Оксана Абрамкина
Познать твой мир
1
Мой день начался с разбросанных вещей по комнате. Опять. Здорово. Я резко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. Не особо это помогло. Да я и не старалась – гнев бурлил во мне, и я знала, что его так легко не унять.
Дверь за моей спиной распахнулась и в комнату вошла Надя. Девушка резко остановилась, забыв закрыть за собой дверь, и присвистнула, оглядывая этот погром цепким взглядом своих ясных голубых глаз.
– Я могу не спрашивать, кто это сделал? – спросила она, бросив на меня внимательный взгляд. Она понимала, что я готова найти виновника этого погрома и немедленно вырвать ему (точнее ей) все рыжие крашенные патлы, которые меня так сильно раздражали.
– Жанна, – сквозь зубы процедила я и присев на корточки, стала собирать вещи с пола. Дверцы шкафа и моей тумбочки были распахнуты, одеяло с подушкой сброшены на пол, а матрас был покрыт чем-то влажным и липким. Мне даже не хотелось уточнять, чем она облила его. Одно было понятно точно – спать на нем я сегодня не собиралась. Он напрочь испорчен, как и мое настроение.
Надя прошла к своей кровати, бросила на нее свой рюкзак, и начала мне помогать собирать вещи. Я благодарно ей кивнула. Надежду Карпухину я не могла назвать своей лучшей подругой, но мы хотя бы нормально с ней общались в отличие от Жанны. При воспоминании об этой пафосной сучке мои руки непроизвольно сжались в кулаки.
Жанна Гуляева… Дочка богатых родителей, которые проплатили ей учебу в университете. Ее ненавидели все на факультете психологии, а мне посчастливилось делить с ней одну комнату в общежитии. Оставалось лишь догадываться, почему этой избалованной девчонке взбрело в голову жить в общаге, а не в доме родителей. Видимо ей нравилось держать на ушах весь университет. Здесь она возомнила себя настоящей королевой.
Жанка невзлюбила меня с самого начала. Уже два месяца она не давала мне проходу. То высмеивала то, что я попала сюда на бюджетное, то постоянно упоминала о том, что я детдомовская, будто в этом было что-то зазорное. И постоянно высмеивала мой внешний вид. Да, на мисс мира я явно не тянула, но и страшненькой себя не считала. Я была довольно низкой – всего 165 сантиметров, темно-русые волосы, вечно собранные в хвост, овальной формы лицо. И глаза… они в моей внешности нравились мне больше всего. Они были настолько темными, что казались черными, сливаясь со зрачками.
Но на моей щеке красовалась большая родинка, которую Жанка постоянно называла бородавкой. И мой стиль ей не нравился: обычные джинсы, кеды и растянутая футболка с эмблемой какой-нибудь любимой группы типа «Monowar». Жанна-то постоянно являлась в университет при всем параде, будто это было не учебное заведение, а ночной клуб. Легинсы в обтяжку, топики с вырезом, оголяющим ее выдающуюся грудь. Всего восемнадцать лет, а она уже не брезговала всякими косметическими процедурами. Да и грудь ее явно была не настоящей – наверняка надула в клинике. А что? С деньгами-то ее родителей, ей был доступен любой каприз.
В первый мой день в университете Жанка бросила на меня взгляд и презрительно фыркнула:
– Детдомовским не хватает пособия на выведение бородавок? Бедняжки, может подкинуть тыщонку?
На что я не преминула ответить:
– А ты планируешь накачивать ботокс в губы, пока они у тебя вообще не перестанут открываться? Учти – питаться тогда будешь через соломинку, а говорить разучишься… хотя, дар речи тебе и не нужен, все равно умного ничего выдать не в силах.
Уже тогда Надя, сидящая позади Жанны, начала мне махать руками и показывать, чтобы я замолчала. Но я не собиралась проглатывать язык, когда эта выскочка меня при всех унижала. Еще не хватало сразу же в универе прослыть слабой плаксой.
И вот результат: теперь она мне не давала прохода. За все в этой жизни надо платить!
– Тебе надо пожаловаться декану, – донесся до меня голос Нади, выводящий меня из моих раздумий.
– Нет, – упрямо покачала я головой, складывая вещи в шкаф. Ну как складывала… я просто заталкивала их на полку единым комом, приминая кулаками и представляя на месте вещей рожу Гуляевой.
– Блин, Влада, ну сколько это будет продолжаться? Она так и будет издеваться над тобой! Ты и сама это прекрасно понимаешь! Она не отстанет так просто.
