– Саша, спускайтесь, – орёт Грач, – быстрее, мать вашу, мы все внизу ждём вас!
– Идём, – вскакиваю на ноги и ору уже ребятам, – вниз пошли, быстро!
И тут рвануло, рвануло так, что нас пятерых буквально сдувает с этого пятачка! Сдувает куда-то в угол. Хорошо, что тут много трупов охотников, они на себя и часть взрывной волны приняли и смягчили наше падение. Я врезался в труп мужика, впечатав его в стену своим телом.
На меня сыплется какая-то хрень в виде камней, вещей, оружия, ещё чего-то, вообще ничего не понятно. Лежу, свернувшись в калачик, прикрываю голову руками, хотя я в шлеме, но это скорее инстинктивно. Опа, ночника на моём шлеме уже нет, пох, искать его тут некогда. Ничего не видно, где мои руки ноги? Кто-то орал, кто-то где-то стрелял, вот это рвануло! Чего это так взорвалось-то?
Пипец, ошалело сажусь на задницу, вокруг тихо, уши заложило, кручу головой – пыль, ничего толком не видно, кто где? Хлопаю себя по ушам, вернее, по шлему, млять, скидываю его нах, снова хлопаю себя по ушам. Я ещё до конца не врубился в происходящее, крепко приложило-то.
Перед моими глазами из пыли появляется рожа Крота, вижу, как он с перекошенным лицом мне что-то орёт, но я его не слышу, да и Крота как-то сразу три.
– Оттаскивай, – звук вернулся резко, и зрение нормуль стало, – оттаскивай пацанов, млять, – он хватает меня за разгрузку и пару раз встряхивает, затем показывает рукой в сторону, – они лестницу взорвали!
Видимо, охотники воспользовались тем, что взорвалась лестница, так как из глубины коридора раздалась команда, и оттуда открыли ураганный огонь, вся стена слева от меня буквально расцвела искрами от попаданий. Ничего было и думать о том, чтобы прошмыгнуть на лестницу, да и нет этой лестницы уже. Мля, как нам вниз попасть-то?
Крот схватил валяющийся автомат и, подбежав к углу, быстро посмотрел за него, затем вытащил три гранаты и, выдернув кольца, зашвырнул их в коридор.
Как только в коридоре начали взрываться гранаты, стрельба оттуда тут же стихла, вернее, она совсем прекратилась, зато послышались дикие вопли боли нескольких охотников. Крот ещё выставил на вытянутых руках автомат и разом выпустил магазин, затем перезарядился и ещё один.
– Саня, шевелись, млять! – снова заорал он мне.
Резко встаю и хватаю за разгрузку Лешего и Кирпича, сдвинул их на полметра, подальше от рикошетов, а то так и прилететь может, но я не Иван мэр, у меня столько дури нет.
– Слива, помогай! – орёт Крот.
Из коридора снова открыли огонь, но как-то вяленько, видать, гранаты Крота хорошо их там проредили и, скорее всего, сейчас охотники оттаскивают своих раненых.
Крот стреляет, Слива, громко выматерившись, хватает Вал и начинает прицельно стрелять, встав на колено, спустя несколько секунд отбрасывает его, берет валяющийся автомат и открывает огонь из него. Тащу в угол Лешего, тот начинает вырываться, бьёт меня кулаком, уворачиваюсь. Видать ещё не понял, что это я.
– Леший, успокойся! – кричу ему.
Бросаю его и за Кирпичом, тот уже перевернулся на живот и трясёт башкой, шлема на нём уже нет.
– Они лестницу взорвали, – хрипит он.
– Я знаю, – помогаю ему подняться, сую в руки автомат, мля, моего Вала на мне нет, искать его тут негде.
– Пустой! – орёт Крот, он уже с Валом в руках.
– Лови, – бросаю ему два магазина.
– Как вниз-то будем спускаться? – спрашивает уже пришедший в себя Слива.
