Страница 2 из 3
Вновь пошарив по ящикам комода, я достала несколько чистых пергаментов и пишущий прибор, похожий на карандаш. Следом прочитала – какое все же счастье, что я понимаю дретонский не только устно, но и письменно, – название книги, лежащей в прикроватной тумбочке слева. Ага, прекрасно! Местное Священное Писание. Если удастся выискать там что-то интересное, то можно творить пакости под эгидой глубокой религиозности.
А вот в той тумбочке, что стояла справа, я нашла второй подарок судьбы.
«Этикет для незамужних леди».
Я просидела с этими фолиантами до самого утра. Солнце осторожно проскользнуло в мои окна, извещая о начале нового дня в моем персональном аду. Оно же и заставило меня ненадолго отвлечься, я подошла к окну и с любопытством уставилась на улицу.
М-да. Ничего интересного. Простой пустынный зеленый регулярный парк. Кроны деревьев выстрижены в форме различных геометрических фигур, вдали виднеются крыши беседок, вокруг всего этого извиваются выложенные дорожки. Скука. Зато это позволило мне сделать вывод о том, что за окном властвует лето.
За ночь я составила целый план к операции под кодовым названием «Коста-Рика». Вот только для выполнения всего списка требовалось время, и в этот период мне предстоит быть тише воды, ниже травы. И если не совсем паинькой, то хотя бы не привлекать лишнего внимания к своей персоне со стороны регента. Он ни о чем не должен подозревать раньше времени.
– Доброе утро, госпожа Виннер. – В покои вошла Марион. Без стука и без предупреждения.
А если бы я тут переодевалась? Или спала голышом? У них что, совсем не в ходу понятия личного пространства?
– Доброе, – поздоровалась я.
Следом за ней в мою комнату вошли две девушки. Темные платья в пол, белые передники, похожи как две капли воды. По всей видимости, служанки.
– Это Лаура. – Марион махнула рукой на ту, что стояла справа. – Он будет вашей первой служанкой. А это – Мэри. Она, соответственно, второй.
Первая служанка, вторая… Как все запутано. И если бы я полночи не потратила на чтение «Этикета», то не знала бы, что первая служанка отличается от второй лишь тем, что обязана следовать за мной в различных недолгих путешествиях.
– И вам доброе утро, – кивнула я служанкам. Стоит наладить с ними хорошие взаимоотношения, чтобы в будущем девушки никак не могли помешать моему плану.
Служанки синхронно поклонились. Ляпота. Дома у нас даже приходящей уборщицы не было, а сейчас у меня аж две служанки. Интересно, как отец с матерью справлялись в первое время в другом мире? Наверняка многое для них стало самым настоящим испытанием. Правда, это не является поводом для того, чтобы подвергать меня схожим…
– Они помогут вам собраться, – продолжила Марион.
– Куда? – я навострила уши.
– Через час его сиятельство будет ожидать вас за завтраком, – пояснила Марион.
Ага, значит, Эдвард уже проснулся и вырабатывает новую стратегию по общению со мной. Вот, даже на завтрак решил позвать. Что же, послушаем, что он скажет, мне не жалко времени. Спать только хотелось страшно, но будем надеяться, что у них тут есть какой-нибудь бодрящий напиток типа кофе. На худой конец, зеленого чая…
– Прекрасно, – я расплылась в улыбке, но почти тут же мысленно себя одернула. Представила, насколько коварно она могла выглядеть.
Не стоит привлекать лишнего внимания. Не стоит привлекать лишнего внимания… Это я повторяла себе как мантру, отчетливо понимая, что, если не буду себя держать в ежовых рукавицах, все может выйти из-под контроля. Увы, я относилась к той категории людей, которые сперва говорят, а потом думают, сперва делают, и только потом осознают, к какой заднице их привели собственные действия.
Марион оставила нас со служанками, а сама вышла в коридор. Я выжидательно уставилась на девушек, они не менее выжидательно смотрели на меня. Ждут приказа? То есть за эту ночь, помимо прочего, мне еще и приказывать следовало научиться?
– Наполните, пожалуйста, ванну, – неуверенно начала я.
Будто я и сама не могла с этим справиться. Заглянув вчера в купальню – именно так назвала эту комнату Марион, – я поняла, что не так страшен черт, как его малюют. Огромный белоснежный чан, к которому вел кран с обычными вентилями в количестве четырех штук, – вполне себе современная штука, я бы с легкостью разобралась даже с кранами.
