– Никогда бы не подумал, что Батон будет использовать нюбсов. Ведь это опасно, вот так по катакомбам ходить. Тебя как зовут?
Я задумался, а потом всё же ответил:
– Гера.
Игрок протянул руку:
– Гера, значит. Я Кент, – он произнёс это так, будто я должен был сразу всплеснуть руками.
Мы обменялись рукопожатием.
Подождав пару секунд, Кент цыкнул:
– Не слышал, значит, обо мне?
Я помотал головой.
– Ничего, ещё услышишь. Кент в Батоне не последний игрок, Гера, хоть я и персик.
Он сразу понял, что я ничего не понял.
– Ну, это второй курс Батона, значит, разберёшься потом, – он поднял палец, – Но я говорю – я не последний игрок, запомни это имя: Кент.
По пещере опять донеслись звуки. Игрок оглянулся.
– Там мой рейд, мы сюда на практику приехали. Набиваем опыт для факультета.
Я всё же не терял осторожность.
– А почему ты не с ними?
– А что делает нюбс в катакомбах? – Кент сразу же перешёл в оборону, – Думаю, надо проводить тебя в «Сито», там ведь разберутся?
Вспомнив про желтоглазого и его бугаёв, я помотал головой. Забвенцы, как назвал их Чернецов, контролировали порталы в Сито.
– Ну вот, – Кент улыбнулся, – И в Батоне давай не будем говорить, что ты видел, – он тряхнул лямкой рюкзака, в котором была коробка со мхом.
Я осторожно кивнул, и игрок заметно расслабился:
– Так, ладно. Ща быстро провернём. Ректор сказал хоть, куда идти?
Глава 6, в которой всем хана
– Только давай быстрее, у меня времени нет возиться с тобой, – Кент подтягивал меня за плечо, пока мы шли по тоннелям.
Наш путь проходил то по коридорам подземелья, то снова превращался в природные пещеры, словно прогрызанные в толще камня.
Иногда попадались такие же алтари, как в той пещере, где я встретил игрока. Тогда Кент доставал ножик, и, прикрываясь от меня спиной, отскребал его в коробочку.
Для меня оставалось загадкой, для чего это, но и так было понятно, что дело не особо законное.
Везде попадались мёртвые гоблины. Игрок цепким взглядом скользил по телам, и в его глазах не было ни тени страха. Только расчёт.
– Так бывает, – Кент перехватил мой взгляд, – что эти олухи оставят что-нибудь ценное, не подберут. Они же все спешат.
Я кивнул, будто понимал, о чём он. В этот момент стены коридоров снова принесли эхо.
«Держи-жи-жи!!!»
«Кидай-дай сон-сон!»
– Это твои друзья? – спросил я, указав в ту сторону, откуда пришёл звук.
– Друзья? – Кент сморщился, – Не-е-е. Это моя пати, но никакие они мне не друзья.
Он отмахнулся.
– Это твоя группа? А как они там без тебя справляются? Они ведь гоблинов бьют? – вопросы так и лились из меня рекой.
Видимо, после пережитого меня очень тянуло общаться.
– Ты какой-то болтливый нюбс.
Кент остановился и поднял валяющийся в углу нож.
– Ага! – он торжественно поднял его над головой, – Говорил же, что слепые они. Олухи, ничего без Кента не могут.
И он приподнял джинсовую куртку.
Оказалось, к поясу у него были прицеплены бутылёк и кожаный кошель. В стеклянном бутыльке, размером не больше стакана, плескалась какая-то светящаяся жидкость.
Кошелёк тоже был небольшим, хоть и напоминал связанный дорожный узел. Кент ослабил завязки, взял нож пальцами за конец рукояти, поднял над кошелём, и отпустил.
Одно лезвие было длиннее этой торбочки на поясе, но нож просто нырнул внутрь и исчез.
– Э… – вырвалось у меня.
– Что? – Кент с деловитым видом перетянул завязки и опустил джинсовую куртку.
Я только мотнул головой.
– Ничего.
Магические заклинания, гоблины, иглогривые собаки, порталы… И что, теперь удивляться бездонной сумке?
Новая реальность заставляла работать мозг. Тут всё по правилам игр, так знакомых мне с детства. А значит, и логика тут игровая.
– А бутылёк? – спросил я, – Это… кхм… зелье здоровья?
