Шкаф с её сумкой стоял в самом углу. Она поспешно приблизилась к нему и решительным движением открыла дверцу. Она была уверена, что этот человек ошибся или просто разыграл её. Достав кошелёк из сумки, она быстро пересчитала деньги. Три тысячи пятьсот двадцать два рубля. Ни копейкой больше, ни копейкой меньше. Всё, как он сказал. Она в замешательстве опустилась на стул и положила кошелёк себе на колени. Её голова взрывалась от противоречивых мыслей.
***
Белое фаянсовое блюдце быстро двигалось по нарисованной на куске ватмана окружности. Мальчишки слега придерживали его пальцами и от этого складывалось впечатление, что блюдце двигается само по себе. На ватмане вдоль окружности чёрным фломастером было выведено четыре фразы: «Да», «Нет», «Скорее всего», «Пока недоступно».
Ребята по очереди произносили вслух свои вопросы, а затем с интересом следили на что укажет стрелка на блюдце. Но Витька был самый нетерпеливый. Не дожидаясь своей очереди, он выпалил все свои вопросы разом и уже было непонятно, что отвечает блюдце. Его приходилось вращать с бешенной скоростью и от этого становилось смешно. Когда руки мальчишек переплелись окончательно, а Игорь с Данькой стукнулись лбами, весь магический настрой пропал, и все трое с хохотом повалились на диван.
Александр взглянул на них с улыбкой и стал собирать со стола остатки ужина. Сложив на большой серебряный поднос грязную посуду и недоеденную снедь, он понёс их на кухню. Смех в гостиной не прекращался и Котельников подумал, что пригласить мальчиков было не такой уж и плохой идеей. Правда, они превратили спиритический сеанс в балаган, но это уже не столь важно.
Он поставил поднос на буфет и стал складывать грязную посуду в посудомойку. Задумавшись, он не заметил, как на кухню зашёл притихший Витька.
– Дядя Саша, а мы будем сегодня ещё колдовать? – почти шёпотом спросил он.
Александр взглянул на него с усмешкой, и аккуратно закрыл дверцу посудомоечной машины.
– Витя, это не колдовство, – сдержанным тоном произнёс он.
– Ну как же не колдовство? – Мальчишка вытаращил глаза и плюхнулся на стоящий у стола табурет. – Вся школа гудит, все знают, что вы точно угадали, сколько денег у Ольги Витальевны в кошельке. Она не выдержала и рассказала об этом учительнице из продлённого дня. А та знает мою маму, ну в общем теперь знают все… – Он насмешливо закатил глаза и, сунув палец в вазочку с вареньем, облизал его.
– Все знают? – задумчиво переспросил Александр. – Может, это и к лучшему. Но только это не колдовство. – Он внимательно взглянул на мальчика.
На кухню вбежали возбуждённые Данька с Игорем. Они тяжело дышали и шутливо тыкали в друг друга пальцами.
– Про какое-такое колдовство вы тут толкуете? – с удивлением спросил Данька. – А-а-а! Ты что, думаешь, что мой папа колдун? – догадался он. – Ну ты балда! Какое же это колдовство? Это наука! – Он насмешливо хлопнул Витьку по плечу.
– Я тоже думаю, что это колдовство, – тихо прогнусавил Игорь и, присев на корточки, облокотился спиной о дверь. Та качнулась и мальчик, не удержавшись, свалился на пол. Из кармана его брюк выпала припасённая с ужина печенька.
Мальчишки прыснули, а недовольный Игорь поднялся и пробубнил себе под нос что-то про колдовство.
– Ну чего ты? Ну какое колдовство? – Данька поднял печеньку с пола и выкинул в мусорное ведро. – Всё просто… Все ответы знает наше подсознание, нужно просто уметь с ним связываться.
Игорь недоверчиво мотнул головой и тоже сел на табурет к столу. Достав из кармана другую печеньку, он принялся её медленно грызть.
– А откуда наше подсознание знает все ответы? – Витька вытаращил глаза и, подвинув поближе к себе вазочку с вареньем, стал есть его уже ложкой.
– Ну ты даёшь! Это же общеизвестный факт – из общего информационного поля. Там в этом поле вообще вся информация хранится и наше подсознание с ним связано. – Данька тоже сел за стол.
– А как к нему подключиться? Ну вот как подключиться к этому твоему информационному полю? Я тоже хочу. – Витька на мгновенье забыл про варенье.
Данька в замешательстве взглянул на отца. Тот молчал. Подойдя к буфету, он достал из него цветастую пачку печенья и выложил несколько штук в пиалу. Затем добавил в вазочку ещё варенья и включил чайник.
Даниил некоторое время наблюдал за ним, а затем несмело продолжил:
– Я не знаю, как научиться… меня папа учит. – Он опустил глаза и принялся перебирать пальцами край вышитой скатерти. – Он говорит, что именно мне важно научиться и когда-нибудь я пойму, почему.