– Ну пожалуюсь я, ну переведут меня в другую комнату и что? На занятиях она только сильнее начнет на мне отыгрываться, – сказала я и оглянулась на свою кровать. В омерзении я передернулась. Матрас был покрыт чем-то, напоминающим сопли. Будто великан высморкался на мою кровать. Наверняка Жанна даже не сама испортила мне матрас. Воспользовалась чужими руками, свои вряд ли стала бы марать. Я даже не хотела знать, что это.
– И что ты будешь делать? – спросила Надя, проследив за моим взглядом и тяжело вздохнув.
– Мне написали по поводу квартиры, – сказала я. – Сегодня пойду смотреть. От университета близко.
– Ты не потянешь! – воскликнула Надя и я понимала, что девчонка права.
– А что остается? Жить тут я не хочу. Как-нибудь протяну на стипендию. К тому же, мне платят в приюте.
– Платят? Ты это серьезно? Ты работаешь там по доброй воле. Тебе лишь иногда выделяют деньги, и ты их сразу же там и оставляешь.
И тут девчонка была права. Я удивилась, насколько хорошо Надя меня узнала за несколько месяцев. Раньше у меня не было друзей, но тут я поняла, что могу называть Карпухину своей подругой. Удивительно приятное чувство, которое я не испытала, будучи в детском доме.
Я являлась волонтеров в приюте для собак. Иногда заведующая Инна Степановна давала мне деньги за мою работу, но я почти всегда сразу же покупала на них необходимые лекарства для животных.
Я не могла иначе. С самого детства я любила животных и мечтала, что когда обзаведусь собственным жильем, обязательно заведу себе питомца. В приюте проживало более тысячи подопечных, я почти каждый день после учебы приходила туда и заботилась о них. Помимо этого, активно помогала приюту в соцсетях. Благодаря мне некоторые собаки обретали новый дом, и я была в такие моменты особенно счастлива.
Инна Степановна всегда качала головой и приговаривала:
– Я ценю твою помощь, но не место здесь молодой девчонке. Так ты и проведешь лучшие годы за помывкой вольеров.
Я лишь отмахивалась. Это занятие приносило мне удовлетворение и совсем не было в тягость. В этих грустных глазах я узнавала себя. Такие же брошенные и никому не нужные души, как и моя собственная. Им нужно было внимание, ласка, доброта. Как и мне, им нужно было узнать, что не все люди на земле столь жестоки.
– Я справлюсь, – упрямо повторила я.
– Ладно, а с матрасом что будешь делать? – спросила Надя. – Не знаю, что это за дрянь, но явно ее хрен отмоешь.
Я улыбнулась уголком губ, и девчонка сразу поняла, что я задумала. Подойдя к кровати Жанны, я сбросила с нее одеяло, подушку и простынь, после чего поменяла матрасы местами с помощью Нади, не поленившись после этого вновь застелить ее кровать. Результатом своих трудом мы остались довольны – по первому взгляду на кровать Жанны с ней все было нормально. Она точно не догадается ни о чем сразу. Для этого ей надо будет лечь на кровать…
Я не могла перестать улыбаться, представляя, как она будет орать, когда ляжет в свою постель.
2
– Плита вышла из строя, – возвестил тучный мужчина, показывающий мне квартиру. – И да… это. Тут в общем слив в бочке не работает, тазик стоит за унитазом. Ну думаю, это вовсе не проблема…
Я осматривала однокомнатную квартиру и не верила своей удачи. Да, казалось бы, чему тут радоваться? Плита не работает, кухня небольшая и выглядит ужасно. Стены в комнатке оклеены обоями еще советских времен, старый диван, который наверняка жутко неудобный, деревянный стол и старая советская стенка, занимающая большую часть и без того маленькой комнаты. Туалет и ванная совмещены, ванну видимо даже не имело смысла пытаться очистить от слоя ржавчины, впрочем, как и унитаз.
Но, с другой стороны, здесь я буду жить совершенно одна. Мне так этого не хватало! Большую часть жизни я провела в детдоме, а после – общага. Мне не хватало уединения. И вот – мое персональное логово передо мной.
К тому же, квартира располагалась достаточно близко от университета, я буду доходить до него минут за пятнадцать! Мне очень повезло найти квартиру так близко от одного из лучших университетов Москвы за такие деньги!
Я вытащила из рюкзака потрепанный кошелек и достала деньги.
– Залог и оплата за месяц вперед? – спросила я, подняв глаза на Валентина – собственника квартиры.
Глаза мужчины загорелись при виде денег. Он активно закивал головой, видя, что я согласна арендовать предложенную жилплощадь.
