– К тому же ты не единственная, кто уже вернулся назад, а ещё у нас достаточно новых лиц. Фарти возвратилась из Челока, Беланда тоже чувствует себя прекрасно и уже вернулась из Кустовера. Ну ещё и Луя.
– Луя? – удивилась Флуко, – Она вернулась? Бедняжка ведь ещё жива после встречи с тобой?
– Ей повезло.
– Значит, Призрак и Вининда…
– Даже не начинай про них, – с серьёзным лицом сказал Декарн.
Флуко поняла, что подняла неприятную для чародея тему и решила не развивать дальнейший разговор. Ещё немного подумав, она всё-таки дала свой ответ.
– Ну хорошо. Мы отправимся с вами гильдию. Так уж и быть, приведу твои дела в порядок, если конечно вы не довели ситуацию до критической отметки.
– Боюсь, у тебя будет много работы.
– Возможно именно этого мне и не хватало… Я постелю вам в гостиной, придётся потесниться, если конечно ты не пожелаешь выгнать Каила на улицу спать с плакальщиками.
– Я уверен, что он и их сможет вывести из себя. Не волнуйся, завтра у тебя будет шанс отыграться на нём, когда будешь собирать вещи. Надеюсь у тебя их очень много.
– Не сомневайся, – хихикнула она, – а теперь лучше расскажи в какие такие неприятности вы уже успели вляпаться.
– О, да, нам предстоит долгий разговор. Не подольёшь ещё немного чаю?
***
38 день Масата, 537 г., деревня гильдии, Княжество.
Если кто-нибудь однажды спросит какой день жизни в гильдии для Марка считается самым худшим, то он без каких-либо промедлений назовёт сегодняшний. С самого раннего утра, как только перестал рыдать последний плакальщик, дружелюбный мертвец Галтрис сдёрнул спящего парня с кровати и буквально выволок его во внутренний двор, где вновь начались эти бесполезные тренировки, суть которых не мог понять даже Даркли, что всё это время находился рядом. Чародей, чья правая часть лица навсегда осталась изуродована шрамами от ожогов, с большим интересом желал узреть новую силу Марка, но потратил много часов впустую. Галтрис даже отказывался отпускать мальчишку отдохнуть, поэтому ему приходилось всё это время делать вид будто бы он пытается нащупать внутри себя тот самый загадочный источник неизвестной силы, что слился с Марком в подземелье Гнилой земли. Уставший и подавленный мальчишка был готов на всё только чтобы поскорее уйти отсюда, но у мертвеца имелись свои планы. Галтрис просто просидел всё это время на веранде возле пруда, опустошив шесть бутылок белого вина, зачарованных магией смерти и умудрился не опьянеть. По правде говоря, он даже не смотрел на Марка, только лишь ворчал время от времени. В ладонях накапливалось несформированное волшебство хаоса, это происходило постепенно, чтобы удавалось привыкать к этой непослушной магии и затем сформировать заклинание. Если уж и торчать здесь, сидя на траве, то хотя бы заниматься полезным делом и продолжать осваивать магию.
– На севере ты времени зря не терял, – Даркли, сидевший недалеко у дерева с книжкой в руках, отвлёкся от чтения и вновь наблюдал за мальчишкой, – хорошо управляешься с потоками хаоса.
– Спасибо, у меня даже получалось создать клинок, но вот с более сложными заклинаниями пока всё плохо. Может научишь пока есть время?
– Как только накопишь достаточно много потоков, то сразу же придавай им физическое состояние, просто скрепив их все воедино, но тогда удерживать силу будет намного сложнее. У тебя получится заклинание кометы, при разъединении потоков происходит мощная взрывная волна и выброс разрушительной энергии. С другими заклинаниями пока повремени, та же самая сфера хаоса довольно сложна в создании.
– А чем вообще сфера отличается от кометы?
