Не брезгуя кровью, смешанной с грязью, хватаю за плечи это нечто, что раньше именовалось Романом, и пытаюсь растормошить.
Пусть тоже не умирает! Вернее, сначала вытащит меня из этой передряги, а потом делает что хочет.
Трясу его со всей силы, при этом стараясь не слишком шуметь, но никакой реакции не вижу.
Машина замедлила ход, и теперь нас постоянно подбрасывает на дороге. Как понимаю, мы свернули в сторону карьера и здесь бездорожье. Когда я уже совсем отчаялась и опустила руки, откинув голову назад, уставилась в потолок машины. Сначала подумала, что мне показалось, но присмотревшись, увидела там пушку. Она была расположена под потолком и спрятана от чужих глаз в потайном самодельном кармане. Двойной потолок?!
Факт его наличия значительно увеличивает мои шансы на спасение. Вопрос в том, как его оттуда достать, не привлекая внимание водителя, ведь если я подниму руку, он может заметить это в зеркало заднего вида.
Неожиданно почувствовала легкое прикосновение к руке и вздрогнула.
Посмотрела на лицо Романа и увидела легкое шевеление его верхних век.
«Он пытается открыть глаза! Он жив? Черт побери! Да! Он жив! Вот же живучий гад! Как бы это ни выглядело, но я рада этому факту!»
И снова он еле ощутимо прикоснулся к моей руке, а после пальцем поманил к себе.
В этот момент машина затормозила. Наш водитель выключил двигатель, и в автомобиле образовалась тишина. Затем он вышел из тачки, и мы услышали звук щелчка зажигалки.
Я быстро наклонилась к Роману, и он еле слышно произнес:
– Убей его.
Как у него все просто, оказывается! Нет, гипотетически я и сама понимаю, что это единственный способ выбраться из всей этой заварушки, но как это воплотить?!
Вспомнив о пушке наверху багажника автомобиля, быстрым движением вытащила ее оттуда.
Молот находился в положении полулежа, постаралась безшумно выпрямить его, чтобы он сел.
Снаружи послышалось, как рядом остановилось еще одно транспортное средство. А после – голоса наших будущих убийц, они договаривались о том, что посадят Романа за руль и так скинут машину с обрыва, чтобы было максимально достоверно, что управлял ею именно он.
Зажала рот рукой, остановив крик охватившего меня ужаса. Счет пошел на секунды. Сейчас они откроют багажник и увидят здесь меня, и тогда точно все будет кончено.
Вложила в руку Роману пистолет и вновь растормошила его, чтобы он был в сознании. От оружия для меня толку нет, я же не умею с ним управляться. А он – другое дело. И действительно, через силу, но второй рукой он снял с блокировки револьвер.
– Я не вижу, – шепотом произносит он, – подними и направь мою руку поочередно на каждого, поняла?
Хаотично киваю: да, да, поняла.
Подняла окровавленную конечность Романа, а он от бессилия чуть не выронил ствол, еле успела его перехватить, до того как он упал бы с шумом на пол багажника. Черт!
Злоумышленники что-то обсуждали, ощущался запах сигарет. У меня осталось совсем мало времени, прежде чем я организую все.
– Давай сама, – слышу совет Романа.
Легко сказать! Но как я буду жить дальше, зная, что убила людей?! Я не он! Я не смогу существовать с таким грузом на душе. Тем более в прямом смысле они мне не угрожают, по крайней мере, пока. И как я могу спустить курок, глядя им в глаза. Нет, я не смогу!
Приближаюсь к уху Романа и дрожащим от страха голосом говорю:
– Я не…, – набираю побольше воздуха, – я не смогу. Не смогу, понимаешь? Я не смогу выстрелить, – сокрушаюсь, но повторяю фразу, понимая, что это правда.
– Они…, – пауза, он силится, чтобы произнести фразу, – изнасилуют и … убьют тебя.
Отрицательно машу головой:
«Нет, нет. Я не хочу этого слышать!»
– Решайся быстрее, – ему с болью дается каждое слово, но он все же говорит, подталкивает меня к принятию решения.