– Вы все научитесь рано или поздно, – наконец вмешался Александр. – Не переживайте! – Он поставил на стол чашки и разлил чай. – Нужно всего лишь немножко подождать. – Он улыбнулся и тоже устроился у стола.
Все замолчали. Каждый думал о своём. Даже Витька с Игорем забыли о сладостях. Данька взглянул на напряжённые лица друзей и решил нарушить тишину:
– А вам понравилось сегодня вызывать духов? – Он низко наклонился над столом и по очереди заглянул друзьям в глаза.
Витька встрепенулся и с живостью спросил:
– А разве это была не игра? – он тоже подался вперёд.
Данька насупился и с обидой произнёс:
– Это твоя плейстейшн – игра. А мы тут ни в какие игры не играем. – Он отпил из чашки немного чая и принялся демонстративно рассматривать узор на ней. Увидев в самом центре небольшую щербинку, он стал колупать её пальцем.
– Ну чего ты? – Витька ткнул друга локтем в бок. – Обиделся, что ли? – Ну расскажи ещё про духов, интересно же.
– Да чего рассказывать… – нехотя ответил тот. – Духи просто тоже находятся в этом информационном поле. – Он медленно повернул чашку в руке. – И когда мы умрём, мы там тоже окажемся… – Он снисходительно взглянул на друга.
Витька изумлённо выпучил глаза и замер.
– Я думаю, что это очень сложная тема для разговора, – вмешался Александр. – Вам ещё это рано знать такие вещи, да и не за чем.
– Ну дядя Са-а-а-ша… – протянул ошеломлённый Витька. – Ну расскажите ещё… – Он вскочил и, встав рядом с Александром, сложил руки в молитвенном жесте.
Котельников с интересом на него посмотрел, но продолжать не стал. Он поднялся и, подлив всем ещё чая, принялся раскладывать по контейнерам остатки еды с ужина. Мальчики молча смотрели ему в спину.
Данька не выдержал и, заёрзав на стуле, выпалил:
– Я всё знаю! – в его глазах промелькнуло ликование. – Мы там не только окажемся – в этом информационном поле, мы ещё обогатим его своими знаниями. Вот откуда там столько информации! – Он с гордостью посмотрел на друзей.
Александр обернулся и недовольно покачал головой. Вытерев руки о кухонное полотенце, он уверенным тоном скомандовал:
– Всё! Разговор окончен. Время позднее и всем пора ложиться спать. Особенно всезнающим. – Он с укоризной взглянул на Даньку.
Мальчишки нехотя разошлись по комнатам. Игорь и Витька устроились на втором этаже рядом со спальней Александра. Даня – у себя на первом. В доме воцарилась тишина и складывалось впечатление, что все уснули, но это было не так. Витька беспокойно ворочался в своей кровати и сон к нему не шёл. Он перебирал в памяти разговор и думал только об одном, что хочет стать таким же всезнающим, как Данька и таким же всемогущим, как его отец.
Он лежал то на одном боку, то на другом и никак не мог успокоиться. Круг полной луны, виднеющийся сквозь щёлочку неплотно закрытых гардин, будоражил его воображение. И Витька понял, что терпеть больше не может и он должен поговорить с дядей Сашей прямо сейчас. Если есть возможность приобщиться к этой тайне, то Витьке нужно узнать об этом немедленно.
Он откинул одеяло и, приподнявшись, взглянул на спящего на соседней кровати Игоря. В свете слабого ночника можно было рассмотреть его умиротворённое лицо и лежащую на тумбочке надкушенную печеньку. Витька усмехнулся и, нащупав одежду, быстро оделся.
Он пробирался по дому на цыпочках. Коридор, как и комната, был подсвечен мерцанием встроенных в плинтуса ночников, поэтому Витька нашёл спальню дяди Саши без труда. Дверь в неё была закрыта, но мальчик понял, что это его не остановит. Он тихонечко постучался и прислушался. Из-за двери раздался странный попискивающий звук и лёгкое жужжание. Обрадовавшись, что Александр не спит, парнишка ещё пару раз стукнул в дверь и дёрнул её за ручку. Та неожиданно поддалась и отворилась, Витька, не раздумывая, зашёл внутрь.
Он огляделся. В спальне был полумрак, в углу виднелись корпуса сваленной друг на друга непонятной аппаратуры, на столе у окна стояли стеклянные колбы с пузырящейся жидкостью, у дальней стены располагалась раскидистая цветастая ширма, за которой скрывалась большая двухспальная кровать. Мальчик прислушался и понял, что странный звук доносится именно оттуда.
– Дядя Саша, – тихо позвал он, но ему никто не ответил.