С местным прототипом туалета же разобралась! Он, конечно, оставлял желать лучшего, но за неимением большего я порадовалась, что это хотя бы не ночная ваза. Никогда не относила себя к людям, считающим, что чаша «Генуя» – иными словами, напольный туалет – лучшее изобретение человека, но лучше уж так.
Думать о том, как местные леди посещают дамскую комнату в своих длинных платьях, не хотелось. Наверняка у них есть какая-нибудь хитрая технология.
– Вам пенную, молочную или простую? – тут же поинтересовалась Лаура.
Пенную? Молочную? Простую? Начнем с простого. В буквальном смысле.
– Простую, – ответила я и направилась за девушками в купальню. Хотелось понаблюдать, как они управляются с кранами. Если я верно поняла, один из них отвечает за подачу мыла, второй – за молоко?! – а вот третий и четвертый вполне себе обычные краны.
– Позвольте я пока помогу вам раздеться, – пробормотала Мэри, опуская взгляд.
Раздеться? Это, конечно, очень занимательно, но мне не нужна помощь, чтобы избавиться от старых драных джинсов, футболки и капроновых носков. Интересно даже, насколько их шокирует мой внешний вид… Тут барышни ходят в платьях и исключительно в платьях, не предусмотрено даже удобных костюмов для верховой езды. Иначе зачем было посвящать целый параграф книги тому, как правильно сидеть в женском седле, чтобы не прослыть беспутной девушкой?
– Думаю, тут я справлюсь самостоятельно, – ответила я, испытывая неловкость. А если тут знатные леди без надзора служанок даже высморкаться не могут?
А, к черту. Все равно рано или поздно Лаура и Мэри заметят странности в моем поведении. Думаю, что они по поводу этих странностей уже получили какой-нибудь инструктаж, так что играем душой и наслаждаемся жизнью.
– Тогда мы подготовим наряд. – Лаура вновь присела в реверансе и затем тихонько вышла вместе с Мэри.
Я же осталась один на один с постепенно наполняющейся ванной. По периметру стояли какие-то баночки-скляночки, и я поняла, что совершенно не знаю, что к чему. С другой стороны, какая разница. Мыло – оно и в Африке мыло, даже если шампунь и гель для душа.
Поспешно приняв водные процедуры – я боялась долго засидеться и заснуть, – я обернулась в большую тряпку, играющую, судя по всему, роль полотенца, и вернулась в комнату. Там меня ожидал наряд, который мне предстояло надеть на завтрак. И честное слово, он не внушал доверия.
Нежно-желтая тряпка, по внешнему виду больше похожая на штору, чем на предмет туалета. Верх из жесткой ткани типа парчи, низ расходится тюльпаном. И судя по всему, будет волочиться по полу и подметать не особо чистый пол. А туфли… ух. Они больше походили на орудие пыток, чем на удобную обувь, – про ортопедическую стельку тут наверняка не слышали, но не это было проблемой. Там был каблук! Пусть небольшой, всего в несколько сантиметров, но каблук. Сколько бы ни билась матушка, чтобы приучить меня к ходулям, я наотрез отказывалась носить обувь, из пятки которой торчит какая-то хрень.
Я уже хотела отказаться, но поняла, что альтернативы нет, – не идти же по каменному полу в капроновых носках. Это все равно что босиком. Потому, сцепив волосы другим полотенцем, я позволила девушкам помочь заковать себя в кандалы корсета.
– Послабее, пожалуйста, – прокряхтела я, когда Лаура уж слишком сильно затянула ленты.
Через зеркало, стоящее напротив, увидела, как удивленно переглянулись служанки и какими многозначительными взглядами обменялись. Да в курсе я, что талию принято подчеркивать, но это совсем не повод лишать себя возможности сделать лишний глоток воздуха. Восхищенные взгляды мужчин меня не слишком интересуют, а вот естественные потребности организма – очень даже.
После еще одной пытки – сушки и укладки волос – пришла Марион. Оглядела меня цепким взглядом, будто играла роль феи-крестной в малобюджетном авторском кино, и предложила проводить меня до салатовой столовой. Интересно, салатовая она из-за цвета или потому, что за завтраком ничего съедобнее рукколы мне не доведется пожевать?
В коридоре нас ожидала стража. Та же, что простояла под моими дверями всю ночь. Интересно, а они вообще спят? И если даже по замку меня будет сопровождать стража, насколько это помешает моим планам в будущем?
– Доброе утро, госпожа. – Они поклонились.
– Доброе, – кивнула я.
Мне было непривычно, когда каждый желает доброго утра. Я больше привыкла, что на меня либо вообще не обращают внимания, либо пытаются как-то уколоть – и явно не обращением «госпожа». И, судя по всему, я к этому настолько привыкла, что внутренне напряглась в ожидании удара.
