Доверься

Дарина Мамина
Доверься

Глава 1

Валерия.

Моё утро всегда доброе. Я встаю ровно в 7:00 сразу же, как прозвенит будильник и, несмотря на то, что я «сова», просыпаюсь по будням легко. А всё потому, что собираюсь я на любимую работу. А вот в выходные с удовольствием сплю долго – позволяю себе расслабиться, набираюсь сил на следующую рабочую неделю.

Сегодня, как и всегда, после того, как прозвенел будильник, я приняла контрастный душ, сделала лёгкий макияж (это обязательно, без макияжа я никогда не выхожу из дома), укладку. Волосы у меня свои, соломенного цвета, длиной до талии, но на работу я всегда их собираю в какую-нибудь причёску, с распущенными предпочитаю ходить в нерабочее время.

После нехитрых манипуляций, надеваю чёрную юбку-карандаш, лёгкую блузку с длинным рукавом нежно-зелёного цвета, под цвет моих глаз, и чёрные лодочки на шпильке. На работе всегда соблюдаю дресс-код, потому что работаю в очень солидной строительной компании в центре города. Да, мне двадцать пять, а я уже первоклассный специалист по переговорам. Любым, которые только можно придумать в нашей фирме, поэтому обычно самые сложные случаи доверяют именно мне. Я просто обожаю свою работу, мне очень повезло. Пришла я туда, ещё когда училась в университете, на практику. Там меня и заметил Николай Валерьевич, глава всей этой компании. Очень толковый и умный дяденька, ещё и человек хороший. Ему 54 года, он ещё в самом расцвете сил, импозантен – всегда следит за собой, надёжен как скала и без памяти влюблён в свою жену, с которой в браке уже больше тридцати лет. Я просто им восхищаюсь, для меня он образец идеального мужчины!

Дома я обязательно пью кофе перед работой и съедаю какой-нибудь йогурт и фрукты. Так я дополнительно сигнализирую своему организму, что пора просыпаться и включаться в работу. Добираюсь я на своей любимой птичке по имени «мазда», хотя живу я недалеко от офиса, вполне можно было бы ходить и пешком, но я люблю ездить на машине. И кто вообще сказал, что центр Москвы с утра стоит в пробках? Лично я ни разу не стояла, пока добираюсь на работу.

Выпив кофе и съев свой завтрак, лёгкой походкой выхожу из подъезда, предварительно поздоровавшись с консьержкой Маргаритой Семёновной. Она у нас просто чудо. Доброжелательная девушка лет шестидесяти, но с чужаками просто гроза! Выезжаю с охраняемой парковки своего жилого комплекса и спокойно вклиниваюсь в небольшой поток машин. Моя квартира – моя гордость, потому что купила я её сама. В ипотеку, конечно, но зато это только моё жильё и никто меня из него не выгонит. И ремонт я делала по своему вкусу, придумывала и подбирала всё лично: у меня минимум мебели, вся она светлая, как и стены, полы и, конечно же, потолок. Квартира хоть и не очень большая, но благодаря такому приёму, есть ощущение простора и порядка. Именно поэтому для меня в моём доме всё удобно, стильно и просто идеально.

Кстати, на личном фронте у меня тоже полный порядок. Мой парень доктор физико-математических наук, профессор (ну да, просто парнем его назвать сложно, да и лет ему 36), очень толковый и перспективный, занимается наукой, преподаёт в университете. Родители его тоже учёные, также преподают, да и вся его семья очень интеллигентная, мы с ними замечательно ладим. И я уже в курсе, что скоро он сделает мне предложение.

Обычно в 8:45 я подъезжаю к офису, оставляю машину на подземной парковке. Ну и кому тут вечно мест не хватает? Здесь они всегда есть, стоит только раскрыть глаза пошире. Без проблем паркуюсь на свободном месте прямо у входа.

Здание у нас высокое, помимо нашей фирмы тут ещё много разных офисов, поэтому сотрудников тут полно, особенно с утра. Но лифт приезжает очень быстро, впрочем, как и всегда, ни разу не ждала его дольше 30 секунд. В прохладе кондиционеров поднимаюсь на 20 этаж. Вид здесь шикарный, особенно из моего кабинета – город как на ладони. Да и кабинет у меня светлый и просторный, всё в духе минимализма: большой рабочий стол, стул, два кресла для посетителей, небольшой диванчик и столик, шкаф, в котором обязательно есть запасная блузка и юбка – на всякий случай, и, конечно же, шкаф с документами, которые аккуратно разложены по папкам и систематизированы – порядок должен быть во всём. Ах, да. Кофе-машина – обязательно, у меня она своя, не люблю пользоваться общей.

Да и вообще, я привыкла всё делать сама, рассчитываю всегда только на себя, так как-то проще живётся, потому что всё подчиняется определённому порядку. У меня всё по плану, я всегда всё контролирую, даже шефа иногда приходится: мужчины есть мужчины, что с них возьмёшь.

Я считаю, что каждый сам хозяин своей жизни и судьбы и как постараешься сам для себя, так и будешь жить. Поэтому моя жизнь прекрасна.

Чуть позже, в 9:30 отправляюсь на совещание, которое проходит у нас минимум раз в неделю, полностью настроенная на рабочий лад. Шеф как обычно тепло желает мне доброго утра, я сажусь за длинный стол, по левую руку от него, и мы начинаем наши трудовые будни. Всё протекает привычно, работы много, как и всегда. Но сегодня Николай Валерьевич попросил меня задержаться после того, как совещание закончилось.

