Позже, стерев эту грань несколькими походами, они открылись, но пока общение было хоть и дружелюбным, но довольно замкнутым.
Так вот, благодаря мастерству Дорина мы втиснулись в выбранную им щель, оставив до чёрных стен по три, может, четыре метра от каждого борта.
Тут мы и замерли, ожидая рассвета и доброй добычи, которую подгонит для нас капризная Госпожа Удача.
Ждать пришлось почти двое суток.
Нет, мимо нас, не замечая и не подозревая о нашем присутствии, корабли проходили – но все они нам не подходили.
Так, первым появился небольшой конвой из четырёх военных бортов – два средних и скоростник, прикрывавшие транспорт, а спустя минут сорок – ещё один грузовоз, отчаянно парящий из труб в стремлении догнать ушедших вперёд товарищей.
Понятное дело, нападать на отставшего, когда менее чем в часе хода были такие серьёзные ребята – подобное было бы верхом глупости.
Да и шли они к Урии, делая содержимое своих трюмов не особо интересным для нас.
Ясно же – камни сак везут на нужды флота, раз такое прикрытие выделили.
Потом, к вечеру, промелькнул курьер, почти такой же как наш «Головастик» – и снова к Урии.
Утром же, едва светила выкатились из-за Перламутрового Дома (сегодня это была тройка – Марис, Урукис и Дамин, такое сочетание светил не могло не насторожить), движение возобновляться не спешило.
Ситуация изменилась лишь ближе к полудню.
В тот момент я сидел на траве хамула, подставляя лицо теплу солнц.
Странное сочетание: бог света и путешественников прогуливается с богом здоровья, прихватив заодно темного бога крови и смерти.
Очень необычно и тревожно.
– Сэм? – Наш третий наблюдатель окликает меня, получив сигнал от своих товарищей, спрятанных где-то в кроне деревьев. – Одиночная цель. Движется от Урии. Средний транспорт, идёт экономичным ходом.
Киваю, принимая доклад.
– Будет напротив нас через час.
Снова киваю – а вот это наш шанс.
– Скажи парням вести его. Наблюдение за горизонтом – усилить.
Он кивает и принимается карабкаться по веткам вверх, спеша передать приказ.
Что ж. Выскочим перед ним, заставим остановиться, а дальше… Да чёрт его знает, что дальше.
Корабли-то я захватывал, было дело. Но не вот так – вслепую, когда неизвестно, чем именно забиты трюмы торгаша. Деваться, однако, некуда – поднявшись на ноги, бегу к кораблю: час – это не так уж и много, надо поторопиться.
Транспорт «Благая Радость» был не молод. Тело баллона, покрытое заплатками, потемневшая гондола с силуэтами отвалившихся декоративных накладок, пропеллеры, с явным трудом вспарывавшие воздух, – всё это удивляло, что нашёлся смельчак, отважившийся выйти на маршрут в таком состоянии.
Но что поделать, голод – лучший стимул, заставляющий людей и не так рисковать.
Мы выскочили у него перед носом меньше чем в двух кабельтовых – примерно в трёхстах пятидесяти метрах.
Появление было эффектным: «Головастик», вынырнув из-под хамулов, заложил крутой разворот навстречу купцу, а затем, для вящей убедительности, на правую палубу высыпали все наши бойцы, своим оружием подтверждая серьёзность намерений.
Одновременно с этим на носовой мачте, той самой, наподобие бушприта, расцвели гроздья сигнальных флагов: «Остановка», «Принять» и «Военная опасность».
Эта краткость была истолкована капитаном совершенно верно – пропеллеры «Благой Радости» замерли, радуясь отдыху, ну а мы, перебросив в открывшуюся дверь гондолы узкие сходни, перешли на борт.
Скрывать не буду: мне – в отличие от Висента, Хозяина Меча, и его парней, шустро пробежавших по раскачивавшимся над бездной доскам, – вот мне этот десяток шагов дался тяжело.
Одно дело, когда ты в пустоте – ну свалился за борт, включи ранец с «Шансом» и всё, весь стресс – шутки товарищей над твоей неуклюжестью.
