Страница 3 из 3
Мурад
Решительным шагом направившись в ее комнату, я попросил маму отнести в кухню пустую кружку и налить мне еще этого чертового отвара, который странным образом мне помог и поднял на ноги. Наверное, он был тонизирующий, потому что у меня прибавилось энергии. А может, меня подстегивала решимость разобраться с прохиндейкой, которая пробралась в мой дом и действовала грязно: через мою мать и через моего сына.
Резко распахнув дверь, я обнаружил Алию, которая стояла над ребенком и играла с ним, корча рожицы и закрывая глаза. Она накрывала их, а потом отнимала руки от лица, издавая смешные звуки, и ребенок реагировал, смеялся и дергал ручками и ножками. Меня тут же прошибла волна ревности, а также ощущение полной неправильности происходящего. Совершенно чужая женщина играла с моим сыном, а он позволял ей, смотря на нее как на восьмое чудо света.
Не знаю, какой магией она обладала, но начал подозревать в ней ведьмовские способности. Настоящая ведьма, с которой нужно разобраться.
Когда я подошел к ней, она резко вздрогнула.
– Ой, простите, я вас не заметила.
Молча, игнорируя Алию, я наклонился к ребенку и собрался подхватить его на руки, но не тут-то было. Он не захотел идти ко мне, как будто бы я был каким-то разбойником, желающим его похитить, а не собственным отцом!
Вот тут-то меня и понесло.
– Я не знаю, как вы это делаете, но прекратите! – потребовал я у Алии, грозно смотря, как она испуганно сжалась. Правильно, пусть боится, а то уже почувствовала себя хозяйкой положения, наверняка рассчитывая, что скоро для нее зазвонят свадебные колокола.
Вот еще, не буду я жениться, пусть хоть всей семьей начнут меня уговаривать, а эта расчетливая и коварная женщина пытается приручить меня через моего же ребенка!
– Что делаю? Вы узнали про отвар? – спросила она дрожащим голосом.
– Какой еще отвар? – нахмурился я, не понимая, о чем она мне толкует.
– Ой, – опять пискнула она, чем меня невероятно взбесила.
Что за детское поведение? Она же вроде бы взрослая женщина.
– Я говорю про ребенка, – вернул я разговор в то русло, с которого она хотела постоянно сойти, усиливая мою подозрительность. – Как вы это делаете, что мой собственный сын не идет ко мне на руки?
– Я ничего не делала, – пролепетала она и взяла малыша на руки, потому что он хныкал. – Я просто о нем забочусь.
– Просто о нем заботитесь, – передразнил я ее. – Что бы вы там себе ни придумали, оставьте эти мысли. У вас ничего не получится.
– На что вы намекаете? – нахмурила она брови, бледнея.
Наверняка от страха. Ага, значит, я правильно мыслю. Иначе чего она так испугалась?
Аля
Я совершенно не понимала, на что намекал мне начальник. Вид у него был настолько злой, что я просто опешила, не имея понятия, чем вызвала такую бурную реакцию.
– Я прекрасно знаю, что вы задумали! Спелись с моей тетей, чтобы стать тут хозяйкой? Не выйдет, дорогая моя! Я жениться не намерен!
– Хозяйкой? А при чем тут ваша женитьба? – недоумевала я, продолжая качать на руках беспокойного Пухляша.
– Хватит строить из себя святую простоту! – рявкнул он, пугая ребенка и заставляя громко заплакать. – Черт! Богатырь, ну ты чего? Идем к папе… – протянул он снова руки, но малыш отвернулся от него, пряча лицо в изгибе моей шеи и плотнее прижимаясь ко мне всем тельцем.
– Послушайте, не знаю, в чем ваша проблема, но я просто хотела помочь. Ваша мать попросила меня о помощи, и я не смогла ей отказать. Что бы вы ни думали, у меня и в мыслях не было что-то замышлять… Тсс… – погладила я по спинке беспокойно всхлипывающего ребенка.
