Оплывшую женщину с болезненно-бледным лицом подхватили под руки две служанки и с трудом подняли на ноги. Александра проводила взглядом выходивших из домика женщин. Даже ей стало понятно, что дни местной хозяйки сочтены. Ее глаза напомнили Алекс взгляд Витьки – торчка, наркомана с их улицы. Такие же пустые, бессмысленные и одновременно лихорадочно-блестящие. Этот визит оставил тягостное впечатление. В остальном все пока шло неплохо. С помощью одного из слуг она (в данном случае скорее – он) впервые самостоятельно посетила местный туалет типа «сортир», приятно поразивший чистотой и тщательностью отделки.
На ужин ей принесли чашку риса с овощами, политыми соусом, кусок пшеничной лепешки и кувшинчик козьего молока. Потом пришла служанка Кикура, пожилая серьезная женщина в переднике, надетом поверх платья.
– Пойдем, Алекс, Симара велела тебе ванну с травой сделать.
Александра с трудом поднялась, держась за стену.
– Эй, Чикут! – крикнула Кикура одному из слуг. – Помоги проводить Алекса до бани.
Невысокий толстячок с постно-ехидной физиономией обиженно проворчал:
– Почему я?
– Потому что все еще заняты, а ты уже кверху брюхом лежишь! Или мне Симаре сказать?
Очевидно, служанка госпожи обладала здесь непререкаемым авторитетом.
В просторной бане, освещенной тремя масляными фонарями, Алекс уложили на скамью и вывалили на спину ведро теплой, дурно пахнущей грязи. Женщина развезла ее по ногам и спине Александры ровным слоем и, проговорив: «Лежи», – занялась ванной, которая представляла собой большую деревянную бадью, наполненную горячей водой. Служанка сыпала туда какие-то травы из глиняных горшков, помещение наполнилась острым, пряным ароматом. Как следует перемешав воду, женщина вернулась к Алекс и счистила грязь деревянным скребком, потом помогла встать и залезть в бадью. От жара перехватило дух.
– Горячо! – взвизгнула Александра.
– Сиди! – рявкнула служанка. – Не сваришься!
Алекс сцепила зубы. В той жизни она не особенно любила мыться.
– Вариться-то нечему, – продолжала ворчать старая женщина. – Кожа да кости! Где только тебя носило…
Александру так распарило и развезло, что выбраться из ванны удалось только с помощью Чикута. Она не помнила, как надела новые, чистые штаны и рубаху, как слуга провожал ее обратно, не давая свалиться по дороге. Последнее воспоминание того вечера – это Симара с бутылью из толстого синего стекла в руках.
– Пей, Алекс, – велела она, поднося к ее рту ложку с рубиново-красным лекарством. – Настой золотого корня. Дорогой, не каждого благородного так лечат. Госпоже спасибо скажи.
Уже не чувствуя вкуса, Александра проглотила драгоценный продукт местной фармацевтики и провалилась в глубокий и спокойный сон.
Обыкновенно Одо Гатомо обедал либо в одиночестве, либо в обществе старшего соратника или преподобного Макао, если тот гостил в замке, но сегодня рыцарь пригласил к столу Сайо.
Девочка уважала и побаивалась своего покровителя и опекуна, поэтому неожиданный вызов в верхние покои ее не обрадовал.
Преподобный Кимцзы не только вылечил ей ноги, но и обучил приемам управления своим телом и эмоциями. Поэтому, когда она, поклонившись, взглянула на опекуна, лицо ее не выражало ничего кроме почтительного внимания.
– Присядь, Сайо-ли, – приказал Гатомо, указывая на место справа от себя. – Я решил, что с сегодняшнего дня ты будешь есть со мной за одним столом.
– Благодарю, Гатомо-сей, – поклонилась Сайо, тревожась все сильнее.
Расторопные служанки внесли подносы с блюдами. Рыцарь налил себе и Мирамо рисовой водки, после чего все принялись за еду.