А тут? Свалишься – и падай. Бесконечно долго, пока твою тушку не вынесет на Круг Огня, где она будет кремирована без свидетелей и прочего антуража.
Всё же, преодолев себя (не смелостью, нет, было стыдно перед парнями Висента), оказываюсь в рубке.
Стандартная картина захваченного корабля: вахта стоит лицом к стене с поднятыми руками, их контролируют два бойца, а наш Хозяин Меча задумчиво листает папку с накладными. Рядом с ним стоит немного полноватый мужчина за сорок с весьма кислым выражением лица.
Ну да, ему радоваться нечему.
– Сэм, – громко захлопнув журнал, Висент (его лицо начинает приобретать тот же вид, что и у стоящего рядом капитана) произносит: – Порожняк. Двадцать бочек селёдки, два ящика рыбы холодного копчения, три – с конфетами.
– С конфетами? – Переспрашиваю, решив, что ослышался.
– Да, господин Сэм, – подаёт голос капитан.
– Конфеты. Детишкам на Долгожданном.
Прикидываю груз и габариты его трюма:
– Вы что же? Порожняком шли?
– Увы, добрый господин, – разводит тот руками.
– Взяли, на что денег хватило. Мы за камнями сак шли – у нас контракт на их доставку. На Урию, – поспешно поясняет он, хотя последнее и так ясно.
– Вот хоть что-то и взяли – чтобы совсем пустыми не идти.
– Всё верно, Сэм, – заново раскрыв судовую роль, Висент вытаскивает несколько листов:
– Накладные на селёдку и прочее и торгово-транспортная на сак.
Мда…
Моё лицо совершенно против моей воли начинает принимать то же выражение, что и у остальных. Это, блин, непруха.
Забрать рыбу и конфеты? Угу – потом на Вольном все ржать будут: геройский подвиг!
Это те, что у детишек конфетки отобрали. Ага. А чего с «Головастика» взять?! Они бы и сосок-пустышек набрали – не продадут, так себе оставят. Для тренировок. Гы-гы-гы…
Прикусываю губу – облом. А второго шанса нет. Этот купец мигом тревогу поднимет – это точно.
Чёрт! Вот же…
Стоп.
Один момент беспокоит меня – протянув руку, забираю торгово-транспортную.
Тут всё и верно, и прозрачно. Пятьдесят четыре ящика камней сак.
Забрать в фактории Дальний-один, выгрузить в торговом порту Урия-три, склад девять. Всё чисто, но что-то меня смущает. Как-то гладко всё.
Кораблик чуть жив – по крайней мере внешне, груз – да, порожняк – тут не поспоришь.
И контракт на обратный путь. Угу: купец, у которого дела едва идут, получает неплохой фрахт. И без предоплаты.
Иначе бы он трюм забил.
Стоп!
Без предоплаты? Купец – и без аванса?
Не верю. Бред же. Плата за риск обязательна. Не пойдёт кто-то на свой страх и риск сюда.
Но трюм пуст.
Стоп.
Трюм показательно пуст. Корабль показательно едва жив.
Да! Вот оно!
– Капитан? – поворачиваюсь к нему, и тот немедленно кланяется:
– Капитан и владелец «Благой Радости» Исжур. Клан Сапр, Урия.
– Капитан Исжур, – киваю ему, дав понять, что всё расслышал.
– Вы меня удивляете. Честное слово.
– Чем? Я? Господин Сэм? – Исжур само удивление, но я уже чувствую запах добычи.
Как и моя жабка, что, выбравшись на свою кочку, буравит меня пристальным взглядом.
– Вашей благотворительностью. Вы пошли сюда, на край Сущего – и без аванса?
– Сейчас сложные времена, господин Сэм, – вздохнув, разводит он руками.
– Общий спад торговли, кризис платежей, рост отрицательных доходов.
– Эээ… Рост чего? – Не понимаю его новояз, наверное, модный на Урии.
– Доходов, – снова вздыхает Исжур.
– Рост. – Новый вздох:
– Только отрицательный рост.
Не понимаю, как что-либо может отрицательно расти, и пропускаю мимо сознания эту вязь слов.
– Капитан Исжур, – начинаю самым почтительным тоном.
