Тень скользнула, и я увидел, как девушку припала спиной к забору, наклонив чуть вбок голову.
– Я случайно, – выдохнула она, поправляя маленькой ладошкой рассыпавшиеся по плечам волосы. – Хотела вернуть вам мяч. Слышала, что вы приходили и спрашивали.
И не только слышала, хотел возразить, но вовремя прикусил язык. Она же видела нас вчера, следила за мной утром.
– Спасибо, – отозвался я, все также поглядывая на спину девушки, которую обтягивала белая футболка. И сквозь ткань проступали позвонки. Миниатюрная или ее голодом морят? И откуда такие мысли? Тряхнув головой, я вздохнул. Нужно налаживать контакт, а не смотреть на незнакомку. – Познакомимся?
Она вздрогнула, но не обернулась. Качнула головой, а после ответила:
– Не думаю, что это правильно, – голосок совсем тихий, будто она боялась того, что кто-то услышит ее.
– Почему? – А вот я не сдавался. Подозрение, промелькнувшее где-то в подкорке мозга, стало точить меня червем. – Меня зовут Матвей, и я ваш новый сосед.
– Я слышала. – Мне показалось или она улыбнулась, и это отчетливо передалось в интонации.
– Так как тебя зовут?
– Тёте это не понравится, – выдохнула девчонка и резко развернулась. – Лола, – прошептала она, но я уже не слышал.
Все-таки, если она не маленькая колдунья, способная заворожить взрослого парня, не верящего в магию и прочую потустороннюю ерунду, то я не Матвей. Я смотрел, не мигая, в ее зеленые глаза и боялся издать хоть звук, чтобы не разорвать нашу связь. Не нарушить то волшебство, в которое окунулся с головой. Мне нужен новый удар мячом, чтобы вынырнуть из омута ее глаз.
– Лола, – она еще раз повторила и моргнула.
Что же, туман моего поплывшего сознания развеялся, и я заморгал, отворачиваясь. Что-то со мной происходило. Неладное.
– Приятно познакомиться, – отозвался, поднимаясь на ноги и сползая со злополучной скамьи. – До встречи, Лола. И спасибо за то, что вернула мяч. – Я говорил спокойно, хотя внутри бушевал пожар противоречивых мыслей. Надо же! Со мной что-то явно происходило, и совсем не то, что должно было.
Я плелся ко входу в дом, дав себе точную установку не оборачиваться. Не прислушиваться к собственным шагам. Лишь подхватив мяч, я случайно взглянул на отражение в стеклянной двери, и не увидел ничего, кроме высокого соседского дома и забора, окруженного с той стороны кустарниками.
Войдя дом, я плотно прикрыл двери и шумно выдохнул.
Безумие. Какое-то неправильное наваждение…
***
Он ушел. А я глупо пялилась между двух досок в заборе и не понимала, почему он уходил.
Матвей. Я запомнила его имя, когда сосед приходил утром. Видела его на экране домофона, тогда-то и узнала, что пришел именно он. И сейчас, решившись на самый безумный поступок, который я только могла отчудить, я просто смотрела на его спину и чувствовала что-то странное.
И зачем я полезла за этим мячом? Хотела, конечно же, сделать как можно лучше. Просто дождаться ухода тёти, выглянуть в сад, достать мяч из травы и перекинуть через забор. Но когда я проворачивала этот трюк, не подумала над тем, что случайно могла закинуть мяч не туда, куда надо. А вдруг попаду в дом и разобью стекло? Там же стеклянные двери и высокие окна. Тётя после такого мне голову оторвет, не то что будет ворчать! Поэтому я, наплевав на все предосторожности и собственные страхи, полезла через забор, даже не удосужившись сначала заглянуть в заборные щели, чтобы убедиться в том, что там никого нет.