Когда все ушли, он начал весьма странный разговор.

– Лера, мне нужна твоя помощь. Дело личное, но связано непосредственно с нашей работой. Справиться с ним можешь только ты.

Я удивилась, но стала внимательно вслушиваться.

– У меня, как ты знаешь, есть сын, – начал он осторожно. Да, я знала, что у Николая Валерьевича есть сын, но никогда его не видела, да и он почти ничего о сыне не говорил. – Так вот. Его нужно ввести в курс дел нашей фирмы, потому что когда-то всё это достанется ему, а я не смогу спокойно уйти на пенсию, когда буду к этому готов, потому что он и в ус не дует. Поэтому, Лера, я могу доверить это дело только тебе, ты лучше всех здесь во всём разбираешься, самые сложные переговоры всегда на тебе, – продолжал он, смотря на меня с надеждой и… сожалением? Странное поведение для него, ведь он всегда очень уверенный и решительный. Может, его сын ещё очень молод для таких дел?

– Николай Валерьевич, не переживайте, я введу его в курс дел, научу всему, чему нужно. А сколько ему лет? – попыталась я его успокоить.

– Ему двадцать восемь, образование у него хорошее…, – тут он запнулся и замолчал, а я почувствовала, что есть какой-то подвох. Ну двадцать восемь – это не пятнадцать, слава Богу, да и образование у него есть, не вижу пока ничего сложного.

– Но что-то не так? – уточнила я.

– Понимаешь, характер у него очень…сложный, – кое-как подобрал нужное слово шеф.

– И насколько? – уточнила я, но пока меня ничего не смущало. К сложным переговорам мне не привыкать.

– На много, Лера. Вот прям на очень много. Но я в долгу не останусь, обещаю, – он пытался что-то разглядеть в моих глазах, но я не понимала что, поэтому я просто сказала:

– Не переживайте, справлюсь, – ответила я как и всегда в подобных случаях. Характер, характер, а у кого он простой?

– Ну тогда давай я вас познакомлю прямо сейчас, – неуверенно сказал он и попросил секретаря пригласить его сына, который уже, по всей видимости, ожидал в комнате для посетителей.

Когда он вошёл, я окинула его оценивающим взглядом. Высокий, спортивного телосложения, накачанный, с супер-модной стрижкой и творческим беспорядком на голове. Одет он был в синие джинсы, свободно висящие на бёдрах, из-под которых выглядывала резинка его…трусов…! Трусов с надписью очень известной иностранной фирмы. Сверху была белая футболка с небольшой надписью той же фирмы, так что простой её тоже не назовёшь, потому что стоила она наверняка как весь мой костюм. На ногах идеально белые кеды, будто только что с витрины магазина. В довершение его образа были тёмные очки, которые он даже не удосужился снять. Ну и вишенка на торте – часы стоимостью примерно как моя машина. А весь вид в целом такой, будто только что с вечеринки. Ясно – мажор.

Он прошёл по кабинету вальяжной походкой и плюхнулся на стул прямо напротив меня, кинув:

– Привет, па, – смачно нажёвывая при этом жвачку.

– Здравствуй, сын, – отозвался Николай Валерьевич и, мне показалось, он не сильно был рад его видеть. Сын же сидел и пялился на меня в упор, а меня это начало раздражать, потому что сидел он в тёмных очках, которые полностью скрывали его глаза. – Егор, сними, пожалуйста, очки, ты не на пляже! – велел ему шеф.

– Па, ты уверен? – спросил он и хмыкнул.

– Ты пришёл в солидную фирму, так что будь добр! – настаивал шеф.

Сын снова хмыкнул, снял очки и вот лучше бы он этого не делал! На его левом глазу красовался фиолетовый огромный фингал. Я чуть со стула не упала, а Николай Валерьевич, похоже, был не сильно удивлён.

– Что, киса, испугалась? – сказал он и посмотрел на меня, оскалившись при этом. Это он мне?

– Егор! – грозно крикнул Николай Валерьевич. – Ты не в зоомагазине, оставь свои словечки на улице! Это Валерия, наша лучшая сотрудница, познакомься, как следует!

– О, да я с удовольствием познакомлюсь с ней как можно ближе, могу прямо сейчас начать, – и посмотрел на меня таким масленым взглядом, что аж противно стало. В ту же секунду я вздрогнула от того, что Николай Валерьевич грохнул кулаком по столу.

– Только попробуй обидеть Валерию! Не смей! – грозно заявил шеф. Так, нескучное, похоже, дельце у меня начинается. Я сидела и не могла шелохнуться, потому что всё это было похоже на какой-то розыгрыш.

– Па, да не буду я её обижать, наоборот, ей даже понравится, – не переставая скалиться и разглядывать меня, заявил он.

– Хоть пальцем её тронешь – голову оторву, – строго заявил шеф.

– Понял, пальцем не буду, – и снова захмыкал, вальяжно при этом развалившись на стуле, широко расставив ноги. Я такого типа впервые вижу. Жуть.

– Итак. Это Валерия Сладкова. Лера, этой мой сын, его зовут Егор, – попытался переключить разговор шеф в рабочее русло. Этот сын сидел и разглядывал меня в упор и продолжал жевать жвачку.

