Марсель.
Он называл себя волшебником и мог... Но как? Откуда у него доступ к моему ноутбуку? И главное — зачем?
— Жень! — Глаша трясет меня за плечо. — Ты чего молчишь? Кто это?
— Не знаю, — выдыхаю и пожимаю плечами.
— Кто-то взломал твой комп? — Глаза подруги округляются. — Женька, это же ненормально! Это слежка! Надо в полицию заявить!
— Глаш... — Я наконец отрываю взгляд от экрана. — Мой отец и есть полиция. И что я ему скажу? Мне цветочек на рабочий стол поставили?
— Но...
— Подожди.
Смотрю на надпись. «Скучаешь? Я рядом.»
Скучаю? Да я места себе не нахожу уже неделю! Но терпеть подобное хамство не собираюсь. Никому не позволено вот так просто вторгаться в мое пространство.
Щелкаю по цветку правой кнопкой. Свойства. Пусто. Никакой информации.
— Жень, это жутко, — Аглая ежится. — Кто-то за тобой следит.
— Глупости. Я сама поставила этот цветок, а надпись спецэффект, который не заметила.
— Ты его защищаешь?
— Нет. Просто... — замолкаю, потому что сама не знаю, что «просто».
Внизу сигналит машина.
— Это Юрий Альбертович, — спохватывается Аглая. — Жень, ты точно нормально?
— Да. Беги.
— Если что — звони сразу.
— Хорошо.
Она убегает, а я остаюсь одна перед мерцающим цветком. Смотрю на него долго-долго. Потом шепчу:
— Марсель, — впервые за эту неделю произношу его имя. — Какой же ты...
Не нахожу слова. Наверное, потому что их просто нет. Для таких, как он, слов не придумали. Если он все это провернул, значит имеет доступ к моему ноутбуку и, возможно, видит меня сейчас.
Усмехаюсь и показываю в камеру «фак», а следом запускаю программу, которая найдет все посторонние приложения и вычистит их.
Глава 7. Марсель
Сижу на лекции, но ни черта не слушаю. У меня на заставке со вчерашнего вечера красуется дерзкий «фак» одной смелой и ярко девчонки. В ее глазах озорной блеск, а губы чуть искажены то ли в улыбке, то ли в недовольстве. Мне в любом случае нравится. Она очень живая и естественная, и не боится это показывать.
А еще умная. Мне интересно, как она нас спалила, но Марк только этот скрин с экрана мне скинул, и занялся своими… точнее моими делами.
Пока пробую сосредоточиться на учебном материале, иначе Дамир точно накажет и отправит на какую-нибудь каторгу в воспитательных целях.
Преподаватель как раз заканчивает лекцию по таможенному регулированию импорта товаров из стран ЕС. Говорит про акцизы, маркировку, новые правила. Полезная тема для меня, надо бы потом перечитать, хотя бы на время выкинув занозу из головы, потому что вести такой бизнес будет сложно, но в этом и смысл: быть сильным и успешным там, где другие не смогут.
А после учебы иду в кафе, расположенное неподалеку. Заказываю кофе, сажусь за угловой столик и задумчиво смотрю в окно. Мартин следит за передвижениями нашего поставщика, а мне необходимо решить задачу с тем, как выпутаться из сложившейся ситуации с выгодой для нас. Я не собираюсь позволять кому-либо иметь меня. Иметь их всех буду я, но по-умному.
Передо мной остывает вторая чашка американо, а я смотрю в окно на серую улицу, но вижу не прохожих, а схему. В голове она выстраивается сама собой, Дамир научил раскладывать любую проблему на составляющие, как шахматную партию. Фигуры, ходы, риски, цена ошибки.
Итак, что мы имеем.
Первый вопрос — деньги.
Тот козел, который привез паленый виски, должен мне крупную сумму. Какие выводы я могу сделать из этой ситуации? Он решился кинуть меня, значит ему нужен был быстрый кэш.