А тут он! Почти лицом к лицу! Так близко, от чего первой мыслью было не свалиться вперед, нырнув головой в неизвестность. А во-вторых, я еще никогда не была так близко от незнакомого мужчины. Сантиметров десять, не более, разделяло нас. И это не казалось опасным. Наоборот, что-то неумолимо сокращало расстояние между нами…
И вот тогда-то страх вернулся. Как и осознание неправильности происходящего. Тут в дело пошел мяч. Не знаю почему, но мое тело действовало отдельно от головы. Один взмах рукой и мяч попал точно в цель. Сосед издал какой-то глухой звук, отвернулся и сполз вниз, прижимаясь спиной к забору и прикрывая лицо ладонью. Неужели так сильно ударила? Я же не сломала ему нос? Потому что это будет похуже разбитых стекол! Это же нападение!
Я торопливо спустилась и прислушалась, а после и заговорила. Нужно же было извиниться! Но сосед не разделял моего мнения относительно вины. Так и завязался мой первый диалог с неизвестным человеком, хотя я много лет назад обещала тёте, что не буду общаться с посторонними. Я только что нарушила данное слово. Я вообще много правил нарушила за два дня.
А потом он ушел. Я же глупо пялилась в его удаляющуюся спину, не веря собственным глазам. Что произошло? Что я сделала не так? Или сказала не то? Я же совершенно не умею общаться с людьми. Вот тебе и добровольное затворничество.
Вздыхая, я посмотрела на собственные руки. Немного грязные от мусора и травы, которые я стряхивала с мяча. Нужно умыться, привести себя в порядок, пока не вернулась тётя. Потому что она обязательно узнает, что я вылезала из дома, когда ее не было.
Взглянув в последний раз на закрытые стеклянные двери, я поджала губу и вернулась в дом. Закрыла дверь, прошла к раковине в ванной комнате. Долго отмывала зеленые следы с ладоней, хотя руки стали чистыми почти сразу. Все же не нужно думать, особенно так много о том, что меня не должно было касаться. Я все сделала правильно. Тетя не пошла бы искать чужую вещь, и уж тем более возвращать. Матвею, так теперь мысленно называла соседа, он нужен был, потому что я успела разглядеть на нем размашистую роспись. Наверное, автограф какой-нибудь знаменитости.
Просушив полотенцем руки, я посмотрела в зеркало. На щеках играл румянец. Надо же, смутилась собственных мыслей, полных сомнений!
Поднимаясь к себе в комнату, я прижимала теплые ладони к горящим щекам. И почему прокручивая в голове минутную сцену, я все чаще вспоминала утреннюю тренировку Матвея. Интересно, он каждое утро делает гимнастику на свежем воздухе или я превратилась в опасную преступницу, подглядывающую за соседом? В принципе, скоро я в этом смогу убедиться, как окажусь в комнате, вновь прилипая носом к окну в ожидании появления соседа.
Глава 4. Планы и слухи
– И когда мы закатим грандиозную вечеринку по случаю твоего новоселья? – За мной увязался Ник, бросив все дела.
Я же пожал плечами. Пожалуй, мне пока было не до вечеринок. В голове сотни мыслей, и ни одной положительной. Во-первых, с переездом и вынужденным личным простоем, в клубе накопилось дел. Пришлось срочно разгребать их, оставив в покое последние коробки. Одно лишь радовало, нашел неплохую бригаду подрядчиков. Они как раз занимались тем, что ремонтировали будущий спортзал. Остальные комнаты не нуждались в ремонте. Немного обновить мебель, распаковать вещи и все, можно жить спокойно, не заботясь ни о чем. Однако Ник никак не мог угомониться с вечеринкой. И обязательно с бассейном. Дни как раз стояли теплые, порой даже жаркие.
Поэтому второй задачей стало привести в порядок тот самый бассейн. Ребята согласились почистить его и заполнить водой. Что же, меньше проблем, а вот с работой так не получалось. Отчеты, новый набор, прыжки. Черт! Я зашивался.
– Пока не до гулянок, – выдохнул, складывая перед собой бумаги.
