– Ев, да погоди ты, – вполне миролюбиво позвал меня Яромир. – Я ж тебе ничего не сделал, втяни шипы.
Ну, это да.
Всего-то только заострил внимание всех на том, что Мирослав может трогать меня с какого-то перепугу. А так – совершенно ничего не сделал!
– Нам не о чем разговаривать, Яромир Михайлович, – я все же остановилась и посмотрела на мужчину. – И пить алкоголь я не люблю. Я заехала только забрать свою запасную обувь и, вообще, я... Я тороплюсь.
– От Мира бежишь? – он проницательно глянул на меня исподлобья.
Я посмотрела в потолок, в затянутые темнотой балки перекрытий.
И вздохнула.
Чего ж они умницы такие все, а? Вот только я уже убежала.
– Я ни от кого не бегу!
– Да ладно, – Яр хмыкнул. Отпил короткий глоток, буквально губы смочил в крепком напитке. – Я же видел, как он за тобой рванул. И, зная собственного брата, он тебя по-любому догнал. Так что даже удивительно, что ты здесь одна. Я думал, вы уже там...
Он кивнул головой наверх, откровенно намекая на номер Мирослава в гостинице. Нет, ну каков козел?! Они про всех девушек так думают?
У всех их знакомых при виде Медведевых сразу должны ноги разъезжаться в стороны, что ли? Нашли пионерок!
– Шли его нахер, Ев.
Что-о?!
Вот тут мне стало интересно. Я даже брови задрала от удивления. Это он серьезно? Нет, я помнила, что отношения у них не ахти, но чтобы уж до такого...
Совсем братики не дружат?
Или Яр просто решил брату подножку подставить, раз уж возможность предоставилась? Но откуда он мог знать, что я сюда приду? У меня же сегодня выходной.
– Почему вы ждали меня здесь? – у меня было ощущение, что с Яром можно разговаривать проще.
Не доверять ему, не раскрываться, нет.
Это было бы как дружить с тигром. В том, что он может делать подлянки с улыбкой на лице я уже убедилась. Просто проще разговаривать, спрашивать в лоб.
С Мирославом так нельзя. Там любое слово имеет два смысла минимум. Там любая фраза – намек на что-то. Бой на словах, а не беседа.
– Не знаю, – он снова развалился на стуле, поняв, что убегать я уже не собираюсь. – Просто показалось, что ты слишком много думаешь о работе, она для тебя много значит. Значит, если тебе будет некомфортно, ты сюда придешь обязательно. Ты тут наверное свободно дышишь.
Обалдеть.
Вот это анализ. И это за короткое время, пока он меня видел перед и на самом собрании? Да он страшный человек на самом деле.
– С чего вы взяли, что мне может быть некомфортно? – напряжение никак не отпускало, я стояла, обняв себя руками.
– Ты же ушла с Мирославом. Как тебе еще может быть?
Брат моего директора внимательно на меня смотрел.
Вроде бы по-доброму, как старый приятель. Но теперь я уже боялась этих взглядов. Он же мастер логических выводов, как оказалось. И кто знает, что он там в своей голове еще поймет?
Чувство, что вокруг меня собралась стая хищников только ширилось.
И каждый загоняет, загоняет... Каждый из них преследует свою цель. Даже Михаилу Михайловичу я уже не нужна, видимо, раз уволить грозится. Я кое-как сдержала всхлип. А еще пару часов назад он дал понять, что надеется на мой рост в своем бизнесе.
Но где я и где его собственный, родной сын...
– Слушай, сними эти туфли свои, тебя же перекосило всю, – вдруг фыркнул Яр. – Хочешь, скажи, где твоя обувь запасная, я принесу.
О, не-ет!
Еще одного Медведича с моими туфлями в руках я не перенесу!
– Я сама, – я вдруг отчего-то покраснела. – Я сейчас схожу в свой кабинет и переобуюсь.
– Ну, давай, помогу, – Яромир легко спрыгнул с барного стула. – А то смотреть на тебя больно.
Подошел ко мне и протянул свой локоть.
И я отпрянула от неожиданности. Цыкнула на себя мысленно от дурацкой реакции. Ева, блин! Этот брат тебя вроде бы не зажимает, на руки не хватает, очнись.
Чего ты как малолетка-то себя ведешь?
– Спасибо, – я оперлась на предложенную руку.
– Пользуйся моей добротой, – насмешливо хмыкнул Яр. – Показывай, куда топать.
– Туда, – я замялась. – Яромир Михайлович, а можно вас спросить?
– Яр, – он кольнул меня шоколадным взглядом. – Просто Яр, ладно? Я тут никаких должностей не занимаю, а когда красивые девушки начинают меня звать по отчеству, я себя чувствую старым пердуном, вот реально.
Я почти отшатнулась, почти.
Поймала себя вовремя, заставила вдохнуть и не оттолкнуть его руку. Ева, тихо, тихо. Может это и не комплимент вовсе, не подкат. Или после Мирослава тебе уже всюду мерещится ненужное внимание?
– Ладно, – я заторможенно кивнула.
– О чем спросить хотела?
– А вы с Мирославом Михайловичем, – я резко передумала спрашивать про их взаимоотношения. Не мое это дело. - Кто из вас старше?