– К полудню придет преподаватель по этикету, – сообщила Марион, идущая чуть впереди и прижимающая к себе стопку желтоватых бумаг. – После обеда занятия по истории, потом по верховой езде.
Какой ужас. У меня, оказывается, еще и распорядок дня будет. И пока я мысленно прикидывала, насколько все эти занятия могут быть полезными и не лучше ли отказаться от них в пользу «домашнего образования», мы дошли до дверей в столовую. Стоило нам приблизиться, как стражник, стоявший у них, тут же распахнул створки.
Длинный стол, за которым может усесться человек десять, стулья по обе стороны, зеленоватые гардины – вот, собственно, и все, что наблюдалось в этой салатовой столовой. Стол, кстати, был уже накрыт. На двух персон. А вот Эдварда не было.
Я прошла внутрь. Марион следом. Бросила на нее вопросительный взгляд, но девушка сделала вид, что не заметила. Прошла к окну и замерла там, как сурикат. Пожав плечами, я уселась на ближайший к выходу стул – чтобы в случае чего можно было оперативно ретироваться.
Видимо, тут тоже действует правило того, что короли – пусть даже регенты – не опаздывают, а остальные приходят слишком рано.
Но не успела я даже потянуться к кружке, в которой уже плескалась жидкость, по цвету напоминающая чай, как в комнату вошли еще двое. Эдвард с каким-то мужчиной.
– Нет, это меня не устраивает, – на ходу говорил регент.
– Я считаю этот вариант наиболее оптимальным для решения поставленной задачи, – голос у незнакомца низкий, спокойный, но все равно внушающий какие-то странные опасения.
Эдвард направился к стулу напротив меня, где было накрыто, незнакомец же остановился подле Марион. Смотрел на меня с не меньшим любопытством, чем я на него. Высокий, светловолосый и, что немаловажно, гладко выбритый мужчина! В целом хорош собой, но не располагающий к излишней симпатии.
– Познакомься, Фэйт. Это Ричард Онил, глава тайной службы безопасности, – устало проговорил Эдвард, раскладывая тканевую салфетку у себя на коленях. – Все присутствующие в этой комнате знают, кто ты и откуда к нам прибыла. На этом круг просвещенных пока стоит ограничить. Им можно доверять.
– Приятно познакомиться, – вежливо произнесла я, мысленно делая пометку, что именно всем присутствующим я буду доверять в самую распоследнюю очередь.
– Вы хотите сказать, что Марион тоже в курсе? – с холодной насмешкой уточнил Ричард.
Ага-а-а! Не все так сладко в дретонском королевстве. Судя по тому, каким взглядом мужчина прошелся по Марион и как недовольно та поджала губы, эти двое друг друга не переваривают совершенно. Это может сыграть мне на руку.
– Ричард, мы уже это обсуждали, – осадил того регент.
Хм, а может, немного переиграть план и попробовать завербовать Марион в свой отряд? Не раскрывать весь план, а просто постараться расположить девушку к себе?
– Марион, Ричард, вы уже завтракали? – как можно более невинно поинтересовалась я.
В ответ мне тишина. То ли я шокировала их своим вопросом, то ли они вспоминали, был ли у них первый прием пищи.
– Марион и Ричард обедают отдельно, – сухо произнес Эдвард.
– Только если люди выше по сословию не предложат им разделить трапезу, – блеснула знаниями, которые почерпнула из «Этикета для скучных девиц». – Я хотела бы предложить.
– Благодарю вас, госпожа Виннер. Но я уже позавтракала, – ответила Марион.
– А я с удовольствием посижу. – Ричард в несколько резких шагов сократил расстояние между окном и столом и уселся подле меня. – Мы не ждали гостей так рано, сейчас приходится больше работать. Увы, даже в ночи.
Последнее было шпилькой явно в мой огород. Зато какой учтивой! Даже не докопаешься.
– Сверхурочные? Понимаю. Надеюсь, вам за них щедро платят, – в том же тоне ответила я.
– Фэйт, – делая глоток из кружки, начал Эдвард. – Марион временно назначается твоей первой помощницей. Она будет тебе помогать с тем графиком, которым тебе предстоит жить в ближайшее время. У нас всего неделя до представления тебя перед высшим светом…
Неделя! Отлично! За это время я столько всего успею придумать, что ты тут же, дорогой Эдвард, вернешь меня на Землю.
– Сегодня с утра мой второй секретарь разослал приглашения во все семьи аристократов Дретона. Разумеется, о причине приема не сообщалось, это будет для них сюрпризом. К этому моменту тебе следует подготовиться к мероприятию.
