Лина подняла на мужа глаза, полные ужаса, и встретила его взгляд. Впервые она увидела в нем настоящий страх. Только что они потеряли и вторую дочь тоже. Сдавленный стон вырвался из ее груди, сердце перестало на миг биться, она хотела закричать и не смогла, видя, как на глазах меняется лицо ее мужа. За один миг он словно постарел, словно жизнь вылетела из него, оставив лишь оболочку, больше похожую на живого мертвеца, чем на человека.
«Почему я решила, что они живут в лесу? Может, вообще в подвалах каких-то или трущобах. Темень беспросветная. Можно и заблудиться».
Марианна осмотрелась по сторонам – кромка леса и дорога. Ни одной машины. Ни души. Словно в сказке – только сосны, покрытые шапками снега. Но сказка страшная и для взрослых. Таксист, который привез ее на окраину города, давно уехал. Долго смотрел ей в след, наверно даже покрутил пальцем у виска. Только ненормальная могла приехать ночью в лес одна. Но ему какое дело, получил свою таксу и без вопросов дальше крутить баранку по городу. Девушка поежилась от холода и ступила на девственно чистую снежную гладь.
Хрум…хрум…Обернулась на дорогу.
«Может, все-таки не стоит. Позвоню папе, и он заберет меня домой? Нет! Я не трусиха. Что может быть в темном лесу, кроме волков, которые и так мне нужны. Почуют мой запах и приведут к своему королю».
Она решительно пошла вглубь леса. Достала фонарик. Снег заискрился разноцветными бриллиантами. Куда идти? А куда глаза глядят, чем дальше в лес – тем больше дров. Ухнула сова и Марианна вздрогнула от ужаса. Луч фонаря выхватил из тьмы огромную птицу с фосфорящимися глазами. Вздохнула с облегчением и пошла дальше. Ни дорожки, ни тропинки. Лес становится гуще, деревья переплетаются между собой, кустарники цепляют джинсы, мешая идти.
«Как тихо. Ни шороха, ни звука». Девушка посветила фонариком и тихо вздохнула. Когда ищешь лихо, то почему-то тихо. Затрещал сотовый, но она быстро нажала на кнопку сбоя. Не будет Марианна с ними сейчас говорить. И так понятно, что ей собираются сказать. Отговаривать будут, умолять вернутся домой. Еще чего не хватало. Чтобы отец пошел в это логово один. Его там не пожалеют, все же Марианна девушка, и вполне может заменить Кристину. Внезапно она словно в землю вросла. На нее устремлены десятки зеленых глаз, словно маленькие точки в непросветной тьме.
«Кто ищет, тот всегда найдет» – подумала девушка и вновь включила фонарик. Дрожь ужаса прокатилась по телу. Вместо маленьких серых «собачек», которыми она представляла себе волков, перед ней стояла стая немыслимых чудовищ. Огромных, лохматых с оскаленными клыками и глазами горящими голодом.
– Тише собачки, я к вам с миром пришла. Мне это…принц ваш нужен.
В ответ волки зарычали и оскалились еще страшнее, медленно приближаясь к ней.
– Фу! – крикнула Марианна и осмотрелась по сторонам. Бежать некуда – твари окружили ее со всех сторон. Постепенно кольцо сужается, и из оружия только фонарь, да перочинный нож. Кроме яблок им точно ничего не разрежешь.
– Черт, – простонала Марианна. Схватилась за сотовый, но, как назло, связь исчезла совершенно. Зловонное дыхание оборотней неумолимо приближалось, лязгали клыки, утробное рычание усиливалось. Самый первый приготовился к прыжку.
Глаза Марианны расширились от ужаса. Она прижалась к стволу дерева и размахивала своей шапкой, которую умудрилась поджечь и надеть на палку. Спички чудом оказались у нее в кармане. Звери окружили ее кругом, но подойти не решались.
«Черт, меня сожрут обычные волки. Если б не было так страшно – я бы расхохоталась».
Вновь махнула своеобразным факелом, огонь поглотил уже половину палки. Скоро он доберется до ее пальцев, и она будет вынуждена его бросить. Значит, ее смерть наступит через пару секунд. В голове затикал обратный отсчет. В этот момент словно из воздуха появилась темная фигура. То ли в плаще, то ли в пальто. Это человек? Вряд ли. Тень кинулась на волков с такой яростью, что те, жалобно визжа, падали замертво на снег, окрашивая его в красный цвет. Тот, кто являлся ее вольным или невольным защитником, раздирал зверей зубами. Марианна не видела его лицо, он действовал с такой молниеносной быстротой, что для ее глаз казался просто призраком. Наконец остался лишь один волк. Скорей всего, вожак. Самый крупный и самый борзый. Он попятился спиной во тьму. Холка дыбом, пасть оскалена. Теперь Марианна увидела своего спасителя. Лицо все еще в тени, но глаза горят адским пламенем. Ярко-алым сполохом. Он надвигался на хищника. Хотя Марианна уже знала, кто из них охотник, а кто жертва. Волк признал силу противника и ретировался в чащу леса. Они остались одни. Сейчас Марианна уже не знала, кого бояться больше – этого сверхчеловека, или жалких животинок, трупы которых валялись повсюду. Взгляд мужчины потух, полы его плаща развеваются на ветру и при свете луны он казалсся огромным страшным демоном.
