Притворись моей
Эмилия Грин
Мой босс Павел Левицкий – объект поклонения десятков женщин. За ним закрепилась слава джентльмена на светских вечерах и зверя в постели И это бессердечное чудовище с фирменным взглядом падшего ангела с недавних пор изображает роль моего фиктивного жениха! Трагикомизм всей ситуации заключается в том, что я давно и безнадежно в него влюблена, а он видит во мне лишь убогую замухрышку в нарядах из секонд-хенда. Я для него серая мышь Героине 23 года. Герой старше на 10 лет.
Эмилия Грин
Притворись моей
POV Павел
Август
Ресторан «Патрики»
От звука Сашиного смеха поблизости у меня в груди что-то откликнулось. Я повернулся к ней лицом, и на мгновение показалось, что шум вечеринки затих.
Белокурые волосы Александры были собраны в высокую изысканную прическу. Черное вечернее платье подчеркивало чувственные линии тела.
Внешняя хрупкость безупречно сочеталась с характером воительницы, которая может легко переломить хребет.
Вот тебе и Сахарок.
Когда наши взгляды пересеклись, я кивнул головой.
Губы девушки украсила самая очаровательная улыбка из всех, что я видел. Отсалютовав мне стаканом с соком, ее взгляд метнулся в бок, а я никак не мог перестать ее разглядывать.
Спустя миг, Саша сделала глоток, очевидно, пригубив за здоровье Апостолова.
Переведя взгляд на лощеную самодовольную рожу Темыча, я глубоко вздохнул, стараясь выглядеть расслабленным.
Сегодня мой драгоценный товарищ отмечал свой тридцать третий день рождения. Даже удивительно, так как в среднем свиньи живут около пятнадцати лет. Живучий, падла.
Я залпом осушил бокал виски. Увы, не за его здоровье. Отнюдь. И снова покосился на Сашу…
Клял себя последними словами, продолжая рассматривать жену друга, пытаясь разобраться, как мог вляпаться в такое дерьмо?
Хотеть чужую женщину — жену и мать — верх кретинизма.
Понял. Принял. Урод. Бесспорно.
А она чертовски хороша. Девочка-огонь, которую чуть раньше меня приметил этот демон. Самая яркая в этом зале.
Сахарок, как обычно, удерживала на привязи своих ведьмовских карих глаз виновника торжества. Впрочем, как и он ее.
Темыча вообще как подменили.
Казалось, он вот-вот начнет жрать с ее рук. Печальное зрелище. Теряем самых стойких. А ведь сперва я покорно ждал, когда он наиграется. Потому что я хорошо знал Апостолова. Казалось, что хорошо знал…
Но вот у них уже двое детей, и, судя по взглядам, полным обожания, которыми пара обменивалась на протяжении вечера… это далеко не предел.
Ты в пролете, Паша.
Тем временем мой товарищ выслушивал очередное хвалебное дерьмо в свой адрес, играя в гляделки с женой. На его лице сияла такая глупая улыбка, что мне захотелось врезать ему по зубам.
Вздохнув, я раздраженно покосился на часы, отметив, что моя «ненаглядная» уже прилично задерживается.
К счастью, отец предупредил, что заедет поздравить Артема ближе к концу праздника, так что опоздание Мышки пока не критично. Мне даже на руку — меньше терпеть ее общество.
— Перейдем к осуществлению плана «Каблук»? — с заговорщицким видом шепнул мне Кирюха.
— Так точно, — почти беззвучно отозвался я, на манер секретного агента прикрывая рот ладонью, заметив, что к нам приближается виновник торжества.
— Темыч, что-то у тебя бледный вид? Витамин D давно пил?! — прищурившись, с наигранной серьезностью обратился к брату Кирилл.
Артем многозначительно выгнул бровь, намекая, что они всей семьей только на прошлой неделе вернулись с Юга.
— А мы подумали, в тени под каблуком не хватает ультрафиолета! — подмигнув своему «подельнику», я незаметно отдал команду ведущему праздника.
Внезапно свет сделался приглушенным. Заиграла торжественная музыка…
И два официанта вывезли в центр зала тележку, на которой возвышался торт в виде огромного каблука, придавившего фигурку мужчины с лицом Артема.
Среди гостей пронеслась волна аплодисментов и смешков. Уголки губ Саши приподнялись в одобрительной улыбке. Она громче всех аплодировала, высоко подняв руки.
— Ну, озорники! — обескураженно выдал Апостолов, качая головой.
— С днем рождения, брат! — криво улыбаясь, Кирюха ударил Артема по плечу. — Каблук, кстати, из натурального шоколада. Заказали в кондитерской у твоей жены.
