– Больно было? – спросила она так, что у меня перехватило дыхание.
Я положил свою руку на ее ладонь.
– Да…
– Подумаешь, – влез Свикс, – ножиком поцарапали. Когда станем воинами, такое даже замечать не будем.
Олис высвободила руку и отодвинулась. Как же я сейчас ненавидел Свикса. Надеюсь, что он не заметил.
В наших традициях не принято встречаться до совершеннолетия. Зато когда исполняется семнадцать лет, парень с девушкой могут вполне открыто встречаться. Я давно решил, что как только стану воином, сразу же признаюсь ей в своих чувствах.
– Надоело тут торчать. – Олис поправила мокрые волосы. – Сейчас я его вытащу. Спрячьтесь вон там, – она показала на сеновал у частокола.
Мы перебежали под навес и спрятались за стогом сена. Я выглянул: Олис стояла у двери дома Углорса и с кем-то говорила, кокетливо дрожа хвостиком. Затем она махнула рукой в нашу сторону и пошла, виляя бедрами. Вот чертовка! Но клюнет рыбка или нет? Да, конечно клюнет! На Олис клюнет любой.
Через секунду следом за ней выбежал толстяк. Он на ходу натягивал куртку поверх рубахи, оглядывался и волочил ноги с незашнурованными ботинками.
Я натянул перчатки.
Кулачный бой 6(+1)
Сопротивление урону 2(+1)
Сжал кулаки. Шаги приближались: первые – легкие, я узнаю их из тысячи, и вторые – тяжелые, шлепающие.
Прилив адреналина (Сила 6 (+1))
Мимо порхнула бабочкой Олис, а следом вломился толстяк. Он даже успел запыхаться.
Я ударил справа в челюсть – Углорс пошатнулся, захлопал ресницами и сделал такое поросячье выражение лица, будто его сейчас зарежут к празднику. С другой стороны его сшиб с ног Свикс. Я приложился сапогом – толстяк хрюкнул. Свикс добавил тоже. Я схватил Углорса за куртку и смачно врезал в нос – хлынула кровь – затем в ухо, и опять в нос. Мы молотили его молча, а он вначале просто стонал, но вскоре заплакал и стал что-то жалобно причитать.
– Может, хватит? – испуганно сказала Олис.
Свикс отступил. А я продолжал бить, размазывая по лицу толстяка кровь, сопли, слезы. Он скулил как пес.
– Винс! – Олис схватила меня за плечо. – Хватит!
Я остановился. Углорс лежал в грязи и был похож на мертвого болотника. Я, правда, не видел ни разу болотников, но по рассказам воинов, они выглядят также. Здоровья осталось примерно треть.
– На колени, – холодно сказал я.
Толстяк закивал и стал медленно подниматься. Позади раздались тяжелые шаги. Олис взвизгнула. Свикс рванул к выходу, но огромная рука схватила его за шкирки, словно котенка и подняла над землей. Он задергался как тряпичная кукла.
Я хотел бежать, но тоже взмыл в воздух. Вот Олис удалось улизнуть.
– Негодная девчонка! – взревел гигант. – Я все расскажу твоему отцу!
Я узнал голос. Это был староста Дорнс – отец Свикса. Кто же еще? Все воины в рейде.
– Что вы тут делаете? Что?! – Похоже, он заметил-таки Углорса. – Ты!!!
Меня развернули, и я увидел искаженное злобой лицо воина шестидесятого уровня пятого порядка. Это зрелище! Ростом под два метра, в плечах – не обхватишь. Ноги, руки – стволы дубов, мышцы просто выпирают. Кожа загрубела. Шерстка на внешней стороне тела превратилась в броню. Хвост стал жалом с костяным острием вместо кисточки. На груди болталось с десяток высушенных ушей разной формы. Не хватало только боевой раскраски на лице.
Имя: Дорнс
Раса: лоргис
Возраст:41
Уровень 60, порядок 5
…
– Иди домой! – Гигант отшвырнул Свикса прочь. – Дома поговорим! А с тобой я разберусь сейчас, – сказал он мне.
Дорнс носил широкую раздвоенную бороду медного цвета, а волосы заплетал в тугую косу, которая со временем загрубела и стала чем-то вроде рога на затылке. У него был свернутый влево нос, шрам через все лицо и рваная губа – память о тех временах, когда он сам ходил в рейды.