– Испугалась? – Марианна вздрогнула от звука этого голоса. Она его узнала. Именно этот человек разговаривал с ней в доме родителей. Это Николас… Страх постепенно сменился облегчением. Она расслабленно вздохнула.
– Я так вам благодарна. Вы вовремя поспели. Если бы не вы…
Она увидела, как в темноте сверкнули его зубы в усмешке.
– Красную шапочку спас сам дьявол. Интересный поворот в сказке. А ты уверена, что тебе не следует меня бояться сильнее, чем волков? Я гораздо более опасный хищник …
Блеск луны освещал его мертвенно-бледное лицо, на котором глаза жили своей жизнью. Они горели, пронзали и ослепляли. Казалась, он видит ее тело сквозь одежду. Марианна смутилась, неосознанно почувствовав себя голой.
От него исходила волна опасности, скрытой животной силы, для которой она просто былинка на ветру. Наверное, женщины падают к его ногам, а подняться уже никогда не могут. Он мог порабощать волю, заставлять подчиняться своим желаниям. Он – истинное воплощение зла. Если и есть время, когда нужно неистово молиться, то с ним даже это не поможет. Сами ангелы плачут от его красоты.
– Вы их всех убили… почти всех…
– Или я – или они. Это была необходимость.
Он равнодушно пожал плечами.
– Зачем пришла в лес одна? Не пора ли спрятаться под крылом у всемогущественного папочки?
– Я хотела…я думала вызволить Кристину. Думала, они возьмут меня вместо нее…
Пробормотала Марианна и вдруг он оказался прямо возле нее. Так близко, что ее нервно вздымающаяся грудь едва касалась его черного кожаного плаща.
– Глупость. Наивная и детская шалость, за которую бьют ремнем по маленькой белой попке…
Его голос прошелестел у самого ее уха, и она почувствовала, как перехватило дыхание. В его устах это прозвучало так грубо и вместе с тем возбуждающе, что на секунду ей представилось, как его ладонь опускается на ее плоть. Она сжалась, но не от страха, а от всплеска адреналина в крови. Ник повел носом…
– Кто–то здесь начал нервничать… Ты ищешь смерти? Маленькая капризная принцесса заскучала в золотом замке и побежала навстречу приключениям… Вместо серых волков ты можешь встретить кого-то и похуже…Меня например.
Внезапно он схватил ее за руку, и она почувствовала, как все плывет перед глазами от прикосновения прохладных пальцев. Его властность и мощь гипнотизировала и лишала воли, а еще у нее странно покалывало внизу живота. Нечто необъяснимое и сильное зарождалось внутри от этих слабых прикосновений. Его большой палец надавил на запястье.
– У тебя бешеный пульс. Начинаешь бояться? Догадываешься, кто я такой?
Нет. Она не боялась. Это было другое. Нечто невообразимое. Потрясающее. Только теперь она поняла, что значит, когда мужчина вызывает в тебе голод. Первобытный, неуправляемый голод. Только одним прикосновением, взглядом. Она покраснела от своих мыслей. От картинок, которые пронеслись перед глазами, где эти пальцы касались обнаженной плоти. От него исходит мощный запах секса, опасности и крови. В ее дотоле невинном сознании все вспыхнуло и загорелось жарким пламенем. Он ее искушает? Или… Николас словно прочел ее мысли и резко выпустил нежную руку.
– Черт, я не этого хотел. Тебе пора домой, малышка. Передашь папе пламенный привет.
Очарование растаяло как туман, и она разозлилась.
– Я не малышка. Я здесь для того, чтобы вернуть Кристину и без нее никуда не пойду. Или помогите мне, или не мешайте, а просто скажите, где найти этого Витана.
Он расхохотался… унизительно, оскорбительно. В этот момент она даже забыла, что он вампир, и ей захотелось врезать по этой красивой циничной физиономии.
– Ты хочешь, чтобы я отвел тебя к оборотням? Это или верх жертвенности, или верх тупости. Я склонен больше ко второму. Девочка, ты куда лезешь? Это запретная зона для таких, как ты. Вздумала поиграть в благородство? Уноси свои маленькие ножки как можно быстрее.
Марианна задохнулась от ярости.
– И не подумаю. С места не сдвинусь, и тебя я не боюсь. Я знаю, кто ты. Ты меня не тронешь… Вернешь домой – я все равно сбегу.
Ник посмотрел на нее пристально… из-под темных густых бровей.
– Я могу и заставить.
– Можешь. А я снова сюда приду. Ты меня еще не знаешь.
Он обошел ее со всех сторон и остановился напротив.
– Хорошо, что ты предлагаешь?
Марианна смутилась, у нее больше нет плана. Этот и то провалился.
– Помоги мне спасти Кристину, и тогда я вернусь домой. Только с ней.
– Именно этим я сейчас и занимаюсь. Я должен уехать… поэтому твое предложение мне не подходит.
Девушка набралась смелости и спросила:
– Куда ты едешь? Разве так трудно просто пойти им на уступки и…
Его огромные ладони уперлись в дерево поверх ее головы, и она почувствовала себя ничтожно маленькой.
– Ты хоть знаешь, что происходит? Во что впуталась твоя сестра? Я не уступлю этим псам ни клеточки земли. Я объявлю им войну не на жизнь, а на смерть. Именно за этим я должен уехать.
– Возьми меня с собой, – попросила она и сама удивилась своей наглости.
– Что?
Он посмотрел на нее с таким презрением, что Марианна вся съежилась и захотела раствориться. Но она не отступилась.