– Гатомо-сей! – встрепенулся старший соратник. – В дом госпожи на озере принесли неизвестного человека!
Рыцарь отложил в сторону недоеденный кусок рыбы. Мирамо, конечно, искусный воин и не дает расслабляться его соратникам, но вот соображения у него нет никакого. Разве он не знает, что господин не любит вспоминать об умирающей супруге?
– Кого принесли, кто принес?
– Принесли наши крестьяне. Нашли в лесу, назвался Алексом, говорит, что больше о себе ничего не помнит.
– Почему понесли на озеро, а не в замок?
– Сказали, что он очень болен и они просто боялись не донести его до Гатомо-фами.
– Где нашли?
– Недалеко от бывшей шахты.
– А не один ли это из тех, кого ищет Тайное Око Сына Неба? – Гатомо мгновенно забыл о мелких неприятностях. – Недавно была какая-то грамота от наместника.
– Это та, в которой за их поимку объявлена награда? – уточнил старший соратник.
– Да.
Рыцарь встал.
– Надо отыскать грамоту с приметами преступников. А ты, Мирамо-сей, завтра же утром поезжай на озеро и посмотри на этого неизвестного.
– Хорошо, мой господин, – поклонился старший соратник.
Забыв о еде, рыцарь поспешил в кабинет. Если повезет, он станет богаче на пять тысяч золотых. Большие деньги для хозяина маленького замка.
С утра Александра чувствовала себя значительно лучше. С двумя остановками она самостоятельно добралась до кухни, где ее накормили вкусным завтраком: тот же рис с овощами и молоко с лепешкой. Кухарка сказала, что молоко Алекс дают по распоряжению Симары. Коз в озерном доме держали для Гатомо-ли, но госпожа уже давно почти ничего не ест, и из молока теперь делают творог, а потом отправляют в замок.
Александра с аппетитом уминала сдобную лепешку, внимательно слушала словоохотливую женщину и разглядывала убранство кухни. Ничего из ряда вон выходящего. Очаг с вертелом, плита, бронзовые чайники, сковородки, толстостенные котлы.
На полках красовалась «парадная» посуда из расписного фарфора.
Забежала Симара и напоила ее волшебным настоем. А после еды Алекс занималась тем, что положено делать больному человеку: спала и выздоравливала. Ей снился какой-то хороший сон о прежней земной жизни, когда его бесцеремонно оборвали громкие голоса и ржание лошадей.
Мирамо не особенно торопился на озеро Арива, справедливо полагая, что если неизвестный болен, то никуда он оттуда не денется. Проверив посты и с разрешения господина захватив с собой пару конных соратников, он прибыл в дом на озере ближе к обеду. Стоявший на посту у ворот Кирибуцо доложил непосредственному командиру о всех происшествиях. Мирамо отправился навестить больную госпожу, а соратники получили приказ к его возвращению подготовить неизвестного Алекса к беседе.
Дверь с шумом распахнулась, и перед Александрой предстал хмурый воин в пластинчатом панцире. Из-за спины которого выглядывала мопсовая физиономия Кирибуцо.
– Вот он!
– Встать! – рявкнул незнакомый соратник.
Алекс вскочила и едва не упала от головокружения, вовремя схватившись за стену.
– Ты назвал себя Алексом?
Александра перевела дух и вновь «включила» Добби.
– Да, мой господин.
– Выходи!
Подхватив куртку, Алекс вышла из дома.
«Кажется, пришел толстый пушной зверек», – подумала она, с тревогой оглядываясь по сторонам. Воин в доспехах о чем-то беседовал с соратником Конзимо. В стороне слуги привязывали к забору лошадей.
На широкой веранде господского дома появился еще один воин. Его доспехи украшали желтые финтифлюшки, на вытянутом лице темнела полоска усов и бородка как у мушкетера.
Решив, что лучше перебдеть, чем получить по шее, Александра склонилась в глубоком поклоне. «Насяльника присла», – вспомнилась ей «Наша Раша».