Никита хмуро свел брови, падая на стул. В клубе он занимался лишь тем, что изводил меня. С прыжками давно завязал, увлекшись скалолазанием. И меня даже к этому делу подтянул. Вот только чертов вывих не давал мне покоя. Какие горы и прыжки, когда нога порой ныла так, что хотелось выть в голос.
– Нужно вот с этим разобраться, – кивнула на стопку бумаг.
– А где твой совладелец? Опять прохлаждается на курорте?
Это он про Ратмира. Да, Ратмир был совладельцем бизнеса, но скорее номинально, чем фактически. Три года назад он помог с открытием, вложившись деньгами и помощью, а после предоставил мне право самостоятельно развивать бизнес, пока сам куролесил и жил на полную катушку. Пожалуй, зарываясь с головой в бумаги, я завидовал ему. Ну что поделать, дела есть дела, а у меня не хватало времени поныть и пострадать.
– Да, отдыхает. Но возвращается, если не ошибаюсь, через три-четыре дня.
– О, и Амалька тоже прилетает?
Я согласно кивнул. Да, она возвращается в страну после путешествия, которое, конечно же, было больше похоже на бесконечные тренировки и соревнования. Именно это нас и объединяло. Меня и Амалию.
– Скучал по ней? – Ник прищурился. Он никак не мог понять наши отношения на расстоянии. Считал, либо девушка должна быть под боком, либо зачем тебе такая девушка.
Я вновь пожал плечами. Хотелось сказать, что да, но внутри как-то заныло. Заскребло по ребрам.
– Конечно, – улыбнулся, возвращая все внимание к бумагам.
– А я думал у вас всё. – Ник вытянул ноги.
– Ты ошибаешься. – Посмотрел на друга. – И с чего такие предположения?
– Ты про нее не упоминал ни разу, как переехал. Хотя, чего греха таить, когда я узнал, что ты собрался дом покупать, подумал, что вы решили свадебку сыграть и детишек настругать, – усмехнулся он. – А тут гробовая тишина. То ли вместе все еще, то ли нет. Черт вас разбери. Странная парочка. – Он покачал головой.
Я вздохнул. Друг был прав, впрочем, как всегда. Да, я думал так. Думал, когда искал хороший большой дом. И нет, не только потому что в квартире было тесно для двоих. И семью надо было создавать в приличном доме. Все дело было в Амалии. Вот кто не стремился к серьезным отношениям, так она. Но это было позади.
– Она согласилась. – Улыбнулся в ответ, доставая телефон из кармана. – Смотри. – Протянул и показал другу фото
Ник уставился в экран, тихо присвистнув.
– Да, ладно! – воскликнул он. – Когда вы успели-то? Черт! Почему я не знал?!
Теперь была моя очередь усмехаться. Конечно же, не знал, иначе бы растрезвонил на всю округу. Спрятал обратно телефон, сворачивая перед этим фото. Отчего-то вскользь взглянув на наше общее с Амалией фото, испытал непонятное ощущение. Горечь на языке. Странно…
– Потому что собирались объявить вам на вечеринке, про которую ты никак не можешь забыть.
– Ну ты даешь, дружище! – вновь воскликнул Ник. – Жених! Вот же! В общем, я рад за вас.
Был ли я рад? Да, но до тех пор, пока Амалия вновь не умчалась покорять очередные вершины, а я оставался здесь, перебирал бумаги, покупал дом, зализывал раны. Думал, что так правильно. Но разве это и есть то, что я хотел? Мы виделись от силы пару раз за месяц. И то тогда, когда она приезжала.
– Ну что же, дружище, тогда не буду мешать. – Ник поднялся на ноги. – Заканчивай с работой. И до встречи на вечеринке.
– Ник, ты же…
– Конечно, я буду молчать! – Он быстро закивал. – Продержусь как-нибудь несколько дней. – Он рассмеялся, покидая кабинет. Я вот сомневался в его словах, но все же склонился над документами, из завала которых смог выползти ближе к вечеру.
Собравшись, я вернулся к себе домой. А как звучало это слово! Совсем иначе, чем это дело обстояло с квартирой.