– Ну то, что она сладкая, я итак уже вижу, – брякнул этот тип. Интересно, у него есть хоть какие-то понятия о приличии?

– Егор, я тебя предупредил! – строго заметил Николай Валерьевич.

Я же просто сидела в лёгком шоке и вообще не знала, как на это всё реагировать. Теперь я поняла, почему шеф так нервничал, когда рассказывал мне пятью минутами ранее о своём сыне. Я предпочла вообще не смотреть на него, поэтому переключила всё внимание на Николая Валерьевича.

– Итак, дети мои, – начал шеф.

– О, па, ты нас уже благословляешь? – всё никак не унимался этот тип, ему было очень весело, в отличие от меня.

– Егор, шуточки дома будешь шутить, – строго ответил ему отец. – Работы предстоит много, поэтому приступайте прямо сейчас. Лера, тебе нужно подробно и чётко рассказать, чем и как занимается наша фирма, всё показать, полностью ввести Егора в курс дел, научить всему, что умеешь. Любая помощь от любого сотрудника, в том числе, от меня, тебе будет оказана – всё, что потребуется. На всё время обучения моего сына ты здесь на правах шефа, всех сотрудников я предупрежу о беспрекословном взаимодействии с тобой по любому вопросу, – по мере того, как Николай Валерьевич произносил свою речь, у меня всё больше выгибалась бровь от удивления. – Мне нужно, чтобы мой сын был полностью готов в любой момент принять управление фирмой на себя, – после этих слов я просто выпучила глаза от удивления, перевела глаза на Егора, он сидел и ухмылялся, смотря на меня, а потом ещё и подмигнул. В тот момент я очень засомневалась, не только в том, что он вообще хоть что-то поймёт из того, чем мы тут занимаемся, а ещё и в том, что он вообще где-то учился. Вид у него был просто непрошибаемый и не создающий впечатление умного человека.

Тут мой шеф решил меня просто добить:

– Ну и, Лера, целесообразнее будет Егора посадить в твой кабинет.

– В мой? Но куда? У меня один стол! – я просто обалдела от такой заявочки.

– Я уже распорядился, принесут ещё и стол, и компьютер, – шеф всегда удивлял меня скоростью принятия и реализации решений.

Я сидела и не верила своим ушам, а этот тип сидел и ухмылялся и снова мне подмигнул.

Через пятнадцать минут я уже наблюдала, как оскверняют мой кабинет. Перпендикулярно моему рабочему столу поставили стол Егора, он зашёл и плюхнулся со всего маху на стул и развалился на нём так же, как в кабинете отца, закинул руки себе на затылок и нагло уставился на меня.

– Ну, с чего начнём, Сладкая? – сказал он и начал нагло шарить своими глазами по моему телу.

– Меня зовут Валерия, – напомнила я ему.

– Как певицу? – решил сострить он.

– Как актрису, – выдала я равнодушным тоном.

– Это какую? – не понял он.

– Ты всё равно не знаешь, – с уверенность сказала я и махнула рукой.

– Намекаешь, что я тупой?

– Не намекаю, – нужно было добавить: прямо говорю, но не стала. Интересно, до него дошло или правда тупой?

– Ух, ты ещё и дерзкая! Подружимся, – улыбнулся он во все свои тридцать два. Хм, дошло.

– Это вряд ли, – нехотя ответила я.

– Зря так думаешь, я классный, – самоуверенно заявляет он, а у меня снова бровь наверх поползла.

– Да уж, я вижу, – скептически ответила я, намеренно окинув его взглядом с ног до головы.

– На синяк намекаешь? Это я упал, скоро пройдёт, и ты увидишь, какой я красавчик, – не переставал веселиться он.

– Так напился, что ноги не держали? – уточнила я.

– Что ты! Я вообще не пью! – положа руку на сердце, сказал он. Ну да уж, я не удивлюсь тому, что он с утра уже успел чем-нибудь «заправиться». Боже мой, это всё-таки не розыгрыш. Это реальный тип, которого мне нужно обучить. Не уверена, что у него есть способность соображать.

– Ты хотя бы знаешь, чем занимается фирма твоего отца? – решила я всё-таки перевести разговор в рабочее русло.

– Плюшками балуется? – снова типа сострил он.

– А говоришь, что не тупой! – резко ответила я, потому что мне это безобразие уже изрядно надоело.

– Ну что ты обзываешься сразу? Злючка! – он, конечно совсем не обиделся, но я постаралась настроить себя больше так не говорить, потому что это не совсем профессионально, а мы на работе, тем более шеф на меня рассчитывает. – Давай, рассказывай, что у вас тут и как, – неожиданно для меня сказал он.

Я подошла к шкафу и взяла одну из папок, положила на стол перед ним:

– Читай! – указала я.

– Вслух? – решил снова пошутить он.

– Ну если у тебя нет способности читать с закрытым ртом, можешь вслух, я не против, – с равнодушным видом ответила я.

– Что это? – нехотя спросил он.

– Святая святых: устав. Знаешь что это такое? – всё-таки не удержалась я.

– Летопись аки повесть временных лет? – со смешком спросил он. Надо же, какие слова-то знает, может не совсем тупой?

– Типа того, очень интересная книжка, начни с неё, – с сарказмом сказала я и села, наконец, за свою работу. – И, кстати, у нас в офисе дресс-код, – напомнила я ему и указала руками на себя, имея в виду, что форма одежды деловая, а не такая, в которой он сегодня заявился.