– Вы – святой человек! В наши трудные дни везти селёдку беднякам и конфетки их детям. И без аванса по контракту. Знаете, что я вам скажу?
– Что? – подаётся он вперёд, уже ожидая моих извинений и ретирады абордажной команды.
– Не верю! – Взрёвываю в ответ.
– Висент!
– Да, Сэм? – Наш Хозяин Меча выглядит озадаченным, не понимая моей игры.
– Вы его каюту обыскали?
– Сейф он сам открыл, Сэм. – Сохраняя всё то же выражение, теперь к нему начала примешиваться обида – ну да, я почти обвинил его в некомпетентности:
– Мы всё внимательно осмотрели. Там только бумаги на корабль.
– Каюту! Каюту, Висент?!
– А что там смотреть?! Обычная каюта. Скромная.
Твою ж мать… Вздыхаю (мысленно, конечно). Вот почему я должен за всех думать?!
– Тайник! Простучать стены, разломать мебель – искать! Это вы можете?
– Господа, – подаётся вперёд Исжур.
– Заверяю вас – там ничего нет, господа.
В его глазах на короткий миг проскальзывает тревога.
Так… Похоже, я прав.
– Вот мы и проверим.
– Висент?
– Трата времени, – ворчит он, но, подозвав одного из своих, принимается отдавать распоряжения.
– Но, господа?! – Подаёт голос капитан.
Оп-па! А он встревожен – глазки-то забегали.
– Будьте милосердны? Как я спать буду?!
– На полу, блин. Кверху каком! – Больше не сдерживаю себя.
– Хотите сохранить обстановку?
Он поспешно кивает.
– Тайник сами откройте.
– Там нет никакого тайника. Уверяю вас.
– Значит – на полу поспите.
Наше ожидание длится недолго. Минут пятнадцать, и всё это время Исжур, ломая руки, просил не нарушать уют его каюты: оказывается, мебель подбирала его покойная супруга, и в той обстановке наш благородный капитан до сих пор ощущал её присутствие.
– Висент! – влетевшие в рубку бойцы возбуждённо переговаривались.
– Хозяин! Меча! Мы, как это, ну, панели со стен сдирать начали. Так, это – ну, на стене, что к корме, ну мы её отодрали, а там, ну – мы смотрим…
– Короче! – Отодвинув плечом замершего Висента, подхожу к ним:
– Что нашли?
– Вот, Сэм. – Откуда-то сзади, из их толпы, мне передают несколько широких и плоских шкатулок. – Они, ну, завёрнуты в холст были.
– Ага, – подтверждает другой голос. – И верёвкой перетянуты.
– Под панелью, Сэм. Сама она новенькая – не стали бы всё подряд ломать, не нашли бы.
– С печатью, – подаёт голос кто-то ещё.
– Да, Сэм, с печатью, – торопливо кивает тот, что передал мне шкатулки.
– Только она сломалась, ну, когда мы посмотреть решили, ну, внутри что.
– А если там бомба была? – Недовольно качаю головой. – Рванула бы и поминай как звали.
– Бонба? – переспрашивает один из них.
– Какой такой бонб?
Морщусь – это мой прокол. Хотя подобное стоит тут собрать – глядишь, и пригодится.
Впрочем, надо Сержа расспросить – если есть порох, неужто до такой простой вещи, как гранаты, не додумались?!
Потом.
Сейчас важнее со шкатулками разобраться.
Сую находку в руки Висента, замечая смену настроения Исжура. Он заметно погрустнел. Нет – он был практически в полуобморочном состоянии.
Извини, приятель – сегодня не твой день.
Открываю ту, что осталась в моих руках, и поспешно зажмуриваюсь – вспышка света больно бьёт по глазам.
– Во, Сэм! – один из бойцов тычет пальцем по внутренней стороне крышки. – На печати, ну той, которая сама сломалась, вот так тож самое было. Ну, такая же загогулина.
Герб внутри мне не знаком, а вот Хозяин Меча бледнеет:
– Это работа мастеров клана Трис, с Перена, Сэм. Этому… Этим, – тряхнув головой, он просто кивает на сияние из шкатулки, шумно выдыхая: – Цены нет.
– Цена всему есть, – захлопываю крышку, отсекая потоки света.