О, я подготовлюсь! Я ой как подготовлюсь. Только не обещаю, что это хоть кому-то понравится.
Я ни жестом, ни мимикой постаралась не выдать, что что-то замышляю. Тише воды, ниже травы, Фэйт. Для достижения гарантированного эффекта нельзя, чтобы кто-то подозревал хоть что-то. А вот этот Ричард уже явно что-то начал, уж слишком пристальный у него взгляд.
– В каком правовом статусе я буду находиться во дворце до этого момента? – мягко спросила я.
– В статусе моей гостьи, – Эдвард недовольно сощурился. – И потому попрошу тебя больше без театральных представлений, что ты устроила сегодня ночью.
Ох, вот оно как?! Без театральных представлений? Хочешь поиграть во властного босса и послушную подчиненную? Шиш тебе с маслом, а не ролевые игры.
– И это еще хорошо, что в моих покоях была именно Николь, если бы кто-то другой…
– Я начинаю беспокоиться о собственном здоровье, – не выдержала я и перебила Эдварда. – Если комнаты моего будущего супруга напоминают проходной двор с низкой социальной ответственностью, то вопрос будущего потомства отложится на слишком неопределенный срок.
Кажется, мою шпильку поняли не сразу. Я прямо-таки наслаждалась тяжелым мыслительным процессом, буквально написанным на лице Эдварда. Зато я мгновенно поняла, когда до него дошло. И губы сжались, и взгляд стал каким-то излишне… злобным. Вот прямо расхохоталась бы, если бы не строила из себя пай-девочку!
– Фэйт, мне кажется, ты пока смутно понимаешь, как тут все устроено, – произнес он.
– Я понимаю достаточно, – равнодушно пожала плечами.
Пожалуй, я могла себе признаться в том, что Эдвард меня раздражал. По-настоящему. Хотелось привести свой план в исполнение в эту же самую секунду, но, увы, он бы тут же потерял свою цену. Для моего спектакля требуются зрители. Слишком много незаинтересованных зрителей.
– Недостаточно. Ты прибыла ко мне в кабинет в брюках совершенно непотребного вида, почти сразу перешла со мной на «ты» в общении, пытаешься острить за завтраком, хотя я вообще не был обязан тебя приглашать, – начал перечислять он.
– Я не планировала поездку в Дретон в этом месяце, – продолжила я в его же тоне. – Как и не планировала замужество в ближайшие лет пять-десять. А если уж все спланировали за меня, то я, пожалуй, оставлю за собой право вести себя так, как посчитаю нужным. Особенно… как ты сказал? В кругу людей, которым я могу доверять.
– Женщины в нашей стране должны быть более скромны, – продолжил Эдвард, будто и не слыша мой ответ.
– Кому должны? – с любопытством поинтересовалась я.
Нет, я догадывалась, что тут патриархат цветет полным ходом, но чтобы настолько…
– Мужчинам, – тут же ответил Эдвард, и я убедилась в своих худших опасениях.
– Думаю, что после коронации мы будем это менять, дорогой жених, – холодно отчеканила я.
Правильно, пусть для него будет лишним поводом задуматься о том, а не хочет ли он отправить меня на Землю прямо сейчас.
– Это вряд ли. Думаю, что роль королевы-консорта тебе пойдет куда больше. Не знаю, как было в том месте, где ты росла, но в Дретоне принято именно так.
Если бы было принято, у вас бы даже термина «королевы-консорта» не было. Наверное. Но это не точно. М-да, местного аналога Священного Писания, этикета и воспоминаний из рассказов матушки мне явно недостаточно.
– Мне кажется, что ты, Эдвард, что-то напутал. Если мне не изменяет память, то в настоящее время ты исполняешь роль регента при моем отце, короле Аркадене Виннере. Я – его дочь и его прямая наследница, а значит, именно я наследую управление королевством и как раз таки тебе уготована роль короля-консорта.
– Я очень сильно сомневаюсь, что аристократы примут правление от Дурной крови, – выплюнул Эдвард. – Тебя убьют еще до того, как ты примеришь корону и занесешь свою руку над подписанием какого-нибудь совершенно идиотского указа.
Дурная кровь? Хм. А это еще что за зверь? И где про этого зверя можно узнать? Вряд ли этот термин играет для меня положительную роль. Судя по озабоченному лицу Ричарда и нахмурившейся Марион, Эдвард сказал то, что говорить не следовало. Он и сам это понимал, вон, даже раздражение на его лице сошло на нет.
