– Вот где-то пару месяцев назад, когда я ее впервые застукала в квартире, она сказала, что Петя сам попросил, а ей стыдно было отказать. Тем более парадная с историей, ей интересно было посмотреть. Она сказала, что приехала издалека и сегодня все равно уезжает. И что ты думаешь? Уже в следующие выходные я ее снова застаю в квартире! На почте не было очереди, а к сестре я не пошла, нога заболела у меня. Вот и вернулась через пятнадцать минут, а сыну сказала, что надолго. Так она тут как тут! И как успела?
Мне только и оставалось, что моргать от изумления. Я не понимаю, что происходит. Кто из них врет? Алексей сказал, что Светка собиралась ехать и заниматься расследованием вместе с ним. Мне она сказала, что сняла квартиру в этой парадной с каким-то мужчиной. Она его не называла, и я решила, что это Алекс. Оказалось, что нет. И теперь эта женщина утверждает, что Светка любым путем пыталась проникнуть к ним в квартиру и постоянно крутилась возле ее сына. Но вот только этот парень совершенно не годится на роль «героя-любовника». То, как она о нем говорила… Даже не знаю. Может, я снова придумала себе историю, но казалось, что он или сильно ей нравится, или имеет над ней какую-то власть.
– А что Петр говорит?
– О ней? Ой, – она отмахнулась, – что он может сказать?
Ну хоть что-то же он говорит… Жаль, что она отвечает так немногословно, когда это касается ее сына, зато знакомую мою готова с утра до ночи поливать грязью. В каком виде она их застает? Неужели в постели? Она могла наврать мне, говоря, что Петя не знает, что это такое. Если у него здоровый организм, то отсталость в развитии не помеха. Отсюда ее ненависть к незнакомой девушке? Или она все-таки застает их за общением? Но если второе, то по обрывкам фраз можно установить, зачем она приходила, с кем она еще общалась и так далее.
Подумав, я все же задала этот вопрос, аргументировав его точно так же, как и в своих мыслях (за исключением, конечно, моих подозрений в ее неискренности).
– Разговаривал в основном он. Что меня и удивляет: Петечка не очень болтливый. А она будто ходила по квартире и вынюхивала. Но что тут вынюхивать? Думала, если живем в историческом центре в знаменитой парадной, значит, богатые? У нас нет ни шиша!
То, что у вас «нет ни шиша» хитроумная Светка поняла бы сразу. Это не объясняет, почему она продолжала ходить сюда. Понятно, что у матери на уме только два потенциальных греха – соблазнение ее невинного сынули и ограбление. Но я уверена, что настоящие мотивы кроятся не в этом.
– А он-то о чем говорил? Попробуйте вспомнить, вдруг это важно? Он, к примеру, назвал какое-то интересное место Санкт-Петербурга, и она туда направилась. А там ее, может, еще кто-то видел. Вот так и восстановлю ее маршрут. Сами знаете, что полицейские этим сейчас не займутся, а время уходит.
Она действительно задумалась, вспоминая. Спасибо, не перевелись еще сердобольные в наш суровый, циничный век. А может, ей просто было скучно.
– В последний раз, помню, говорил о ком-то, – кивнула она. – Слышала «он» да «он». И будто с ревностью звучало. Или со злостью. Хотя, повторюсь, мальчик добрый. А кто этот «он», я не спрашивала. Не до этого. Мне лишь бы ее выпроводить.
Ну, здесь понятно. Мужчина угрозы, по ее мнению, не представляет для сына. Итак, кто – он? Алексей? Или кто-то еще? Допустим, тот, с кем она на самом деле сюда приехала (и пару месяцев назад, возможно, с ним же приезжала). Или когда она со мной говорила, она все же имела в виду Петра? Ведь он живет в этом подъезде, хоть и не снимает, как я думаю. Но Света могла и не знать таких тонкостей.
Итак, у нас минимум двое мужчин в истории, максимум трое. Надо бы найти этого третьего, если он есть.
– А вы всех жильцов знаете?
– Конечно!
И тут я вспомнила, что она мне это уже говорила в нашу первую встречу.
– Можете припомнить мужчин? Желательно одиноких.
– Ну не стал бы Петенька о них говорить. Хотя… Он сдружился с двумя вахтерами, которые тут экскурсии проводят. Ну как сдружился… Пару раз выходил их рассказы послушать про Ротонду. Задавал какие-то вопросы. Сперва через меня, потом привык к ним и вроде сам уже подходил.
М-да, это хорошо, но они-то здесь не живут. Или живут? На всякий случай я уточнила этот момент.
– Нет, не живут.
– А все-таки кто живет из мужчин?