– Возьми меня с собой.
Он снова захохотал, и она подумала, что даже его смех завораживает. Заставляет сердце биться быстрее, а кровь гонит по венам с невероятной скоростью.
– Ты в своем уме, малышка? Зачем ты мне? Там, куда я еду, тебя сожрут, и не заметят. Мне не нужен хвостик, и без тебя проблем хватает. Катись-ка ты домой, по добру, по здорову.
Ее маленькие кулачки сжались.
– Я вернусь сюда снова, а тебя здесь уже не будет. Кто знает, может на этот раз мне так не повезет, и волки проглотят меня живьем? А может у меня все получится, и тогда Кристина вернется домой без твоей помощи!
Его глаза вновь вспыхнули и погасли.
– Ты мне ставишь условия? Девочка, для меня ты просто пыль. Жалкая тростинка. Почему ты решила, что меня волнует твоя жизнь?
– Потому что мой отец – твой родной брат.
Он нахмурился. Видно, что лихорадочно думает…Она решила сменить тактику:
– Я не помешаю. Я буду тихой и молчаливой. Возьми меня с собой, пожалуйста!
– Ненормальная! Ты хоть понимаешь, во что лезешь?
– Понимаю, даже лучше, чем ты себе представляешь. Я хочу помочь сестре, и пойду ради этого на все. А ты возьмешь меня с собой. Вот увидишь – я еще пригожусь тебе.
Он вновь окинул ее таким пронзительным взглядом, что она задрожала.
– Сомневаюсь. Разве что на завтрак, или легкую закуску. Впрочем, ты настолько мала, что мне твоей крови не хватит даже на это. Но черт подери, у меня нет времени на раздумья. Клянусь, что ты пожалеешь о своей просьбе. Твоя жизнь с этого момента перестанет быть такой как раньше. Возможно, она превратиться в ад. Как только передумаешь – скажешь, я отправлю тебя обратно.
Марианна задохнулась от радости. Хотела взять его за руку, чтобы отблагодарить, но он резко ее убрал.
– Ненавижу, когда меня шантажируют, малышка. Смотри, не пожалей о своей просьбе, потому что с этого момента твоя сказка кончилась. Поедешь со мной. Хоть раз мне помешаешь – убью тебя лично! Папа не поможет, поняла?
Марианна радостно кивнула. В тот же миг он подхватил ее на руки и сорвался с места словно вихрь.
7 Глава
Марианна с любопытством осматривалась по сторонам. Даже не подозревала, что вампир живет в таком современном особняке. В книгах и фильмах явно переборщили. Ее болезненно интересует все, что связано с этим типом. Он называет себя демоном. Возможно, это верное сравнение. Очень верное. Все долгое время, что Марианна сидела в своей комнате за книгами, она погружалась в другой мир. Если можно сравнить Николаса с кем-то из героев романов, то, наверное, это был бы Хитклиф из «Грозового перевала». Страстно изучая психологию, всякое воздействие и давление на людскую психику, девушка уже давно поняла, что у нее патологическая тяга к отрицательным типам. Точнее, мужчинам. Чем жестче, тем больше ей нравился герой. Возможно, Николас – воплощение ее девичьих фантазий. Ведь сверстники с трудом могли тягаться с ней в интеллекте. Марианна всегда чувствовала себя старше лет на десять.
Теперь она с нескрываемым любопытством бродила по огромному дому. Николас не был учтив. Он исчез, как только она переступила порог. Просто растворился в этом лабиринте комнат и коридоров. Слуга молча принес девушке апельсиновый сок и тоже пропал. Теперь она ходит, как Алиса в стране чудес, а вокруг ни души. Заглядывала из комнаты в комнату, трогала руками предметы, картины. Наконец дошла до кабинета. Она решила, что, скорей всего, сможет найти здесь хозяина дома, но ошиблась. Помещение пустовало. Только яркий огонь в камине говорил о том, что именно здесь он только что побывал. Девушка прошлась по комнате. Пристально осмотрела витрину бара. Усмехнулась, увидев целую коллекцию виски. На любой вкус, самых дорогих марок. Одно содержимое этой витрины стоило состояние.
«Вампиры пьют алкоголь? Хм…интересно…»
Подошла к столу. Бросила взгляд на карту. Киев и Киевская область. Повертела в руках ручку, больше похожую на перо. Посмотрела записную книжку, но заглянуть вовнутрь не решилась. Вновь прошлась вдоль стен. Внимание привлекла едва заметная дверь, полностью сливающаяся с обоями. Толкнула, и та легко отворилась. В замочной скважине ключ. Видимо, кто-то забыл закрыть ее. Обернулась назад, поджав губы, но любопытство взяло верх, и она зашла в маленькое помещение. Включила свет. В тот же миг он тут же погас. Марианна обернулась и скорей почувствовала чье-то присутствие, чем увидела. Тень мелькнула рядом с ней и исчезла, потом возникла с другой стороны.
– Вынюхивать в чужом доме – отвратительная привычка.
Голос Ника зазвучал у нее над ухом, и она вздрогнула от неожиданности.
– А пугать гостей – это хорошая привычка?
Он вновь проскочил мимо и теперь вытолкал ее наружу.