Отец
– Ты преступил черту! – закричал староста мне в лицо. – Я не потерплю такого в своей деревне! Ты – вечная проблема! А проблемы нужно устранять! Я раздавлю тебя, как клопа!..
– Дорнс! – за спиной раздался голос моего отца. – Ты не слишком ли заигрался во власть? Поставь Винса на землю, иначе я поставлю тебя на место!
Это был мой отец! Звали его Филс, а за спиной Филс-железный. Отец не любил это прозвище. Как по мне, так очень даже ничего – достойно его. Он был командиром отряда, а это что-то да значит.
Отец всегда был чисто выбрит, хотя остальные воины предпочитали носить бороду. Может это из-за того, что все его лицо покрывали рубцы и шрамы: борода там росла клочками. А может, ему просто не нравилась смердящая щетина у рта, или он маскировался под юнца. Враг-то всегда старается убить первым делом матерого воина, в надежде, что молодые разбегутся. Голову отец тоже брил, оставляя только узкую полосу волос. У лоргиса пятого порядка она превратилась в ряд настоящих шипов.
Имя: Филс
Раса: лоргис
Возраст 38
Уровень 65, порядок 5
…
Рядом с отцом стояли еще с десяток воинов. Они только что вернулись из рейда. Уставшие, в изрядно потрепанных доспехах и с новыми шрамами на лицах.
Дождь прекратился. Поднялся ветерок и стал разрывать тучи на части. По мокрой земле пробежали первые лучи солнца.
– Ты нарываешься, Филс. – Дорнс сощурился. Его хвост воинственно затрепетал.
– Хочешь вызвать меня на поединок? У меня нет настроения шутить.
Хвост отца заходил волнами, будто танцующая змея. Староста стиснул зубы и отшвырнул меня в сторону.
– Посмотри, что сделал твой отпрыск с будущим воином, – крикнул он и повернулся к толстяку. – Вставай.
Углорс поднялся, кряхтя и стоная как старый дед.
– Обычная драка между мальчишками, – спокойно сказал мой отец.
– Винс использовал оружие – перчатки! Это против правил. – Дорнс встал в позу. – Будет суд!
Я виновато посмотрел на отца и снял перчатки. Зачем я их взял? С толстяком я бы справился и голыми руками.
– Нет, – подал голос Углорс. – Не надо суд. Это наше дело.
Отец рассмеялся.
– Вот видишь, все утряслось. Мальчики немного повздорили, и все.
Но староста не унимался. Он топнул ногой и завопил:
– Вчера Винс чуть не убил провидицу!
– Я не хотел её убивать. Я играл.
– Он взорвал бомбу!
– Это был взрывпакет. Пугач, только и всего.
Я не собирался молчать, когда меня пытаются обвинить во всех смертных грехах.
– Мой мальчик! – рассмеялся отец.
– Это моя деревня! – взревел Дорнс. – И я – здесь закон! Я оберегаю деревню! И не позволю всяким ублюдкам…
– Заткнись, – сухо сказал Филс. Его хвост замер. Острый наконечник смотрел точно на врага. – Еще одно слово, и я вырву твой поганый язык.
Повисла гробовая тишина. Было слышно, как глупая курица квохчет в песке у частокола, воет ветер по углам и каркает ворона на крыше. Воины смотрели на старосту. Давнее противостояние должно было вот-вот разрешиться. Отец и Дорнс всегда недолюбливали друг друга, и выяснили бы отношения раньше, но староста практически не покидал деревню, а железный воин редко бывал дома. Один следил за порядком, решал споры и распоряжался доходами. А второй снабжал деревню мясом и кристаллами для прокачки уровней, лечения ран и магических штучек. И тот и другой были мастерами своего дела, и симпатии жителей всегда делились примерно поровну. Может, я немного поубавил популярность отца, но просто так получилось.
Дорнс шагнул вперед. Рука легла на рукоять пятизарядного пистолета второго калибра с резной рукояткой. Влажные стальные доспехи сверкнули в лучах высунувшегося солнца. Напротив него встал Филс в битых, расцарапанных, опаленных латах. Он не потянулся к поясу, где висел четырехдульный карабин третьего калибра с обрезанной рукояткой, обмотанной жгутом. Не схватил однозарядную пушку пятого калибра с разрывными ядрами за спиной. Не выхватил меч. Не взялся за гранату. Он просто сжал кулаки в шипастых перчатках и покрутил головой, разминая шею. Порыв ветра выдул дорожную пыль из-под доспехов. Колыхнулись отрезанные уши на веревочке. Пусть враг начнет первым. Что он выберет, с тем Филс и спляшет. Не впервой.