Припарковавшись около гаража, я не торопился загонять машину внутрь, обратив внимание на соседский дом.
Лола. Ее имя так и вертелось на языке. И почему я все чаще вспоминал незнакомку с огромными напуганными глазами? Думать нужно было о невесте, а не о том, как чуть случайно не поцеловал девчонку. Да ей лет шестнадцать, не больше. Такая миниатюрная, хрупкая. Невольно сравнил с Амалией – высокой подтянутой брюнеткой с темным загаром на идеальной коже, с тугими мышцами, которые украшали ее тело. Спортивная, яркая, целеустремленная. Полная противоположность загадочной девчонки.
– Добрый вечер. – Меня отвлек голос проходящей мимо женщины. Ее имени я не знал, но видел каждый вечер, когда она прогуливалась по улице в компании еще двух таких же тетушек. Немолодые, но энергичные и все время что-то бурно обсуждающие.
– Добрый. – Я кивнул им, намереваясь войти в дом, однако меня одернули, пригвождая к месту.
– А мы вот никак с вами не можем познакомиться, – заговорила вторая, поправляя платок, повязанный вокруг чуть седых волос. – Надо же! Мы все никак не могли дождаться того, кто же купит этот дом. – Она кивнула теперь уже на мою недвижимость.
– Почему же? – Удивленно приподнял бровь, продолжая сжимать в руке ключи от машины.
– Как же почему? – Присоединилась к беседе третья. – Вы же теперь сосед того дома с сумасшедшей, – зловеще отозвалась она, покосившись на серое строение. – Разве не знали? Вот видите, как он удивлен. Конечно же, не знал! Я вам говорила, эти ушлые риелторы не предупреждают.
Две другие собеседницы активно закивали, подтверждая слова своей подруги.
– Что значит сумасшедшая? – скорее выдохнул, чем спросил.
– Так там девчонка живет взаперти практически. Она ненормальная.
Они вновь энергично закивали и стали наперебой рассказывать страшные байки про дом, а я никак не мог уловить хоть одну полезную новость. И вообще не мог понять или принять то, что речь шла про Лолу. Ее имени сварливые соседки не называли, но говорили, что порой в доме слышны крики, а иногда тут появлялась скорая. Все из-за нее. Из-за Лолы.
– Она там живет уже лет пять, – протянула первая женщина.
– Нет, около шести. Я помню, как они переселились в этот дом.
– Вы поосторожней будьте, молодой человек. Вон предыдущих хозяев дома ваши соседи выжили.
– А вы про хозяйку дома знаете? – Я отвернулся, чтобы взглянуть теперь на женщин.
– Вы про Розочку? – поинтересовалась третья. – Да, конечно. Мы в магазине часто видимся. Она никогда про девочку не говорит. Стесняется, наверное. Конечно, сбросили на нее ненормальную. Я бы тоже постеснялась говорить о больной девочке на каждом шагу. Сил бы ей, Розочке, и терпения. С такими сложно совладать. Но говорят она не буйная. Только иногда кричит. Или вон, скорую вызывают. Поэтому и не кладут ее в больницу. А у нас же вроде неплохая психиатрическая клиника есть. Там ей точно помогли бы. Да и Розочке было бы легче.
Женщины вновь быстро закивали, теперь уже расхваливая лечебницу. Черт! Лечебницу для психически больных людей. А я удивленно рассматривал их, не веря в происходящее. Лола не такая. Черт! Она точно не такая. Спокойная, немного пугливая, подглядывающая за мной.
А вот тут я напряженно всмотрелся в их дом. Окно выходило не только в мой двор, но и из него частично было видно улицу. Как раз эту часть, где я стоял как вкопанный, слушая сплетни. Шторки дрогнули. Она видела.
Вот же засада!
А вдруг она знала про слухи, которые мне так подробно и в красках пересказывали три клуши? Пора завязывать с этой чертовщиной.
– Простите, приятно было познакомиться. – Я прервал их рассказ, возвращаясь к дому. – Мне пора.