Парнишка ещё какое-то время потоптался на месте, а затем, решившись, сделал шаг и заглянул за ширму. То, что он увидел потрясло его. На белой хлопковой простыне, раскинув руки, лежал совершенно голый дядя Саша. Из его пупка исходила тонкая светящаяся нить и соединялась с парящим в воздухе плоским предметом. Предмет жужжал и посылал по нити попискивающие световые вспышки прямо в пупок Александра. Но это было не самое страшное, самое страшное было то, что кожа дяди Саши переливалась всеми цветами радуги и сделалась до такой степени прозрачной, что через неё можно было рассмотреть внутренние органы.
Витька выпучил глаза и замер в оцепенении. Страшные мысли стали приходить ему в голову. Он попытался сделать шаг назад и вдруг почувствовал, как на его плечо легла чья-то рука. По его спине пробежал мерзкий леденящий холодок, и он понял, что может сейчас закричать от страха. Он в панике прикрыл рот ладошкой и резко обернулся.
Сзади него стоял Игорь. Он тоже в изумлении смотрел на Александра.
– Что происходит? – хриплым голосом спросил он. – Почему он прозрачный и переливается?
– Ты лучше спроси, почему он соединён нитью с какой-то хренью. Пошли отсюда. – Витька схватил Игоря за руку и потащил.
Они пулей вылетели в коридор и стремглав бросились вниз по лестнице. Витька споткнулся и зацепился рукавом рубашки за острый завиток витых перил. Игорь с силой дёрнул его за руку и ткань с треском порвалась. Они с ужасом посмотрели друг на друга и опрометью помчались в прихожую.
Игорь уже схватился за ручку входной двери, но Витька неожиданно остановил его.
– Подожди, – срывающимся голосом произнёс он. – Мы же в лесу. Забыл, где они живут? Мы далеко за городом. Куда мы пойдём? – Он положил ладошку на руку друга и крепко сжал её. – Мы даже забыли надеть куртки… – сокрушённо прокомментировал он.
Игорь оторопело застыл на месте, а затем, сев на корточки, стал в исступлении раскачиваться.
– Мне страшно! – запричитал он. – Я боюсь оставаться здесь с этим монстром. Вдруг он нас пригласил, чтобы съесть… – он в страхе выпучил глаза.
Витька на него скептически посмотрел.
– Не говори чепухи! – отмахнулся он. – Слушай, я знаю, что надо делать… Надо пойти к Даньке. Может, он нам что-нибудь объяснит. Он же живёт с ним всю жизнь и вроде как ещё жив. – Витька издал нервный смешок.
Игорь тоже криво улыбнулся и нехотя кивнул.
Они оказались в комнате Дани через пару минут. Тот слушал их рассказ сидя на кровати и накрыв себя одеялом. Лицо его было заспано, он беспрестанно тёр глаза и широко зевал. Когда они принялись рассказывать всё по второму кругу, он удивлённо на них посмотрел и повертел пальцем у виска.
– Вы что, ненормальные, что ли? – с насмешкой спросил он. – Мой папа обычный человек. Сами вы монстры – Он улёгся обратно в постель и закутался в одеяло по самую макушку. – Свет погасите, – сонным голосом пролепетал он.
Витька подошёл к нему и с силой сдёрнул с него одеяло. Оно упало на пол, и Виктор в сердцах пнул его ногой. Затем он схватил Даньку за полу фланелевой пижамы и принялся трясти.
– Да просинь же ты наконец! – прокричал он. – Если не веришь, то можешь сам пойти и посмотреть. Ты хоть когда-нибудь пытался? – Он больно ткнул друга кулаком в бок.
Данька приподнялся и ошалело на него посмотрел. Куртка его пижамы задралась и над тоненькой резинкой штанов стал виден маленький пупок. Витька указал на пупок пальцем и с расстановкой произнёс:
– Вот сюда у него воткнуто, в самую середину. Если не веришь, то иди и посмотри.
Даниил нехотя сел на кровати и взглянул на валяющееся на полу одеяло. От пинка оно почти забилось под тумбочку, отчего вытканные на плюшевой шерсти оленята смотрелись совсем жалко. Это одеяло подарил ему на Новый год папа и сказал, что у него в его комнате есть точно такое же. И хотя Даньке строго настрого запрещено заходить в спальню отца, но он должен знать, что их согревают одинаковые вещи.
Даня с тоской уставился на мальчишек.
– Мне туда нельзя, – тихо произнёс он.
– А придётся, – сквозь зубы процедил Витька и сдёрнул друга за руку с постели.
Дверь в спальню отца так и осталась приоткрытой. Даниил осторожным шагом зашёл внутрь и осмотрелся. Ничего не пугало его, все вещи он видел раньше, и они с отцом так или иначе их использовали. Колбы с жидкостью служили для активизации связи сознания и подсознания, а сваленная в углу аппаратура могла научить мозг считывать мысли другого человека. Данька это только узнавал, а отцу не нужны были даже приборы.