– Конечно не было! И ребенка моего вы приворожили просто так!
– Бог с вами, какой приворот?! – ахнула я, не понимая, какой демон вселился в начальника, раз он позволяет себе такие слова и резкость. Я, естественно, не ждала слов благодарности, но и подобных обвинений не ожидала!
– Вам лучше знать какой! – продолжал этот брюзга. – Только вот ничего у вас, милочка, не выйдет!
– Мурад! – влетела с новой порцией отвара в комнату его мама. – Ты что говоришь?!
– Что надо, я уже сказал! – отрезал ворчун, разворачиваясь и выходя из комнаты, напоследок бросая обиженный взгляд на Пухляша. Мне даже показалось, как он пробормотал ему: «Предатель».
– Господи, Алия, ради бога, не бери в голову его слова! Мой сын просто ужасен, когда болеет! – вылетая вслед за ним, попросила меня тетя.
– Вот так дела, Пухляш, – вздохнула я, садясь вместе с ним в кресло. – Твой папка, походу, от ревности перестает соображать.
– Я-я-яй! – забыв про недавние капризы, довольно воскликнул малыш, улыбаясь мне своим беззубым ртом.
– Ах ты, сердцеед! – хихикнула я. – Как же я буду залечивать свое сердце, когда с тобой расстанусь, а, малыш? – прошептала я ему в макушку, прижимаясь к ней поцелуем и вздыхая сладкий детский аромат.
Глядя на Пухляша, я в очередной раз поняла, чего лишилась, и мне так взгрустнулось, что предательские слезы тут же навернулись на глаза. Судьба словно насмехалась надо мной, подарив мне эти дни с ребенком, которого у меня никогда не будет.
***
– Вот хулиган! – вытерла я Пухляшу ротик, на который попала смесь. Малыш больше игрался, чем ел, почему я и сделала вывод, что он уже наелся.
– Й-и-и-йя! – разулыбался Султанчик, когда я взяла его с кровати, давая срыгнуть. Сегодня был мой последний день в этом доме, и я как могла пыталась насытиться временем с Пухляшом. Сердце просто разрывалось от мысли, что я больше не смогу проводить с ним время. Начальник вряд ли снова подпустит меня к нему.
– Эх, жаль, нельзя забрать тебя с собой, – вздохнула я, прижимая к себе так вкусно пахнущее теплое тельце.
– Дочка? – постучав, вошла в комнату тетя. – Мы с Маликой едем в гости к моей сестре, ее сын приехал из Москвы, и мы решили собраться по этому поводу. Взяли бы тебя с собой, но Султанчик только выздоровел…
– Что вы, тетя, мне совершенно нечего там делать! Я чувствую себя ужасно неловко в обществе новых людей, – попыталась я успокоить ее совесть, видя, какой виноватой она себя чувствует из-за того, что бросает меня дома.
– Хади, если что, дома, у нее опять разыгралась мигрень, и она прилегла, приняв свое лекарство. Мурад у себя, так что никто тебя не побеспокоит. Поужинай и ложись спать, – по-доброму улыбнулась мне пожилая женщина, прежде чем выйти из комнаты.
– Ну что, Пухляш, мы с тобой остались вдвоем? Устроим прощальное свидание?
Я всё время разговаривала с малышом, и казалось, он понимает каждое слово, Султанчик с улыбкой смотрел на мой рот, как будто чего-то ждал, и я с радостью давала ему общение и дарила всё свое внимание. Старалась не думать о том, что скоро приеду домой и всё это останется в прошлом.
Хотела насладиться здесь и сейчас, но хозяин дома всё испортил, когда неожиданно спустился вниз и посмотрел в мою сторону с явно недовольным видом. Меня захлестнула обида, я ведь этого не заслужила и не собиралась слушать его оскорбительные слова, даже как-то подобралась вся и приготовилась защищаться.
Но на этот раз он просто прошел мимо меня с намерением посмотреть, что есть в холодильнике.