– Сфера имеет менее разрушительную силу, но при этом она более надёжна. В полёте комета стремительно теряет несформированные потоки, растворяясь в пространстве, а также имеет нестабильную траекторию движения. Сфера же наоборот, это достаточно сконцентрированные магические потоки, заключенные в некий барьер, плотно удерживающий в себе магию. Такое заклинание всегда идёт по ровной траектории и способно пролететь большое расстояние, не растеряв при этом потоков.
– Интересно, – задумался Марк, – значит нужно больше тренироваться удерживать волшебство хаоса, чтобы приступить к подобным заклинаниям…
Резкая боль в затылке заставила Марка рассеять магию в ладони и схватиться за пострадавшее место. Рядом с ним, на траве, лежала пустая бутылка от вина, которую в него швырнул Галтрис.
– Ты кого пытаешься обмануть, сопляк? – разозлился мертвец, – В твоих руках я должен наблюдать сияние мёртвой души, а не волшебство хаоса.
– Да сколько можно?! – не сдержался Марк, вставая на ноги, – Ты только и делаешь, что требуешь от меня того, что сам не знаешь, как использовать! И какого результата в таком случае ты ожидаешь?! Я сижу здесь с самого утра, и не вижу всему этому конца!
– Глупый мальчишка считает, что способен легко ощутить силу, о природе которой не имеет ни малейшего понятия? – по Галтрису невозможно было понять говорил ли он серьёзно или просто насмехался на Марком, – Какой результат ты желаешь увидеть, если даже не пытаешься стараться?
– Просто объясни мне, как пользоваться этой мёртвой душой. Если это обычная магия, тогда каким образом я должен различать её в своей искре.
– Магия, значит? – Галтрис взял со стола седьмую бутылку вина и своей челюстью вырвал пробку, – Это не магия, а невообразимая сила. Скажи, Марк, когда человек рождается его учат как правильно пользоваться сердцем? Его учат как правильно дышать? А как правильно сходить под себя?
– Нет, – спокойно ответил Марк.
– Вот именно, что нет, – Галтрис принялся выливать вино в свою челюсть, где оно бесследно пропадало, – мёртвая душа, с которой ты слился на севере, стала неотъемлемой частью тебя самого, и только ты способен узнать, как именно её использовать. Моя задача – дать тебе тот самый толчок, что станет инструментом для достижения цели. Ты много лет жил, не используя волшебство. Вспомни тот день, когда ты ощутил искру внутри себя и научился выводить из неё магию. Помнишь?
– Помню.
– Так вот сейчас тебе нужно вновь ощутить тоже самое! – к Галтрису вернулась его злобная манера общения, – И даже не вздумай ныть… Ты чародей, значит для тебя не будет проблемой отыскать силу внутри своего тела. Весь день ты должен был заниматься этими самыми поисками, а не тратить время на магические фокусы. А теперь закрой рот и возвращайся к работе.
Марк ничего не ответил, лишь вернулся к нудному занятию по поискам новой силы в своём теле, а Галтрис так и продолжил сидеть на веранде, любоваться закатом и пить его излюбленное белое вино. Однажды старый Йорл рассказывал Марку о том, что став живым мертвецом, существа могут утратить любое влечение к жизни, возненавидеть саму её суть и полностью отдаться во власть смерти. Галтрис явно не был из числа радикальной нежити, иногда Марку даже казалось, что мёртвый аберфол выглядит слишком печальным, хоть этого и не скажешь из-за отсутствия плоти на лице. Он всё также получал удовольствие от таких незначительных вещей, как заход солнца и алкоголь, по крайней мере старался получать. Галтрис не хотел, а возможно боялся, утерять любовь к жизни, боялся стать одним из тех, кого привык считать своими заклятыми врагами. Помощь Марку и следование приказам голубоглазой богини смерти было только ради одного: он хотел умереть, но на этот раз окончательно.
Скрип входной двери гильдии заставил всех отвлечься, во двор с довольным выражением лица выбежала антийка Элина. В руках она держала какой-то тканевый свёрток.
– Возвращаются, – сказала девушка, – я увидела их со второго этажа.