– Верно, уважаемый Исжур?
Когда мы вернулись на «Головастик», Серж только развёл руками, а затем, приобняв меня за плечи, отвёл в сторону:
– Не буду врать тебе, Сэм, – глядя в сторону, тихо произнёс он.
– Я ведь был уверен в глупости этой затеи. Сидеть в засаде, под хамулом – ну бред же! Да и сейчас я в подобное не верю – нам просто повезло.
– Ну, повезло, значит повезло, – не хочу вступать в спор.
– Госпожа Удача капризна, будем радоваться её благосклонности. И знаешь что?
– Что?
– Удирать надо. Не стоит испытывать её терпение.
Глава 2
На Вольный мы вернулись без проблем – лишь один раз, когда цепочка хамулов на горизонте практически исчезла из виду, кормовой наблюдатель сообщил о появлении группы точек, спешивших в сторону Урии. Признаюсь, грешным делом я уж подумал, что на Долгожданном что-то произошло – ну не могут же все так спешить покинуть этот остров.
Да, он был не лучшим местом в Сущем – но не настолько же.
Впрочем, эта загадка была решена, стоило нам только сойти на землю.
Не прямо вот так – сошли и узнали, нет. Свежие новости мы узнали в кабаке – ага, уже известном вам «Паре и Свистке».
Радость как Поли, немедленно повисшей на шее Сержа (мне достался лишь короткий «братский» поцелуй в щёку), так и Коста, обнявшего нас обоих и как бы вскользь заметившего, мол, место шефа вакантно, была вполне искренней. Но опущу эту часть. Считайте, что из ревности.
Перейду к новостям.
Слухи разнились. По ним выходило, что некие силы начали войну на Т`чан и что мятежники – назову их так – вполне успешно теснят Священную Тысячу, захватывая всё новые территории хамула. О том, кто именно эти самые мятежники, слухи также разнились. По одной версии, восстало местное население, уставшее от главенства истинных Т`чан. Другая же утверждала, что после внезапной смерти Главы Клана властная верхушка раскололась на несколько партий, каждая из которых спешила пропихнуть на ставший вакантным трон своего ставленника. По третьей, всему был виной Асаз, Главы Кланов которого скинулись и, подкупив кого-то «там» (тут следовало молчаливое и многозначительное поднятие пальца вверх), устроили смуту, желая отомстить за ущемление торговых прав.
Ещё одна версия… Впрочем, слова того малого, кто нам её поспешил рассказать, все остальные сплетники, подтянувшиеся за наш столик ради халявного пива, встретили саркастическим хмыканьем и дружным покручиванием пальцев у висков.
По версии этого парня, во всём были виноваты демоны. Они, сожрав изгоев – пардон, дожрав последних из выживших на хамулах Тёмных Богов, – проголодались, а так как человечина очень им зашла, то и двинулись за добавкой. Ага, прямо по Тропе Гнева, которая привела на Т`чан, со всеми вытекающими последствиями.
Бред?
Несомненно же! А посему, наградив всех участников нашего импровизированного круглого стола дополнительной кружкой пива, мы отправили всех восвояси, спеша обдумать и обсудить всё услышанное.
То, что все слухи были бредом, сомнений не было. Но кое-что – самые малые крохи информации из этой кучи слов – отфильтровать удалось.
И не скажу, что они меня порадовали. Меня, в отличие от Сержа – этот герой уже рвался в бой.
Итак.
Было ясно, что вторжение Азтак началось. Также было ясно, что идёт оно успешно, как и то, что (прошу прощения за столь частое повторение этого слова) активно применялись самолёты, принятые всеми остальными участниками этого кровавого шоу за демонов.
В общем, с моей точки зрения – ничего хорошего. А вот Серж… Тот прямо затрясся, услышав об успехах своих сородичей. Не прояви я твёрдость, он бы прямо из кабака рванул на «Головастике», чтобы в одиночку повести его к своим. Ага – прямо в радостно раскрытые объятия трибунала или что там у них есть.
Эти мои слова несколько охладили его пыл – всё же «Красное Солнце» он пролюбил, со всем экипажем, замечу.