– Ужин на плите, – осмелилась я сказать, указывая ему на очевидные вещи. Мужчины. Мой муж был точно таким же, совершенно растерянным на кухне, считая ее женским царством и не притрагиваясь к готовке.
Вспомнилось вдруг, как я с удовольствием готовила для него вкусные блюда, хотела порадовать. Ничего этого он не ценил и принимал как должное. Задумавшись, я пропустила вопрос, который задал мне Мурад Бисланович.
– Извините, я не расслышала, – сказала я вроде бы миролюбиво, на что он отреагировал привычной грубостью.
– Витаете в облаках? – спросил он с иронией, на лице явно читалось пренебрежение, которое меня больно укололо. За что он так со мной? Мать была права, этот мужчина совершенно неблагодарный. Я даже думаю как-то не так, по его мнению!
– Я пойду, – резко бросила я. – Не буду вам мешать.
– Подождите, – окликнул он меня, и я непонимающе обернулась. – Вы же собирались поесть.
– Я потеряла аппетит, – сказала я со значением, чтобы он понял, из-за чего у меня пропало желание ужинать. Босс задумчиво посмотрел на меня, а потом выдал:
– Вы можете остаться и поесть, лучше уйду я.
Впору было закатывать глаза. Его поведение показалось мне детским и смешным, и я не удержалась и фыркнула.
– Так и будем бегать друг от друга?
Думала, босс ответит мне очередной колкостью, но он почему-то промолчал, я обратила внимание, что он бледный и очень нездорово выглядит. Закусила губу, чтобы не отметить это, ему явно не понравится, если я полезу не в свое дело. Все-таки у этого мужчины несносный характер.
– Завтра я уеду, – решила напомнить ему, вдруг он забыл и думает, что его ждет еще один невыносимый день с моим соседством, – вы наконец-то от меня избавитесь и будете спокойно ходить по дому, не натыкаясь на меня.
Кажется, мои слова его задели, по крайней мере, он нахмурился и пожевал губу.
– Не очень-то из меня получился гостеприимный хозяин, – хмыкнул он. Если это можно было считать извинением, то только с натяжкой, но мне пришлось довольствоваться малым. Другого от этого высокомерного индюка не дождешься.
– Вы измеряли сегодня температуру? – внимательно посмотрела я на него, и он ответил точно таким же пристальным взглядом.
– А что? Хотите обо мне позаботиться? Вам ребенка мало?
– Не стоит на каждую мою фразу отвечать грубостью. Просто вы выглядите нездорово.
– Я не грублю. Видимо, у нас с вами разное представление о вежливости.
– Видимо, – пожала я плечами, – к счастью, это не проблема, потому что, как только я отсюда уеду, мы с вами больше не пересечемся. Вам осталось потерпеть всего ничего, – уговаривала я его как маленького, пытаясь тщательно скрыть иронию.
Он снова на меня посмотрел, теперь уже с подозрением. Не представляю, о чем он думал, но мои слова оставил без комментариев.
– Возьмите градусник, – протянула я ему запасной градусник, взяв его с полки. Так как мы с Султанчиком много времени проводили на кухне, я сочла целесообразным оставить его там.
– Засада, – пробормотал он и положил его на стол после измерения температуры.
– Тридцать восемь, – констатировала я. – Кажется, вы зря спустились. Ешьте скорее и идите снова отдыхать.
Устроив ребенка в люльке, я начала ухаживать за боссом, взяла тарелку и налила суп, а видя, что он собирается протестовать, заговорила:
– Чем быстрее вы поправитесь, тем быстрее сможете вернуться к уходу за сыном. Если вам станет хуже, мне придется остаться, так что в моих же интересах обеспечить, чтобы вы поскорее выздоровели. Не нужно себе фантазировать того, чего нет, я не ищу себе мужа и делаю ровно то, для чего меня сюда пригласили: ухаживаю за вашим ребенком. Он чудесный малыш и чувствует мое к нему отношение. У моих действий нет никакого подтекста или злого умысла. Если женщины из вашего окружения показали, что готовы на всё ради кольца на пальце, то я не такая. И я буду очень вам благодарна, если вы перестанете меня в этом подозревать. Приятного аппетита, – сказала я довольно сухо и вышла из кухни вместе с Султанчиком, наслаждаясь тем, что оставила за собой последнее слово и не дала себя в очередной раз оскорбить.