В том, что меня реально могут убить, я отчего-то сомневалась. Это как-то вообще не укладывалось в моей системе координат понимания мира.
– Ты знаешь, что делать, чтобы рядом с тобой не было ни Дурной крови, ни руки, которая захотела подписать какой-то идиотский указ, – совершенно спокойным голосом ответила я, стараясь ничем не выдать свою неосведомленность.
После аккуратно встала со стула – Ричард поднялся в тот же миг, ему не пристало сидеть, если хоть одна дама встала, – оправила подол платья и направилась к выходу.
– Простите, у меня испортился аппетит, – произнесла прежде, чем покинуть салатовую столовую.
Там меня уже поджидали стражники.
– Проводите меня, пожалуйста, до местной библиотеки, – попросила я.
Скорее ожидая реакции, чем действительно полагая, что мне позволят прогуляться по дворцу без дозволения регента.
– Простите, госпожа. Не положено, – тут же отчеканил один из стражников.
– Нам нужно разрешение, – подтвердил второй.
Я заскрипела зубами. Как же бесит! Зачем родители вообще меня сюда пихнули?! В Дретоне и без моего присутствия все идет своим чередом, притом довольно неплохо. Неужели отцу так захотелось вернуть власть, которую он сам же отдал в свои годы? Мне-то какое до этого дело? Я никогда не стремилась ни к власти, ни к ответственности – мне и без них прекрасно жилось.
– Сопроводите госпожу Фэйт в библиотеку, – позади раздался спокойный голос Марион. Значит, без посторонних она обращается ко мне по имени, не по фамилии рода.
– Но…
– Я даю разрешение на ее посещение библиотеки, – тем же спокойным тоном повторила она.
А я разозлилась. Допустим, мой отец и правда лишился власти, в параллель попытавшись выстроить ситуацию таким образом, чтобы эта власть могла вернуться его дочке. Допустим, ни я, ни Эдвард не горим желанием породниться. Допустим, я действительно гостья в этом замке, не имеющая даже права свободно передвигаться!
Но вместе с тем…
Вместе с тем я – единственная прямая наследница династии Виннер. Мои прародители правили Дретоном долгие века и наверняка не спрашивали у помощников разрешения на посещение библиотек. Судя по тому, что рассказывала мать, семья Виннеров всегда довольно жестко держала власть в руках, не чуралась прибегать к довольно жесткой политике. И что, это все для того, чтобы я потом сюда вернулась бесправной серой мышью?!
Да, я не хочу ни власти, ни короны, ни замуж. Но также я не хочу, чтобы со мной обращались как с половой тряпкой! Отправили в другой мир, заставляют меня выходить замуж за совершенно неприятного, а к тому же еще и бородатого мужчину! И все без моего на то согласия.
Дурная кровь? Ох, я еще покажу вам, что такое Дурная кровь.
И матери я тоже напишу. Выскажу все, что думаю по поводу своих нежеланных каникул.
– Что это? – я мазнул взглядом по принесенному Марион конверту.
– Письмо Фэйт для матери, – в привычной суховатой манере произнесла первая помощница. – Она попросила отправить.
– И что там? – лениво поинтересовался я.
За последние несколько дней мы с моей будущей невестой ни разу не пересекались. Марион докладывала, что та пропадает в библиотеке и особо не отсвечивает. Это меня, пожалуй, даже обрадовало. Если она продолжит вести себя тише воды, ниже травы, то меня это более чем устраивает. Интересно только, что она читает в библиотеке – неужели нашла полку с женскими романами? О выборе ее литературы мне не докладывали.
– Я не имею привычки читать чужие письма, – Марион улыбнулась уголками губ.
– Эти сказки расскажи кому-нибудь другому, – вернул улыбку. – Так что там? Вкратце.
– Я думаю, вам лучше ознакомиться самому. – Марион повела плечами и направилась к выходу из кабинета.
Я последовал совету, развернул конверт и наткнулся на совершенно незнакомые закорючки. Незначительные махинации с магией земли, и над письмом возник перевод на дретонском.
«Дорогая матушка!
Первое, что я бы хотела сделать, так это выразить крайнюю степень возмущения сложившейся ситуацией. Но после я поняла, что это совершенно бессмысленно. Вы растили меня столько лет как скот, который должен сыграть роль в какой-то вашей игре.
Я не выбирала эту жизнь, а потому играть по вашим правилам я не собираюсь. Беречь честь рода Виннеров и подавно. Я не спрашиваю вашего совета, я просто ставлю в известность.