– Не-е-е… – парень, усмехнувшись, снова оттянул джинсовку.
Сунул руку в кошель, естественно, чуть ли не по локоть. Круглыми глазами я наблюдал, как он там долго-долго шуровал, а потом что-то вытащил.
Стеклянный флакон с красной жидкостью внутри.
– Вот хилка, – сказал он, сунул обратно, а потом похлопал по бутыльку на поясе, – А здесь опыт.
Я округлил глаза.
– Опыт? В смысле, тот самый, за который ты поднимешь уровень?
Пожав плечами, Кент пошёл вперёд, в следующий коридор.
– Ну, наверное, тот самый. Если хорошо наберём, то конечно, получу уровень.
Я шёл за ним следом, с интересом оглядывая стены подземелья. Это реально будто игра, а тут эти игроки качаются.
Получается, в Баттонскилле меня сделают таким же игроком?
– А ты какого уровня?
– Ну, я же говорил, я персик. Второй курс – второй уровень.
Я даже слегка разочаровался.
– Второй?
– Ага, – гордо произнёс Кент, – Хотя бывает, что оставляют на второй год, и никакого уровня не получаешь, – как-то нехотя добавил он.
– В смысле?
– В прямом, – сказал игрок и остановился.
Мы стояли на развилке. Два тёмных прохода. Отсветы факелов и звуки битвы слева, и просто темнота справа.
– Где там твоя схема?
Я протянул мобилу, он полистал схемку.
– Так… хм…
Пока он смотрел, что-то ухнуло, и стены вздрогнули. С потолка осыпалась пыль.
А потом из коридора с воюющими игроками прилетел рёв.
– УУУУУАААА!!!
Мне почудилось, что даже ветер пошевелил волосы. В нос ударило зловонием.
Я словно прирос к полу, а потом заметил, что Кент совсем не обратил на происходящее внимания. Он так и продолжал изучать схемку.
– Что это было? – шёпотом спросил я.
– А? – он всё не мог отвлечься, – А, это босс. Тролль, наверное.
– Тролль?!
Я сразу представил огромного монстра, с ногами, как у слона, и в руке дубина-дерево.
– А твои… – я опять кивнул в сторону, – Они без тебя справятся?
Кент покосился на меня, потом усмехнулся:
– Конечно? Не всё же им на мне выезжать. Знаешь, пора и самим уже учиться, а то мне уже надоело пахать за всех.
Он довольно похлопал по мечу на поясе.
– Ты – воин? – спросил я.
– Конечно. Я же говорю, я Кент. Меня весь Батон знает…
– А ты…
– Так, – он сунул мне в руки мобилу, – Хватит болтать. Пошли.
И он уверенным шагом направился в темный коридор.
Я сначала потянулся включить в телефоне фонарик, но потом заметил, что темнота как бы расступается перед Кентом. Словно он был источником рассеянного света, как ночник.
Естественно, я об этом спросил, и естественно, ответ был непонятным.
– Вот будет у тебя «теория пассивных умений», всё тебе расскажут, – игрок отмахнулся.
Мы прошли пару помещений, освещенных факелами. Одно квадратное, с каменными стенами, где по углам стояли деревянные бочки.
В другом был дубовый стол со стульями, рядом с которыми потрескивал в углу камин. На столе в огромном блюде исходил паром запечённый поросёнок, и в нос ударил запах жареного мяса.
Тут было бы даже уютно, если бы не головы скалящихся тварей на стене. Тут жил явно какой-то охотник.
– Бедные гоблины, оторвали их от трапезы, – усмехнувшись, сказал Кент, – Дай-ка сюда телефон.
Он опять потыкался в телефон.
– Здесь должно быть, странно, – игрок покрутил головой, – Ты видишь что-нибудь?
Я тоже осмотрел всё. Нет, ничего. Только стол, стулья, камин, охотничьи трофеи на стене. Ну и грязный пол, покрытый соломенной трухой.
– Так, может, карта неточная? – Кент поскреб подбородок, потом вернул телефон, – На, ща попробуем покрутить вокруг. Пойдём, глянем дальше.
Мы пошли в следующий проём, и Кент последний раз оглянулся на стол:
– Эх, такая жрачка пропадает. Умеют же гоблины жить красиво.
– Да, странно только, что трупов нет, – я улыбнулся в ответ.