Мурад
– Замуж она не хочет, как же, – бормотал я, пытаясь осилить хотя бы пару ложек супа.
В том, что мама решит оставить Алию еще на несколько дней, заметив мое плохое состояние, я не сомневался, так что мне во что бы то ни стало нужно было встать на ноги.
– И избавиться от этой хитрой женщины, приручившей моего сына, – решительно сказал я самому себе. Богатырь даже не взглянул на меня, полностью сосредоточенный на этой «я не охочусь за мужем»!
– Хитрая же оказалась бабенка! – не мог я успокоиться и настолько ушел в свои мысли, что и не заметил, как умял всю тарелку подчистую.
Налил себе чай с малиной и пошел обратно в комнату, когда обнаружил, что наша гостья не пошла к себе, а устроилась в гостиной на кресле-качалке.
– Я-я-я-я-й! – раздался довольный писк сына, который «катался», прижатый к груди женщины. Первой женщины, которая сумела его приручить. Первой, кто вообще смог до него дотронуться, не говоря уже про объятия и ласку.
Не знаю, откуда во мне взялась эта сентиментальность, то ли болезнь так повлияла, то ли с рождением сына я совсем размяк, но я вдруг почувствовал благодарность за подаренную малышу ласку. В конце концов, что может быть ценнее счастья моего ребенка?
– Вот так, да, Пухляш? Наши щечки вернулись! – ворвалось в мои мысли воркование бухгалтерши, и я, отмерев, двинулся в их сторону.
Заметив меня, девушка подобралась, напрягшись, но говорить ничего не стала, ожидая моих дальнейших действий.
– Давайте я побуду с сыном, а вы поедите? – как можно любезнее предложил я, чем вызвал явное удивление гостьи.
– Спасибо, – с заминкой согласилась она, будто бы не хотела отдавать мне ребенка. – Заодно и бутылочку ему приготовлю.
Аккуратно передав мне сына так, чтобы не касаться меня, Алия скрылась на кухне, а я занял ее место на кресле, только вот, в отличие от нее, такой бурной реакции от Богатыря не добился. Малыш тут же захныкал, словно зовя девушку обратно.
– Ну ты и предатель, Богатырь, – проворчал я, поглаживая его по спинке, как тот любил. – Променял папу на незнакомую тетю.
Тот что-то прокряхтел, словно возмущаясь, смешно мотая головой. Сердце, о наличии которого я даже не подозревал, наполнилось нежностью, и я, прикрыв глаза, вдохнул детский аромат, понимая, как сильно соскучился по нему. Еще недавно мечтал отдохнуть, чтобы о Богатыре позаботились, приняв у меня хлопоты о нем, а сейчас понял, что никто нам не нужен! Если уж он за такое короткое время так отвык от меня и привязался к чужой, что же будет, прими он няню?
Аля
– Невозможный грубиян! – пытаясь впихнуть в себя суп, ворчала я. Вроде бы повел себя мило, взял ребенка, чтобы я спокойно поужинала, но взгляд так и норовил в чем-то обвинить! – Тоже мне нашелся завидный жених! Да всё хорошее, что в нем есть, это то, что он отец Пухляша! Замуж за него все хотят, видите ли. Ха! Да будь он последним мужчиной на земле… Так, всё! Надо успокоиться, Аля. Глубокий вдох и выдох, – говорила я сама себе, силясь побороть возмущение.