Осторожно выглядываю и смотрю вниз. Точно, лестницы нет. Этой здоровенной массивной лестницы нет! Вот что так рвануло. Это ж сколько же под неё взрывчатки заложили? Наши, пацаны? Их там не накрыло всех? Но вроде снизу продолжают стрелять, работают и автоматы, и пулемёты, и снова несколько взрывов.
Почему не слышу остальных ребят? Ах ты ж, мля, наушник вылетел. Вставляю его себе в ухо и тут же слышу.
– Вытаскивайте, откапывайте его, мы прикрываем.
Внутри всё похолодело.
– Туман, приём.
– Приём, мать твою, – взрывается рация голосом Тумана, – вы там живые?
– Да, приложило чутка. Чё у вас там?
– Нас тоже приложило, – орёт Туман, как умалишённый, видать его тоже по ушам взрывом хлопнуло, – хорошо на лестнице никого не было, почти.
– Как это – почти?
– Большого чутка завалило, ща откопаем.
– Мы к вам идём.
– Куда к нам, млять? Ты высоту видел?
– Видел.
– Ноги сломаете, не вздумайте прыгать, по верёвке, не вариант – вас на спуске положат, мы тут головы поднять не можем. Саня, вам нужно прорываться в гараж и выбираться из замка на какой-нибудь тачке, там наши машины наверняка есть, заведёте. Мы не можем вас вытащить.
Вот же, млять, попали!
– Понял, уходите, Большого вытащите.
– Вытащим, вон уже вытащили, Ваня, тащи его вниз, Няма, работай. Котлета, шмаляй по стенам из гранатомёта, они там окопались, сволочи.
Снова там взрывы, выстрелы, маты, крики, вопли. Пипец, грохот!
– Дуйте в гараж, быстрее, – продолжает Туман, – как идти, помнишь?
– Я помню, – отвечает Крот, слушая в своем наушнике Тумана и деловито перезаряжая автомат, – уходите, мы прорвёмся.
– Не боись, пацаны, – подключается Слива в рацию, – ща какую-нибудь тачку найдём, ворота взорвём и свалим из этого замка!
– У вас восемь минут, – слышится голос Грача, – либо отменяем.
– Нет! – хором отвечаем мы.
– Не отменять, – кричу я, отплёвываясь от пыли, – иначе мы тогда вообще не уйдём.
– Жмите по дороге к лесу, мы вас там встретим и прикроем, если что, – снова говорит Туман, – только обозначьтесь. Я щас Рыжего туда отправлю с бойцами. Конец связи.
– Быстрее уходим отсюда, – кричит Леший, бросая за угол две гранаты, – эти там пока притихли, хватайте боеприпасов побольше!
В спешном порядке мы начинаем шмонать трупы на предмет боеприпасов. Распихиваю магазины и гранаты по своей разгрузке. О, вон, кажись, мой Вал лежит, только ствол смят, видать, камнем каким сверху, нах, это уже не автомат, да и прицел разбит.
– Ложись! – внезапно крикнул Крот.
Падаем, кто куда. В коридоре взрыв, ещё, еще, еще, нас начинают закидывать гранатами. Но до нашего пятачка гранаты не долетают, взрываются в самом коридоре, а вот нам напротив, удобней, нужно просто бросить их в коридор и всё. Охотники-то там, в нём все. А мы за мощными стенами.
Слива, выставив автомат за угол, выпустил ещё один магазин. Снова оттуда открыли огонь и снова слышны проклятия в наш адрес. Вот это мы их разозлили!
Глава 5
5 февраля. Ночь. Замок Алута. Миц и Пил
– Ставок больше нет, – снова произнёс букмекер.
Только охотники снова приготовились смотреть за сборкой-разборкой автомата, как раздалась длинная автоматная очередь. Крик они не слышали, но зато все услышали стрельбу, за первой, вторая очередь, затем третья.
– Тревога! – заорал кто-то среди них.
И тут взывал сирена. Охотники, тут же позабыв про игру, стали хватать своё оружие и ломанулись в коридор.
– Куда бежать? Откуда стреляют? – тут же посыпались вопросы.