Перед глазами проносятся ужасные картинки того, что со мной может произойти, если попаду в лапы бандитов. К тому же на мне будет висеть ярмо «свидетельницы» убийства, и меня точно никто не пожалеет и не спасет. Осознание жуткого, душераздирающего будущего накрывает меня, и я принимаю решение – я должна еще побороться!
Сделаю, как он сказал, но так, чтобы не было осечек.
Я пошире раздвинула ноги Романа и осторожно села между ними. Теперь его руки находились по обе стороны от меня. Подняла его правую руку, вновь вложила в нее пистолет и поверх накрыла своей ладонью, крепко обхватив его пальцами, подняла пушку на уровень глаз.
– Я направляю, а ты нажимай на курок, хорошо? – тихо проговариваю ему, настраиваясь на то, что от меня зависит, попадет он в них или нет.
Услышала его резкий выдох и поняла, что он согласен. Возможно, он хотел усмехнуться моей реплике, но просто физически не смог это сделать.
В этот же момент раздается звук открываемой двери багажника.
Я со всей силы сжала руку Романа. С каждой секундой мое сердце стучало все громче, а дыхание учащалось. Все, сейчас настанет момент «х».
Да, они нас видят!
Мои глаза встречаются с взглядом одного из парней. В доли секунды в нем отражается удивление, непонимание, смятение, а после взгляд переходит на револьвер, и испуг ясно виден на его лице.
Роман по очереди два раза нажал на курок.
Резкое движение в сторону. Раздаются третий и четвёртый выстрелы, которые сносят с ног и его сообщника, бандиты падает на землю.
В машине запахло порохом, я оглушена выстрелами, но мы сидим, не шевелясь, несколько секунд. Я перевариваю все, что только что произошло. Я стала убийцей.
– Слезь с меня, – раздается со спины хриплый голос Романа.
«Ему больно от моего веса», – осознав это, я буквально слетаю с него в самый дальний угол багажника и закрываю лицо руками. Верчу головой в разные стороны, все еще не осознавая произошедшее. Я до сих пор не верю, что все это произошло со мной, в реальности!
Лицо горит от волнения, а руки ледяные от ужаса, и этот контраст немного приводит в себя. Откидываю голову назад, а после ощущаю движение рядом, за которым последовало два выстрела, и я резко распахнула глаза.
Роман лежал на животе у края багажника, рука его свисала вниз.
Приблизившись к краю, посмотрела на тела у машины и поняла, что он полез их «добивать», чтоб уж наверняка.
Да, действительно, все же он выполнил свое обещание, он меня спас.
Глава 6
Подобралась к Роману и вновь попробовала потрепать за плечо. Как и в прошлый раз, никакой реакции.
Его надо срочно в больницу! Может, он еще выживет!
Но как?! Я не умею водить машину!
Может, скорую вызвать?! В полицию позвонить? Но вот последний пункт мне совсем не нравится. Приедут менты, и что с нами тогда будет?
Надо сообщить кому-нибудь из дружков Романа. Но кому? У меня нет их номеров. Галя! У нее точно есть контакт хоть одного из них.
Да, это выход! Рыщу по своим карманам в поисках моего мобильника, но ничего не нахожу. И что теперь делать?!
Вдруг раздается трель звонка из телефона одного из убитых.
Роману же тоже звонили, когда мы были в дороге!
Срочно надо найти его мобильник и позвать кого-то из его банды!
Осторожно, чтобы никого не тронуть, выбираюсь из багажника, переступаю через одного. Счет идет на секунды. Чужая группировка скоро поймет: что-то не так, раз свои не отвечают. И все они приедут сюда.
Бегу к водительскому креслу. Открываю дверь – мобильника не вижу. Заглядываю за кресло, а он валяется на коврике пассажирского. Влезла в машину и, перегнувшись через коробку передач, достаю его мобильник. Выключен. Нажимаю на кнопку включения. Графический пароль просит, черт! Может, на отпечаток пальца среагирует. Возвращаюсь к Роману, хватаю свисающую руку и прикладываю его указательный палец к Touch ID. Нет. Требует графический пароль.
Телефон в руках так неожиданно завибрировал, что я его чуть не выронила. На экране отображается: «Кощей»
Точно, это тот самый, который должен был последовать за Молотом на подмогу!