– Из именно одиноких Василий. Он же старший по дому. И он занимался облагораживанием несколько лет назад. За то, что все непотребства стерли со стен, домофон поставили и экскурсии проводят – это ему спасибо. – Взгляд женщины, как только она заговорила о незнакомом мне Василии, сразу потеплел. Я постеснялась спросить, а она не говорила, есть ли в их с Петей семье мужчина. В случайно оброненной ею реплике значился только муж, вернее его отсутствие.
Я оглядела еще раз кухню. На плите чайник и маленькая кастрюля. В раковине две тарелки и две ложки. Наверно, нет. Был бы – суп варился бы в кастрюльке побольше. Да и тарелок было бы три.
– И всё, больше никого? Что он за человек? Хороший?
– Нет, – одновременно с моими двумя последними вопросами произнесла она. – Ах, да, – тут же улыбнулась она. Лишь бы я не подумала, что «нет» относилось не к первому вопросу. – Он положительный во всех отношениях! Не пьет, не курит.
– Вы сказали «нет»? – вернула я ее к главной теме. Про плохую Свету и хорошего Василия мне слушать надоело. – То есть имеются тут еще одинокие, правильно я вас поняла?
– Да, есть еще новый жилец. Ну такой тоже, – сморщилась она. – Прощелыга какой-то. Лучше бы твоя подруженька с ним связалась, два сапога пара.
– Вы их видели вместе? – обрадовалась я.
– Нет, я имею в виду, характер сразу видно. Лучше бы она с ним, а не… Ой, ну он позже въехал. Месяц где-то назад. – Предваряя мой вопрос, быстро сказала: – Как зовут, не помню. Имя какое-то редкое.
– Ясно. А какая квартира его?
Она опять долго на меня смотрела. Наверно, она из тех людей, кто считает, что видит людей насквозь. Достаточно пристально всмотреться в чье-нибудь лицо – и вуаля, все мысли как на ладони. Я выдержала взгляд. Тогда она молча показала глазами на раковину. Ну да, там стена. Стена, видимо, общая с заинтересовавшей меня квартирой.
– А Василий живет на другой лестнице. Это когда входишь в парадную, в Ротонду сворачиваешь налево, а туда – направо. У нас одна квартира на втором и три на третьем, а там две на втором и одна на третьем.
– Как у вас все сложно, – нахмурилась я. В Ротонде четыре квартиры, но всего в парадной, выходит, семь. Она не среагировала. – Ладно, я пойду, – поднялась я. Хотела из вредности добавить «спасибо за чай», но не стала нарываться. Кто знает. Может, я не последний раз тут в гостях. – А можно мне переговорить с вашим сыном? Я быстро, – тут же добавила я, обуваясь, но Людмила Григорьевна хмуро покачала головой.
– Мальчику приходится несладко, – пояснила она. – Ходят тут… А он потом скучает и мучается. – Она отвернулась и стала смотреть в стену. Понятно. Светка все же влюбила в себя юродивого. Зачем ей это?
– А можно водички попить? – для правдоподобности я потерла шею, мол, в горле такая сухость, сейчас задохнусь, право.
Людмила Григорьевна бросила взгляд на мои обутые ноги и молча вернулась на кухню.
Итак, на меня смотрели две двери. Времени секунд десять-двадцать. Я вспомнила слова «ходила… вынюхивала» и строчки из письма «спрятала за шкафом». Могло это произойти в этой квартире?
Я робко постучалась в первую дверь. Кто-то замычал по ту сторону. Видимо, это Петечка.
Я приоткрыла дверь.
– Можно? – шепнула я, глядя ему в лицо открытым и добрым взором. Петр смотрел на меня точно так же и кивнул. Я крикнула в сторону кухни: – А можно еще таблетку аспирина, пожалуйста?
И, не дожидаясь ответа, вошла в небольшое неубранное помещение. У полированного письменного стола отсутствует один ящик, предметы раскиданы тут и там, все вперемешку: и мятая одежда, и книги, и какие-то мелкие игрушки. То ли просто сувениры, то ли психологический возраст Пети был еще меньше, чем я думала. Красная машинка-кабриолет покоилась на кровати. Кто же тут сувениры хранит? Это же не полка. В общем, ужас, как я могла подумать, что у Светки с ним роман?
Ага, а вот и шкаф возле окна.
– Петя, ты часто в магазин ходишь? – полюбопытствовала я, большими шагами проходя комнату по диагонали в направлении окна.
– Через день. В полдень.
Петр смотрел на меня с большим удовольствием, но как только наши глаза встретились, он опустил голову и уставился на старенький узорчатый ковер.