Если так, значит, у него есть проблемы, которые требуют срочного решения. Долги? Игровой счет? Бабы? Не важно. Важно, что я могу это использовать. Мы не будем за ним бегать, угрожать и требовать. Гораздо эффективнее сделать так, чтобы он пришел ко мне сам.
Делаю глоток холодного, горького кофе, морщусь и продолжаю рассуждать.
Второй вопрос — новая партия для Карена.
Он сказал «по себестоимости». Я не дурак, понимаю, что это его способ меня проверить. Не на деньги, на принципы. Сделаю как просит, он запомнит. Попробую схитрить, он уничтожит мою репутацию и репутацию отца. Слишком много мы про это говорили.
Но «по себестоимости» понятие растяжимое. Я могу привезти ему виски по той цене, по которой сам покупаю, а могу привезти по той, по которой покупаю, плюс логистика.
Логистика — это моя территория. Я сам строю маршруты, сам договариваюсь. Дамир считает, что мне нужна практика, и этими вопросами занимаюсь я. Конечно, не без его помощи и контроля, но все же это действительно моя стихия. И я имею право включить в себестоимость свои риски и свои расходы.
Карен знает рыночные цены, его это может не устроить, он дал понять, что транспортировка является нашей проблемой. Здесь я зайду через прозрачность. Принесу ему смету и объясню, что в эту сумму включена так же безопасность для него. Он хочет торговать легально нелегальным алкоголем. Я решу эту проблему, но за это придется платить. Такая сделка будет честной, и как раз закрепит мою репутацию и не создаст проблем с законом для него. Думаю, это хорошее покрытие морального ущерба. Разложу схему отцу. Уверен, он одобрит и посодействует.
Третья фигура на моей шахматной доске — Марк. Он сейчас сидит над базой МВД, и это, конечно, важно. Но мне нужна еще одна вещь. Я набираю его номер.
— Слушай, — говорю, когда он берет трубку после пятого гудка. — Параллельная задача. Нужно проверить одного человека.
— Марс, я сейчас...
— Знаю, но это быстро, бро. Пробей мне нашего должника. Узнай, где он так проигрался или в какую задницу влез, что решился кинуть и нас, и Карена. Платежки, суды, кредиты, онлайн казино. Ты лучше меня знаешь, что искать.
— Понял тебя, мой хитрый друг. Сделаю.
Сбрасываю звонок, смотрю на экран телефона и снова улыбаюсь.
Так вот, девочка. Мы их всех сделаем, может еще и в плюс выйдем. Сейчас мне нужно проветрить голову, и я продумаю эту часть плана, а потом, когда на руках будет полная картина с информацией от Марка, расскажу Дамиру.
Поднимаюсь, под чашку кладу немного налички в благодарность за чужой труд.
На улице стою пару минут, курю, смотрю на машины, проезжающие мимо. Темнеет. Фонари уже зажглись, вывески стали ярче, в жилых домах все больше окон светится мягким светом. Это выглядит уютно и тепло. Главное никому не озвучивать такие мысли.
Ухмыляюсь, выбрасываю окурок и возвращаюсь к университету за своим байком. Отсюда еду к Марку. Мартин как раз должен к нам подтянуться. Может у него есть какая-то полезная информация.
Встречаемся с другом у подъезда и вместе поднимаемся к нашему хакеру. У него дверь открыта. Напрягаемся, входим, готовые отбивать Марка от врагов, но все оказывается проще: он сидит за мониторами, как всегда, в наушниках, на полу пакет из службы доставки, а перед ним бутылка колы и пачка чипсов.
— Ау, — оттянув одно «ухо» шепчу ему.
— Мля! — подскакивает тот. Мы с Мартином ржем и плюхаемся на диван. — Придурки! — злится Марк.
— Ты лучше подумай о том, что это могли быть не мы, — широко улыбаясь, напоминаю ему. — Как дела?
— Я нашел то, что ты сегодня просил, — сообщает он и закидывает в рот пару чипсин.