– Конечно. – Женщины закивали, даже не припомнив, что так за весь разговор никто не назвал своих имен. Не со мной они хотели познакомиться, а собрать еще немного сплетен, при этом напугав меня. Было бы что дома за ужином своим семья рассказывать. Как молодой парень дёру дал от дома с сумасшедшей.
Я резко открыл дверь, вошел во двор, после в дом. Нужно собраться с мыслями. Надо же! Не думал, что рассказ о Лоле мог так всколыхнуть во мне смятение. Она же не такая… Или такая? Подглядывала, кралась по двору, испугано разговаривала. И про тетку свою упоминала. Да, точно. Сказала, что ей не понравится. А может я все неправильно тогда понял? И она действительно была не в себе?
И как теперь проверить? Как убедиться, что с девочкой все в порядке?
Запустив пятерню в волосы, я приблизился к стеклянным дверям. Посмотрел вверх, почти не мигая, следил за окном. Ну же, Лола, появись там вновь!
***
Матвей.
Его имя никак не выходило из моей головы. И я стала словно одержимая человеком, которому совершенно была не интересна. В этом я убедилась сразу же, как он ушел, забрав мяч. С тех пор Матвей редко появлялся во дворе. По утрам он лишь раз сделал зарядку, и то я почти опадала на это завораживающее представление. В следующие дни Матвей больше не выходил, а я бездумно смотрела в окно, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. Но вскоре в доме появились посторонние люди. Мужчины. Они что-то активно ремонтировали, и я постаралась не высовывать нос лишний раз в окно, опасаясь, что они могли меня заметить. От прогулок в саду вовсе отказалась, меня же могли заметить и там.
Поэтому сегодня я больше по привычке, нежели от желания выглянула в окно и обомлела.
Матвей стоял около гаражных ворот и беседовал с тремя женщинами. Кажется, они жили где-то рядом, и я очень часто видела их в окно, когда они привычной компанией прогуливались по улочке, бурно обсуждая что-то. Наверное, меня. Потому что я догадывалась, про какие слухи однажды упомянула тетя, разговаривая с моими родителями.
Она, конечно же, не знала, что я подслушивала. Но так вышло. Я прилипла тогда к двери и услышала, как тетя рассказала про мой очередной приступ, когда я испугано орала во все горло. В тот момент кто-то слышал это, а на следующий день уже ползли слухи про безумную. Тете удалось сгладить сплетни, сообщив, что они перепутали с орущей кошкой. Не думаю, что ей поверили, потому что эти женщины активно жестикулировали, показывая Матвею на наш дом. Наверное, делились той историей.
Я сползла на пол, зажмурившись. И что теперь он подумает обо мне? И так сглупила, когда кинула в него мячом. Но с другой стороны, почему меня волновало его мнение? Неужели из-за того, что он со мной поговорил? Но он же сам сказал, что хотел просто познакомиться.
Просто познакомиться.
Сглотнув тугой ком подступающей паники, я добралась до кровати и рухнула в нее лицом. Как же отвратительно. И ведь не докажешь никому, что со мной все в порядке. Ведь так? Все в порядке?
Я уже сама не понимала, была ли я правильной в понимании общества? Или все же безумной…
Нет, такие мысли нужно было гнать прочь.
Прочь из головы и от сердца. Потому что от этого было больно. Слишком больно.
Заставив себя не превращаться в тряпку, рыдающую из-за несправедливости, я поднялась с кровати и вновь приблизилась к окну. Выглянула и не нашла там никого. Матвей ушел, как и три фигурки, мелькнувшие где-то далеко. Значит, всё рассказали.
– Вот же, – выдохнула я, переводя взгляд на дом Матвея. Наверное, ушел к себе, и теперь точно не появится на этой стороне двора. Зачем ему соседство с ненормальной?