Принимаю вызов, и из динамика раздает просто ор вперемешку с бранью:
– Ты, бл, где! Тут наших всех перебили, и пахана тоже. Бл, Молот, какого хер тут происходит?!
– Молот сильно избит и сейчас в отключке, – быстро произношу в трубку, – срочно приезжайте и желательно с врачом. Не знаю, жив ли он еще. Мы тут, у обрыва. Недалеко должны быть от вас, по идее. Вы поняли, где мы, Кощей?
На том конце тишина.
– Алло, Кощей, вы меня слышите? Аллоо!
– Да, – наконец я услышала его ответ, – скоро будем.
И отключился.
Ждать мне пришлось долгих двадцать минут, которые я провела на краю обрыва, вглядываясь в кромешную тьму, размышляя о своей дальнейшей жизни. Что будет со мной, если Молот умрет? А если останется жив?
Будут ли меня искать люди с другой группировки? И вообще, как так случилось, что девочка из простой, не самой благополучной семьи, с родителями из рабочего класса, которая просто ходила в школу и ничем, кроме учебы, не занималась, оказалась между двух криминальных группировок?!
Одно я понимаю четко: последствия будут по-любому. Если не от группировки Молота, то от противоположной точно. В конце концов, они потеряли двух своих людей, и быстро сообразят, один Роман бы с ними не справился. А значит, ему помогли. Если они выяснят кто именно, жить мне осталось недолго.
Послышался шум приближающихся машин. Я спряталась за монстром Молота, не зная, кто именно пожаловал. Если что, спрячусь в обрыве, по крайней мере, попытаюсь.
Но когда увидела бригаду скорой помощи, замерла. Они ее вызвали? Значит, скоро пожалуют и менты, тут же была перестрелка! Блин, я забыла о третьей стороне – о законе, который грозил мне реальным сроком за совершенное преступление.
Следом за скорой помощью на поляну выехали еще две машины, из которых тут же выскочили несколько парней. Я попятилась к двери водителя. На улице уже темно, и я не могу определить по лицам, кто они. Но когда они подбежали и стали осторожно вытаскивать Романа из багажника, поняла, что это парни из его банды.
Вдруг сзади послышался грозный, но знакомый голос:
– Куда собралась?
Глава 7
Не успела повернуться, как меня хватают за локоть и выводят на освещенное фарами машин пространство.
Резкий белый свет бьет по глазам, привыкшим к темноте, и я пытаюсь рукой прикрыть их.
– С тобой все нормально? – парень как будто удивлен, осматривает меня на предмет повреждений или целостности одежды.
Я узнала его, это тот самый тип, что хотел затащить меня в комнату буквально несколько часов назад.
– Кто это, Серый? – к нам подходит высокий, немного полный парень в строгом костюме, чем очень удивляет меня. Уж очень большой контраст между бандитами из шайки и этим деловым мужчиной.
– Это она уехала с Молотом сегодня, – докладывает ему Серый, все еще крепко сжимая мою руку и тем самым доставляя мне боль.
– Кто такая?
– Это я вам сообщила, где искать вашего Молота! – С вызовом смотрю на этого здорового парня и пытаюсь отвлечь их внимание от моей персоны, чтобы не произносить своего имени: – Вместо того, чтобы сказать спасибо, вы мне боль причиняете. – Пытаюсь отлепить пятерню Серого от своей руки. – Кто из вас Кощей? Буду говорить только с ним!
Серый прыскает со смеху, а парень напротив чуть наклоняет голову, как будто хочет меня рассмотреть повнимательнее.
– Кощей! – вдруг раздается из скорой женский голос. – Кощей, Молот пришел в себя! Но не надолго, быстрее.
Парень в костюме подорвался с места и побежал на зов.
Серый, все еще не отпуская моей руки, но значительно ослабив хватку, потянул меня тоже в ту сторону.
– Так это и был Кощей, – догадалась я.
– Да, – хоть уже все и понятно, но Серый все же соизволил подтвердить это.– Не понимаю, как ты осталась цела? – интересуется он.
Не хочу ему отвечать.
Сейчас я могу нормально осмотреть все и всех. Хоть и темно, но включенные фары хорошо освещают пространство вокруг.
