Иномарка стремительно и плавно пролетела по проспекту до ближайшего кармана с АЗС. Мягко перевалилась через лежачий полицейский и замерла возле колонки.
– Я сейчас, малыш.
Малыш...
Дверь хлопнула, а я невольно хмыкнула.
Какой, однако, прогресс! Из пренебрежительно ласкового «золотка» в более интимного «малыша». А тут у меня карьера гораздо стремительнее развивается...
Экран смартфона мягко засветился.
Я невольно скосила глаза. Отец, это Михаил Михайлович же?
«Отвали от Евы или пеняй на себя. Я ее ув...»
Я медленно вдохнула через нос. Раздула ноздри специально, вбирая как можно больше воздуха:
– Уволю...
Значит, хозяин тоже решил, что мы вместе. И ему это не понравилось. Я не нравлюсь ему в таком в качестве, я! Я не та, кто достойна его сына, конечно!
Я ведь просто...
Паника сдавила глотку. Прошлась по пищеводу когтистой лапой, падая в желудок куском льда. Это конец. Все эти игры Мирослава – конец моей карьеры. Всего, что я старательно строила три года в комплексе. Все пошло прахом из-за появления хамского медведя.
Пальцы дернули ручку на двери без участия мозга.
Что я там говорила про нежелательные эмоциональные взрывы? Ха!
Глава 11
Я выскочила из машины.
Нога на сломанном каблуке подвернулась, и мне пришлось встать на носочек. Хотя бы так уравновесить себя. Я схватилась за шею ладонью, вдохнула глубоко через нос. Почему так, фух... Почему так дышать тяжело?
Так, без паники, Ев, без паники. Дыши. Где он?
Я резко развернулась к небольшому зданию автозаправки.
Внутри, за широкими панорамными окнами спиной ко мне стоял Мирослав. Я видела только затылок, но спутать его ни с кем не смогла бы точно. Он один такой. Это его рост, его широкие плечи. Я как будто воочию увидела, как он стоит и медленно постукивает банковской картой по раскрытой ладони в ожидании свободного кассира.
Не злится, нет. Сейчас Мирослав Медведич вполне доволен жизнью.
Птичка ведь в клетке, ему все удалось.
Понять бы, зачем именно... Но в том, что он специально разыграл всю эту сценку, я не сомневалась. Не для руководства, нет. Он это для меня сделал. Землю из-под меня выбил, заставил вот в такое состояние прийти.
Как будто приручает меня.
С самого начала меня собачкой ручной считает, хам борзый!
– Да, ага. Да, освободился. Сейчас заправлюсь и примчу, ага, – донеслось до меня из открытого окна соседней Лады с желтыми наклейками на бортах.
Расслабленный таксист развалился, почти лег на дверцу изнутри, наблюдая, как заправщик обслуживает его машину.
– Да фигня выручка сегодня, заказов нет вообще. Зря прокатался полдня, считай.
Оно!
Я одним прыжком оказалась у задней двери такси. Дернула ее на себя и практически упала внутрь. Завалилась, поджала ноги, захлопывая за собой дверку.
Водитель вздрогнул.
– Девушка, вы чего?
– Пожалуйста, увезите меня отсюда! – взмолилась я, вцепляясь в сиденье пальцами и подтаскивая себя повыше.
– Девушка, выйдите! - глаза у таксиста никак не могли принять обычные нормальные размеры. – Вы нормальная? Я не работаю сейчас.
– Пожалуйста! – я не могла встать, так и лежала, от страха даже понижая голос почти до шепота. – Я вас очень прошу! Я заплачу в тройном размере, отвезите меня в клуб Логово, знаете такой? Три цены! И чаевые еще дам. Пожалуйста!
– Мне проблем не надо, – нахмурился мужчина. – Выходите.
– Да какие проблемы, Господи! С парнем я поссорилась, он меня высадил, – я сделала туповатое лицо, изображая обыкновенную истеричку. – До клуба довезите, я вам хорошо заплачу, ну?
Мужчина завис.
Посмотрел на мое глупое выражение, тихо вздохнул и опять прижал трубку к уху:
– Я задержусь чутка, вы там без меня все пельмени не сожрите только. Через полчасика буду, у меня тут бабки с прибабахами наклюнулись.
Ур-ра-а!
Я уронила голову на сиденье. Оскар мне за актерскую игру.
Вообще плевать, что этот чувак обо мне думает. Лишь бы удрать. И удрать надо так, чтобы Мирослав не нашел в первый же час. Он точно будет меня искать дома. Стереотипы! Куда еще поедет девушка без нормальной обуви? Домой, переодеться.
Он этими стереотипами и живет.
Быть его женщиной почетно, конечно!
Богатый красавчик. За таким все только бегать и должны. Радоваться, что он внимание обратил, выпрашивать это самое внимание.