Снизу раздался взрыв, ещё, еще, еще, стрельба.
– Второй этаж, быстро! – закричал белобрысый.
– Вот он, шанс! – радостно закричал Миш.
– Какой? – не поняв, переспросил на ходу Пил.
– Да это наверняка эти в замок проникли, – передёргивая затвор, ответил Миц, – пришли сюда за своими.
– Как их могли проворонить? – спросил другой охотник, – мы же все входы-выходы заложили.
– Неважно, – снова радостно крикнул Миц, – сейчас мы им покажем, кто такие настоящие охотники, вперёд, бойцы, у них, наверняка, у каждого по калашу!
– Точно, – подхватил ещё один охотник, – будут знатные трофеи.
– И с собой ещё наверняка много чего есть, – добавил ещё один.
– Будут ещё уши! – закричал охотник Архи.
Воодушевлённые богатыми трофеями, охотники добежали до лестницы и стали по ней спускаться на звуки стрельбы. Миц немного замешкался, никак не мог застегнуть свою разгрузку, так она болталась и мешала передвижению.
Он поймал себя на мысли, что, всё-таки, хорошо, что сержанты вдолбили им в головы, что передвигаться по замку нужно только с оружием и боеприпасами. Миц очень хотел достать себе автомат Калашникова, только что он выиграл на ставках триста Туриз, неплохие деньги, но он хотел автомат.
– Вперёд! – услышал он голос.
Есть, наконец-то у него получилось застегнуть застёжку, и он побежал следом за остальными. Часть уже бегом спускалась по лестнице на второй этаж, и тут по ним снизу ударила пулемётная очередь. Миц, Пил и ещё несколько охотников успели остановиться и видели, как пули крошат тех, кто без оглядки ломанулся вниз по лестнице. Людей и Архи словно косила какая-то невидимая коса. Кто-то дёргался от попаданий, кто-то просто падал на лестницу.
Миц отчётливо видел, как бегущий первым Кул словил несколько пуль и тут же упал, бегущий следом за ним Ал получил в голову сразу две пули, отчего его голова взорвалась. Оба выронили свои автоматы, которыми они так гордились, и их тела по инерции поехали вниз по ступенькам, оставляя за собой кровавые следы. Вместе с ними были убиты ещё несколько охотников, остальные успели отпрыгнуть назад, снося тех, кто жаждал сбежать вниз по лестнице. Весь их боевой запал тут же куда-то исчез.
А снизу всё молотил и молотил пулемёт. Пули с противным свистом то и дело рикошетили от вековых каменных стен. Казалось, что адский пулемётчик внизу и не думает останавливаться, он всё стрелял и стрелял.
– Назад! – закричал кто-то особо резвому охотнику.
Тот подполз к лестнице и хотел выстрелить вниз, но тут его голова дёрнулась, и Архи так и остался лежать на месте с дыркой в затылке, сжимая уже мёртвыми руками автомат.
Страх, вот что мгновенно обуяло Мица, он уже не кричал, призывая бежать вперёд и убить всех напавших и заполучить трофеи. Он просто тупо сидел на полу, куда его унесло, когда прячущиеся от пуль его товарищи сбили его с ног, рядом на полу с большими глазами лежал Пил. Из головы Мица не выходили Кул и Ал, два его сослуживца, которые несколько секунд назад были живы и с пяток минут назад на спор разбирали и собирали автоматы, и даже не думали о том, что их убьют. Они были молоды, здоровы и полны сил, но сейчас они оба трупы. Миц, до этого не бывавший в боях, только что понял, что вот так убить могут любого. Что все его потуги, вся его храбрость ничто, вжик! – и нет тебя.
– Десять… – как-то страшно произнёс Пил, – пулемётчик только что убил десятерых наших.
Наконец стрельба из пулемёта стихла. Где-то там дальше по коридору стреляли. На полу корчились несколько раненых. Их тут же стали оттаскивать в сторону. Тут Миц и другие находившиеся на этой площадке, услышали топот тяжёлых ботинок, и спустя несколько секунд из-за поворота к ним прибежало ещё около двадцати охотников.