Мы как раз входили в третье помещение. Огромный зал, где в полумраке тянулись ряды трухлявых ящиков. Приглядевшись между досками, я понял, что в них полно ржавого оружия.
Мои слова дошли до игрока только спустя пару секунд.
– Что ты сказал?! – Кент, округлив глаза, оглянулся на меня.
– Я…
– Шшш! – он стиснул зубы и замахал рукой, чтобы я замолчал, – Ничего не пойму. Они тут не были, что ли?
– Кто не были?
Далеко впереди, в конце штабелей ящиков, ярко светился проём, будто там целый ворох факелов горел. Замаячила какая-то тень, послышалось ворчание, словно древний скрипучий старик охал и причитал.
Игрок сразу схватился за рукоять и стал толкать меня обратно.
– Тихо, блин!
Я понял: что-то пошло не по плану.
Кент тихонько потянул меч, стараясь не звенеть клинком, потом зашептал:
– Идиоты. Они пропустили этот коридор. Назад, быстро!
Он как раз смотрел на меня, подталкивая обратно, как вдруг его взгляд зацепился за что-то на стене. Зацепился и загорелся жадным блеском.
– Чекан мне в уши! Да быть не может…
И он, протиснувшись мимо меня, прошёл к стене и осторожно отвалил от неё трухлявый ящик. Тот жалобно скрипнул, и Кент прижал палец к губам, будто это я шумел.
Я совершенно растерялся.
Мало того, что он что-то сказал про моего отца, так ещё и забыл про всякую опасность. Игрок стащил щит, снял рюкзак, и стал отскребать со стены какую-то плесень.
– Синий мо-о-о-ох, – послышался свистящий шёпот Кента.
– Ты знал моего отца? – вырвалось у меня.
– Кого? – игрок не слушал, увлечённо сковыривая наросты на камне.
Вдруг совсем рядом послышался лепет:
– Тятя…
Я резко повернулся. Прямо передо мной на полу сидело мелкое «что-то». Будто лысая кошка с большущими глазами и ушами, она сжалась в комок и, дрожа всем телом, смотрела на меня.
– Тятя?
– Э… – вырвалось у меня.
Больше всего существо напоминало знаменитого Добби… Оно так же жалобно смотрело на меня.
Кент зашипел из-за ящиков.
– Стой, нюбс. Не двигайся!
– А что делать? – я сразу повернулся к нему.
– УИ-И-И-И-И!!!
Резонирующий визг ударил в уши. Кошка-добби резко подскочила, оказавшись гоблином-малышом, и, раскинув руки, понеслась к светящемуся выходу.
Мы с Кентом уставились друг на друга. До меня только спустя секунду дошло, что игрок стоит и чуть не трясётся.
– Кент! – позвал я.
Тот так и стоял, обняв рюкзак, рядом с ящиком.
– Кент, уходить надо!
Игрок замотал головой, зажмурившись, и пробормотал:
– Всё, мы трупы…
– ХАНА! – хриплый крик разнёсся по залу.
Я посмотрел на проход и почувствовал, как волосы зашевелились на голове.
Сразу пять коренастых гоблинов появились из проёма. Злые красные глаза, жёлтые зубы с клыками, у каждого ржавый меч в руке.
Четверо в набедренных повязках, а один в медном нагруднике и римском шлеме. Доспех явно был с кого-то большего по размеру, и гоблин поддерживал его свободной рукой. Шлем с ярко-красной щёткой сверху наезжал на глаза, и гоблину приходилось, как сказочному принцу, мотать головой, откидывая его назад.
В этот момент я желал, уж лучше снова появиться в темноте, полной трупов этих зеленокожих. Главное, не живых…
– Кирдык! – рявкнул шлемоносец, указывая на меня мечом.
Ноги не хотели двигаться, но стоять – это верная смерть.
– Кент, блин, – я шаркнул, отступив на шаг, и перехватил дубинку двумя руками.
– Мы трупы…
Проблема оказалась серьёзнее, чем я думал. Я ожидал чего угодно, но явно не того, что крутой игрок, который вечно «пашет за всех» в боевой группе, будет стоять истуканом, обняв свой рюкзак.
– Трупы! – он не переставал бормотать, зажмурив глаза, – Мы трупы.