— Давайте, я сначала расскажу, что узнал, — предлагает Мартин. Он еще не в курсе моего плана, и я согласно киваю. — Сегодня я видел, как этого типа прессовали два здоровенных амбала. Такие, знаешь, как в кино про девяностые. Туповатые лица, кожанки, плечи два метра шириной и кулаки размером с гирю. Один ему так по дых зарядил, что наш «друг» пополам загнулся и тихо скулил. Но что именно, я не слышал.
— Коллекторы или вышибалы из нелегального казино. Они как раз застряли в тех временах, когда сначала надо бить, а там уже как пойдет, — хмыкаю я, вспоминая рассказы отца. — Марк?
— У него долги, — сообщает он. — Несколько обращений в микрофинансовые организации, крупный кредит в банке, который он не может выплатить, обращения в ломбарды. Ты был прав, ему нужны деньги.
Я довольно улыбаюсь. Вот он и попался. Пока Марк распечатывает для меня информацию, Мартин сопит, ожидая объяснений. Коротко раскладываю для него схему, по которой мы будем работать.
— Отлично. Как мы обернем это в свою пользу? — интересуется он. — Мы определенно не выглядим страшнее тех типов в кожанках.
— Мы будем умнее тех типов, бро, — хлопаю его по плечу. — Мы отыщем первопричину ситуации и отыграем ее в свою пользу. Иногда работать головой гораздо полезнее, чем кулаками, — цитирую отца.
— Ладно, с этим разобрались. Я жрать хочу, — заявляет Марк, заталкивая в рот еще несколько чипсин.
— Закажем пиццу, — предлагаю парням. — Моя очередь платить? — доходит до меня.
— Твоя, — хором отвечаю оба.
— Ладно, — смеюсь и достаю из кармана мобильник.
Заказываем две большие пиццы с разными начинками, и пока ждем, треплемся ни о чем. Мартин рассказывает, как на днях отжигал с горячей девчонкой в клубе. Марк жалуется на препода, который требует курсовую на неделю раньше срока. Я слушаю в пол-уха, но в кайфе. Свои, проверенные, с ними можно просто расслабиться на какое-то время, даже когда у нас проблем выше башки.
Как только приезжает пицца, разбираем горячие куски и впиваемся в них зубами. Подкалываем друг друга. Марк локтем сносит бутылку Колы со стола. Та громко падает на пол, напиток внутри шипит и пенится.
— Раздолбай, — смеюсь я.
И тут что-то меняется на одном их его мониторов. Пальцем указываю туда. Марк разворачивается, замирает, затем быстро стучит пальцами по клавиатуре, открывая одни окна и закрывая другие.
— Да! — вдруг орет он, и подпрыгивает на стуле. — Аа-а-а, мать вашу! Я вас сделал! Сделал! — показывает средний палец монитору.
Мы с Мартином переглядываемся, а затем снова смотрим на друга. Он разворачивается к нам на своем компьютерном стуле и сияет как единственная лампочка на весь темный подъезд.
— Добро пожаловать в базу МВД — картинно раскидывает руки в стороны и кланяется Марк.
— Да ладно? — подаюсь вперед. — Ты гений, бро!
— Знаю-знаю, спасибо, — кривляется тот. — Итак, нам нужна Луиза Генриховна Шталь, — проговаривает про себя, вновь стуча по клавиатуре. — Давай найдем, пока нас не засекли и не взяли за жопу. — Его уже нет, он говорит сам с собой. — Вот ты где. Нашел. Ух… Марс, убийство. — Сообщает мне. — Ты уверен, что тебе это нужно?
— Уверен, — больше не улыбаюсь. — Скачаешь?
— Уже, — выдергивает флешку, отдает мне. — Выхожу, чищу следы, — проговаривает вслух.
— Мы его потеряли, — посмеивается Мартин.