– А скорая какая-то необычная, что ли, – выдаю вслух мысли, не желая вести с ним беседы, все же я до сих пор его боюсь.
– Это реанимобиль, – поясняет он мне. – Для таких вот ситуаций.
– У вас и врач свой, я смотрю, – сейчас я вижу девушку в медицинском халате, которая нависает над лежащим Молотом и подсоединяет к нему какие-то медицинские аппараты, делает укол.
– Да, это наш ангел хранитель Ася.
– Круто, – произношу удивленно.
Посмотрев на их собранность в такой момент и организованность их действий, начинаю подозревать, что рэкет, которым промышляют эти парни, о котором было известно мне, – это самое безобидное их занятие.
– Парни, сваливаем. Твари, что сотворили все это, выезжают сюда. Я на тачке Молота, – быстро дает распоряжения Кощей. – Серый, – кричит, обращаясь персонально к моему «захватчику», – ты со мной, и девку захвати. – А после звучит сигнал для всех: – Поехали.
И этот полненький парень, почему-то все же прозванный Кощеем, буквально пролетает мимо нас с Серым, как будто в нем килограмм пятьдесят всего, а не все сто, и, проворно оббежав машину Молота, садится за руль.
Серый быстро тянет меня следом и практически впихивает в тачку на заднее сидение, а после закрывает двери.
– С этими что делать? – снаружи приглушенно слышится его голос.
Кощей отвечает, повернувшись к окну:
– Оставь, пусть о них свои позаботятся.
Слышится, как захлопнулся багажник, и через доли секунды Серый оказывается на пассажирском рядом со мной, вынуждая меня отсесть подальше.
А Кощей тем временем резво стартует с места, заставляя наши тела откинуться назад.
Машину подбрасывает на бездорожье, но благодаря хорошей амортизации мы это еле ощущаем. Перед нами едет скорая, позади еще машина. И перед скорой виднеются иногда огни первой машины в нашей процессии.
– Куда едем? – интересуется Серый.
– Молоту надо залечь на дно, – задумчиво произносит Кощей, – пока не восстановится, – и после паузы продолжает, – Уроды сильно постарались. Но он жив, и это главное. Слухи что он выжил и претендует на место главаря быстро распространятся, и весь бизнес удастся сохранить, так как его и так считали преемником. Будут те, кто отпадет, предатели всегда были везде, но у нас их будет незначительное количество. Вот только на Молота могут объявить охоту, пока он слаб… – Неожиданно с яростью бьет по рулю, заставляя меня вздрогнуть: – С телами наших надо разобраться, да пахана похоронить с почестями и верхушке сообщить, что бы уважили. Документы переоформить… короче, разгребать много чего придется. Так что все, что было раньше – мелочи.
Серый утвердительно кивает и, когда мы уже выезжаем на трассу, пересаживается на кресло рядом с водительским.
– Куда спрячем Молота? – нервно перебирает ударами по панели автомобиля Сергей. – У нас явно крыса завелась. Не думаю, что на «галерке» ему будет безопасно, да и медик рядом нужен.
Кощей размышляет над его словами, и на некоторое время в салоне образуется тишина.
– Да, ты прав, – наконец отвечает он, – сейчас его надо отвезти туда, куда никто не найдет дорогу.
И вновь в машине становится тихо. Все усиленно смотрят на ночную дорогу, которую рассекают лучи света от фар автомобилей.
– Надеюсь, Молот меня поймет и простит, – с этими словами он нажимает на кнопку бортовой панели автомобиля и произносит: – Отец.
Мы все слышим гудки, а я удивленно достаю мобильник Молота из своего заднего кармана, и на дисплее действительно высвечивается слово «Отец», а после на том конце провода отвечает слегка заспанный взрослый мужской голос, по интонации которого можно определить, что человек в шоке:
– Рамазан?
Глава 8
– Здравствуйте, Руслан Рамазанович. Нет, это не он. Я его друг, Илья, если помните, мы с ним к вам приезжали, – серьезным, деловым тоном сообщает Кощей.
На том конце провода образуется тишина, а после «отец» отвечает безжизненным, потухшим голосом:
– Он… – пауза, – он погиб, поэтому мне звонишь ты?