— Саша явно оценила наш подарок, — хмыкнул я, с вызовом глядя имениннику в глаза.
— Если Саша рада, то и я рад, — заметил Артем, раздраженно косясь на огромный шоколадный каблук в обрамлении взбитых сливок.
— Моей любимой интеллектуальной шуткой за триста навсегда останется это, — Кирюха отломил маленькую ладошку у шоколадного Апостолова, и, в знак того, что наша шалость удалась, засунул ее себе в рот. — М-м…
— Можно, мне тоже сожрать от него кусок? — я потянулся к фигурке, однако Артем ее перехватил.
— Придурки, кончайте меня жрать! — наградив нас с братом убийственными взглядами, Апостолов дал отмашку ведущему продолжать праздник, а я снова покосился на часы.
Мышка опаздывала уже на два часа!
— Маш, где тебя черти носят? Я себе уже все губы сжевал от волнения, — настрочил ей гневное сообщение.
Днем я высадил ее в Третьяковском проезде.
Мы договорились, что Мышкина купит себе вечерний наряд и наведет марафет в салоне поблизости, чтобы вечером на пару часов притвориться моей девушкой.
Повернув голову, я обнаружил Машу застывшей в дверях ресторана.
Твою ж… Уважаемая нервная система, крепись!
Сперва у меня даже челюсть упала. Да так и осталась валяться на полу. Это кошмар. Миссия оказалась провалена, даже не успев начаться…
Я облажался.
Поставил не на ту лошадку, говоря на букмекерском сленге.
Маша Мышкина, а в народе просто Мышка, вырядилась в нелепый цветастый сарафан расцветки «прощай молодость», дополнив образ безвкусными красными туфлями и серьгами-висюльками.
Еще раз обведя ее фигуру внимательным взглядом, я отметил, что сарафан ей явно маловат, чересчур облепил сиськи.
Стоп…
Я задержал взгляд на ее груди, внезапно признав ее наличие. Впервые за пару лет совместной работы я видел Мышку в чем-то кроме старомодных костюмов а-ля «Бурда-95».
Оказывается, у моей личной помощницы неплохие сиськи каплевидной формы.
Видимо, я давно не снимал напряжение, раз обратил на это внимание. В последнее время как-то не до того было… столько работы, а теперь еще и этот фарс.
Но чего не сделаешь, дабы угодить бате? Именно от его решения зависела моя дальнейшая карьера в семейном бизнесе.
Хотя даже наличие сисек не спасало ситуацию.
Попросил же не экономить на наряде, отправив ее со своей кредиткой по магазинам. Где она отыскала это дерьмо?
Я потер переносицу, собираясь с мыслями.
На самом деле, внешний вид Марии всегда был проблемой. Особенно когда Маша трудилась на должности моего секретаря. Так уж вышло, что, когда директор по подбору персонала искал мне новую секретаршу, он устроил онлайн-кастинг, где главным критерием было наличие высокого айкью. Да-да, чтобы башка варила.
Потому что прошлая секретарша, несмотря на внешность богини, не способна была справиться даже с элементарными поручениями. И когда Мария с большим отрывом обошла всех кандидаток, сомнений не осталось. В ту пору я находился за границей, согласившись с кандидатурой Мышкиной без очной встречи…
Ну, а когда увидел ее в жизни, деваться уже было некуда. Откровенно говоря, сперва я реально искал повод уволить эту любительницу странных безвкусных нарядов, однако Маша не давала мне повода, выполняя все поручения быстро, качественно и в срок.
Было бы откровенной глупостью терять такого ценного сотрудника. Тем более, со временем я, что называется, к ней «присмотрелся», прямо как в песне «стерпится-слюбится» …
Ну а потом меня осенило перевести Мышкину в личные помощницы, периодически разрешая ей работать удаленно, а на ее место посадить улыбчивую красотку с ногами от ушей.
— Павел Романович, простите, я застряла в пробке…
— А когда мы трахаемся, ты тоже зовешь меня Павел Романович?
Мышка округлила ротик буквой «о».
— Маш, мы с тобой разыгрываем влюбленную парочку. Какой, нахрен, Павел Романович? Предлагаю во время нашего маленького социального эксперимента обращаться ко мне на «ты».
— Хорошо… Павел.
— Маш?
— Па-Паша, — она залилась румянцем.
Маша и Па-Паша. Практически Лелик и Болик.
— Сколько стоит это платье?
Мышка виновато потупила взгляд.
— Четыре тысячи …
Такие цены еще есть?
— Маш, я же сказал — трать как эскортница! Какие, нахрен четыре тысячи?! — меня аж затрясло.
Ну, что за непроходимая идиотка?
Мой батя никогда в жизни не поверит, что я мог в здравом уме запасть на это чучело…