– Незваных гостей, – холодно сказал хозяин дома и повернул ключ в замке. Затем повернулся к ней. Марианне захотелось за что-то взяться, чтобы не упасть. Видимо, он только что вышел из душа. Его мокрые волосы блестели, а капли воды стекали на плечи, оставляя мокрые пятна на рубашке. Он не потрудился ее застегнуть, и теперь девушка в смущении смотрела на его ключицы, мощный торс, сильную грудь в темной поросли волос. Судорожно вздохнула, когда взгляд помимо воли опустился к плоскому животу.
«Он идеален. Он как божество…»
– Рассмотрела? Есть что-то новенькое? Вампиры отличаются от простых мужчин?
Марианна в смущении отвела взгляд и почувствовала, как запылали ее щеки.
– Не отличаются, – пролепетала она.
– Так я и думал. В наше время девочки твоего возраста могут это сказать с поразительной уверенностью. Скромность уже не благодетель, а порок.
«Ну, скажем, я не очень в этом разбираюсь. Но более прекрасного тела еще никогда не видела».
Он застегнул рубашку и подошел к бару. Достал бутылку с виски, наполнил бокал и жадно отпил.
«Вампиры все же пьют алкоголь», – подумала девушка и жадно проследила за его профилем. За четкой линией губ и волевым подбородком с легкой щетиной.
– Завтра уедем. Сегодня обновят твой гардероб. В таком виде ты со мной не поедешь. Я, конечно, чудовище, но не хочу, чтобы меня сочли педофилом – это не по моей части. Тебе сколько лет?…Ах да – восемнадцать. Черт, но ты выглядишь на четырнадцать, или я отстал от жизни?
Более обидного оскорбления он не мог придумать. Марианна напряглась от гнева. Сравнил ее с малолеткой. Почему? Она одета, как и все молодые девушки ее возраста. Куртка, джинсы, никакой вычурности. Или он имеет в виду ее фигуру. Щеки вновь вспыхнули. Наверное, у нее хрупкое тело и маленькая грудь, плоские бедра и костлявые плечи. Короче говоря, она его как женщина точно не привлекает…стало обидно до слез. Захотелось подскочить к зеркалу, распустить волосы, подкрасить губы, заправить свитер в джинсы. Нет, лучше его снять и остаться в футболке, тогда-то он точно заметит, что у нее совсем не маленькая грудь. Только сейчас Марианна обратила внимание, что он внимательно ее рассматривает, чуть приподняв в удивлении брови.
– Так. Пару деловых костюмов, вечерние платья, туфли на каблуках. Что еще? Ах да, косметику. Черт, ну почему я должен сейчас об этом думать? Малышка, ты мне в тягость. Может, станешь паинькой и поедешь домой?
Марианна непроизвольно сжала руки в кулаки.
– Я не малышка, ясно? Вычеркни это тупое слово из своего средневекового лексикона, или прибереги для других.
Он усмехнулся и в его глазах заплясали чертики или черти… В любом случае, он вновь завладел ее вниманием.
– Ни за что. Мне нравиться называть тебя именно так. Поэтому не вижу причины менять стиль речи. Только глупая маленькая девочка могла решиться на такое безумство. Все – иди к себе. Вам, людям, спать иногда нужно. У меня важные дела. Ты обещала, что не будешь меня доставать. Так что – брысь!
Он достал сотовый и кому-то позвонил. Марианна его больше не интересовала. Он забыл о ее присутствии, и теперь она слышала его голос, который странно изменился.
– Я был занят, милая. Ты же знаешь, что у меня всегда дел по горло. Что ты, я совсем не забыл о нашей встрече. Через полчаса жду тебя здесь. Ты оденешь то, что я просил?… Тебе должны были принести мой презент. Черные чулки и ничего больше – его голос вибрирует, меняется, Марианна словно кожей чувствует сексуальный подтекст. Если бы он говорил с ней таким тоном, она бы, наверное, сошла с ума.
Он резко повернулся к Марианне, и сделал ей жест рукой, чтобы она убралась. Девушка пулей вылетела из комнаты. Забежала в залу, и в ярости пнула маленький журнальный столик. Тут же больно заныла ушибленная лодыжка.
Выгнал. Выставил за дверь. Не постеснялся при ней говорить с какой-то шлюхой в черных чулках. Подошел слуга и тихо предложил провести ее в другую комнату.
– Иди к черту, мне и здесь хорошо.
– Мне велено господином.
– И он пусть катится к черту. Так ему и передай.
Слуга продолжал стоять рядом, нервируя своим присутствием, пока Марианна все же не пошла следом за ним.