– Нет, – спешит его разуверить Кощей все тем же жестким голосом. – Он жив.
– Что же ты, сынок, так пугаешь?! Звонишь с номера… – Прерывает свою мысль и начинает новую: – Со своего набирай так, парень, решим твои личные вопросы! – строго советует мужчина.
– Он жив, но его слегка помяли, скажем так, и нужно немного подлатать, поэтому… дело срочное, – не прогибается Илья, не меняя тон на более мягкий, – некогда искать номера. Романа могут убить, если найдут, поэтому надо быстро залечь на дно, но с медицинским надзором. Вы сможете это обеспечить, пока мы не найдем крысу и не избавимся от нее?
Невольно к Илье у меня зарождается уважение. Вот так резко и по делу, ради друга, не прогибаясь ни под кого, выставляет свои требования в такой патовой ситуации. Он действительно достоин похвалы за свое умение вести переговоры и показывать равенство собеседнику.
– Огнестрел? В него стреляли? Или ножевое? – не на шутку встревоженный за сына отец вновь впадает в панику.
– Нет, – ловко маневрируя по дороге на большой скорости, продолжает вести диалог Кощей, – нет ни того, ни другого. Хотели подстроить самоубийство, поэтому только избили. Надо сделать рентген, скорее всего, есть показания к операции.
– Рамазан знает, что ты мне звонишь?
– Нет, он сейчас в реанимобиле, над ним совершает манипуляции врач. У нас мало времени, Руслан Рамазанович. Вы сможете помочь скрыть Романа? Или нам искать другие варианты?
– А что же Костя? – недовольно, но в то же в время с интересом спрашивает он.
– Его больше нет с нами. И у нас мало времени, за нами хвост, и они хотят завершить начатое. Так вы поможете своему сыну или отойдете в сторону? – Илья взбешен, и в его тоне это отчетливо слышно, и то, как он открыто надавил на собеседника, говорит о потере терпения. Видно, он думал, что вопрос решится быстрее.
– Где вы? Я пришлю вертолет, – мужчина не в восторге, что на него надавили, но все же решает помочь.
– Едем, хотим запутать следы. Роман в скорой, нужны врачи!
– Я все понял, перезвоню, – связь обрывается, в машине воцаряется гнетущая тишина. Каждый погружен в свои нерадостные мысли. Наконец и я решаюсь напомнить о себе и произношу:
– А вы не могли бы оставить меня, я… мне домой надо, поздно уже.
Оба парня повернулись ко мне и поражённо уставились, с немым вопросом в глазах: «А ты еще здесь, что ли?!»
Первым отвернулся Илья и глухо произнес:
– Сейчас не до тебя. Решим вопрос с Ромой, после с тобой…
– Не надо никаких вопросов решать. Просто высадите меня в городе, возьму такси и вернусь домой. В чем проблема?
Илья отмалчивается, а Сергей, который все это время продолжал на меня смотреть, лишь ухмыляется.
– Ночь наступила, надо домой, да? А то будет по попке ай-яй-яй? – издевается он. – Ты маменькина маленькая дочка, оказывается…
Усмехнулась его предположению, подумав о родителях, которые ближайшие два дня обо мне и не вспомнят.
– А ты ничего не перепутал, кто маленький, и у кого маленький? – парирую ему.
Сергей мою шутку оценил, удовлетворенно улыбнувшись:
– Малышка, не переживай, все увидишь, попробуешь на вкус и оценишь. И когда рот будет забит, попробуешь произнести слово «маленький». Если получится что-то, так уж и быть, отпущу тебя. Но, я уверен, ты еще долго будешь просить меня о свободе. Я найду для твоего острого язычка применение.
Вот пошлый козлина! Я могу шутить по поводу многого, но о том, в чем плохо разбираюсь, и шучу плохо, к сожалению.
– Я бы тебя с удовольствием обидела, да, боюсь, лучше природы у меня все равно не получится, – отшучиваюсь от его намеков и отворачиваюсь к окну, хоть за ним ничего и не видно.
– Ничего себе, – восторженно произносит Сергей, – даю сто баксов, ты никогда еще не брала в рот!