– Предлагаешь мне одеться в юбку и блузку? – вывернул он.

– Ну если ты себя идентифицируешь как женщина, то пожалуйста! – пояснила я ему.

– Любишь ролевые игры? – с наглой ухмылкой спросил он.

– Только такие, где у меня остро заточенный меч, чтобы рубить головы всяким фрикам, – с мнимой улыбкой сказала я.

– Ух, грозная какая! Любишь доминировать, значит? – никак не мог уняться он. Интересно, у него на всё найдутся пошлые комментарии?

– Люблю сублимировать. Если что, есть словарь русского языка, могу одолжить, – увернулась я, предложив ему посмотреть там значение слова. Он замолчал, что-то пропыхтел, но ничего больше не ответил. Наконец-то замолк!

В течение дня я ещё много чего ему рассказывала и показывала, мы постоянно перекидывались колкостями, потому что с ним по-другому просто невозможно было. Но в принципе, в его глазах интеллект проскальзывал, а вот в какой степени, это предстояло ещё выяснить. Вёл он себя, мягко говоря, вызывающе. То и дело пытался перевести разговор на какую-то пошлость.

К концу дня я настолько вымоталась, что просто выползла из лифта и вместо того, чтобы идти на паркинг, вышла через центральные двери на улицу. Меня обдало прохладным ветерком, было самое начало июня, и я вдохнула полной грудью. Поняв, что пошла не туда, повернула в сторону парковки, чтобы зайти на неё с улицы. И в этот же момент передо мной с визгом затормозил жёлтый спортивный автомобиль. Опустилось окно со стороны пассажирского сидения, а за рулём, конечно же, сидел мой персональный мучитель. Ну кто бы сомневался – выпендрёж! Мажор во всей красе.

– Подвезти? – с улыбкой поинтересовался он, чуть приспуская тёмные очки.

– Что ты, я как-нибудь сама, а то, боюсь, салон твой запачкаю, – ответила я с притворной улыбкой и, не дожидаясь ответа, быстро пошла на парковку. Через секунд пять он резко, опять с визгом, тронулся и уехал.

М-да. И за что мне такое на голову свалилось?

Егор.

Мне прекрасно живётся и без всей этой офисной духоты. Нацеплять на себя селёдочную удавку, приходить туда каждый день к 9 утра? А жить когда? Моё «утро» всегда начинается часа в три дня, а то и четыре. И потом, все эти клерки, делающие вид, что они что-то понимают в этой жизни, бесят реально. А по утрам у них такой вид, будто они сражались в неравной битве за право добраться до своей работы и чудом выжили.

Но отец меня прижал, конечно, конкретно. На пенсию он, видите ли, собирается в обозримом будущем. Или в не особо обозримом, я так и не понял, но лекцию он мне прочитал длинную и нудную, мне уже побыстрее хотелось сбежать. Свою «империю» ему не на кого оставить, кроме меня. Ну да, а на меня прям можно. Я свой единственный бизнес когда-то профукал, поэтому, не дожидаясь разорения, продал его по-быстрому, а на оставшиеся деньги теперь живу, ну и ещё на дивиденды от «империи» отца, вернее, нашей с ним. Он меня в восемнадцать лет «наградил» этими дивидендами, совсем не настаивая вносить свою лепту в виде трудовых подвигов. У меня тогда были другие стремления. Сейчас уже не важно.

Живу я по принципу трёх «т»: «тачки, тёлки, тусовки». На тёлок, кстати, тратиться не приходится, потому что когда они мою тачку видят, сразу из трусов готовы выскочить. Была у меня ещё одна красотка, в смысле машина, но я её раздолбил – погонять любитель.

А вот Валерия мою тачку не оценила. Впервые вижу такую реакцию. Да я вообще такую дамочку впервые вижу, вся такая рафинированная, куда деваться. Мне кажется, она бы с чувством, толком, расстановкой поковырялась у меня в мозгах и выбросила лишнее. Взгляд по типу «не влезай – убьёт». Зато фигурка отпад, всё при ней, да и мордашка очень симпатичная. Ладно, красотка она, чего уж там. Но характер писец, сразу понял. Особенно когда рот свой открывает и начинает сыпать колкостями. Блин, это ж отвечать что-то надо, думать. А мне лень. Я бы её рот по-другому лучше использовал.

Что-то передёрнуло аж от фантазий, надо Тимохе позвонить, сгонять куда-нибудь выпустить пар. Тимоха – мой друг и всегда поддерживает меня во всяких авантюрах, такой же прожигатель жизни, как и я, короче. Его долго уговаривать не приходится, он на три «т» всегда готов, так что уже в десять вечера тусим в каком-то клубе. Названия я даже не запоминаю, как и имена девчонок. Оно мне надо, лишний хлам в башке хранить?

В одиннадцать вечера мне на телефон приходит сообщение с неизвестного номера:

– Егор, завтра общее собрание в 10:30, оденься нормально. И работа начинается ровно в 9:00, не опаздывай.

Уф, ясно – зануда. Отвечать не стал. Ей явно нечем заняться вечером, а вот у меня полно дел. Вот, кстати, одно из них так и плывёт мне в руки, одетое, по-моему, в широкий пояс вместо платья. Но меня это вообще не смущает, а совсем наоборот, так что, вылакав с девчонкой изрядно коктейлей, продолжаем нашу «вечеринку» в другой плоскости у неё дома. Жизнь в кайф.