Дело усугублялось еще и тем, что завтра я буду далеко от малыша. Своей злостью я пыталась притупить печаль. До конца своего пребывания в этом доме я больше не видела Мурада Бислановича, чему была очень рада. От его матери знала, что он идет на поправку семимильными шагами и уже вовсю готовится к выходу на работу.
– Это всё твой живительный отвар! Ты подняла на ноги моего сына и так хорошо заботишься о внуке, – нахваливала она меня, уже не зная, как извернуться, чтобы я поняла намек: в ее представлении я послана небесами для одной-единственной цели – стать матерью Султанчика.
Она разве что не озвучивала эту безумную идею, а так всячески старалась дать понять, что готова принять меня в этом доме и не хочет, чтобы я уезжала. Но что я могла ответить этой милой женщине?
Я ничего не решала и делала лишь то, что мне говорят, пряча глубоко в сердце обиду на весь мужской род и тоску по несбыточному. Мой грубый босс не стал исключением из всех мужчин, и я поняла, что общего языка мы не найдем и он не изменит своего мнения обо мне, поэтому была крайне рада, когда настала пора покинуть этот дом.
– Ну что, Пухляш, – говорила я, стоя на пороге дома и едва сдерживая слезы, – давай прощаться.
– Уверена, ты еще увидишь его в офисе! – махнула рукой тетя. – Мой сын вознамерился снова носить его с собой на работу. Ты уж присмотри за ними, дорогая.
– Вряд ли у меня получится, – вздохнула я, устав от намеков в духе того, что мы будем соприкасаться с моим боссом. Не будем. Вряд ли он подпустит меня к ребенку, даже если появится такая необходимость. Гордость не позволит. Да и не доверяет он мне.
Поди уволит еще, чтобы под ногами не болталась.
– Султанчик, помаши ручкой тете, – сюсюкала с внуком она, держа малыша, устроившегося на моих руках, за пухлые пальчики. – Мурад! Сынок, ты скоро? – поторопила она моего босса, не спускавшегося вниз проводить меня. Но ему придется, поскольку ребенок пойдет только к нему. Мы с тетей пробовали приучить его к ней, но ничего не вышло.
– Иду, мам, – отозвался Мурад Бисланович, идя по лестнице к выходу из дома. Подошел и протянул руки к Пухляшу. Выглядел он уже почти здоровым, только немного бледным, но глаза горели решимостью и холодом в мой адрес. Было заметно, что он лишь изображает вежливость, а на самом деле ужасно рад от меня избавиться.
Это покоробило, как бы я ни пыталась отрицать свои чувства. Я не должна была реагировать на его ко мне отношение, а свое пребывание здесь воспринимать как подработку, но никак не могла себя так настроить.
– Спасибо вам, Алия, – сказал он спокойно, все-таки забирая ребенка, который хоть и захныкал, но пошел к отцу, сразу же положив головку тому на плечо. Я специально подгадала время его сна, чтобы воспользоваться сонным состоянием.
Что сказать? «Пожалуйста» будет выглядеть странно.
– Берегите его, – всё, что я смогла придумать, погладив ребенка по спинке и поворачиваясь на выход под благодарные причитания тети.
Вышла за дверь, смежив веки и стараясь идти прямо, стараясь просто идти, тогда как хотелось просто упасть на колени и разрыдаться. Почему-то вспомнилось наше расставание с мужем, которое уже поблекло в моей памяти, но осталось незаживающим рубцом на сердце. Сейчас рана снова открылась. Почему, ну почему я так страдала?! Казалось, после того как муж бросил меня, я закалила свои чувства и стала сильнее, но нет, снова расклеилась, полюбив маленькое существо, на которое не имела никакого права.
Ночь я провела без сна, а наутро вышла на работу, с удивлением узнав, что босс остался дома еще на два дня. Сперва обрадовалась, поняв, что не придется с ним встречаться, а потом накатила сильнейшая печаль. Поймала себя на крохотной надежде, которую прятала даже от самой себя. Что ребенок будет нуждаться в заботе, пока босс займется чем-то важным, и меня снова позовут…
Глупо, Алия, нельзя думать об этом! Живи своей жизнью и забудь про Пухляша.