Я вздохнула, протягивая ему деньги. Я откладывая себе на новый телефон и кеды. Мои готовы были развалиться в любую минуту. Ну что тут можно было сказать… оставалось надеяться, что они еще протянут пару месяцев. Иначе придется мне ходить босиком. Я представила на секунду, как являюсь в универ в одних лишь носках. Глаза Жанны сразу загорятся, она вскочит со скамью, укажет на меня своим новеньким маникюром и начнет выливать на меня ведро помоев.
Валентин схватил деньги и те сразу пропали из виду. Я даже не успела заметить, куда он их сунул.
– Вот ключи, – сказал он, протягивая мне связку, где висел ключ от домофона, тамбурной двери и самой квартиры.
– Можно заезжать уже сегодня? – спросила я, не веря своей удаче.
– Да-да, – поспешно ответил мужчина. Я понимала, что даже по столь низкой цене мужчина долго искал квартирантов в столь загаженную квартиру. Может до меня тут жили какие-нибудь алкаши. Но меня это мало волновало.
Мы распрощались, и мужчина оставил меня в квартире одну. Я еще раз оглядела комнатку беглым взглядом. Что ж, привнести сюда уютную атмосферу будет непросто. Ведь у меня самой было мало своих вещей и ничего нового купить я пока не могла.
– Мой новый дом, – пробормотала я, пытаясь отнестись к этим стенам действительно как к моему дому. Я привыкну. Иного выбора и не было.
После чего кинула взгляд на экран своего смартфона и чертыхнулась. Если я хочу перевести свои многочисленные вещи сюда уже сегодня и не пересечься с Жанной, то мне лучше поспешить назад в университет.
Эх, сегодня уже не получится посетить приют для животных, о чем я и отписалась Инне Степановне, сразу же представив, как она меня поучает:
– Ты здесь по факту не работаешь. Ты волонтер, не отчитывайся каждый раз, как у тебя не получается прийти. Наслаждайся жизнью, ведь молодость столь скоротечна.
Инна Степановна мне очень нравилась. Еще бы, заведовать таким заведением мог исключительно доброй души человек. Она не злоупотребляла своей властью, все собранные деньги действительно пускала на лечение и корм для своих подопечных.
Мне повезло, в своей уже бывшей комнате в общежитии я обнаружила только Надю. Девчонка стояла перед небольшим зеркалом на дверце шкафа и укладывала свои короткие непослушные курчавые волосы цвета соломы, которые хорошо сочетались с ее голубыми глазами.
Развернувшись ко мне, она внимательно наблюдала, как я собираю свои вещи. Все они должны были поместиться в мой потрепанный рюкзак и пакет из Пятерочки.
– Все-таки уходишь от нас? – констатировала Надя спустя пару минут.
Я кивнула.
– Блин, – выдохнула Карпухина. – Придется мучиться с этой выскочкой одной. Надеюсь, к нам подселят кого-то адекватного.
Мне стало немного совестливо на душе, что я оставляю Надю с Жанной. Но я сразу отмахнулась от этих лишних эмоций. Главным объектом насмешек для Жанны всегда была я. Даже если она переключится на Надю, это продлится недолго. Надя сама была из обеспеченной семьи, в ее внешности не было никаких изъянов. Так просто Жанне не к чему будет докопаться. Так что найдет она новую жертву, ну и продолжит третировать меня на занятиях.
– Не хочешь даже остаться и посмотреть на реакцию Жанны? – спросила Надя и заговорщически подмигнула мне.
Я улыбнулась:
– Не, если я останусь, мы точно подеремся. Тебе оно надо, разнимать нас?
– Сомнительное удовольствие, – улыбнулась в ответ девчонка и добавила: – Но я попробую заснять ее реакцию. Криков будет… залью в наш факультетский чат.
– Это ее очень разозлит, – заметила я.
– Так на это и расчет, – хмыкнула Надя. – Не только ей же издеваться над другими. Пора бы ей снять корону с головы. Нашлась тут госпожа, избалованная выскочка.
Я была рада, что мое мнение касательно Жанны сошлось с мнением Нади.
Когда все вещи были собраны, я попрощалась с Надей, понимая, что завтра увижу ее на занятиях. Не стоило устраивать из этого какой-то фарс. Я покидала лишь общежитие.
Закрывая дверь в комнату, я улыбалась. Наконец. Одна моя мечта исполнена – я буду жить одна, пускай и не в идеальной комнате. Я была включена в список на получение жилья, но, когда еще подойдет моя очередь! Сперва мне надо было закончить университет.