А мне что делать? Мне это все не надо!
Над головой постучали и я встрепенулась. А, фух. Это заправщик. Закрыл крышку бака и дал знать водителю, что машина готова.
– В Логово, говорите? – таксист стал выруливать с заправки.
– Да!
– Так оно ж еще закрыто.
– Ничего, я подожду.
Я зажмурилась. Точно в его глазах выгляжу как идиотка. Время только к полудню, а я собралась ждать открытия ночного клуба.
– Пристегнитесь.
Я осторожно приподнялась.
Выехали уже, можно нормально сесть. Ремень плотно подтянул меня к спинке сиденья, и я расслабилась под ним. Замерла, стараясь ровно дышать. Но не выдержала. Закрыла лицо ладонями, спряталась от всего мира.
Играючи.
Он играючи все рушит. Мою репутацию. Мою карьеру. Отбирает мое душевное спокойствие, выбивает иго изнутри прикосновениями, поцелуями, намеками и действиями. Мирослав Медведев прет как танк, идет по жизни, цепляя вот таких, как я...
Размалывает их как асфальт под своими сильными гусеницами.
Слезы подступали к горлу едким, соленым комом, но я их глотала, давясь. Плакать сейчас – значит окончательно сдаться. А я... Я еще не сдалась.
Вроде бы.
Таксист, шикарный человек, всю дорогу молчал.
Возле дверей комплекса я выгребла всю наличку, что была в кошельке и протянула ему:
– Хватит?
– Хватит, – по его довольному лицу я поняла, что явно дала больше того, что обещала.
Но тоже слабенько улыбнулась.
Пусть. Хоть кому-то на работе сегодня повезло. Может, мне этот бумеранг вернется, не зря же люди про него говорят.
– Счастливо. Парней только тщательнее выбирай.
Я почти споткнулась, выходя.
А я его не выбирала. Он сам... Выбрался.
Я хлопнула дверью. Выпрямилась, подгибая одну ногу. Чертовы шпильки. Знала бы, что так все будет, кеды бы надела, честное слово.
– Ева Сергеевна? – тот же самый швейцар стоял у дверей.
– Здравствуйте.
Сжав зубы до судороги в челюстях, я прошагала мимо него. Не надо только спрашивать ничего, пожалуйста. Не буду я отвечать на твой немой вопрос, коллега. Где сейчас Мирослав я не знаю и знать не хочу!
Мне бы убежать.
Под взглядами людей, я хромала через холл к внутреннему входу в клуб. Там никого нет сейчас, можно спрятаться там на какое-то время. Мне нужно просто выдохнуть. Посидеть в тишине, может даже пореветь.
И придумать, что делать дальше.
Убегать я больше элементарно не смогу. Завтра должна быть моя смена и Медведич меня, разумеется, найдет.
Как он спросит за сегодняшний побег – я пока что даже представлять не хочу. Кожу между лопаток стянуло мурашками. Он, наверное, сейчас рвет и мечет.
Я прошла мимо охранника, махнув своим бейджем. Окунулась в свой привычный мир дорогого клуба. Мир, который кое-кто взялся быстро разрушать, потому что просто захотелось.
В Логове было тихо.
Но не совсем темно.
Из общего зала во внутренний коридор падал свет. Я нахмурилась, перехватила сумочку покрепче. Не поняла... Почему меня охрана не предупредила, что в клубе кто-то есть? Надеюсь, это же не... Не мог он так быстро разгадать, куда я поеду!
Да и делать это тихо не стал бы.
Он же любит все проворачивать эффектно, я уж поняла.
– О, привет, – за стойкой бара сидел Яромир.
Развалился на барном стуле с таким видом, будто это его законный трон. Увидел меня и медленно, с театральной небрежностью, поднял стакан с виски в салюте. Точь-в-точь как его брат в нашу первую встречу.
Не-ет...
Мне захотелось опереться о что-нибудь. Не упасть бы, не упасть... Только не это, пожалуйста. Попасть от одного брата к другому... За что, в конце концов?!
– Что ты... – я кое-как проглотила жесткий ком нервов в горле. – Что вы здесь делаете, Яромир Михайлович? Никого ведь нет.
– Не переживай, я умею наливать себе сам, Ев, – он хитро прищурился. Покачал виски в стакане и поставил его на барку.
В темных, почти таких же хищных, как у Мирослава, глазах явно горел интерес:
– А что делаю... Тебя жду.
– Зачем?!
– Хотел посмотреть на девушку, на которой свихнулся Мир, поближе. Выпьешь со мной? Пообщаемся...
Глава 12
– Нет!
Я резко развернулась.
Ни пить, ни общаться с братом Мира я не хочу. Я выгнать его хочу! Да не могу только. Его отцу принадлежит тут все, а его родной братец считает, что и я принадлежу ему тоже.