Она явно говорила о том, что заметила группу наёмников, что покинули гильдию и отправились в столицу сегодня утром, сопровождая Шилу на её поединок. Всё это время Марк старался не думать о том, что могло произойти с его подругой, он и так уже однажды успел похоронить её, а потому ему оставалось лишь верить в то, что ещё раз увидит её во дворе этой гильдии. Утром Галтрис запретил Марку идти в столицу поддержать Шилу перед смертельным сражением, ссылаясь на то, что мальчишка должен всё время заниматься освоением скрытых способностей. Первым во дворе появился Тайфор, рядом с ним шагал его жизнерадостный пёс Подонок, затем показалась Дэни, ушедшая в Кров ещё вчера, потом Яи, Асторн, Жак и Нака. Галтрис вновь разозлился, когда Марк поднялся с места, плюнув на тренировку, ведь позади всех он увидел знакомую белую маску низкорослого трёхрукого лика.
– Привет, Марк, – всеми руками помахала ему Шила, – смотри, я жива. Хотя меня чуть было не порубили на маленькие кусочки, ведь, по сути, тот алькарский воин был намного больше меня.
– Я знал, что ты вернёшься, – продолжал радоваться Марк, – верил в это… Рассказывай, тяжело пришлось? Всё-таки ты сражалась против алькарских воинов.
– По сути, рассказывать особо и нечего, – задумалась Шила, – всё произошло слишком быстро. А ещё я хочу есть.
– Вы как раз вовремя, – с порога гильдии крикнул Сантилий, – ужин как раз готов, так что прошу всех жрать за стол!
– Отлично! – счастью Шилы не было предела, – Поскорее бы залезть под стол, снять маску и хорошенько подкрепиться. Пошли, Марк, я так уж и быть расскажу тебе обо всём во время ужина.
Она схватила Марка за руку и повела в гильдию, что вызвало ещё большее недовольство у Галтриса. Мертвец ощущал себя так, будто бы у него, не спросив, отобрали любимую игрушку и обделили вниманием.
– Разве я сказал тебе идти в гильдию?! – кричал он вслед уходящему Марку, но не получил ответа, – По-твоему, я нянька, которая должна бегать за тобой по пятам?!
– Как же ты задрал, злобная груда костей, – мимо него в сторону гильдии проходил Бракас с дочерью, – с самого утра только и слышу твои вопли. Запомни, здесь только мой голос может действовать всем на нервы. Закрой уже свою пасть и пошли внутрь, ужин никто не отменял.
Подобные слова естественно не успокоили мертвеца, а только сильнее его разозлили, однако он также, как и все остальные, хотел отведать вкусной пищи, которой ему так не хватает после смерти, хоть мертвецы способны обходиться и без неё. Галтрис взял свою последнюю недопитую бутылку вина и отправился следом за остальными.
Когда большая часть наёмников уже вошла в гильдию – Виктор только появился во внутреннем дворе, однако желаемого одиночества и спокойствия он здесь не встретил. Элина всё это время дожидалась его у веранды, всё также держа в руках тканевый свёрток. Она не сдержала улыбки, когда увидела его светящиеся глаза и поспешила подойти, чему наёмник в данный момент не обрадовался. Он хотел, как можно скорее оказаться дома и забыть сегодняшнюю ситуацию на арене.
– Привет, – поприветствовала его Элина, – как всё прошло?
– Извини, я сейчас не в настроении общаться, – он поспешил пройти мимо девушки.
– Подожди, – она остановила его, схватив за рукав, – я понимаю, ты устал, но я не займу много твоего времени. Вспомни, что произошло десять дней назад, когда ты взял меня с собой на охоту.
– Когда я сказал, что не в настроении общаться – ты решила поиграть со мной в загадки? – грубо спросил Виктор.
– Но… Я ведь… Ладно, сама скажу. Ты погнался за вепрем и сильно зацепился за сучья упавшего дерева…
– У меня прекрасная память, если ты не в курсе. Послушай, Элина, давай отложим этот вопрос на потом, мне сейчас нужно отдохнуть.