Никаких отношений я принципиально не завожу, потому что давно понял, что всё это никому ненужная хрень. А те девчонки, которые думают, что им всё это фуфло нужно, просто занудные стервы, ну или дуры. Ни с теми, ни с другими я тусить не собираюсь. Надо брать от жизни только то, что приносит удовольствие и не напрягает. Всё остальное – хлам.

Не помню, как я оказываюсь дома, но это мелочи, главное – дома, потому что сплю я только в своей кровати и никогда ни у кого не остаюсь. Сплю всегда один и это правило нерушимо. И, кстати, в свою квартиру тоже никогда никого не вожу – её ещё ни одна женщина не осквернила и не осквернит. Так-то.

Глава 2

Валерия.

В 9:00 я, конечно же, уже на своём рабочем месте и уже даже начала работать. Егора пока нет, но я и не надеялась, что он придёт без опозданий.

Когда он не ответил мне на сообщение вчера, я даже не удивилась. Главное, чтобы ничего не выкинул сегодня.

Между тем, время уже 9:20, Егора всё ещё нет, а трубку он не берёт. Но я не сдаюсь. Раз звонок проходит, значит, буду звонить, пока не дозвонюсь. С четырнадцатого раза он всё-таки отвечает абсолютно неадекватным голосом.

– Егор, ты должен быть на работе! – прокричала я.

– Ой, не ори, башка трещит! Я сплю! – буркнул он и отключился, а потом и вовсе отключил телефон. Зашибись! Я обалдела от такой наглости.

Недолго думая, залетаю в кабинет Николая Валерьевича:

– Напомните, насколько обширные у меня полномочия в перевоспитании вашего сына? – перешла сразу к делу я.

– Его что, всё ещё нет? – уточнил он.

– Нет, он спит, и приезжать не собирается! – возмущённо ответила я.

– Твои полномочия ничем не ограничены, – сказал он, нахмурившись.

– Тогда выделите мне двух парней покрепче из наших безопасников и адресок сына черкните, – на полном серьёзе сказала я.

– Может, помощь нужна? – обеспокоенно спросил Николай Валерьевич.

– Я сама справлюсь! – быстро отвечаю я. Я ведь уже настроилась. Мне поручили дело, значит, я справлюсь.

– Сейчас всё будет.

Я стояла у квартиры Егора и истошно звонила в звонок, а он не открывал. Но он точно был там, потому что из квартиры доносились ругательные слова в адрес незваных гостей. Тогда я просто взяла ключи, которые любезно мне вручил шеф (Егор, кстати, не в курсе об их существовании), без зазрения совести открыла его квартиру и вошла туда с двумя крепкими ребятами. Взяла я их чисто на всякий случай, потому что кто его знает, какой он с похмелья, да и вообще, мог оказаться не один. Но он оказался один и даже не понял, что мы вошли, потому что продолжал лежать в кровати. Что ж, тебе же хуже.

Я быстро и тихо разобралась, где у него ванная, нашла там половое ведро и наполнила его холодной водой. Вернулась в спальню и резко вылила его полностью на Егора. Такого он точно не ожидал. Он вскочил с абсолютно бешеным видом и, наверное, хотел меня убить, но меня закрыли ребята.

– Ты чокнутая! Совсем с ума сошла? – начал вопить он. Дальше последовало несколько непереводимых слов, которые я просто профильтровала.

– Зато ты быстро проснулся! – спокойно ответила я, с трудом сдерживая смех.

– Лера, какого хрена? Откуда ты здесь вообще? – продолжал вопить он.

– А какого хрена ты не в офисе? Я что-то непонятное тебе вчера написала? Какое из этих простых слов ты не понял? Через сорок минут общее собрание, где твой отец будет представлять тебя всему коллективу! Ты что творишь? – начала я наезжать на него ледяным тоном, парни, кстати, уже расступились, явив моему взору мокрого Егора в одних трусах. Он был настолько растерянным, что даже не находился что ответить. – А сейчас иди в душ, приведи себя в человеческий вид и поедем в офис, иначе, я тебе обещаю, что каждое утро буду к тебе приходить с ведром! – я подошла к нему очень близко, говорила спокойно, смотря прямо ему в глаза, чтоб однозначно дошло. К моему удивлению, спорить он не стал и со словами «чокнутая» поплёлся в душ.

Егор

Я настолько был ошарашен всем происходящим, что даже не успел ничего сообразить. Да и вообще, башка гудела после вчерашнего, готовая лопнуть, поэтому я побыстрее махнул в душ, чтобы прийти в себя. Как она вообще сюда попала? Надеюсь, она не ведьма и не ходит сквозь стены, потому что глаза у неё точно ведьмовские, ярко-зелёные, злющие, аж пробрало.

Я включил ледяной душ, чтобы как можно быстрее оклематься. Не мешало бы ещё и кофе выпить, но эта ведьма вряд ли позволит такую роскошь. Замотавшись полотенцем, выхожу из душа, и в нос ударяет запах кофе и еще чего-то. Почти бегом шлёпаю на кухню прямо так, и что я вижу? На моей кухне хозяйничает эта ведьма! Чёрт!

Причём она так ловко там со всем управляется, будто делает это здесь каждый день. У меня начал нервно подёргиваться левый глаз.