– Вы что тут расселись? – обалдело взревел бегущий первым сержант, увидев сидящих тут охотников, – вперёд, трусы, я с вами потом поговорю!
Он тут же увидел трупы на лестнице, ещё раз взревел, вскинул свой автомат и стал стрелять вниз. К нему тут же присоединилось ещё с десяток охотников, вместе они создали неплохую стену огня.
– Вперёд, трусы, – резко оборачиваясь, крикнул он им, – я вас потом со свету в нарядах сживу!
Миц очухался, схватил свой автомат и, дождавшись, когда освободится место на не очень широкой, лестнице стал стрелять. От грохота выстрелов, у него мгновенно заложило уши. Он не видел противника, но точно знал, что он там. Изредка он видел оттуда вспышки, и, то один, то другой стоявшие рядом с ним охотники, падали.
– Они отстреливаются, – закричал рядом Пил, – у них…
Что у них, он так и не успел крикнуть, его крик оборвался на полуслове, Миц повернулся и увидел, как Пил ещё стоит рядом с ним и удивлённо рассматривает свою грудь, на которой расплывается кровавое пятно. Вот он, бросив автомат, приложил обе руки к своей груди, затем отняв, посмотрел на них, руки были в крови. И тут ему точно в лоб прилетела пуля.
Миц очень хорошо увидел, как сзади из затылка Пила вырвался фонтанчик крови, вместе с мозгами и забрызгал стоявшего сзади охотника. От этой картины Миц мгновенно вспотел, всё его тело покрылось противным липким потом.
– Ложись! – заорал кто-то сбоку.
– Граната! – закричал сержант.
Взгляд Мица упал на сержанта, вернее, на то, как ему под ноги упала граната. Но тут уже Миц успел среагировать, резко развернувшись, он успел оттолкнуться ногами в тот момент, когда сзади него раздалось два взрыва подряд.
Взрывной волной Мица кинуло наверх, на раненых и трупы охотников. Врезавшись в корчившегося на полу и зажимавшего свою правую ногу, охотника, Миц полетел дальше. Хлопнулся на пол, больно об него ударившись, рядом с ним плюхнулось что-то тяжёлое, кто-то адски кричал, их стрельба разом стихла. Ещё взрыв, ещё, их просто закидали гранатами, этот безумный крик, от которого у Мица чуть не разорвалось сердце, резко оборвался.
Подняв и повернув голову, он увидел лежащее в полуметре тело сержанта. Его глаза были стеклянными, и у него была только половина тела, до пояса, всё, что ниже, просто отсутствовало.
Вот снизу снова открыли огонь, и Миц увидел, как пули рикошетят и впиваются либо в пол, либо в тела охотников. Мицу снова повезло, он увидел, как несколько пуль впились в уже вставшего и державшегося за уши после взрывов, охотника, и тот, сделав пару шагов назад, перекувырнулся через перила и упал вниз.
Миц снова посмотрел на сержанта. Этот сержант нещадно гонял их на учениях, и он же отменил все их увольнительные и приказал приехать позавчера в замок, для усиления гарнизона. Теперь он был мёртв, да тут все, кажется, мертвы…
Схватив ближайший к нему валявшийся автомат, Миц отполз в сторону. Оказалось, что вместе с ним тут ещё больше десяти охотников живы. Кто-то из них уже подполз к этой злополучной лестнице и открыл огонь.
Миц страшно закричал, вскинул автомат, и так же подбежав к лестнице, практически за одну очередь выпустил весь магазин. Злость и безумие, вот что обуяло его в этот момент. Когда боёк сухо щёлкнул, он увидел лежащее в груде посечённых пулями и осколками тело Пила, тот лежал на спине с застывшим на мёртвом лице удивлением и открытыми глазами. Вся его грудь была красной от крови.
– Вперед, – прохрипел кто-то, отплёвываясь от пыли, которой тут было очень много, – вперёд, они отходят.