И меня тоже, потому что я уже снова достал мобильный и пишу сообщение Еве:
Я:«У меня есть то, что ты просила. Встретимся? Кафе «Корица»
Она отвечает спустя долгих семь минут:
Ева:«Черт. Я сегодня не могу. У меня встреча. Завтра»
Я:«С кем встреча?» — чувствую необъяснимый укол ревности.
Ева: «Тебя это не касается» — отвечает она.
— Марк, а можешь мне по номеру телефона пробить, где находится эта девочка? — сжав телефон в ладони, интересуюсь у друга.
Тот пробивает для меня информацию. Ева еще дома. Обманула? Бесит!
Открываю городские камеры. В сохраненных — две напротив дома Шталь. В одной видны окна. В комнате у Евы горит свет. Вторая фиксирует как в ворота въезжает дорогая тачка. Из нее выходит чел в костюме с веником безвкусных, пошлых роз. Протягивает его Евгении и... ворота закрываются, обрубая обзор. Злость опаляет изнутри. Ревность из укола превращается в жгучую волну.
Какого хрена? Это моя девочка!
Глава 8. Евгения
Платье сидит идеально. Темно-синее, с длинным рукавом и открытой спиной ровно настолько, чтобы выглядеть элегантно, но не вызывающе. Для домашнего ужина, где главное не перетянуть одеяло на себя, самое то.
Кручусь перед зеркалом, поправляю волосы. В руке телефон, экран то гаснет, то загорается снова.
Марс:«У меня есть то, что ты просила. Встретимся? Кафе «Корица»»
Сердце ухает куда-то вниз. Есть! У него правда есть!
Пальцы летят по клавиатуре:
Я: «Черт. Я сегодня не могу. У меня встреча.»
Секунда. Другая. Третья.
Марс: «С кем встреча?»
Сглатываю. Вопрос звучит так, будто он имеет на это право. Будто я ему что-то должна. Хмурюсь, набираю резко:
Я: «Тебя это не касается»
Марс: «Ты обещала свидание!»
Усмехаюсь. Как ребенок, честное слово.
Я: «Сначала покажи, что нашел»
Отправляю и жду. Десять секунд. Двадцать. Минута.
Тишина.
— Женя! — голос отца снизу. — Ильнур скоро будет!
— Иду! — кричу в ответ, но телефон не отпускаю.
Еще минута. Две. Ничего.
Вздыхаю, откладываю телефон на тумбочку. Потом хватаю снова — мало ли. Нет. Пусто.
— Вот же... — шиплю себе под нос.
Сую телефон в карман платья, поправляю его, чтобы не выпирал, и выхожу из комнаты. Внутри все кипит от нетерпения. Какого черта он замолчал? Думает, я передумаю? Или обиделся? Глупости.
Спускаюсь вниз как раз в тот момент, когда за воротами зажигаются фары. Иномарка въезжает на территорию, плавно тормозит у крыльца. Выхожу встречать, как радушная хозяйка. Для отца очень важен этот гость, приходится соответствовать.
Из машины выходит Ильнур. Он в темных брюках и светлой рубашке с закатанными рукавами. Короткая стрижка, скулы острые, глаза зеленые, внимательные. Красивый. Правильный. Видный и статный.
В руках огромный букет роз. Алые, тяжелые, с насыщенным ароматом.
— Женя, — он улыбается, протягивая цветы, и наклоняется поцеловать меня в щеку. — Ты восхитительна.
— Спасибо, — беру букет, чувствуя, как лепестки скользят по пальцам. — Проходи.
Он идет впереди, уверенный, статный. Отец встречает его в холле, обменивается крепким рукопожатием. Смотрит одобрительно. Даже слишком.
Я тем временем на секунду отворачиваюсь, вынимаю телефон. Экран загорается.
Нет. Ничего. Марсель молчит.
Пальцы набирают сами:
Я: «Я так и знала, что ты лжец»
Отправляю. И тут же входящее. Сердце подпрыгивает.