Она яростно захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Потом подошла к огромному зеркалу на стене и посмотрела на свое отражение. Неумолимо захотелось разбить проклятое стекло, которое отразило вовсе не девушку в черных чулках. На нее смотрела запуганная девчонка-малолетка с волосами-сосульками, в мокрых, заляпанных грязью джинсах и бесформенном свитере. Посмотрела на свои руки и тут же спрятала пальцы под рукава. Ногти обгрызены, кожа покраснела от мороза. Закусила губу и со всей силы плюхнулась в кресло. Почему она так злиться? Зачем ей нужно обращать на себя его внимание? У нее совсем другая цель – спасти Кристину. Или она попросилась ехать с ним, поддавшись порыву? С того самого момента, как она впервые его увидела, не переставала думать о нем. Словно что-то ужасно опасное и запретное ворвалось в ее жизнь. Всегда такую размеренную и спокойную. Никогда и никто не заставлял ее сердце биться так сильно. Она целовалась с мальчиками, у нее всегда были поклонники и воздыхатели, но от невинного прикосновения его пальцев ее подбросило похлеще, чем от неумелых ласк бывшего бойфренда. Невинного?! Черта с два. Все, что делал Ник, пронизано сексуальной энергией и скрытым подтекстом. Каждый взгляд и каждый жест заставляет ее содрогаться от непристойных и жарких мыслей. Если бы на ней не было кольца с вербой, которое подарила ей мама, то она могла бы решить, что это обычные чары вампира. Но нет, он привлекает ее как мужчина. С большой буквы. Его жестокость, его вкрадчивая сила, поступь хищника и безразличный взгляд, все сводит ее с ума. Хотя каждая клеточка ее тела трепещет, она понимает, что желать его – все равно, что тянуться за пламенем. Она сгорит. Такие, как он, не пожалеют. Он разломает ее как стеклянную игрушку. И будет упиваться ее страхом и унижением. Как змея, которая смотрит в глаза своей жертве. Ник прав, находиться возле него – все равно, что мотыльку летать возле костра. Ведь он даже не заметит, что она рядом. Единственное, что заставляет его о ней заботиться – это родство с отцом. Хотя вряд ли у такого как Ник есть хоть что-то святое в грешной душе.
Марианна еще долго сидела в кресле, пока вновь не явился слуга. Он оторвал ее от грустных мыслей тихим стуком в дверь. Девушка с раздражением пустила его в комнату. В руках молчаливого гиганта ворох коробок и пакетов. Он неслышной поступью вошел в помещение и сложил свою ношу на пол. Только сейчас Марианна заметила, что это не тот, кто обслуживал ее раньше. Этот мужчина намного выше, сильнее. У него привлекательная внешность и роскошные светлые волосы. Впрочем, сразу понятно, что он тоже вампир.
– Надеюсь, вам понравится подарок хозяина, – он вежливо поклонился.
– Средневековье, – фыркнула девушка.
– Простите?
– Я сказала, что ваши словечки монотонные, устаревшие и вообще полный отстой.
Он улыбнулся и сложил руки на груди.
– Ну, в силу возраста, так сказать, госпожа.
– Опять! Ну, какая я тебе госпожа. Меня зовут Маня…Марианна. А тебя?
– Криштоф. Рад был познакомиться.
– Ты тоже вампир?
Бровь мужчины удивленно взлетела вверх.
– Да. Здесь только один человек – это вы.
– Ты, – поправила его Марианна
– Ладно – ты. Кроме тебя, Марианна, в этом доме больше нет людей.
Наверно, она должна была испугаться, но вместо этого ей стало неимоверно интересно.
– Тебе тоже запретили со мной общаться?
Он усмехнулся, и в его золотистых глазах мелькнули веселые искры.
– Я не слуга. Я подданный. Мне ничего не запрещают, но я соблюдаю этикет.
Марианна встала с кресла и подошла к нему.
– Тогда останься со мной. В вашем доме вампиров – скука беспросветная.
– Новые платья тебя не интересуют?
Марианна пожала плечами.
– У меня такого добра дома – полные шкафы. Нашел чем удивить. Так ты останешься со мной?
Криштоф отрицательно покачал головой.
– Не могу. Но могу посоветовать сходить в библиотеку, это в левом крыле. Там есть довольно много интересных книг. Хотя не знаю, в наше время молодежь читает или сидит в интернете?
– Читает, – ответила Марианна и рассердилась. Почему все они такие умники? Считают всех идиотами.
– А ты хотел бы меня съесть?
Криштоф расхохотался.
– Нет.
– Почему? Я не выгляжу аппетитно? – ее вопрос прозвучал, по меньшей мере, смешно, но он отчего-то стал серьезным.
– Потому что я не голодный, – ответил Криштоф и ушел.
Странно, вот его она совсем не боится. Значит, ее волнение не связано со страхом. Тогда почему в присутствии Ника все по-другому?
Приняв душ в шикарной ванной комнате, Марианна все же открыла пакеты с одеждой. Любопытство взяло верх. Даже она, равнодушная к новым вещам, не смогла не восхититься. Что ж, вкус у ее так называемого дяди отличный. Хотя, вряд ли он выбирал это сам. Скорей всего, послал одного из своих слуг. Постепенно она увлеклась примеркой. Каждый наряд казался шедевром. Все сидит как влитое. Даже туфли в пору. Последнее платье вообще сразило ее наповал. Хотя именно оно и казалось самым простым из всего вороха шикарных шмоток. Нежно-голубая шерстяная туника чуть выше колен, с серебристыми пуговками на груди. В нем она выглядела взрослой и загадочной. Девушка приподняла волосы повыше, покрутилась перед зеркалом. В этом наряде Ник не сочтет ее малолеткой. В нем она женственная, мягкая, грациозная. Марианна расчесала влажные волосы расческой и, сунув ноги в туфли без каблука, вышла из комнаты. Она все же решила пойти в библиотеку. Может, встретит хозяина дома по пути, и он оценит ее новую внешность.
«Где, Криштоф сказал, это находиться? В левом крыле? Там, где спальня Николаса? С удовольствием пройдусь мимо нее. Пусть посмотрит и поймет, что я уже взрослая женщина, а не малышка».
Решительно направилась по темным коридорам к левому крылу. Внезапно заметила узкую полоску света в его кабинете и приоткрытую дверь. Не удержалась, тихо подошла, и тут же застыла на месте.