– Я просто хотела…
– Я не в настроении.
Взгляд синих светящихся глаз наёмника был слишком озлобленным, настолько, что Элина даже испугалась и не осмелилась сказать что-либо в ответ. Виктор отправился к зданию гильдии, оставив девушку в смятии. Она развернула тот самый тканевый свёрток, что всё время держала в руках, это оказалась кожаная удлинённая куртка с заштопанными правым рукавом и воротником, которые ранее были безнадёжно разорваны. Элина уже давно начала чувствовать изменения в поведении Виктора, она решила, что наёмник стал слишком отдаляться от неё тогда, когда она впервые почувствовала подобное сближение с мужчиной, а потому решила хоть как-то поднять ему настроение. Это была его любимая куртка, в тот раз он целый день злился, когда порвал её.
– Что на этот раз?
Расстроенная Элина даже не заметила, как к ней подошла Луя. Рыжеволосая наёмница на удивление выглядела не очень хорошо, к покалеченной, лишённой трёх пальцев, руке добавилось болезненное выражение лица, а также ярко выраженные круги под некогда прекрасными зелёными глазами.
– Я просто хотела сделать ему приятное. Это была его любимая куртка… С тобой всё в порядке?
– Сильно заметно?
– У тебя болезненный вид.
– Наверное, немного приболела после замечательного северного климата. Больше отдыха и меньше нервничать, и совсем скоро буду, как раньше.
– Тебе всё-таки следует показаться Милоне. Пошли внутрь, Сантилий приготовил ужин.
– Нет, спасибо, я не голодна. Лучше пойду в дом, мне нужно отдохнуть.
***
Ужин прошёл в спокойной обстановке, без лишних криков и истерик, что очень бы понравилось Декарну, если бы старый чародей сегодня находился на привычном месте. Шила, как всегда принимающая пищу под столом, коротко поведала Марку о том, как ей удалось победить грозного противника на арене, и всё благодаря тренировкам Тайфора, который занимался с ней последние дни. Она без особого энтузиазма и задора разговаривала о сегодняшнем дне, Марк подозревал, что это связано с тем, что ей собственными глазами пришлось наблюдать как алькары убивают её сородичей. Всё из-за её ошибки прошлого. Сегодняшний ужин соизволил посетить даже антийский чародей Клафф, который всё это время старался держаться ото всех подальше, однако сегодня появился, как всегда, из неоткуда, молча съел свою порцию, не забывая с подозрением глазеть на Марка, и снова бесследно исчез. Нахождение с этим человеком в одном помещении вызывало у мальчишки злобу. Вчера Марка даже посетила мысль о том, чтобы сжечь антийца во сне, но приходилось сдерживаться ради общего дела. Вынужденный союз с этим человеком требовал соблюдений некоторых рамок. Остальные антийцы ни капли не раздражали парня, он даже успел познакомиться с Бермонтом, таким же чародеем, как и он, вот только ему не повезло стать узником магического концлагеря, с которого мальчишке помогли сбежать революционеры. Бермонт был очень удивлён тому, что Марк будучи магом провёл всё своё детство на свободе, хоть и прикованный к своей родной ферме. Элина была очень доброй и общительной девушкой в отличии от своего лысого братца, а зинташтарский пилот Дасберт и вовсе каждый день веселил Марка и всех остальных, особенно своими частыми перепалками с Сантилием из-за регулярного проникновения на запретную территорию бара.
Хоть Виктор и не желал находиться в компании своих товарищей, но всё же чувство голода со вчерашнего дня взяло над ним верх, поэтому он расположился у барной стойки, поедая ароматную кашу с мясной подливой из своей тарелки. Он чувствовал на себе множество удивлённых взглядов, но старался не придавать этому внимания, хоть данный факт сильно раздражал наёмника. Они начинают что-то подозревать, в последнее время Виктор слишком отстранился от всех остальных. Яи, как и раньше, решил составить ему компанию, поэтому ужинал рядом, но они так и не обмолвились ни словом. Виктор был уверен в том, что его голубоглазый товарищ уже знает о том, что с ним происходит, отсюда и повышенное внимание к его персоне, хоть Яи и старается хорошо это скрывать.