Но он был там. Сначала в доме, за стеклянными дверьми. А после вышел, продолжая буравить тяжелым взглядом мои окна. Он знал, что я тут. Видел даже через плотный тюль. И я нерешительно убрала рукой ткань немного в сторону, взглянув вниз.
Ну что же, Матвей, посмотри на психованную. Я ждала отвращения. Но вместо этого на его губах играла добрая улыбка. Дружеская? Да, именно такая.
На душе стало тепло.
Его губы дрогнули, сложившись в слово «привет». Он поздоровался.
Я кивнула, помахав рукой. Закрыла шторку и медленно отошла от окна.
Вроде незначительный жест, а так много значил для меня. Я не отвратительна. Я нормальная. И ему все равно на сплетни. Как же здорово!
Глава 5. Девушка и кот
– Лола, хватит мечтать! – меня одернула тетя, когда я застыла с ложкой у рта.
Да, действительно замечталась. То есть я не мечтала, а слишком много думала.
– Что-то случилось? – поинтересовалась она, внимательно оглядывая меня через толстые стекла очков, опасно балансирующих на кончике чуть вздернутого кверху носа. – Ты почти не говоришь уже третий день подряд. Что-то произошло? Это из-за нового соседа? – сощурившись, произнесла она, а я едва не выронила ложку от удивления.
Порой тетя была чересчур внимательной. Иногда попадала в цель, хотя я сомневалась, что она наверняка знала. Скорее простая случайность.
– Нет, со мной все в порядке.
– Точно? – недоверчиво покачала головой. – Может голова болит? Ты как спишь?
– Неплохо, – солгала я, отворачиваясь.
Она не должна узнать о том, что кошмары, преследовавшие меня несколько лет, опять вернулись, причем слишком четкие, чтобы испугаться и проснуться в поту, задыхаясь среди ночи.
– Ну, хорошо. – Тетя вернулась к своей тарелке, продолжая увлеченно жевать тушеное мясо и овощи.
Я же смерила взглядом свою полную тарелку и нахмурилась. Нужно поесть. А после вернуться в комнату, чтобы в сотый раз пролистать журнал о путешествиях. Пожалуй, мое единственно развлечение.
– Я уж тут подумала, – тетя заговорила резко, вызвав во мне легкую дрожь. Ох, как я не любила, когда тон ее голоса становился таким. Жёстким, низким, подавляющим и не терпящим возражений.
– Да? – притворилась, что все в порядке. Я вздрогнула, хотя она и не увидела.
– Про соседа. Думала, что из-за непрекращающегося шума ты себя чувствуешь некомфортно.
Я открыла удивленно рот. Шум? Откуда тетя могла знать, что там действительно днем шумели рабочие, когда что-то активно ремонтировали в доме. Она же была глуха на одно ухо, а во втором носила слуховой аппарат. В ее глухоте виновата была только я. Из-за меня она получила тяжелую травму, которая привела именно к этому. Но тетя изогнула бровь. Мол, она все знала и слышала. И была вполне себе здорова, несмотря на то, что ее беспокоил желудок, садящееся зрение и прочие неприятные мелочи, с которыми сталкиваются люди в ее возрасте.
– Нет, не беспокоят. Я даже не обращаю внимания. – Пожала плечами, продолжая буравить теперь взглядом тарелку. Нужно срочно заткнуть свой рот едой и притвориться, что все в порядке.
– Хорошо, – проговорила тетя. – Я уж хотела пойти поругаться с ними.
– Не нужно. Думаю, там скоро все закончат. И будет спокойно.
– Я тоже на это надеюсь, – недовольно проворчала тетя.
Все-таки она была не рада, что у нас вновь появились соседи. Ведь с другой стороны от нашего дома не было никого. Большая и пустая лужайка, на которой разве что животные появлялись. Дети там не играли. Виной тому были опять же те самые слухи, про которые я думала третий день подряд.
Матвей улыбнулся мне тогда. Но на этом наше вроде бы как общение закончилось. Он почти не появлялся. Рано утром уезжал, возвращался вечером. И опять же очень редко бывал во дворе. Рабочие занимались ремонтом, и что-то делали с бассейном. Конечно же, он нуждался в ремонте. Ведь им не пользовались почти год.