– Он. На пять лет. Когда я родился, он уже был заносчивым говнюком. Дрались мы с ним, ты б знала как!
Яромир засмеялся, и я почему-то тоже. Невозможно было не ответить на этот смех. У Мира он был брутальным, а у Яра – живым, искренним.
– Слушай, Ев, – мы остановились возле двери в мой кабинет, и я достала ключи из сумки. – Я не шутил, когда сказал, чтобы ты его послала, честно.
– Почему? – ключ в моих пальцах еле заметно задрожал.
– Ты любишь свою работу, я же прав?
– Люблю, – я пыталась отыскать в его глазах правду. Отличить ее от уловки или игры.
– Отец не любит служебных романов. Тем более, не любит, если это делаем мы с братом. Я знаю, как Мир умеет ломать людей. И не хочу, чтобы он сделал это с тобой.
– Почему вы мне это говорите? – я неосознанно съехала снова на «вы».
– Ты прикольная, – Яр чуть пожал плечами. – И я думаю, что Мир не врал насчет того, что ты классный спец. В конце концов, ты своей работой приносишь бабки моему отцу. Я ж себе не враг.
Я вымучено улыбнулась на шутку. Или это не она?
Ну, да. Премии я получаю регулярно, в этом он прав. Работа для меня на первом месте всегда.
– Я бы не хотел, чтобы Мир создал тебе проблем, – Яромир вдруг поднял руку и коснулся моего плеча. – Но я его знаю. Аккуратнее, Ева.
Я раскрыла рот.
Но ответить не успела. Ни спросить что это значит, ни отшатнуться. Яромир просто развернулся и пошел по коридору на выход из клуба. Не обернулся ни разу, ничего больше не добавил.
А я... Я просто ничерта не поняла! Что это было вообще?
Пришел, рассказал мне про меня, подтвердил, что его брат – хамло последнее. Предупредил о проблемах с хозяином и ушел! Это что, акт благотворительности такой?
Я с хрустом повернула ключ в замке.
Вот уж нет! Не будет у меня никаких проблем на работе. Я сработаю на опережение просто.
Глава 13
Я почти присела.
Ох, мои коленочки... Даже когда Мирослав меня в лифте... Обнимал, назовем это так, они настолько не слабели. А вот сейчас, когда я кладу на стол перед хозяином заявление на увольнение...
Мне плохо.
Михаил Михайлович взял лист бумаги, исписанный мною от руки, молча.
И так же молча пробежал глазами по ровным строчкам.
Я наблюдала за ним. За выражением его лица, за реакцией. Но не увидела совершенно ничего. Абсолютный ноль. Никак он мне не показал свое отношение к тому, что читал.
Просто отложил лист и встал.
Засунул руки в карманы и отошел к окну. Расправил плечи так, что белоснежную рубашку чуть покосило. Кабинет хозяина находился на той же стороне, что и громадное окно, в которое я засмотрелась перед собранием. И было довольно большим тоже.
Я украдкой бросила в него взгляд.
И город видно так же почти. Почему я раньше никогда не смотрела туда? Хотя, когда мне, я сюда приходила всего пару раз и то бегом, бегом, по рабочим вопросам, которые нужно было быстро решить и дальше бежать трудиться.
– Ева, скажу честно, я не хочу это подписывать.
Я сглотнула.
С чего бы это? Я же сама облегчаю ему жизнь. Он хочет меня уволить, а тут я сама прошусь. Один автограф и всем станет намного легче. Мне так уж точно.
– Почему, Михаил Михайлович? – я посмотрела на повернувшегося ко мне мужчину.
Как же они похожи все втроем!
Высокие, статные, сильные. Очень красивые мужчины, породистые. Разного возраста, но у каждого свой шарм, своя харизма.
– Почему ты принесла это мне? – он поднял бровь, тоже сверля меня взглядом.
– А, – я растерялась. – А кому мне было это нести? В отдел кадров вначале? Я подумала...
– Где Мирослав?
– Я не знаю, – от его требовательного тона мне стало страшно, захотелось попятиться даже.
Он, правда, думает, что мы с его сыном вместе?
Да даже если бы это было так, я что, нянька для его сыночка?
– Он твой непосредственный начальник теперь. Ты должна была вначале отнести это, – Михаил Михайлович кивнул на одиноко лежащее на столе заявление. – Ему. У него тоже есть полномочия принимать на работу и освобождать сотрудников от должности.
Освобождать, ух ты.
Так это теперь называется у Медведевых? А что, тактично и как будто бы даже совсем не обидно. Наоборот, дали свободу послушной собачке!
Беги, песик, беги...
– Михаил Михайлович...
– Ев, давай так, – хозяин будто понял, что я хочу сказать. – Я понимаю, что ситуация довольно щекотливая сложилась.
О, да!
Еще какая!
Ваш старший сын пытается затащить меня в койку, утверждая, что я теперь его женщина. У меня прям щекотка по всему телу идет второй день, все нервы наружу уже повылезали, причесать не могу никак.
– Но ты хорошо подумала? Ты же не можешь не понимать, что твое место очень статусное. У тебя хорошая зарплата и перспективы роста в кампании. Шикарные перспективы, я бы сказал.
Губы кривились.