И дело даже не в том, что вы, по сути, не готовили меня к такой жизни, а в том, что вы даже не посоветовались моим мнением перед тем, как сюда отправить. Вы не рассказали, почему вы бежали из Дретона, не поведали, что такое Дурная кровь. Да и этикет, который матушка мне преподавала в детстве, безбожно устарел.
Я понятия не имею, кто я, какими правами обладаю и что за человека вы мне навязали в мужья. И, если честно, совершенно не горю желанием узнавать. Увольте.
Мне дорогого стоит, чтобы писать это письмо сдержанно и безэмоционально. Не хочу напоследок выслушивать, что приличным леди не стоит изъясняться как сапожник. Считайте, берегу ваши нервы напоследок.
Можете вообще не отвечать на письмо. Мне не нужны ни ваши с отцом советы, ни ваша помощь в будущем. Достаточно и той, что вы уже оказали.
П.С. И кстати, передаю привет Эдварду_дретонская_заноза_в_заднице, ведь он обязательно будет читать мое письмо перед отправкой. Если, конечно, знает русский язык, что очень вряд ли.
Фэйт».
Интересно. Значит, девчонка и правда не хотела возвращаться в Дретон? Но почему? Пусть до коронации она действительно будет находиться в опасности, но после заимеет власть. Платья от лучших ательеров, личные фрейлины, организация балов – что этим женщинам еще для счастья надо? Да ни одна знакомая мне леди не откажется от такой роскоши. Разве что Марион, но она вообще другое дело.
За эти несколько дней я уже даже смирился со своей участью жениться на Дурной крови. Пожалуй, это даже не самый худший вариант для королевства. Такой брак поможет подавить все еще тлеющие восстания и объединить дальние земли, отцепившиеся от нас при перевороте, когда у Дретона не было ни сил, ни армии, чтобы этого не допустить.
Правда, у этой медали была и другая сторона. Я опасался, что наш с отродьем Виннеров брак может вызвать недовольства у тех, кто уже принял меня как полноправного монарха. Надеялся на то, что, увидев, как тиха Фэйт, если ее не провоцировать, они сразу осознают, что она даже не приблизится к реальной власти. Главное – не провоцировать. Уж если подружиться не удалось…
Как с ней вообще можно подружиться?! Смотрит волком, в глазах аж огонь пылает. Зато когда меня нет рядом, судя по докладам Марион и стражников, довольно тиха и спокойна. Может, подарить ей что-то? Какую-нибудь брошь или другую цацку?
Всего через несколько дней планируется бал в честь ее возвращения, подарок авансом за хорошее поведение не помешает. Преподаватели по этикету, танцам и прочим женским искусствам отмечают ее успехи – это можно было бы как-то поощрить.
Решил не откладывать в долгий ящик, потому сразу направился в сокровищницу. Выбрав колье из бриллиантов – довольно простенькое, но изысканное, – пошел к покоям Фэйт.
Стучать не стал – что бы она там ни думала, это все же теперь мой замок – и тут же стал свидетелем того, как девушка лежит поверх покрывала на постели, читает какую-то книгу и беззаботно болтает ногами. Ногами, облаченными в эти идиотские узкие штаны, которые не надела бы ни одна леди Дретона.
Она подняла на меня взгляд, даже сморгнула пару раз, будто не уверенная в том, что видит. И следом выдала:
– Кажется, для исполнения супружеских обязанностей рановато.
– Я пришел сюда не ради этого, – сообщил я, протягивая перед собой коробку с колье. – Хотелось подарить тебе украшение к балу. И поговорить.
– Поговорить? – переспросила она. По колье она просто скользнула взглядом.
Не пришла в восторг. Не повисла у меня на шее. Не засыпала словами благодарности. Просто. Скользнула. Взглядом. Я почувствовал себя дураком, и это меня, мягко говоря, не устраивало.
– О чем это? – тишина затянулась, и Фэйт вновь задала вопрос.
– До бала осталась пара дней, – начал я. – Хотел поинтересоваться, как проходит твоя подготовка.
– Будто тебе не докладывают, – она пожала плечами. – Все прекрасно.
Не самая лучшая попытка наладить отношения с невестой, бесспорно. И еще несколько минут назад я был полностью уверен в том, что с задачей справится принесенный подарок. Я присмотрелся к девушке пристальнее. Все пытался найти на ней отпечаток нашего мира. Но нет, у нее буквально на лице было написано, что она чужестранка. Хотя типичные для Виннеров черты сохранились – светлые пшеничные волосы, совсем как у ее матери, тяжелый взгляд от отца и недовольно поджатые губы от бабушки. Остальное же… Вот вроде стройная девушка, но в то же время на руках можно заметить совершенно нетипичные для дретонских девушек мышцы, кожа будто загорелая, что вообще подходит лишь простолюдинкам.