Она увидела женщину. Обнаженную женщину. Та стояла, облокотившись о письменный стол. В одних черных чулках. Длинные ноги подрагивают, тяжелая грудь с набухшими сосками нервно вздымается. Ее прекрасная кожа сверкает при свете слабых бликов камина. Вначале Марианне показалось, что женщина скривилась от боли. Девушка не удержалась и подошла еще ближе, словно зачарованная странным зрелищем.
Женщина дрожит как от лихорадки, на ее коже блестят бусинки пота. Влажные пряди волос прилипли к лицу. Только теперь Марианна поняла, что та возбуждена. Не боль исказила ее лицо, а наслаждение. Она дрожит от желания…
Марианна заметила, что женщина в кабинете не одна. Когда увидела Ника, вздрогнула. Тот сидел напротив, в кресле, вытянув длинные ноги на белоснежный ковер, и пил виски. Он не спускал глаз с женщины. Оба молчали. Ни слова. Женщина неотрывно смотрела ему в глаза. Ни малейшего движения, лишь ее бурное дыхание. Тихие стоны срывались с приоткрытых губ. Рука женщины скользнула по груди к животу, нервная, дрожащая. Она словно молит о ласке, ногти оставляли полосы на нежной коже, кажется, она обезумела. Ее глаза подернулись дымкой страсти.
– Нет! Не смей! Смотри на меня! – голос Ника эхом разнесся по комнате. Та покорно отняла руку и вновь облокотилась на стол. Жалобно вздохнула. Марианна перевела взгляд на мужчину. Его глаза горят, он прожигает свою «жертву» насквозь, словно взгляд может ласкать, возбуждать, сводить с ума. Да, такой взгляд определенно может. Внезапная догадка заставила содрогнуться, ее глаза расширились.
«Он занимается с ней любовью. Каким-то образом он проник к ней в голову и заставляет ее извиваться от возбуждения. Как такое возможно?!»
Марианне хотелось сбежать, но она не может даже пошевелиться. Она никогда еще не видела такой абсолютной власти над женщиной. В полном смысле этого слова. Марианна почувствовала себя неловко. Все в ней дрожало. Напряжение, нараставшее внутри ее, было непомерно велико. Ник продолжал смотреть на женщину, держать ее в плену своего взгляда. Но в этот момент Марианна поняла, что в плен попалась и она сама. Жадное желание оказаться на месте той, что так извивается под его властным взглядом, ослепило ее своей мощностью. Она будто почувствовала себя там, у стола, в одних чулках и тело предательски заныло. Это ведь пытка – просто смотреть на него и не сметь прикоснуться…
Николас был похож на мужчину, которого она представляла себе в дерзких мечтах, – демоническая страсть и темный огонь. В этот момент громкий стон женщины, переходящий в крик агонии, пронизал тишину. Ошеломленная Марианна увидела, как ее тело сотрясают конвульсии острого наслаждения. Она вскрикивает, извивается, оседает на пол к ногам демона, который не притронулся к ней и пальцем. В тот же момент Ник посмотрел прямо в глаза Марианне. Она вскрикнула и бросилась прочь оттуда, подгоняемая стыдом и ужасом. Она не сомневалась, он знал о ее присутствии еще задолго до того, как она увидела бесстыдную сцену в его кабинете. В его глазах был триумф. Он наслаждался ее стыдом и страхом, как-будто это она была на месте его жертвы. Значит, вот он какой, князь ночи? Он пьет не только кровь, он пьет и душу. Он может влезть в мозги и иссушить их своей властью и жестокостью. Ник показал Марианне, насколько велико его могущество. Наверно, таким образом он может и убить. Вот так просто, одним взглядом. Точно так же, как заставил эту женщину испытать бурный оргазм, даже не прикоснувшись к ней. Марианна закрыла дверь на ключ, придвинула к ней комод, потом еще несколько стульев и забилась в угол постели. Ее трясет как при температуре. Зуб на зуб не попадает. Да, он дьявол. Теперь она в этом не сомневалась. Щеки пылают так сильно, словно ей надавали пощечин. Чувственная сцена в кабинете показалась ей более развратной, чем если бы на ее глазах кто-то занимался сексом. Николас влез в сознание своей жертвы, он проник в ее душу, это больше чем просто секс. Это порочней любого совокупления и потому ужасно привлекательно. Ничего более чувственного и вызывающего Марианна не видела в своей жизни. Теперь ее жалкие занятия петтингом на заднем сидении машины своего бывшего одноклассника казались ей невинней поцелуя в лоб. Но если он думает, что ее это испугает, то сильно ошибается. Она не отступит и не сбежит.