Увидев меня, она с грохотом ставит стакан с водой, растворяет в нём какую-то таблетку и двигает ко мне:

– Пей, – говорит она ледяным тоном. Я беру и выпиваю залпом, башка всё ещё трещит. Надеюсь, не отравит.

Потом она так легко и просто ставит передо мной на барную стойку тарелку с омлетом и чашку чёрного кофе. Я стою и смотрю на это как баран, ничего не понимая.

– Особое приглашение надо? Ешь, пей, чтобы хоть как-то перебить запах перегара, и одевайся быстрее, иначе мы опоздаем! – командует она всё также строго. Она сейчас просто настоящий…солдафон! Я поднимаю на неё взгляд и замечаю, как она меня разглядывает с ног до головы, а потом обратно, я делаю то же самое с ней, но её лицо не выражает никаких эмоций, кроме пренебрежения, чего не скажешь обо мне. Её, так называемый, «дресс-код» слишком чётко показывает все контуры её идеального тела. Я нервно сглатываю, отвожу взгляд и быстро запихиваю в себя омлет. Вкусно, чёрт, точно ведьма! Да что тут вообще творится?

Почти залпом выпиваю кофе, смотря при этом на неё, а у неё на лице ни один мускул не дрогнул, только глаза недобро сверкнули. Это не женщина, а беда какая-то, никогда таких не видел.

Ни слова не говоря, потому что я сегодня похоже дар речи потерял, удаляюсь в спальню, чтобы одеться. Но ничего по её «дресс-коду» у меня нет, поэтому натягиваю чёрные джинсы и чёрную футболку, с фингалом не знаю что делать, надеюсь, народ там не очень впечатлительный.

Выхожу из комнаты, а эта ведьма снова ледяным тоном говорит:

– Сядь, – и указывает на барный стул, на котором я только что завтракал.

– Зачем? – вдруг вспомнил я как разговаривать.

– Сядь и повернись ко мне, – продолжала командовать она. Я сел и с интересом стал наблюдать. Она достала из своей сумочки, как я понял, тональник и какую-то промокашку, не знаю что это за хрень.

– Э-э, это ещё что? Не н-н-надо меня этим мазать! – отстранился я. Речь, похоже, ещё не совсем восстановилась.

– Да что ты? С фингалом пойдёшь позорить Николая Валерьевича? – язвительно заметила она.

– А ты так переживаешь за его репутацию? – я, наконец, заговорил членораздельно.

– Конечно, я вообще поражаюсь, как у такого хорошего человека может быть такой ужасный сын, – выкинула она мне, и при этом уже замазывала мой фингал. А я вдруг понял, что стоит она ну очень близко, так что решил её полапать и положил руки ей на задницу. Офигенно. Мне подходит.

– Оборзел? – сразу дёрнулась она. – Я тебе сейчас ещё один фингал поставлю на другом глазу для симметрии, пусть все думают, что ты дурачок! – выплюнула она со злостью. Вот же дерзкая, зараза!

– Тьфу, какая скучная! – а у меня прямо руки зачесались, как захотелось её потискать. Точно ведьма!

– Зато ты весёлый! Развлекаешь меня с утра, а у меня и без тебя работы хватает, – сказала она уже спокойнее, а я заглянул в её зелёные ведьмовские глаза. Красивый цвет, изумрудный. Я подзавис. – Громов, отомри! – скомандовала она и я очнулся. Похоже, ведьма всё же любит доминировать. Ничего, разберёмся. – Всё уже, идём быстрее, не хватало ещё из-за тебя опоздать! – она так быстро всё собрала, что я не успел опомниться, а она уже потопала на выход, виляя своей охренительной задницей в этом обтягивающем платье, которое было типа по «дресс-коду». А мне теперь, блин, что делать со своим… «дресс-кодом»?

На улице в служебной машине нас ждали те два типа, с которыми ведьма проникла в мою квартиру.

– Ты разве не на метле прилетела? – решил поддеть её я, хотя, надо признаться, я всё ещё находился в лёгком шоке после сегодняшнего «пробуждения».

– Хотела, но пришлось у офиса её оставить, а то мальчики бы не расселись, – ответила она, держа удар.

– С твоими способностями, они бы и от волшебного пинка сюда долетели, – решил продолжить ёрничать я.

– Хорошая идея, использую её как-нибудь на тебе, – ответила мне эта дерзкая злючка.

Собрание прошло нормально и мы даже не опоздали. Весь день, а потом и всю оставшуюся неделю Лера парила мне мозги всякой офисной ерундой, и я правда пытался что-то слушать. Но я до сих пор не понимал нахрена мне это надо. У меня сейчас совершенно другой образ жизни, который меня полностью устраивает, и переключиться вот на это всё пипец как сложно.

А ещё я смотрел на Леру и просто поражался тому, как она разговаривает, как ведёт себя с коллегами, с партнёрами, с заказчиками. Да, отец не преувеличивал насчёт её профессионализма. Складывалось ощущение, что ей не двадцать пять, а лет сорок восемь. Всё её поведение говорило о том, что она умудренная жизнью холодная и расчетливая…эм… бизнес-леди. Даже здоровые мужики втягивали голову в плечи, когда с ней разговаривали. На днях она взяла меня на переговоры по небольшому контракту. С другой стороны пришли трое мужчин возраста в районе сорока. Они выдвинули нам условия, которые не особо нас устраивали, так Лера так начала их там разносить, что я просто прилип к стулу и замер в изумлённой позе. Мужики быстро сообразили и не стали связываться, заключили контракт на тех условиях, что были нужны нам.