Я затаил дыхание. Неужели я увижу настоящий бой воинов! За отца я не волновался, он победит этого напыщенного петуха. И вот же черт! Он победил его взглядом. Дорнс струхнул. Криво улыбнулся, хихикнул, вильнул хвостом и сказал:
– Мы же взрослые люди. Не будем уподобляться детишкам. Вы устали в рейде. Отдохните, а завтра поговорим.
Воины как-то оживились, загалдели. Отец растянул рот в улыбке и кивнул мне. Я подбежал.
– Ты вовремя. Я уж думал, он меня по стенке размажет.
– Не бойся, пока я с тобой, он и пальцем тебя не тронет. Идем домой, надо поговорить, – серьезно сказал отец.
В глазах я прочел озабоченность. Похоже, мне-таки достанется за проделки. Мы двинулись в сторону дома. Я тут же начал расспрашивать о рейде, а отец как всегда стал живо описывать бои с высокоуровневыми мутантами и другими искателями кристаллов в окрестностях развалин древних городов. Мир за частоколом – не место для прогулок. Там выживают только воины.
А нам в спину смотрел Дорнс, сжав губы до белизны.
Мы просто сидим дома
Едва мы переступили порог дома, отец закрыл дверь и так врезал мне по уху, что все мухи в голове враз зажужжали. Ухо вспыхнуло огнем.
– Что у тебя за дела с этим парнем? Почему ты был в перчатках?
Я вкратце рассказал вчерашний вечер. Отец смягчился.
– А с этой чертовой ценгой что? – спросил он. – Мне плевать на нее, но ты знаешь, как у нас мало пороха. Нельзя тратить его на игры.
Я потупил взор.
– Где ты взял порох?
– Обещай, что никому не скажешь.
– Не скажу.
– Свикс стащил у Дорнса.
Отец хмыкнул и сказал серьезно:
– В общем, где взял – не важно. Порох стоит дорого, а посмотри, сколько нам удалось добыть кристаллов.
Он достал мешочек и высыпал на стол пять разноцветных камушков с ровными гранями. Размером они были с ноготь.
– В бою за них с северянами мы потратили в десять раз больше и лишились Свонса. Хороший был воин. Жалко.
Отец уставился в одну точку.
Наверное, самое время рассказать о кристаллах. Они появляются после взрыва очередной ракеты в радиусе нескольких сотен метров от эпицентра. Обычно ракеты падают в руины древних городов. Видимо, те, кто их запускает, не знают, что там уже давно никто не живет. Кроме мутантов, конечно.
Кристаллы бывают двух типов: белые и разноцветные. Белые служат для модификации тела, их еще называют кристаллами силы. А цветные используются для магических нужд. Маленькие белые кристаллы – для восстановления здоровья, а разноцветные – для рунных заклинаний, приручения животных и создания големов и гомункулов. Причем, каждому цвету соответствует своя линия заклинаний. Но я в этом полный ноль. Магия у меня совсем не прокачана. Вот когда брошу пару единиц на нее, тогда и расскажу.
Это что касается маленьких кристаллов. Из них можно собрать большой. Он-то уже служит модификатором тела. Белые камни делают его больше и сильнее, дают дополнительную защиту и оружие. Магические наделяет сверхспособностями. Количество использованных кристаллов определяет порядок бойца. Это видно и так, достаточно посмотреть на моего отца.
Из семисот двадцати девяти мелких получается один большой. Из маленьких можно еще собирать средние – под двадцать семь, но они лишь удобны в хранении и подсчете. Кристаллы стали универсальной валютой, за них можно купить все что угодно на любом рынке планеты.
На улице зарыдала женщина. Я узнал голос: жена погибшего Свонса. Видимо, ей только что рассказали о трагедии. Её слезы – это вся церемония погребения. Был лоргис, и нет больше. Даже хоронить нечего. С телом уже давно расправились мутанты.
Отец открыл шкафчик, достал бутыль спирта, настоянного на желтом крестоцвете, налил целый стакан и выпил одним махом. Отец любит такую дрянь. От нее он становится сам не свой: разговаривает с кем-то, спорит, ругает невидимого собеседника, а часто и себя клянет за ошибки, плачет, смеется и в итоге падает замертво.