Мурад
– Хватит его мучать! Ты что, не видишь, что он скучает по ней?! – причитала мама в который раз за день.
– Ни по кому он не скучает! Просто зубки режутся, – стоял я на своем, не желая признавать того, что Богатырь уже второй день плачет и капризничает из-за отъезда бухгалтерши.
Сначала всё было в порядке, Султан лег спать, покушал, игрался со мной как обычно, а спустя пару часов, когда понял, что Алия не придет, начал плакать. Причем делал это настолько жалобно, что у меня просто разрывалось сердце. Богатырь, казалось бы, успокаивался, но спустя время снова начинал плакать, и если обычно мне всегда удавалось его успокоить, то на этот раз он даже со мной не шел на контакт.
– Какие еще зубки? Хватит придумывать и мучать ребенка!
– Она сломала моего сына! – прорычал я, продолжая поглаживать лежащего на боку Султана. Он кряхтел, шмыгал носом и откровенно психовал.
– Господи, ну что за глупости?! Просто возьми его и поезжай к Алии, он привык к ней, вот и всё. Нельзя же разом отрывать его от…
– От кого? – разозлился я. – Она ему не мать и никогда ею не будет! Хватит придумывать глупости и верить в них!
– С тобой невозможно говорить! – обиделась мама и вышла из спальни, оставляя меня одного.
– Ну что такое, Богатырь? Ты ведь хороший мальчик, – ворковал я, прижимаясь губами к его вспотевшему лбу.
– Й-и-и! – разозлился он, начиная «бить» меня сжатыми кулачками.
– Ну, всё-всё, иди к папочке, – взял я его на руки, прижимая к груди. – Всё хорошо, сейчас покатаемся… – прошептал ему, совершенно точно не собираясь везти его к бухгалтерше. Придумали тоже: скучает. Не может мой сын скучать по чужой тете! У него папа есть.
***
– Черт, неужели правда скучаешь? – спросил я спустя пару часов. Обычно катание на машине его отвлекало и делало счастливым, но, видимо, не в этот раз.
– Й-и-и-и, – словно подтверждая мои слова, потер он глазки, при этом выглядя таким грустным, что я просто не выдержал.
Конечно, кто-то посчитал бы, что не может четырехмесячный малыш выражать эмоции, но, черт возьми, я знал, когда моему сыну чего-то не хватало! И если это что-то – моя сотрудница, мне срочно нужно было найти какой-нибудь выход, потому что терпеть это я не намеревался.
– Ладно, Богатырь, но только в качестве исключения, слышишь меня? Она нам никто, и скучать по ней не надо, – вновь устраивая его на детском кресле, завел я машину.
Достать адрес не составило проблемы, так как я имел полный доступ к файлам сотрудников. Оказывается, она жила недалеко от центра, и я с легкостью нашел нужный мне дом.
Припарковался и подождал пару минут, надеясь на то, что сын передумает и прекратит недовольно кряхтеть, но упрямец продолжал выть, как потерянный щенок, и, к своему ужасу, я понял, что, будь он способен говорить, точно бы не переставая звал эту Алию, которая просто околдовала его!
Мурад
Борясь с раздражением, набрал ее номер и стал ждать, когда она ответит.
– Сколько раз мне еще просить тебя не звонить?! Думаешь, если заблокировала твой номер, надо звонить мне с другого?! – раздалось вместо приветствия, слегка выбив меня из колеи. Зато мой сын тут же закопошился, услышав голос по громкой связи, которую я включил.
– Это Мурад, – без лишних вступлений начал я. – Я у твоего дома, ты можешь выйти?
– Зачем? – в полном недоумении спросила она.
– Затем, что кое-кто ужасно хочет с тобой увидеться, – бросил я взгляд на беснующегося сына.