– Чего ты так смотришь? Или ты, или тебя! – сказала она мне после того, как все ушли. – Ничего, скоро и ты так научишься. В тебе явно есть потенциал на это, – как обычно сухо сказала она. И вот я не понял, то ли это комплимент был от неё, то ли наоборот, задеть хотела.

– Да уж, с потенциалом у меня и правда всё окей, – ответил я, не в силах сдержать явный подтекст. Но она даже никак это не прокомментировала.

Её тон был всегда строго деловой, иногда даже ледяной, с минимумом эмоций. Её внешность вообще никак не соотносилась с характером и поведением. Она была действительно красива. Не миловидна, не смазлива, а роскошна. Наверное, она это знала и ещё поэтому себя так вела. Ей бы в рекламе сниматься или кино, а не людям мозги парить. На меня же она вообще старалась не смотреть, а если смотрела, то меня пробирало до копчика от её холода. Ледяная леди. Притом в глазах у неё всё же проскальзывало что-то очень тёплое, я вообще не понимаю, как такое может быть. У меня развился когнитивный диссонанс.

В выходные я всё-таки сгонял в магазин и купил офисные шмотки: костюмы, рубашки, удавки, чтоб, если что, повеситься. Пусть порадуется, может хоть тогда сможет посмотреть на меня без пренебрежения. Правда, переодеться я пока ещё никак не могу себя заставить. Опять возвращаться к этой жизни. Не хочу.

Валерия

Всю следующую рабочую неделю я пыталась не сорваться. Егор реально бесит! А меня очень сложно вывести из себя, да это практически невозможно, но у него это мастерски получается, эту бы энергию в рабочее русло. Эти его вечные дурацкие шуточки, несерьёзность просто выматывают, я уже очень устала, а он ещё вообще ни в зуб ногой в делах фирмы. Нет, он, конечно, не тупой, как я сначала подумала, но то, что он вообще знать не знал, чем занимается фирма, пришёл сюда с нуля, да ещё плюс его образ жизни, никак не ускоряет процесс его обучения. Каждый день он опаздывает, а уходит с работы раньше времени, часто приходит с похмелья и не выспавшийся, явно где-то развлекается ночами. Я однажды не выдержала и спросила:

– Егор, когда ты закончишь бухать перед работой? – разговаривать с ним лучше на его диалекте, так он быстрее соображает.

– Когда ты закончишь со мной, Сладкая, пару-тройку раз, – он сказал это с таким серьёзным видом, что я даже не сразу поняла, что именно он имел в виду.

И ещё он успевает делать мне недвусмысленные намёки по типу:

– У тебя такой большой рабочий стол, ты его уже опробовала?

– Что, прости? – не поняла сначала я. Но это же Егор, мне надо было догадаться.

– Могу помочь в этом деле и разложить тебя прямо сейчас, проверим на прочность, – с похабной улыбочкой сказал он. Я аж поперхнулась.

– Разложи лучше в своей голове рабочую информацию! – постаралась не поддаться на провокацию я.

А ещё, кстати, ему постоянно названивают всякие рыбки, киски и прочая живность. Мерзость, в общем. Мальчик, похоже, вообще не привык, что ему отказывают. Представляю контингент, с которым он общается.

А недавно произошёл вопиющий случай: зашла я в свой кабинет, но это ж теперь не только мой кабинет, но ещё и горе-ученика, который постоянно там торчит. Этот нахал просто взял и прижал меня к стене, чего я совсем не ожидала:

– Киса, ты чего такая злая, а? Давай я тебя поглажу! Поцеловать, полизать, покусать, поласкать, кстати, тоже могу. Ты как больше любишь, м? – и уже начал шарить по моему телу рукой. Меня от этого «киса» чуть не вывернуло, я попыталась собраться и со всей силы оттолкнула его двумя руками, и у меня получилось, видимо, потому, что он не ожидал. Надо же, какая самоуверенность, считает, что он неотразим.

– Громов, отвали от меня и больше не подходи! – выкрикнула я со злостью и отошла на безопасное расстояние. Вообще-то, я так обычно не разговариваю, но с ЭТИМ по-другому не получается. Это уже просто начало переходить всякие границы.

– Да что такое-то? – недоумевал он и делал крайне поражённое лицо.

– У меня аллергия на мажоров! – кинула я ему и села за свой рабочий стол. И по-моему, так оно и есть, потому что меня моментально бросило в жар, щёки раскраснелись, а сама я покрылась холодным потом. Осталось только чихнуть пару раз.

Но ему и этого показалось мало, поэтому в один из дней он в обед решил накрыть «поляну» для всех сотрудников в конференц-зале. Всем это, конечно же, очень понравилось, потому что постарался мажор на славу: вся еда из дорогущего ресторана, названия закусок даже выговорить сложно, не то, что запомнить, а вместо чая или кофе – дорогущее шампанское для девушек и виски для мужчин. Я, мягко говоря, обалдела от всего этого, особенно, учитывая, что после такого обеда все должны были отправляться на рабочие места. Но кроме меня это никого особо не смущало. Девочки так вообще были в восторге от Егора, все разом принялись строить ему глазки, некоторые откровенно флиртовали. А он просто наслаждался, находясь в своей стихии. Вся эта вакханалия меня очень угнетала, и я быстро удалилась с этого праздника жизни. И буквально через десять минут он ввалился в наш кабинет, где я мирно пила кофе и наслаждалась тишиной, стоя у окна. Подошёл, нагло выхватил из моих рук чашку, допил её содержимое и выдал:

– Сладкая, ты чего такая замороженная? Ты прямо как мороженка, я уверен – стоит только лизнуть, и ты растаешь, – тихо и вкрадчиво сказал он и улыбнулся при этом своей пошленькой улыбкой. Но меня всем этим не проймёшь.