А следователям на это будет пофиг на то, что его, действовавшего по приказу Штаба, так поимели. И не только поимели, но и отобрали совершенно исправный корабль с новейшим оружием.
А Штаб? А что Штаб?
Там люди умные и не ошибаются – в отличие от вас, господин бывший капитан.
Я уже почти дошёл до описания его казни – когда его, в парадной форме, со содранными знаками ранга, символом клана и без наград, под барабанный бой подведут к краю хамула, чтобы торжественным пинком скинуть вниз, – как прямо перед этим всем меня прервали.
Замерший перед столом матрос был в серой робе с единственной нашивкой – красный круг с поднятой вверх растопыренной пятернёй, по бокам которой виднелись обрывки цепей. Символ Вольного Архипелага – свобода. Не то чтобы очень красиво, но доходчиво.
А вот то, что красное тело герба было окантовано золотым шнуром, мне не понравилось. Такие гербы носили экипажи, командиры которых входили в Президиум Совета Капитанов, ну а я очень не люблю, когда моей скромной персоной интересуется Власть. Любая, пусть даже самая демократическая. Я уж лучше в сторонке постою.
– Чего тебе? – поднимаю кружку, глядя на него поверх пены, и матрос вытягивается по стойке смирно.
– Господа, – он на миг замирает, не зная, к кому из нас обратиться.
– Совет капитанов просит капитана «Головастика» и его старшего помощника прибыть на срочный совет! – Всё это он просто выстреливает в нас и замирает.
– Когда? – Серж, вздохнув с облегчением (мои слова ему были, мягко говоря, неприятны), отодвигает кружку.
– Совет соберётся через час, господин капитан, – теперь он обращается напрямую к нему, и я принимаюсь пить пиво. А что? Капитан – он, вот пусть и расхлёбывает.
– Будем, – кивком отпустив матроса, Серж поворачивается ко мне.
– Пошли. Сейчас приведём себя в порядок и…
– Не пошли, – допив своё пиво, принимаюсь рассматривать островки пены на дне.
– Ты пойдёшь, тебе положено, капитан. А я тут посижу. Пиво хорошее.
– Нас же вызвали?!
– Вызвали – тебя, – принимаюсь отбиваться, но понимаю, что проиграл: без меня он не пойдёт.
– Пошли официанта попросим мастера Стака найти. Он, скорее всего, в «Гибкой Лозе» свою долю тратит. А я ещё по пиву и потом – туда же. Там, слыхал, особо изобретательные красотки работают. Надо лично проверить.
– Сэм!
– Что Сэм, Серж?! Отстань. Не люблю я такие сборища. Болтология одна.
– Ты. Идёшь. Со. Мной. – Чеканя каждое слово, рубит он.
– Ты же мой брат? И совладелец.
– Ну, Серж. Правда – не хочу.
Ему пофиг: выбравшись из-за стола, он направляется к лестнице, ведущей наверх, к нашим номерам, бросив напоследок:
– Двадцать минут. И приведи себя в порядок, всё же не в бордель идём.
– Лучше бы в бордель, – бурчу себе под нос и, подняв над головой кружку, заказываю ещё пива.
Совет Капитанов проводился в Ратуше. На втором этаже.
Встретил нас всё тот же бессменный Тусан. Приветливо кивнув, он что-то отметил на бланке, а затем всё так же радушно указал на лестницу в конце зала.
– Странно, – шагая по лестнице, шепчу Сержу.
– Я бы даже сказал – неожиданно.
– Что? – не понимает он. – Встретил, узнал, отметил. Чего опять не так?
– Денег не взял. Я как увидел бланк – сразу подумал: плату за вход возьмёт.
Сам Зал собраний ничем особым не выделялся среди множества подобных помещений. Невысокая сцена или высокий подиум у дальней стены со столом под красным сукном да уже известный вам герб на стене. Всё остальное пространство заставлено стульями. Тоже самыми обычными, словно взятыми из ближайшего кабака. Вот честно – ожидал большего. Ну там – свисающих с потолка знамён, картин, прославляющих подвиги пиратов. В общем, чего-то более солидного, что ли. А тут как-то всё, вот даже не знаю. Скучно-казённо, что ли.