– Ты кто?
– Алекс, – ответила она, не поднимая головы.
Начальник сам взял ее – его – за подбородок и взглянул в лицо.
На Мирамо смотрели безмятежные голубые глаза, только на самом дне их что-то шевелилось. Хотя воин мог и ошибаться. Будет он еще вглядываться в зенки всякого быдла.
– Беглый?
– Не знаю, мой господин.
Мирамо повернулся к соратнику.
– Подай письмо наместника из сумки.
«Что за письмо? – с тревогой подумала Александра. – Явно не любовное».
Воин в доспехах протянул начальству сложенный листок плотной бумаги, и тот погрузился в чтение, то и дело поглядывая на нее. Потом вновь взял ее за подбородок и несколько раз повернул голову туда-сюда. «Описание примет! – догадалась Александра. – Старикашка здесь здорово наследил. Вот и хотел сбежать в наш мир. Ну, Сашка, кажись, все – приехали». Внезапно она почувствовала небывалый прилив сил. Ноги сами собой слегка согнулись, плечи развернулись. Алекс вдруг поняла, что если захочет, то убьет этого воина голыми руками! Но тут начальник отпустил ее лицо.
– Беглый?
– Не знаю, мой господин, – поклонилась Александра. – Я ничего не помню кроме моего имени.
– Рубаху сними, – внезапно приказал воин.
Алекс выполнила приказание.
– Руки подними!
Она сделала и это.
Нисколько не смущаясь, воин осмотрел ее подмышки.
– Одевайся и иди.
Александра не заставила себя упрашивать. Натянув рубаху, куртку, она все же решилась спросить.
– Куда, мой господин?
Потерявший к ней интерес воин оглянулся.
– Лечись.
Не задерживаясь больше ни минуты, он вскочил на лошадь и вместе с двумя другими воинами выехал за ворота.
– Кто это был? – спросила Александра у подошедшего Дакута.
– Сам Мирамо-сей, старший соратник нашего господина.
«Пронесло», – подумала она, вытирая пот с шершавой головы.
«Почему с шершавой?»
Алекс бросила взгляд на Дакута, но тот уже скрылся куда-то по своим делам. Она заскочила в дом для слуг и провела ладонью по лысине. Всю ее покрывали маленькие пупырышки.
– Кажется, прическа у меня все-таки будет, – усмехнулась она, заваливаясь на солому.
Обитатели Гатомо-фами живо обсуждали необыкновенное происшествие на озере Арива. Сопровождавшие Мирамо соратники не стали держать язык за зубами, и вскоре все, от их жен до последних слуг, знали про странного человека, найденного в горах. Учитывая, что появление новых людей в их глуши было большой редкостью, предположения по поводу личности Алекса строились разнообразнейшие. Таинственности добавляла полная потеря памяти. Это открывало небывалый простор для измышлений.
Сайо почему-то думала, что это благородный воин, бежавший от врагов и заблудившийся в горах, или тут замешана любовь.
Преподобный Кимцзы обучил ее чтению и письму. Вот только в пещере у него были только скучные богословские трактаты. А в замке у Гатомо нашлось несколько любовных романов, забытых госпожой Шанако. Фантазия Сайо сочиняла истории одна романтичнее другой.
Сам хозяин Гатомо-фами хмуро слушал доклад старшего соратника.
– Он не подходит ни под одного из разыскиваемых. Трудно определить его возраст, он болен и очень худ. Но ему гораздо меньше пятидесяти.
– Там есть приметы и молодого, – напомнил рыцарь.
– Да, Гатомо-сей, – поклонился Мирамо. – Но в грамоте сказано о татуировке под мышкой в виде дракона. Ее нет. И главное – у этого Алекса голубые глаза, а это не подходит под описание никого из грамоты наместника.
– Ты виделся с госпожой?
– Гатомо-ли не узнала меня. Её душа готовится к встрече с Вечным Небом.