– Егор, тебе мало там внимания оказывают? – постаралась как можно спокойнее сказать я, не отрывая взгляда от городской панорамы за окном.

– Я хочу внимания от тебя, – нагло заявляет он и заправляет мне прядку волос за ухо, придвигается ближе. Вообще нахал.

– Я не буду строить тебе глазки и снимать трусы по щелчку твоих пальцев. Ты не по адресу, возвращайся туда, где пользуешься успехом, – настоятельно порекомендовала я и отодвинулась подальше.

– Да дело не в этом, Сладкая! Ты даже смотришь на меня, как на рабочий стул! – решил пошутить он, но улыбка сошла с его лица, потому что он получил ответ:

– Даже не как на рабочий, Егор, а как на обычный стул! Потому что до рабочего стула тебе ещё далеко, толку от тебя пока ноль! – и это была правда, да и рвения к работе от него никакого я не заметила. Всё, что его интересует – это развлечения. А, ну ещё пошлятина всякая.

А эти его постоянные нахальные и даже похабные взгляды, фразочки просто бесят! Руки он свои тоже не контролирует, вечно пытается нарушить моё личное пространство. Я скоро не выдержу и залеплю ему по морде, это точно.

Егор

Лера, конечно, меня просто поражает. Она вообще непробиваемая, я уже и так, и сяк с ней, но она как будто скованная льдом. У меня никогда таких проблем не было. Чтобы мне кто-то отказывал? Никогда. Да даже в офисе девчонки глазки строят. Но в офисе мутить ни с кем не буду пока, иначе к Лере вообще не подкатить. А зачем оно мне? Да хрен его знает. Заклинило.

Я уже, подумав, что растерял хватку, мотнулся в клуб на днях, но нет, там всё по-прежнему: я неотразим. Выпускаю пар и понимаю, что творится какая-то хрень, потому что меня вот вообще не отпускает. А стоит её увидеть, так понеслось: у меня свербит в одном месте и дико бесит, что она вообще не реагирует. Я просто не догоняю, что я делаю не так.

– Ты замужем? – решил всё-таки поинтересоваться я у неё. Она сидит за своим рабочим столом за документами и даже не поднимает на меня взгляда. Спокойна как удав.

– Нет, с чего вдруг тебя это заинтересовало? – невозмутимо ответила она.

– Просто хочу понять, – также невозмутимо сказал я, хотя сам уже на взводе.

– Понять что? – она говорит со мной и даже не смотрит на меня, а смотрит в свои дурацкие бумажки, из которых она целыми днями может не вылезать.

– Почему ты мне отказываешь, – в лоб решил сказать я. Может ей так понятнее будет? Да и отшутиться не получится.

– Пфф, – её рассмешила моя фраза, и она даже оторвалась от своих документов. Я, по-моему, впервые увидел, как она улыбается, но только как-то не по-доброму. – Егор, ты серьёзно? А тебе не приходило в голову, что ты мне можешь просто не нравиться? – продолжала веселиться она. Откинулась на спинку стула, сверкнула на меня своими глазищами. Блин, лучше бы она дальше в бумажки смотрела, терпение моё на исходе.

– Нет, не приходило, – просто ответил я. Ну а что в этом такого? Я вроде не урод, не алкаш и не бомж, не тупица, чтобы уж так откровенно смотреть на меня с пренебрежением.

– Ну тогда это для тебя будет новость: ты мне не просто не нравишься, ты мне неприятен, – как само собой разумеющееся вывалила она мне. Смотрит прямо, открыто, без жеманства. Не играет. Это и пугает.

– Даже так? Интересно чем же? – всё же хотелось конкретики, может не всё так грустно.

– Всем. Своим поведением особенно. Ты наглый и самовлюблённый, видишь и слышишь только себя, а говоришь только всякую пошлость, тебе ни до кого нет дела. На меня тебе абсолютно плевать, тебе надо только потрахаться. Я вот только одного не пойму – у тебя что, все тёлки кончились, которых ты ещё не трахал? – она это говорила с таким остервенением, что мне аж не по себе стало. Никогда не слышал, чтобы она так разговаривала.

– Это я говорю пошлости? Ты в одной фразе умудрилась употребить слово «трахать» дважды, Лера! – пытаюсь я её поддеть, а сам же просто в лёгком шоке. Да, Лера умеет удивлять.

– Я говорю с тобой на твоём языке, Егор. Потому что человеческий ты не понимаешь. А ещё ты постоянно передёргиваешь, не контролируешь свои руки и не пользуешься головой по прямому назначению! – не на шутку разошлась она.

– Ну давай начнём с того, что я не передёргиваю! И не вижу ничего плохого в умении правильно использовать руки, язык и ещё кое-что, – двусмысленно сказал я, пытаясь как-то разрядить обстановку и посмотреть как она поймёт мои слова.

– Вот опять! Сплошные пошлости! – выпалила она. Да, Валерия Николаевна, удивляете, удивляете…