Даже интересно, как примет Фэйт высший свет.
– Это все, о чем ты хотел поговорить? – Девушка приподняла брови.
Она что, таким нелюбезным образом выпроваживает меня?!
– Или, может, темой нашей беседы будет наш с тобой брачный контракт? – с любопытством поинтересовалась она. – Раз тут нет моего отца, то я имею полное право зваться главой рода.
– Наш брачный контракт уже составлен, – процедил я. Мне не нравилась тема, которую она затронула.
– Он был составлен, когда мне было два года, – девушка развернула ко мне книгу, которая была у нее в руках. Брачное право?! Серьезно? – Сейчас мне восемнадцать. Срок давности истек шесть лет назад, а поскольку мой отец не может своим присутствием продлить сроки…
– Договор заключался на текущее время, – сухо заметил я, оставляя коробку с колье на высокой тумбе.
– Да, шестнадцать лет назад. И если бы мой отец был мертв, то он бы действовал по сей день. Но он жив. И вот незадачка, живет в другом мире, а потому лично засвидетельствовать продление не может.
– Этот договор заключался в то время, когда действовали другие законы.
– Но сейчас-то законы вот эти. – Она помахала в воздухе талмудом. – А следовательно…
– Девушки не могут контролировать составление брачного контракта, – с каждым произнесенным словом я злился все больше. Понимал, что не должен. Но… Но ничего не мог с собой поделать.
– Может, в Дретоне остался кто-то из Виннеров? – поинтересовалась она елейным голосом. И потом уже более жестко и четко выдала: – Ах да, как я могла забыть! Весь мой род уничтожили повстанцы шестнадцать лет назад. Кого-то забили камнями, кого-то лояльно прирезали, кого-то траванули. И только мы с матерью и отцом умудрились сбежать в другой мир. Не подскажешь, как это произошло?
– Как произошло что? – выплюнул я. – Как Виннеры перестали существовать? Или как ты с твоими родителями оказалась в другом мире?
– А можешь обо всем и по порядку, – мне дорогого стоило сказать это спокойно, хотя все внутри меня будто кипело от возмущения.
Я почти сразу поняла, что он приперся в мои покои лишь для того, чтобы умаслить. Еще и какую-то висюльку притащил с булыжниками, больше походящими на елочные игрушки. Он что, всерьез решил, что это поможет?! Еще и наверняка взял это украшение из сокровищницы Виннеров.
– Могу. Но не уверен, что в этом будет хоть какой-то толк, – процедил он. – И не уверен, что эта информация будет для тебя полезной.
Ах так? Не уверен он, как же. Что же, вернемся тогда к теме, с которой все начиналось.
– Ну, раз эта информация, по твоему мнению, не представляет для меня интереса, тогда вернемся к обсуждению брачного договора.
– И что же ты там хочешь изменить, скажи на милость.
– Я понятия не имею. Я его в глаза не видела, – ответила я.
– Тогда почему ты так уверена, что хочешь там что-то изменить?
– Вряд ли там есть пункты, которые меня бы утешили.
– Это какие?
– Во-первых, при доказанном факте супружеской измены ты отправляешь меня на Землю, – начала перечислять я. – Во-вторых, у меня будет возможность свободно распоряжаться всем имуществом, принадлежащим мне по праву. В-третьих…
– Так, остановись. – Эдвард даже руку приподнял, чтобы прекратить мой словесный поток требований. Судя по выражению лица мужчины, его мозг сломался еще на первом пункте. И это я еще к самому горячему не подобралась!
– Я, будучи невестой, имею полное право требовать пересмотра брачного договора, – прошипела я, вставая прямо на кровати. Мне не нравилось, когда Эдвард смотрел на меня сверху вниз, потому я решила вопрос кардинально и теперь ему приходилось задирать голову, чтобы со мной разговаривать.
Как это выглядело со стороны, рассуждать не берусь.
– Имеешь, – кивнул он. – Но также это право может оспариваться монархом королевства. В том числе регентом!
– Вот, значит, как ты знаешь законы Дретона? – не удержалась от ехидного.
Подняла книгу, послюнявила палец и перелистнула на нужную страницу.