Я мгновенным движением сунула руку за шкаф. Начала ощупывать пространство. Да, прямо на глазах у Петра. Хотя он смотрел вниз и не могу утверждать, заметил ли мои телодвижения.
Пусто.
Я разогнула спину и вздохнула. Опять мимо. Где Светка спрятала свои записи?
Я уже не слышала звона посуды и вообще никакого шума с кухни и поняла, что пора возвращаться в прихожую. И успела бы, если бы не…
Письменный стол тоже стоял возле окна. На нем разбросаны рисунки. Ну зачем я посмотрела? Это всё дурацкие голливудские фильмы про странных детишек, которые рисуют что-то страшное, а главный герой, как водится, детектив с высоким IQ, по изображением что-то понимает и даже вычисляет убийцу. Так вот, заметив рисунки, я тут же начала их изучать, и верхний привлек мое внимание. Из-за него я потеряла драгоценные секунды, уничтожив в итоге все результаты работы по налаживаю доверительных отношений с «источником информации». Не выйдет из меня никогда журналиста…
Итак, рисунок. Использовался исключительно черный карандаш. Дьявол с рогами, условный, но не менее от этого устрашающий. Рисунок и так производил впечатление и вселял в душу необъяснимую тревогу, но надпись меня добила окончательно. Неровными крупными печатными буквами внизу было выведено DIABLE.
– Что ты тут забыла?! – неприятный визг острым лезвием вошел в мои уши и даже мое сердце. – Ты такая же, как и она! Уходи!
Я еле успела схватить плащ, прежде чем была выдворена из квартиры.
* * *
Дома я первым делом отправилась в странную комнату. Все было так, как я оставляла перед уходом. Дверь в квартиру на этот раз была заперта. Кто же приходил вчера? Жаль, что я забыла спросить Алексея о номере хозяина. Он вроде собирался посмотреть в квартире какой-то листочек…
Налив себе кофе, я вернулась зачем-то в эту детскую, села в кресло, на котором спал Алексей, и начала планировать дальнейшие действия.
Когда меня выперли из тридцать четвертой квартиры, был уже полдень. Ну, может, без нескольких минут. И Петя никуда не собирался. Значит, в магазин пойдет завтра. Тем более, когда он отвечал на мой вопрос, он сказал только «через день» и не добавил что-нибудь вроде «сейчас как раз иду». В то же время это не аргумент: Петя не из тех, кто общается стандартными репликами. Но сегодня я все равно уже не успею, если он отправился в ближайший магазин за хлебом, то уже благополучно вернулся. Попробую выловить его завтра и побеседовать. А сегодня нужно снова попасть на экскурсию и проверить остальные двери. Есть квартира на втором этаже с входом прямо с винтовой лестницы, как я уже говорила, и есть три двери на третьем этаже. Алексей, по его словам, проверил первую слева. Людмила Григорьевна с сыном жили в той, что посередине. Остается еще таинственная правая. Новый сосед, если я правильно поняла планировку, живет как раз за той дверью, что была проверена. Кухня у них слева от входа и кивала она головой именно на ту стену. Значит, новый жилец с редким именем ни при чем. Но второй одинокий мужик живет на другой лестнице. С другой стороны, жильцы той, второй, лестницы тоже имеют выход в Ротонду – через коридор, и теоретически Светка могла иметь в виду какую-то из этих квартир тоже, говоря: «Мы арендуем в Ротонде».
Завершив мыслительный процесс, я поднялась с кресла и то ли из вредности, то ли по каким-то другим, неясным даже для меня мотивам повторно сняла картину с гвоздя и опять определила ее на подоконник.
Чтобы чем-то себя занять, я приготовила обед и ужин на двоих человек (если Алексей приедет, останется только разогреть), а ближе к шести не спеша собралась и отправилась на Гороховую.
Вахтер, он же гид, сегодня оказался другой. И слава богу, а то могла примелькаться и вызвать подозрения. Ключ я определила в карман плаща, чтобы быстрее в случае необходимости до него добраться.
Вахтер оказался более эмоциональный и словоохотливый, чем прошлый, но мне это было на руку, он перетягивал на себя внимание группы. Когда он стал рассказывать про акустические эффекты и все подошли ближе к столбам, я замерла возле двери второго этажа и, наоборот, сделала шаг назад. Глядя на всех, я достала ключ и, не поворачиваясь, попыталась на ощупь вставить ключ в замочную скважину. Получилось далеко не сразу даже нащупать замок, стоя к двери спиной. Со стороны казалось, что я просто немного устала и прижалась к двери как к опорной точке. Вскоре я убедилась, что ключ не подходит ни к одному замку – а их было два. Хоть не три, и то слава богу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