Я готова провалиться сквозь землю! Этот козел понял, что у меня еще никого не было. Но больше всего меня взбесил заинтересованный взгляд Ильи в зеркале заднего вида! Вот же озабоченные придурки, у них друг умирает, а они тут моей половой жизнью интересуются да о своих яйцах думают.
– Лизни розетку, придурок. Помоги миру сам. Укрась его своим отсутствием.
Выпалив эти слова, вновь отворачиваюсь к окну, уже не зная, куда себя деть! Хочу домой, в свою кровать!
– Не злись, малышка, прыщи полопаются, – как-то даже по-доброму говорит мне Сергей, чем приводит меня в шок, и наконец отворачивается от меня к дороге. – И не бойся меня. Я тебя теперь не трону, пока Ромка не отпустит.
– Я буквально поражена, в самое сердце! Потрясающая риторика.
Илья усмехается, а Сергей продолжает пороть чушь:
– Да, да. Я тебя предупредил, Рома отпустит тебя, я заберу себе.
От его слов мне становится не по себе. Он как будто не обо мне говорит, а о какой-то безвольной вещи.
– Это набор слов, или мне стоит вдуматься? Поистине, в некоторые головы мысли приходят умирать…
Илья уже откровенно ржет. А Сергей, метнув в него острый взгляд, все равно продолжает гнуть свою линию:
– Говорят, у потерявших зубы людей язык несколько свободнее. Малышка, я уверен, у тебя вставная челюсть.
Он троллит меня!
Илья еще больше заходится в смехе, наблюдая за нашей перепалкой.
– Да уж, – настала моя очередь отвечать, – мозг человека на восемьдесят процентов состоит из жидкости, у многих – из тормозной. А некоторым еще и конкретно недолили…
Парирую Сергею, он хочет мне что-то ответить, но не успевает: звонит телефон, и на панели машины вновь отображается слово «Отец».
Илья поднимает трубку, и теперь уже Руслан Рамазанович серьезным тоном и по делу говорит, куда ехать и где их заберет вертолёт.
Илья перестраивает маршрут в навигаторе и обгоняет все машины, знаками показывая следовать за ним.
В машине устанавливается тишина, все напряжены и думают, как все пройдет.
Через некоторое время мы вновь сворачиваем и едем по неасфальтированной дороге.
Илья останавливается, и они с Сергеем выходят из автомобиля, спешат к машине скорой помощи и скрываются там. Я пытаюсь осмотреться, но, кроме пустоши, ничего не вижу.
«Господи, когда этот кошмар кончится?! Я хочу домой. Обещаю, больше никогда не захочу сбежать, только верни меня обратно».
Звук подлетающего вертолета отвлекает меня от мольбы, и я, пригнувшись, через окна автомобиля пытаюсь его рассмотреть в небе.
В свете фар вижу, как тело Молота из реанимобиля перекладывают на носилки, и четверо сильных ребят, взявшись за них, быстро несут его к вертолёту.
Наконец-то мои мучения кончились. Сейчас его отправят, и мы поедем по домам. В предвкушении долгожданного возвращения в отчий дом, откидываюсь на спинку кресла и прикрываю веки.
Неожиданно боковая дверь распахивается.
Я вздрагиваю и резко открываю глаза.
Передо мной стоит Сергей. Серьезный, даже темный, как скала.
– Ты летишь с нами. Распоряжение Молота. Не обсуждается, пошли.
Глава 9
Не могу поверить, что это произошло со мной! Я летала на вертолете! Да, было темно и за бортом ничего не видно, только неясные огоньки внизу, но важен сам факт! И даже причины, предопределившие мой полет, и неприятная компания, которая находилась рядом, не смогли омрачить моей эйфории, радости и адреналина.
Говоря о причинах… Как сказал Сергей – «возражения не принимаются» – так и произошло. Ни мои доводы относительно моего нахождения рядом с ними, ни отказ от перелета куда-то, а не домой никто не принял. Даже когда я стала упираться ногами, а руками хвататься за все что угодно, лишь бы не попасть в вертолёт, все это не возымело никакого воздействия, и Сергей все равно перенес меня в винтокрылую машину. А так как мест было не особо много, посадил меня к себе на колени и скрепил руки у меня на талии, чтобы уж наверняка не сбежала. Осмотревшись и узрев на полу бессознательную тушку Молота, в какой-то степени ощутила триумф и больное удовольствие. Больное – потому что нормальным это назвать нельзя: человек чуть ли не при смерти, а я тут кайфую, что он лежит у моих ног.