Не происходи всё это у меня на глазах, я в жизни бы не поверил, что Богатырь может помнить не только эту бухгалтершу, но и ее голос. Но его реакция не оставляла никаких сомнений. Сын тут же начал оглядываться и, не обнаружив рядом источник голоса, начал не на шутку психовать, подавая возмущенный «голос».
– Пухля… то есть Султан с вами? – тут же сменила она тон.
– Не думаешь же ты, что это я так скучал, что приехал увидеть тебя? – не сдержал я колкости. Каждый разговор с этой женщиной заводил меня, будя что-то плохое.
– Я… Я сейчас выйду! – с радостными нотками в голосе бросила она трубку.
– Ну вот, придет сейчас твоя дама сердца, – взял я сына из кресла, пристраивая его попку на руле, чтобы он полусидел. Мы только-только начинали понемногу приучать его к такому положению. – Тебе всего четыре месяца, а на свидания бегаешь чаще меня, – пошутил я, пытаясь его успокоить.
Вскоре наконец заметил выходящую из ворот девушку и повернул Богатыря к окну, чтобы и он увидел ее и успокоился.
– Приве-е-ет, – стоило мне открыть машину, протянула Алия, встречая на полпути Султана, который уже направился к ней, тянясь всем телом. Я же в этот момент окончательно убедился в том, что моего сына околдовали и взяли в плен.
Аля
– Ях! Й-и-и-и-и! – улыбался и вскрикивал Пухляш, крепко вцепившись в ворот моего домашнего платья.
– И я рада тебя видеть, – проворковала я, улыбаясь и стараясь не смотреть в сторону его хмурого отца, который явно не был рад нашей теплой встрече, хоть сам и привез его ко мне.
– Агу! – протянул малыш, позволяя мне притянуть его ближе и кладя голову мне на грудь. Как же я скучала! Прошло всего два дня, а я места себе не находила, пересмотрела десять раз каждое видео, фото, которые сделала за те дни, что провела со свои… со сладким малышом.
– Рада, что вам стало лучше, – обратила я внимание на начальника. Всё же было невежливо стоять молча, обнимая его ребенка.
– Я бы тоже был рад, если бы вы не сломали моего ребенка! – недовольно глянул он на меня из-под нахмуренных бровей. Взгляд ревниво прошелся по Пухляшу, который удобно устроился на моих руках, прижав голову к груди и всё продолжал цепляться за платье, словно боялся, что его от меня оторвут.
– Что за глупости?! – нахмурилась я, не понимая, в чем его проблема. Что ни слово, то недовольство! Как можно быть таким ворчуном?!
– Он плачет и капризничает с того момента, как ты ушла! – заявил он с претензией. – Ему теперь меня недостаточно, и всё из-за тебя!
– Я просто хотела помочь! – тут же возмутилась я, правда, сдержалась, заметив, как малыш насторожился.
– Спасибо, помогла! Благодаря твоей помощи я не справляюсь с собственным ребенком!
– И что вы от меня хотите? Извинений за то, что присмотрела за вашим сыном, когда вы были не в состоянии сделать это? – язвительно спросила я, не переставая поражаться твердолобости этого мужчины. – Давайте пройдем ко мне в дом, – предложила я, приказав себе успокоиться, не хотелось разговаривать на повышенных тонах на виду у соседей.
Хотя у меня не было никакого желания приглашать в гости человека, который смотрел на меня волком, но и стоять на улице вместе с ребенком я не видела смысла. Сердце омывало теплом, стоило прижать его к себе, но едва я отрывала взгляд и смотрела на босса, как меня сразу прошибало холодом.
– Хорошо, давайте, – согласился он неохотно и прошел вслед за мной. К счастью, дома никого не было, хотя это и было не по правилам – принимать мужчину наедине, я всё же решила, что один раз можно и отойти от норм, принятых в нашем обществе. Мы присели на диван в маленькой гостиной, я аккуратно подбрасывала ребенка в руках и смотрела, как он весело агукает.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