Мальчик с томящей тоской посмотрел на знакомые ему предметы и с испугом перевёл взгляд на ширму. Там действительно что-то жужжало и попискивало. Он сделал несколько нерешительных шагов и оказался перед кроватью.
Вид отца даже не напугал его, он вызвал отвращение. Александр был такой безобразный с этими виднеющимися сквозь кожу органами и неприкрытой наготой. А торчащая из пупка нить делала его похожим на подвешенную за верёвочку тряпичную куклу. От былого величия и лоска не осталось и следа. Данька содрогнулся и, в ужасе взглянув на жужжащий аппарат, подошёл и вырвал светящуюся нить из пупка Александра.
Прошла пара долгих секунд. Даня стоял и, не шевелясь, смотрел на отца. Нить в его руке сильно грела кожу, и мальчик бросил её на пол. Та свернулась в спиральку и втянулась в парящий рядом аппарат.
Александр слегка пошевелился. Его кожа стала приобретать нормальный вид, а ресницы чуть дрогнули.
Мальчик не выдержал и тихо позвал:
– Папа…
Отец начал открывать глаза. Делал он это медленно и казалось, что он ещё не в сознании. Наконец его веки разомкнулись, а взгляд сфокусировался. Он приподнялся на постели и с ужасом взглянул на сына.
– Данька, что ты здесь делаешь? – Он быстрым движением сгрёб с кровати простыню и прикрылся. – Почему ты здесь? – с отчаянием спросил он.
Даниил молча смотрел на него. Его губы начали подрагивать, на лбу образовались маленькие поперечные складочки, а глаза сузились в щёлки. Он порывисто набрал воздух в лёгкие и истошно закричал:
– Ты не человек, да? Ты совсем не человек? – из его глаз брызнули слёзы.
Отец вскочил и стал быстро натягивать брюки и футболку. Его ступня запуталась в штанине, и он, прыгая на одной ноге, с ужасом смотрел на Даньку. Плечи того затряслись, кулачки отчаянно сжались, и он, истерично мотая головой, стал пятиться назад.
– Даня! – Отец подскочил к нему. – Даня, успокойся. – Он попытался обнять сына за плечи.
Мальчик посмотрел на него безумными глазами и, изогнувшись дугой, стал вырываться из его рук.
– Отпусти меня, – отчаянно закричал он! – Отпусти! Ты монстр! Ты врал мне! – Он больно ударил отца кулачком в грудь. – Что ты хочешь от меня?
– Даня, позволь мне тебе всё объяснить. – Александр пытался удержать его.
– Нет, – завопил Данька и замолотил по груди отца уже обеими руками.
Александр на мгновение отступил, а затем решительным движением с силой сгрёб сына в охапку и сжал. Данька ойкнул, отчаянно мотнул головой и, сделав ещё пару судорожных движений, замер.
– Даня, позволь мне тебе всё объяснить. – Он заглянул сыну в глаза. – Верь мне. – Он поцеловал его в макушку и, как ребёнка, взял на руки.
Данька позволил себя поднять и, громко шмыгая носом, прижался головой к груди отца. Тот, перехватив его поудобнее, вышел из комнаты, и стал спускаться вниз по лестнице. В прихожей он спустил сына на пол.
– Данька, мы сейчас поедем в одно место… – Он в замешательстве кашлянул. – Ты только не пугайся. – Он с волнением окинул его взглядом.
Мальчик не реагировал. Он стоял, низко опустив голову, и рассматривал свои ноги. На нём был только один тапок, второй, видимо, потерялся, когда он сопротивлялся, или когда отец нёс его. Даня смотрел на свою одетую в носок ступню и чувствовал, что сквозь тонкую ткань ощущает прохладу напольной плитки. Он понял, что его начинает трясти, но не от холода, а от осознания того, что произошло что-то непоправимое. Он с грустью посмотрел на отца:
– Я всё испортил? – надломленным голосом спросил он. – Теперь уже не будет так, как раньше?
– Будет ещё лучше, – уверенным тоном произнёс отец и подал сыну куртку.
***
Они молча ехали по пустынному ночному шоссе. Отец уверенно вёл машину и время от времени посматривал на сидящего рядом Даньку. Мальчик держался рукой за ремень безопасности и внимательно глядел на дорогу. В его взгляде больше не было ни испуга, ни тревоги. И Александр подумал, что, возможно, всё произошедшее к лучшему.
Через полчаса они свернули на глухую просёлочную дорогу. Внедорожник мягко пружинил по ухабам и уверенно освещал фарами узкую колею.
Александр поднёс ко рту запястье и что-то быстро сказал в него на непонятном языке. Данька встрепенулся и внимательно на него посмотрел.