Еще поймала совсем не дружелюбный, а скорее полный ненависти взгляд докторши. С чего это, интересно?
Но все перестало иметь значение, когда пилот привел в действие винты. Я ощутила приятную вибрацию по всему телу. Уже через мгновенье стало понятно, что мы оторвались от земли. Исчезла точка опоры, и мы, словно птицы, стали парить в воздухе. Я забыла о причинах моего здесь нахождения, о том, что сижу на коленях бандита и хама одновременно, и что докторша косо на меня смотрит – мне было на все это наплевать. Меня накрывают новые эмоции от ощущения движения наклона вертолета на невысокой скорости, но вот пилот резко разгоняется, «прыжок» в пространстве – и мы уже парим высоко в небе. Внизу остались Илья и вся их братия на машинах и скорой помощи, кажущиеся просто меленькими насекомыми. Я никогда не летала на самолёте, но почему-то точно уверена, что те ощущения, которые я сейчас испытываю, больше не почувствую нигде. Все ушло на второй план: бандиты, в компанию которых я попала, пьющие родители, нищета и чувство одиночества – все! Я парила в воздухе! Наблюдая за маленькими огоньками внизу, если пролетали населенный пункт, я ощутила прилив сил и поняла, что еще поборюсь с этой компашкой. И не позволю им меня сломить!
Весь полет Роман лежал на полу без сознания, подключенный к капельнице, и у меня периодически всплывала мысль: как он мог сказать, чтобы я летела с ним?
Когда вертолёт сел на оборудованной площадке, нас встречали люди на земле. Я отошла от эйфории полета, и ясно почувствовала что-то твердое, что упиралось в мою пятую точку. Как поняла это, резко вскочила c коленей Сергея и развернулась к нему в немом удивлении. А он негромко выругался, а после, с вызовом на меня посмотрев, произнес:
– Нечего было ерзать!
Он резво встал, поправил штаны и стал помогать встречающим вытащить Романа из вертолёта.
Я что-то не поняла, он сейчас меня в чем-то обвинил?! Сам заставил сесть к себе на колени, а теперь я виновата?!
Мне неприятен сам факт его возбуждения! Я еще его не простила за прошлую выходку, и его желание сейчас в отношении меня омерзительно!
Нас всех усадили в удобный минивэн, а Романа – в отдельную машину скорой помощи, где находились еще два врача. Стали расспрашивать эту Асю, что и как произошло, какие травмы она уже обнаружила… Это последнее, что я услышала, прежде чем сесть в машину.
В салоне удобного и просторного автомобиля я устроилась как можно дальше от Сергея. Чтобы после вновь меня не обвинял!
Так мы и доехали до больницы в тишине, отвернувшись друг от друга.
На крыльце учреждения нас встретил отец Романа. Я поняла это, так как Молот чем-то неуловимо был на него похож. Высокий, широкий в плечах. Черные как смоль волосы проредила благородная седина. Прямой нос, узкие губы и светлые глаза, смотрящие с подозрением на каждого из нас. Рядом с ним стояла красивая женщина, стройная, чуть выше среднего роста, с темными волосами и большими карими глазами. Она была моложе него, но раза в два старше нас. В матери Романа она точно не годилась, тогда кто она? Сестра отца?
Последний приблизился к карете скорой помощи и безразличным взглядом проводил «нашу» Асю и медперсонал больницы, который выкатил тележку с Ромой и завез ее в здание.
Странно, очень странно. По телефону он был более эмоционален.
Так и не удостоив нас словом и не обернувшись, они проследовали за Ромой.
Мы с Сергеем посмотрели друг на друга, озадаченные столь холодным приемом.
– Пошли, – серьезно произнес Сергей, – Кощей сказал не спускать глаз с Молота.
Похоже, этот день никогда не кончится!