Ник задумчиво смотрел на девушку, свернувшуюся под толстым пуховым одеялом. Маленькая босая ножка высунулась сбоку, и он заботливо прикрыл ее. Странное существо эта Марианна. Невыносимое, отважное и совершенно глупое. Забаррикадировалась. Будто вампира можно остановить закрытой дверью. Он совсем не хотел, чтобы она увидела сцену в кабинете. Он вообще думал, что гостья уже давно спит, как и положено детям. Но когда почувствовал ее присутствие, не смог отказать себе в демоническом удовольствии напугать этого несмышленыша. Сегодня он прикажет собрать ее вещи. Пусть едет домой. В том, что Марианна теперь не захочет оставаться рядом с ним, он уже не сомневался. Ник снова посмотрел на нежное личико. Что-то тревожное снится ей. Веки подрагивают, пушистые ресницы бросают тень на золотистые щеки. Какой интересный цвет кожи. Не смуглый, а именно золотистый, как персик. Нос ровный, губы маленькие нежные. Шикарные каштановые волосы заплетены в косу. Она положила руку под щеку, совсем как ребенок. Красивая девочка выросла из гадкого утенка на фотографии. Станет старше – мужчины будут сходить от нее с ума. Бойкая, смелая, острая на язык. Ему нравился ее характер. Кремень, а не девка. Это надо было придумать, зайти в самое логово ликанов. Хотя план неплохой. Возможно, даже очень неплохой. Витан не особо умен, наверняка променял бы одну Воронову на другую. Ник распрощался с принцем за несколько минут до того, как почувствовал Марианну в лесу. Они пришли к договору. Витан не разгадал хитрости Николаса. Он согласился не причинять вред Кристине, если вампиры немного отступят и позволят оборотням охотиться. Теперь нужно время. Они заключили договор на месяц. Этого вполне должно хватить, чтобы заручиться поддержкой Вудвортов. Совет дал добро. Алан не упустит возможность проникнуть на их территорию. Для него это великолепный шанс. А у Ника нет выбора. Единственное, что ему не нравилось в задуманном плане, что придется встретить с Мари – родной сестрой Алана. Когда-то Николас имел неосторожность закрутить с ней скоротечный роман, а потом бросить. С тех пор она всегда оставалась его лютым врагом. В том, что Мари непременно попытается отыграться на нем, он не сомневался. Хотя Алан держит ее в ежовых рукавицах, она не посмеет ему перечить. Как же он не любит бывших женщин… От них всегда одни неприятности.
Николас посмотрел на невинное личико гостьи и почувствовал укол совести. Любовницу он уже отправил домой. Сегодня все закончилось на интересном месте. Его милое развлечение, молоденькая ведьма Лиза. Ну, или как там она себя называет – парапсихолог. Он познакомился с ней несколько месяцев назад на вечеринке готов. По старой памяти иногда наведывался в это местечко, где часто бывал с покойной Магдой. Иногда ему требовалась порция свежей крови, а там доноров тьма тьмущая и все готовы. Эта женщина привлекла его сразу, только потому, что заметила его первой. Она довольно странно на него смотрела. Он подумал о том, что было неплохо укусить ее за нежную шейку, и в этот момент она прижала руку именно к тому место, которое он мысленно себе представил. Это Ника позабавило. Тогда он подумал, что хочет прикоснуться к ее груди под кофточкой, и она словно дернулась от его прикосновения. Происходило нечто необычное. Ник увлекся. Теперь он «трогал» ее везде. А она поняла, что это именно он, мужчина за стойкой бара, но происходящее ей явно нравилось. Через полчаса они уже занимались сексом на лестнице. Лиза была готова на все, находилась уже на грани еще до того, как он к ней прикоснулся. Ник насладился ее телом и кровью, а потом они долго болтали. Женщина рассказала, что обладает странным даром чувствовать людей на расстоянии. Но так как Ник не был человеком, то его она чувствовала втройне. Каждое его прикосновение. Это превратилось в прекрасное приключение. Ник оттачивал на ней свое мастерство, а она наслаждалась их паранормальным сексом. Впрочем, Ник прекрасно знал, что она в него влюблена. Ему это льстило. Ведь Лиза не знала, что он вампир. Он всегда стирал тот кусочек, где в порыве страсти прокусывал ее нежную шейку и упивался кровью. Он воплотил ее фантазии, а она удовлетворяла его потребности. Сегодня пришлось выпроводить ее пораньше. Впрочем, свою разрядку она получила. Она – да, а он – нет. Дерзкая девчонка ему помешала. Вот спит теперь, как ни в чем не бывало, а он зол и голоден. Завтра им предстоит долгая дорога, он надеялся получить свежую порцию крови. Теперь придется довольствоваться пакетиками.
Ничего. Марианна быстро сдастся. Он не будет с ней церемониться и покажет всю грязь запретной зоны в Англии. Пусть посмотрит, кто такие вампиры и, ужаснувшись, вернется домой с поджатым хвостиком. Николас разозлился на нее еще тогда, когда она проникла в его подсобку в кабинете. Не подоспей он вовремя, девчонка бы увидела все вырезки из газет и целую коллекцию фотографий с ее семьи то, как он постоянно наблюдал за ними и мечтал быть частью их мира. Он просто жалок. Вопросов бы была куча.
Он исчез за несколько секунд до того, как Марианна испуганно подскочила на постели и осмотрелась по сторонам. С удовлетворением заметила, что ее баррикада на месте и снова легла на подушку.
8 Глава
Утро встретило необычно ярким солнцем. Марианна укуталась в новое пальто. Такое теплое, уютное. Потерлась щекой о мягкий воротник. В окне автомобиля пролетают красочные зимние пейзажи. Она сидит на заднем сидении «мерседеса». Николас и Криштоф впереди. Оба молчат, словно воды в рот набрали. Марианна вспомнила, как увидела Ника утром. Он встретил ее с чашкой кофе и свежими булочками. Весь сияет, любезный и милый. Она даже забыла, насколько он был страшен ночью. Сейчас его удивительно- пронзительные синие глаза сияют, он улыбается, и сердце щемит от этой красоты. Марианна нисколько не сомневается, что он применил все свое обаяние, чтобы выглядеть именно таким. Только потом Марианна поняла, почему он такой добрый. Криштоф пришел с новой спортивной сумкой и сказал, что готов отвести Маняшу домой. Марианна стукнула чашкой по блюдцу и посмотрела на Ника. Тот вопросительно смотрел на нее. Вид у него был самый невинный.