Вот же тетя разозлится, когда там опять будут появляться люди в купальниках.
В плавках.
Ох, ты ж!
Я залилась румянцем и чуть не подавилась. Матвей будет там плавать! Иначе бы не ремонтировали бассейн. А если будет плавать, то без одежды. Только плавки. И я… я увижу его тело.
Это кошмар. Или… Нет, это кошмар!
– Ты себя точно хорошо чувствуешь? Вон щеки покраснели. – Тетя уставилась на меня, вновь сощурив глаза. – Температуришь?
– Нет, просто жарко. – Я даже обмахнулась ладошкой.
Жарко, не то слово. Я помнила тело Матвея. То есть его торс, спину, руки… А что там было под спортивными брюками? Нет, Лола, хватит думать о мужском строении. То есть о конкретном мужском строении. Матвею бы точно не понравилось то, что кто-то не просто следил за ним, подглядывая. Так еще и то, что мечтал поглядеть на него в плавках. Или в шортах. Да какая разница. Безумие! Наверное, это гормоны – так бы выразилась тетя.
– Я доела! Пойду к себе? – Натянула беззаботную улыбку.
Тетя отмахнулась. Конечно же, она была не против. Вернется к своим кроссвордам. Или уйдет в спальню, чтобы тайком от меня посмотреть сериал. Телевизор находился только у нее в комнате. И с этим я давным-давно смирилась. Да и не хотелось смотреть непонятные сериалы, когда меня увлекали интересные журналы о путешествиях, о научных открытиях. Возможно, я бы смогла стать ученым, путешественницей или просто образованной девушкой с дипломом в руках, если не была такой трусливой, и все же окончила онлайн-курсы. Но даже с ними у меня возникла проблема. Проблема в общении. Чужие люди, голоса, лица. Они пугали. После очередной накатившей паники мне пришлось отказаться от занятий, но надежда, как говорится, умирает последней. Поэтому я не оставляла затею вернуться к занятиям. Когда-нибудь… Когда страх перестанет преследовать меня на каждом шагу. Трусливая Лола.
Я была трусливой девчонкой, которая даже поговорить не смогла нормально с Матвеем. Что-то мямлила себе под нос. Смущалась, бледнела и краснела, когда могла просто поинтересоваться как у него дела. Нравилось ли ему в новом доме. Хоть что-то узнать полезное, а не жить в мире, построенном на иллюзиях, фантазиях и догадках.
Ополоснув за собой посуду, я поднялась в спальню. Опять же по привычке выглянула в окно, встретив там совершенную тишину. Перевела взгляд на водную гладь.
Бассейн был полон кристально-чистой водой. И его голубое дно манило им любоваться. А в лучах дневного солнца так и вовсе был изумительный вид. Я уже успела позабыть, каким он был.
Вздохнув, я посмотрела на стопку журналов, затертых до дыр. Потом опять на водную гладь. Даже там было больше свободы, чем у меня в четырех серых стенах.
– Да так больше невозможно! – простонала я, падая на кровать.
Журнала зачитаны и выучены, дела по дому сделаны и переделаны. А я хотела чего-то. Не понимаю, откуда во мне появилось желание дышать. Поерзав на покрывалах, я услышала, как стопка из блокнотов рухнула на пол. Полезла следом за ними, намереваясь поднять. Собрать все в кучу и закинуть в коробку, но открывшаяся страница меня смутила. Надо же!
Я никогда не увлекалась живописью, да и мои рисунки были больше любительскими каракулями, нежели чем-то профессиональным. Неровные линий, живущие своей собственной жизнью тени и контуры. Но все же там, на открытом листе, было его лицо.
Матвей.
Из дома я выбралась в сад, решив, что послеобеденная прогулка на заднем дворе, пока тетя будет бродить по местному магазину и задержится у одной своей знакомой на лишний часок, никому не повредит.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
