрестанно спрашивал сам себя: «Куда делась та уверенная, жизнерадостная женщина, рядом с которой я почувствовал такой долгожданный душевный покой?»

Сначала мне вообще показалось, что наша встреча с Нелли не случайна. Что я встретил того самого человека, который поможет мне поддерживать обновленную версию себя, с которой я познакомился в горах Тибета.

В какой-то момент я осознал, что ощущения комфорта вполне достаточно. Гармония и спокойствие. Предсказуемость. Жить головой, а не сердцем, контролируя «излишки чувств».

«Я не любил ее, мне было хорошо — ни одиночества с ней не было, ни скуки…» — как в песне.

С Нелли все было ровно. Кроме того, я видел в ней источник силы и мотивации.

Она убеждала меня, как важно создать крепкую семью и завести потомство. Наставник ведь тоже сказал — ребенок будет ключом к моему окончательному выздоровлению. И благодаря уверенности Нелли, с каждым днем эти мысли лишь сильнее крепли в моей голове. Потому я сейчас и не узнавал ту, которая сидела напротив, заламывая руки.

Я впервые видел Нелли такой, и то, что я видел, к сожалению, вызывало во мне ворох противоречивых эмоций. Неужели одна встреча с моей бывшей выбила ее из равновесия?

— Почему ты сразу не сказал, что она — твоя бывшая жена? — никак не унималась Нелли. — Тогда я бы не выглядела такой дурой!

— Возможно, потому что мы взрослые люди и, предположительно, способны обходиться без лишних драм? — спокойно парировал я, делая глоток чая.

— Хочешь сказать, я развожу лишние драмы? — От ее резкого смеха мне стало не по себе.

Проигнорировав его, я смерил Нелли говорящим взглядом. За последнюю неделю я спал не больше пятнадцати часов, голова пухла от многочисленных проблем, связанных с семейным бизнесом, и прилюдная истерика — последнее, что мне было нужно.

— Отмалчиваешься? — Она чуть склонила голову. — Паш, ты реально не видишь ничего необычного в том, что твоя бывшая жена будет организовывать нашу свадьбу?

Бывшая жена.

Наша свадьба.

— Полагаю, с этической точки зрения будет правильнее обратиться в другое агентство, — я вздохнул, не обращая внимания на сквозную дыру в груди. Но, сука, как же было больно…

Разумеется, все это казалось какой-то дикостью, я не собирался общаться с Машей в подобном контексте. Я с равнодушным видом разговаривал с Нелли, а у самого от осознания абсурдности ситуации внутри все адским пламенем полыхало. Мозг взрывался. Просто мрак.

— В другое агентство? — Нелли поморщилась и выдала уже гораздо спокойнее: — Понимаешь… перед тем, как обратиться к Кросс, я связалась с представителями трех еще более популярных агентств, и самые ранние даты, которые они предложили — это начало следующего года! Представляешь?

— Ну и что? Будет больше времени подготовиться, — пожал я плечами.

— Нет уж! Кросс пообещала подобрать нам дату в конце августа! Я просто попрошу другого организатора, — произнесла Нелли, устремляя на меня блестящие от слез глаза. — У вас ведь с этой… этой Машей, правда, все?

Кивнув, я стиснул зубы, вдруг отчетливо осознав потребность обсудить сложившуюся ситуацию с Мышкой…

POV Мария Мышкина

— Машенька, ты такая бледная… Часом не заболела? — поинтересовалась бабушка, наблюдая, как я монотонно гоняю кусочек огурца по тарелке с салатом.

— Все в порядке. Скоро свадьба, к которой мы готовились более полугода. Это мой первый масштабный проект — несколько сотен гостей… Волнительно, — пробубнила я, стараясь, чтобы выглядело правдоподобно.

— Все получится, дорогая, — с воодушевлением заключила ба, ее голос излучал теплоту. — Я в тебя верю!

После моего возращения в Россию бабушка полностью изменила свое поведение. Больше никакого агрессивного навязывания собственного мнения. Она вообще теперь ничего мне не советовала, наоборот, сама частенько обращалась за помощью. Признала наконец, что я взрослая самодостаточная женщина и в состоянии позаботиться не только о себе, но и о ней.

На время приезда в Москву я сняла двухкомнатную квартиру-студию в центре. Бабушка спала в гостиной, совмещенной с кухней, а мы с Полькой заняли большую двуспальную кровать в спальне.

Мне так и не удалось наладить раздельный сон. Куда там! Я до сих пор никак не могла завершить грудное вскармливание, не решаясь оборвать эту особую эмоциональную связь матери и ребенка.

— Машенька, а ты почему так рано домой вернулась? Я думала, вы с Муратом куда-то собирались? Я бы сама уложила Полю… — со смущением добавила она.

Мой взгляд метнулся к дочери.

Полина жевала дольку яблока, внимательно следя за Нюшенькой из мультфильма «Малышарики». Ее большие серые глаза с пушистыми ресницами были наполнены такой взрослой серьезностью, будто в свои неполные два года она уже переросла все эти малышковые передачи.

Непроизвольно улыбнувшись, я в очередной раз залюбовалась своим ребенком. Легкие каштановые кудри. Умильные ямочки на пухлых щеках. Маленькая принцесса. Невероятно ласковая и нежная. Красота Поли шла изнутри. Она проявлялась во взгляде, выражении лица и детской непосредственности.

— Маш?

Прокашлявшись, я ответила:

— У Мурата появились дела. Ничего страшного, еще будет возможность вместе поужинать.

На самом деле, оказавшись с Муратом наедине, я поняла, что морально не вывезу предстоящий ужин. Вся моя энергия израсходовалась во время случайной встречи с человеком из прошлого. Единственное, чего я желала — вернуться домой. К дочке. Именно она была моей солнечной батарейкой, подзаряжая даже в самый хмурый день.

— Жаль, что не получилось, — посетовала ба, наливая мне в кружку черный чай. — Такой интересный и обходительный мужчина… И с Полюшкой сразу нашел общий язык!

— Не поспоришь.

Мурату было тридцать два года. За плечами неудачный брак, в котором у него родился сын. Возможно, похожий прошлый опыт и подтолкнул нас к общению. Меня подкупило, что Мурат, несмотря на болезненный развод, обожал своего четырехлетнего сына и посвящал ему много времени.