– Я никуда не еду. С чего это вы оба решили все за меня? Я, кажется, обо всем договорилась с тобой вчера, Ник?
– Я думал, ты изменила свое решение, – невозмутимо ответил он и улыбнулся, глаза все же сверкнули, предостерегая сопротивляться.
– Ничего подобного. Теперь я хочу этого еще больше, чем раньше. Я тебя не боюсь и твой ночной спектакль меня совсем не тронул.
Она не успела договорить, как он уже сжимал ее за плечи, высоко приподняв в воздух. Его глаза изменили цвет и теперь сверкали алым огнем, по щеке поползли как паутинка темные вены, превращая это великолепное лицо в маску смерти.
– Не боишься? – рявкнул он. – А теперь?
– И теперь не боюсь! Отпусти меня. Я еду с тобой и точка.
Он еще долго смотрел ей в глаза, а ее сердечко так быстро билось, что, казалось, она умрет от страха. Но не сдалась. Постепенно он успокаивался, и его черты приобретали человеческие. Медленно поставил ее на пол и отошел к окну.
– Ну и черт с тобой. Одевайся. Мы выезжаем через пять минут. Опоздаешь – останешься здесь.
Марианна оделась гораздо быстрее, и теперь с довольным видом победителя сидела в машине. Мужчины молчали. Но она знала, что Николас зол, а Криштоф…Он вообще совершенно равнодушен. Хотя, иногда она ловила на себе его взгляды в зеркало. Внезапно он ей подмигнул, и она улыбнулась уголком рта. Криштоф видел безобразную сцену за завтраком и был явно на ее стороне. Ему понравилось, что она дала отпор самому Николасу, которому никогда и никто не перечит.
Через полчаса они уже сидели в личном самолете Ника и летели в Лондон. Какая ирония…папа всегда хотел, чтобы она там училась. Мысль о родителях вызвала ужасающий укол совести. Как они там? Наверняка с ума сходят. Но если все получится, они вернутся домой с Кристиной. Марианна решила, что обязательно им позвонит, когда они приземлятся в Англии. Зачем они туда едут, и что задумал Николас? Марианна поняла, что они должны с кем-то встретиться…Но с кем?
Витан провел женщину в темном плаще в свою комнату и закрыл дверь на ключ. Указал ей на кресло возле камина, а сам открыл бар и налил в бокалы красное вино. Женщина грациозно сбросила плащ и ее светлые, почти белые волосы ярко засияли на черном бархатном платье. Она повернулась к Витану и улыбнулась. Поразительная красавица. Глаза темные, шоколадные, на бледной коже кажутся обсидианами. Лицо правильное, можно сказать идеальное. Тонкие аристократические черты.
– Ну здравствуй, Витан. Давно не виделись – пропела она прекрасным голосом и села в кресло, закинув ногу на ногу. В каждом ее жесте кошачья грация, гибкость.
– Привет, Мари. Безумно рад тебя видеть.
Он подал ей бокал и остановился напротив.
– Ты, как всегда, великолепна.
– Ты тоже возмужал. Хотя от тебя по-прежнему несет псиной.
Они оба засмеялись.
– Я ненадолго. Мне нужно сегодня же вернуться в Лондон.
Витан подмигнул ей и отпил вино.
– Конечно, Николас скоро будет у вас в гостях. Коварная ты стерва, Мари. Хотя без твоих гениальных идей я бы, наверное, не выпутался.
Глаза женщины стали черными как ночь.
– Николас меня предал. Он жестоко за это поплатиться. Я верну его туда, где ему самое место – к гиенам. А мой брат будет править обоими братствами. Наши отношения с ликанами выйдут на новый уровень. Вы получите полную свободу, а мы заручимся вашей дружбой.
Витан улыбнулся и осушил бокал до дна.
– Только в твою прелестную головку мог прийти такой грандиозный план. Он клюнул. Более того, Николас считает это своей идеей. Он думает, что я не знаю, зачем он едет в Лондон. Милая, все, как ты задумала.
Она мечтательно обвела комнату взглядом.
– Конечно, ведь он считает себя умником. Как только наши вампиры законно ступят на эту землю – мы устроим заварушку, и с вашей помощью перебьем весь клан Черных Львов. Это будет исторический момент. Как поживает твоя милая пленница?
Витан поморщился как от боли.
– Одни проблемы! Она сущий дьявол, мои слуги ее боятся.
– Ты уж справляйся, мой дорогой дружок. Без этой приманки наш план не удастся.
– Что насчет носферату? Нолду собрал своих собратьев? Он будет на нашей стороне?
Мари очаровательно улыбнулась
– Конечно, он мечтает отомстить. Для него этот шанс единственный. Носферату погибают от голода.
Витан поцеловал руку Мари.
– А помнишь, подружка, как мы играли с тобой в детстве, когда твой брат привозил тебя в поместье Антуана? Тогда ты была человеком…
– А ты маленьким несчастным волчонком.
– Ты подкармливала меня мясом.
– А ты воровал для меня яблоки.
Они засмеялись и нежно обнялись.