Как только Яи доел свою пищу, то решил более не раздражать Виктора своим присутствием и сразу же отправился по своим делам, вот только и в этот раз желаемое одиночество обошло наёмника стороной. Рядом с ним уселась та, кого он никак не ожидал увидеть. Энсфи по-прежнему раздражала Виктора своим изучающим взглядом, по выражению её лица наёмнику казалось, что она усмехается над ним. Его новоиспечённая коллега по гильдии продолжала нагло пялиться и пить чай из глубокой кружки.
– Не терпится выбить из меня это довольную ухмылку, верно? – внезапно спросила она.
– Ты даже не представляешь как, – ответил Виктор, доедая свой ужин, – за столом слишком мало мест?
– Достаточно, но там нет тебя. А ты мне интересен.
– Займись самоудовлетворением.
– Если ты думаешь, что мой интерес заключается в этом, то ты – синеглазый извращенец… За подобной просьбой я, пожалуй, обращусь к парню, который моложе и привлекательней тебя.
– Неужели Минас так легко смог растопить сердце хладнокровной убийцы из княжеской гвардии.
– Как погляжу, слухи распространяются быстро.
– У нас маленькая деревня, все знают про всех, – закончив с ужином, Виктор поднялся с места и собрался уходить, – не скажу, что было приятно поболтать, так что просто до встречи.
– Я бы подсела к тебе и раньше, если бы рядом не было других раздражающих личностей.
– Ты про Яи? – удивился Виктор, – Чем это он тебе не угодил?
– Есть причины, – коротко ответила Энсфи, – хочешь совет?
– Обойдусь, – он отправился в сторону выхода.
– Будешь сдерживать свою ярость, и тогда она будет становиться только сильнее… Сможешь ли ты сдержать её, когда наступит критический момент?
Эти слова заставили его остановиться. Обернувшись, он увидел, как Энсфи по-прежнему ухмылялась, смотря прямо ему в глаза, и продолжала пить свой остывший чай. Она что-то знает, теперь это очевидно. Ему показалось, что разговоры будут лишними, в этот раз девчонка снова уйдёт от темы, а потому наёмник просто поспешил покинуть гильдию и отравиться в свой дом.
***
Пребывание в месте, заполненном силой скверны, было сродни тому, будто тебя заставили с головой погрузиться в огромную кучу отбросов, источающую невыносимый смрадный запах, от которого нельзя было защититься. Здесь всё пропитано чужеродной силой, это было отвратительно, но Дотрасу приходилось терпеть. Он находится здесь не по своей воле, а потому что так ему велели, так что выбирать не приходилось. Право выбора давным-давно исчезло из его существования. Хотя, возможно, такой привилегии у него не было и при смертной жизни. Чёрная хижина, что буквально источала от себя тёмную силу, искажая само пространство, находилась на вершине холма, прямо посреди Мертвоземья, что являлось совершенно непростительным поступком со стороны того, кто посмел пустить эту грязь в земли смерти. С этим нужно покончить, пока тёмная зараза не принялась расползаться дальше.
Костяные череподавцы, что сопровождали Дотраса, остановились рядом с хижиной, защищённой чёрными потоками силы, представляющей опасность для существ смерти. Синее пламя, что вырывалось из треснутых черепов, разгорелось ещё сильнее, они подняли свои клинки, чтобы объять их этим огнём, после чего синхронно ударили по тёмному барьеру. Все тёмные потоки, окружавшие хижину, вспыхнули и рассеялись при попытке убежать вверх, деревянные стены с треском разрушились, образовывая проход внутрь. Череподавцы больше не сдвинулись с места, лишь образовали нечто вроде коридора для Дотраса и застыли подобно статуям. Зайдя в хижину, октас не встретил никакой опасности, единственный обитатель этого мрачного места восседал в дальней части помещения на трухлявом стуле, посреди чернеющей земли и сгнившего пола. Тёмная сила буквально пожирала это место. Мерзкое существо, укутанное в тёмные рванные одеяния, его правая рука больше напоминала выкорчеванный корень дерева, но по факту являлось омерзительным щупальцем, итогом того, что сделала с ним тёмная магия. Под чёрным капюшоном не было видно лица, лишь непроглядная тьма, но данный элемент одежды не являлся тому виной. Это существо просто не имело своего лика.