Марс: «С чего вдруг? Вообще-то это ты обещала свидание мне, а сама...»
Смотрю на экран. Три точки. Потом снова. Ничего не дописал. Завис что ли?
Поднимаю взгляд додумывая «а сама». Он видел машину Ильнура? Опять следит за мной, гад такой! Придется подыграть.
Ильнур и отец уже идут в столовую, о чем-то говорят. Я иду следом, но телефон снова в руке.
Я: «А я не обещала, что свидание у меня будет только с тобой»
Отправляю. Жду.
Ответ приходит мгновенно:
Марс: «Это жестоко»
Усмехаюсь. Серьезно? Этот парень, который взламывает мои ноутбуки, следит за мной, шантажирует свиданием, говорит о жестокости?
Я: «Зато честно»
— Женя, что у тебя там? — голос отца звучит с легким недовольством.
Поднимаю голову. Они оба смотрят на меня. Ильнур с любопытством, отец с негодованием.
— Ничего, — сую телефон в карман, улыбаюсь. — Глаша пишет. Ворчит, что много задали.
Марс: «Я против. Меняю условия сделки. Никаких посторонних элементов»
Я: «Это не честно. Тем более он не посторонний»
Марс: «Я не знаю, что такое честность»
Я: «А говорил не преступник»
Марс: «А ты и поверила. Так себе из тебя следак»
Ева: «Я тебе...» — не успевает дописать.
— Жень, пойдем за стол, — Ильнур мягко берет за локоть и тянет за собой.
— Да, пойдем.
Сажусь напротив него. Отец во главе. Стол накрыт, пахнет мясом и травами. Все чинно, благородно, правильно.
Телефон в кармане вибрирует. Раз. Другой. Третий.
Не достаю, это неприлично. Отец обидится за такое неуважение к важному гостю.
— Ильнур, как продвигается расследование по делу о контрабанде алкоголя? — отец подливает ему коньяк.
— Потихоньку. Есть пара зацепок, но пока рано говорить. — Он берет бокал, делает глоток. — Юрий Альбертович, а вы как? Говорят, комиссия из Москвы нагрянула?
— Пусть нагрянет, нам скрывать нечего.
Разговор течет ровно, спокойно. Мужские голоса, вопросы-ответы, паузы для еды. Я ковыряю вилкой салат, киваю, когда нужно, улыбаюсь, когда нужно. Мысли далеко.
Телефон снова вибрирует. И снова. И снова.
— Женя, — отец кашляет. — Ты нас слышишь?
— Да, пап. Извини. — Откладываю вилку. — Задумалась.
— Я говорю, в субботу в клуб собралась?
— Да, с Глашей.
— Ильнур, — отец поворачивается к нему, — может, составишь девочкам компанию? А то мало ли какие личности шатаются по таким заведениям.
Внутри все сжимается. Вот только надзирателя нам и не хватало.
— Пап, не надо, — говорю быстро. — Мы вдвоем, взрослые девочки.
— Я знаю, что взрослые, — спокойно отвечает отец. — Но мне будет спокойнее, если рядом будет мужчина. Ильнур, как думаешь?
Тот улыбается, кивает:
— Если Женя не против, с удовольствием. Обещаю не мешать, просто подстрахую. Чтобы никакие нежеланные личности не портили праздник.
Смотрит на меня. Ждет. Отец тоже смотрит. Ну бли-и-ин!
Я сдаюсь.
— Хорошо, — выдавливаю улыбку. — Если тебе не сложно.
— Ни капли, — Ильнур поднимает бокал. — За прекрасную компанию.
Звякают стекла. Я подношу бокал к губам, делаю крошечный глоток. Вино горчит, я не люблю такое.
Телефон в кармане вибрирует снова. Длинно, настойчиво. А ужин тянется бесконечно. Ильнур рассказывает о работе, отец о планах на будущее. Я вставляю реплики, когда ко мне обращаются. Улыбаюсь. Киваю.