На миг я встал перед выбором – рвануть назад со всех ног, к той самой «группе», чьё эхо мы всё время слышали в коридорах, или же…
– КРА-А-АНТЫ!!! – гоблины понеслись вперёд.
– Твою ма-а-ать! – я рванул вбок, схватил Кента за рукав и потянул к выходу.
– Нет, нет…
Плечом я задел высокий штабель ящиков, он зашатался… Тут же я навалился на них всем телом.
– У-у-ух! – я зарычал, – Помога-а-ай!
К счастью, Кент очнулся, и тоже упёрся в ящики.
Накренившись, башня с угрожающим скрипом повалилась на соседнюю, та тоже поехала вперёд, задела ещё штабель…
– Что за на? – послышался возмущенный возглас.
И грохот падающих ящиков заполнил помещение. Ржавые клинки звенели об пол, трескались доски…
– Кавардак! Кранты! – гоблины ругались, кто-то из них кричал истошным визгом.
– Бежим! – я рванул Кента за плечо, потянул обратно, – К твоей группе!
Тот закивал, хватая свой щит:
– Да, да! Точно, бежим к пати.
Мы понеслись в ту комнату с камином, где стоял накрытый стол. Тут бежать-то всего ничего до той развилки, враги не успеют догнать.
Вот только в следующем помещении, где стояли бочки, нас ждал сюрприз. Такой же зеленокожий гоблин перевалился через край бочки в углу, свесившись в неё. Из-под набедренной повязки открылась не самая приятная картина.
– Бухло! – слышался его голос, вылетающий из бочки словно из трубы.
Мы влетели внутрь и испуганно застыли, прошаркав по грязному полу.
– А? – гоблин заворочался, замотал ногами, пытаясь выбраться.
Думать было некогда. Я подлетел, схватил его за пятки и ухнул в бочку.
– А-А-А-абл-бл-бл… – его истошный крик резко потонул.
Но этого хватило. Потому что в том коридоре, в котором была развилка, послышались голоса. Скрипучие, хриплые, и вылетали они явно не из людских глоток.
Мы оказались в западне. Гоблины вот-вот должны были ворваться и с другой стороны.
– Кирды-ы-ык! Хана-а-а!
– Нет! – Кент так и продолжал обнимать рюкзак вместе со щитом, – Как они там оказались?
Я толкнул его обратно.
– Куда? – Кент особо не сопротивлялся, – Да всё пропало! Нас даже не успеют найти…
Забежав в комнату с камином, я испуганно огляделся. Стол, аппетитный поросёнок, чадящий камин в углу, морды всяких тварей на стене. Соображай, Гончар!
Сердце билось, как угорелое, отбивая в ушах похоронный марш. А руки до сих пор помнили прикосновение к живому гоблину. Обычный доходяга, кожа да кости, только холодный и потный.
И такие к нам бегут с двух сторон.
Из зала с ящиками уже неслась ругань и звон железа – гоблины пробирались через завалы. За спиной тоже приближались крики.
– Хана-а-а!!!
Поможет только чудо…
– Кент! – я тряхнул игрока за плечи.
– Трупы…
– Ке-е-ент! Ты же игрок, давай, делай что-нибудь!
Он непонимающе уставился на меня.
– Но я же балласт…
– Чего? Давай магию свою, хоть что-нибудь…
– Да я ничего такого не умею.
Я зарычал, перехватив дубинку, и толкнул его в угол, к камину. Напрягся, сваливая стол. Уф-ф, тяжёлый какой…
Стол завалился на бок, блюда и бутылки ссыпались, раскалываясь. Жареный поросёнок покатился по полу, собирая соломенную труху, и остановился у ног гоблина.
Он как раз влетел в комнату и едва не споткнулся. А потом растерянным взглядом посмотрел на испорченное блюдо.
– Жратва? – на него было жалко смотреть.
Впрочем, через секунду его взгляд налился лютой ненавистью.
– Кранты! – он повел пальцем по горлу.
– Что за на? – за его спиной рявкнул второй гоблин, – Сра-а-ач!
Мы спрятались за тяжёлой столешницей. Кент сидел со своим рюкзаком, прислонившись к ней спиной, да я и сам схватился за её край, как будто она могла спасти. И во все глаза рассматривал ухмыляющихся гоблинов.
Они уже прибывали с двух сторон…