– На! Читай и наслаждайся! – в каждом моем слове чувствовался яд, и я прекрасно понимала, что мне бы немного присмиреть. Но вот никак не получалось. – Читай, читай! А если ты и этого не можешь, то я озвучу. Поправка к двести пятьдесят второй статье! Если глава рода, к которому относится невеста действующего монарха, требует заключения брачного контракта на своих условиях, то регент должен рассмотреть заявку. В случае его отказа решение принимается Тайным советом. Ты отказываешься? Тогда организуй мне, пожалуйста, встречу с Тайным советом. Может, хоть у них мозги на месте находятся.
– Ты серьезно?! – злость Эдварда переросла в настоящее удивление. – Ты правда считаешь, что Тайный совет одобрит твое прошение?
– А что, это у вас на словах парламентская монархия, а на деле х… совершенно абсолютная? – фыркнула я. – Если уж изменил форму правления, то будь добр, докажи ее жизнеспособность.
– Какая монархия? – опешил Эдвард.
– Как с тобой сложно, – не удержалась я. – Ну ничего. Я тебе еще и про демократию расскажу. И про феминизм, и про свободу слова… И про кофеварку. Совершенно отвратительно, что у вас тут даже нормального кофе нет!
Ух, чую, я вообще все смешала. Кони-люди-кофе-форму власти. Пора давать заднюю, иначе Дретон рискует остаться с монархом, у которого извилины в узел завязались. А это в мои планы не входит. Я же сбежать отсюда хочу, а не бремя власти на себя примерять.
Кажется, Эдвард тоже пришел к мысли о том, что проще со мной согласиться, чем выслушивать про демократию, а потому произнес:
– После бала я отправлю к тебе правоведа, который поможет составить тебе прошение в Тайный совет.
После бала, значит? Это несколько не входит в мои планы, об этом стоит подумать. Но вот требовать правоведа в эту же секунду тоже, вероятно, не лучший выбор. Ван Стоун только пошел мне навстречу, и самое время вновь стать милой девочкой-заечкой. Уж не знаю, почему именно этот мужчина действует на меня как красная тряпка на быка. Ах нет, знаю! Он не хочет отправить меня домой, совершенно не слышит и не придает никакого значения тому, что я точно не планирую за него замуж.
– Благодарю, – смиренно произнесла я, приземляясь на кровать.
– Фэйт, также прошу тебя услышать меня. По дворцу в подобном виде расхаживать не стоит. У наших девушек не принято открывать ноги, – добавил он. Видимо, воспользовался тем, что я присмирела после его неоднозначной победы.
Я осмотрела свои ноги. Вполне симпатичные, на мой взгляд. Да и по дворцу я все же хожу в принятых тут идиотских платьях, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. И именно поэтому его тон да и сама просьба меня вновь раздраконили. Но в этот раз я сумела сдержать негатив и вежливо проигнорировать просьбу.
Этот день настал! На сегодня я возлагала большие надежды.
С утра служанки принесли мне карточку-приглашение (у меня были смутные подозрения, что я была последней, кто увидел это приглашение), на котором золотым по красному было написано что-то вроде «Бал по случаю возвращения Фэйт Нарналии Виннер», бла-бла-бла… Мне, конечно же, было интересно, как знать отнеслась к этой новости, но еще любопытнее, как они отнесутся к моим выкрутасам.
– Госпожа, вы уже встали? – В мои покои вошли служанки.
Лаура и Мэри. С этими двумя мы придерживались холодного нейтралитета. Я не спешила расспрашивать у них о жизни в замке, они не докучали другими вопросами. Однако я все еще ловила на себе любопытные взгляды. Буквально кожей чувствовала, что у них ко мне и моему образу жизни большие вопросы.
– Доброе утро, – поздоровалась я, сползая с кровати и мысленно потирая руки.
Лаура буквально в охапку несла огромный чехол, в котором, судя по всему, держалось платье, которое мне предстоит надеть на сегодняшний вечер. Мэри рассказывала, что платье для меня создавал ведущий ательер королевства. Фантазия тогда почти мгновенно нарисовала мне Юдашкина местного разлива – даже интересно, как он отнесется к тому, что это платье я немного… кхм… усовершенствую. Раз уж Эдварда так цепляют мои ноги, то следует показать товар лицом.
– Как вам спалось? – без особого интереса поинтересовалась Мэри, заправляя кровать.
О да, она бы еще погоду предложила обсудить.
– Прекрасно, – ответила я.
– Мисс Брукс заглянет, когда вы будете готовы, – добавила Лаура, раскладывая чехол с платьем поверх одеяла и развязывая тесемки. Я с любопытством наблюдала за этим всем. А потому не сразу поняла, что приход Марион несколько ломает часть моего плана.
– Его величество, – я мысленно поморщилась, – придет сюда, чтобы сопроводить меня на бал?