– Генерал Дотрас, – тварь разговаривала шёпотом, но этот омерзительный голос звучал отовсюду, – я ожидал кого-то вроде тебя.
– Тот, о ком ты говоришь, мёртв, – ответил ему Дотрас, – чего нельзя сказать о тебе, тёмная тварь… Вряд ли смерть примет твою грязную душу, однако я пришёл сюда не для того, чтобы даровать тебе покой, а для того, чтобы низвергнуть тебя в горнило вечных страданий.
– Моя душа была продана за слишком большую цену, узник смерти. Настолько дорого, что вечные страдания мне точно не грозят… Можешь ли ты похвастаться тем же самым?
– Довольно болтовни, – Дотрас достал из ножен свой клинок, от лезвия которого источались бирюзовые потоки силы смерти, – ты совершил непростительный поступок, пустив корни скверны в эту землю. Забыл в чьих именно владениях ты находишься? И всё ради чего? Чтобы просто дождаться своей гибели?
– Ха-ха-ха, – тихо засмеялся тёмный, – нет, Дотрас. Всё это для того, чтобы показать вам это.
Его левая целая ладонь раскрылась, на чёрной плоти лежал ржавый круглый медальон, покрытый знакомыми символами. В центре медальона находилась небольшая чистая область, где лежала капля алой крови. Она будто бы жила своей жизнью, меняла форму, перекатывалась с места на место, но ни в коем случае не покидала центра медальона. Дотрас подошёл ближе, опустив свой клинок. Он протянул руку к этой вещице и сразу же почувствовал тёмную силу скверны, которой медальон был наполнен.
– Ты ведь знаешь, что это такое? – насмешливым голосом спросил тёмный.
– Как тьма смогла подчинить его? Зачем ты это сделал?
– Я? – удивился тёмный, – Ха-ха, нет, Дотрас, этот ключ мне не интересен, как и то место, что он отпирает… Я хочу встретиться с ним. Теперь у нас есть общие интересы.
– Ты хоть понимаешь о том безумии, о котором ты меня просишь?
– Я уже совершил безумие, когда похитил эту безделушку и направился сюда. Поверь, Дотрас, мой господин внушает страх не меньше, чем твой… Я жду твоего ответа.
– Если я откажу и просто заберу ключ силой?
– Грядут большие перемены, генерал, и ты это прекрасно знаешь. Я могу вам пригодиться и ответить на множество вопросов. В прочем решать тебе.
Резкий приступ боли, который был лишь мимолётным мгновением, внезапно вывел его из забытья и вновь вернул в реальность. Дотрас снова исчез, остался только Марк, былые воспоминания мальчишки вернулись. Что произошло, и почему он опять ощущает эти знакомые чувства, что казались ему чем-то очень родным? Вскоре всё стало ясно, белая пустыня и холодное бирюзовое небо быстро дали ему понять, где он находится. И снова встреча со старой знакомой. Местная богиня смерти, всё также облачённая в изорванную чёрную мантию, стояла в десяти метрах от него, взгляд её ярких синих глаз был устремлён в сторону высокой башни, что по-прежнему сияла вдалеке, размазывая своим колоссальным лучом это необычное небо. Девушка выглядела задумчивой, но Марк, как и раньше, не спешил первым начинать разговор.
– Наверное, ты не успел по мне соскучиться, – её шёпот разносился повсюду, громким эхом прорезая слух, – и вот я снова вижу, что у тебя ко мне есть вопросы.