Телефон молчит последние минут двадцать. И это почему-то пугает больше, чем назойливая вибрация.
— Извините, — наконец поднимаюсь. — Что-то голова разболелась. Я, пожалуй, пойду к себе.
— Женя, — отец хмурится. Я знаю, что это не вежливо и я обещала быть паинькой. Но нет у меня больше терпения!
— Отдохни, — мягко перебивает Ильнур. — Юрий Альбертович, пусть идет. Мы с вами еще посидим, обсудим дела.
Отец кивает, нехотя.
— Спокойной ночи, — целую его в щеку, киваю Ильнуру и спокойно, чинно, не бегом поднимаюсь к себе.
Захлопываю дверь, падаю на кровать, вынимаю телефон.
Семнадцать сообщений. С ума сошел?
Открываю и пробегаюсь глазами по строчкам. Не могу сдержать улыбку, такое ощущение, что он прошел все стадии от гнева до принятия за каких-то сорок минут. Но вот последнее сообщение заставляет напрячься.
Марс:«Ну все, я еду к тебе»
Отправлено две минуты назад. Смотрю на экран. Сердце колотится где-то в горле. Этого никак нельзя допустить. Внизу отец и Ильнур. И моя слишком явная ложь…
Телефон в руке взрывается звонком. Номер скрыт.
— Даже не думай! — шиплю я в трубку.
Глава 9. Марсель
— Я уже все решил, — сообщаю ей.
— Зачем тогда звонишь? — Ева возмущенно дышит мне в ухо.
— Чтобы услышать твое потрясающее шипение, — усмехаюсь я.
— А-а-а… — теряется дерзкая девочка.
— Жди. Скоро буду, — довольно улыбаясь, сбрасываю звонок.
Поднимаюсь, толкнув Мартина коленом. Он успел задремать, пока я трепался. Вздрагивает, недовольно смотрит на меня из-под ресниц. Отряхиваю штаны, поправляю футболку и причесываю пятерней волосы.
— Говори уже, — вздыхаю, понимая, что Мартин не успокоится. Его взгляд слишком красноречив, чтобы это можно было проигнорировать.
— Твое новое увлечение может быть для нас опасно, — друг садится ровнее, пытаясь строить из себя старшего, хотя у нас в паспорте указан один год рождения и учились мы вместе с первого класса.
— Или полезно. Не пробовал подумать с этой стороны? — немного злюсь на него. Не люблю, когда он пытается строить из себя слишком умного и лезет в мою личную жизнь. — Я уехал, — бросаю парням и быстро покидаю квартиру Марка.
Мой байк уже заскучал. Глажу его по борту, он отзывается довольным урчанием мотора. Немного хрипит старичок, но с места трогается без проблем. Посмотрю его в выходные, может свечи пора почистить или масло поменять.
Чем ближе к дому Евы я подъезжаю, тем больше зудит под кожей от ревности и желания ее увидеть. Никогда раньше не замечал за собой такого. Я достаточно уверен в себе, чтобы понимать, что со мной не так просто конкурировать, но появилась она и ревность сжигает мои вены. Как глупо и как интересно.
Въезжаю на территорию коттеджей. Чистенькие дорожки, идеальные дома в ряд, освещение на улицах и те самые камеры с маленькими красными огоньками, что так помогали мне все последние дни.
Встаю в тень, вынимаю телефон и набираю Еву. Она долго не берет трубку. Думает, это спасет ее от меня?
Когда звонок прерывается, снова жму на зеленую.
— Только не говори…
— Выходи, — перебиваю Евгению.
— Больной, — заявляет она. — Ты больной, Марсель. Понимаешь?
— И кто в этом виноват? — смеюсь, глядя на те самые окна, что видел на своем экране.
— Асфальт? — шепотом язвит зараза.
— Не надейся. У меня отлично с координацией. Вожу я тоже достаточно хорошо, чтобы оставаться перпендикулярно дорожному полотну. Выходи, — снова требую я.