– Пора домой, – прошептала я и сделала шаг навстречу новой главе моей жизни.
3
Я зашла в аудиторию за десять минут до начала занятия по социологии. Анатомия и английский язык на сегодня уже остались позади, и я чувствовала легкую усталость. Весь вечер я пыталась привести съемную квартиру в приличный вид. Даже пыталась очистить ванну, хоть и сразу поняла, что это гиблое дело. Ей уже ничто не в силах помочь.
Социологию вел Денис Артурович – приятный мужчина сорока лет, которого хотелось слушать. Он мог и пошутить, и всегда старался найти с нами общий язык.
Я просканировала аудиторию взглядом и направилась к третьему ряду скамеек с партами. Там сидела Надя. Справа от нее сидел Виктор – паренек, который проявлял к девушке знаки внимания, но Надя будто бы этого не замечала. Слева же место пустовало, и я его заняла.
По аудитории разносился привычный мне гул голосов. Я поймала себя на мысли, что больше половины студентов не знаю по именам. Я мало с кем общалась и была довольно замкнутой в себе. Мне проще было проводить время с животными, чем с людьми. Их я понимала по одному лишь взгляду, а люди… все они были себе на уме. От них добра не жди. Даже самые близкие люди могут предать.
– Жанна не устроила мне войну? – полушепотом решила-таки я поинтересоваться у Нади. Та хихикнула и указала куда-то себе за спину:
– Она сегодня занята. Ей явно не до тебя.
Я оглянулась. Жанна Гуляева сидела на три ряда от нас и липла к какому-то парню, которого я не смогла вспомнить. Липла – другого слова я просто подобрать не могла. Она вцепилась в его руку своими наманикюренными пальчиками и что-то жарко шептала на ухо.
А парень же сидел с непроницаемым лицом и смотрел на тетрадь, лежащую перед ним. Он будто застыл подобно древнегреческому изваянию. Его черные волосы были слегка взъерошены, взгляд я могла охарактеризовать как орлиный, даже слегка хищный. Скулы острые, тонкая линия улыбки. Фигура была ярко выраженный: широкие плечи, узкие бедра. Поверх черной футболки была накинута кожаная куртка. Такую внешность называли яркой и контрастной.
Я попыталась вспомнить его имя, но так и не смогла. Следующие слова Нади успокоили меня – проблем с памятью у меня не было.
– Это Олег Лебедев, он перевелся к нам из другого университета и даже вроде сменил специализацию, но никто не знает, на кого он раньше учился. Жанка сразу взяла его в оборот. Только ничего у нее не выйдет, не на того напала.
– Почему? – спросила я, хоть мне и не особо были интересны университетские сплетни. Я просто поддерживала разговор. Виктора тема новенького тоже мало интересовала, он уже начала общаться с одним из парней, сидящим впереди.
– Ты серьезно? Ты никогда не слышала о семье Лебедевых? Вот реально или прикалываешься?
Я покачала головой, и Надя воодушевленно продолжила:
– Его отец сколотил целое состояние в девяностые. Тот еще бандит был. Сейчас крупный бизнесмен. А его отпрыск – завидный жених в Москве. Многие мечтают с ним замутить. Только он странный, нелюдимый какой-то, грубый и высокомерный. Тот еще мажор – что еще о нем сказать.
Я непроизвольно оглянулась назад и увидела, как Олег резко отдергивает руку из пальчиков Жанны и поднимается. Он оказался высоким – наверное под 180 см. Не взглянув в сторону Жанны, он обогнул парты и занял свободное место передо мной.
Я успела поймать на себе злобный взгляд Жанны и поняла, что она не забыла обо мне и она еще возьмется за меня. Сейчас же ее больше волновало то, что парень отверг ее внимание и пересел от нее подальше. Я же почувствовала злорадство. Что, кикимора ботоксная, твои чары действуют не на всех?
Надя хихикнула, тоже увидев эту сцену.
– А я что говорила? – шепнула она мне на ухо, чтобы парень перед нами нас не услышал. – Поговаривают, он любитель замухрышек и серых мышек. Может встречается с ними из жалости. Хотя ни с кем долго он не задерживается. В общем, странные пристрастия для такого богатенького повесы.
Я уставилась перед собой, видя затылок Олега. В голове промелькнула предательская мысль – а ведь меня тоже можно отнести к серым мышкам. Я ужаснулась и сразу отогнала эти глупости. Внимание парней мне было ни к чему. Мне нужно было получить специальность, устроиться на хорошую работу, обзавестись своей квартирой. Я не могла тратить драгоценное время на отношения.
– Даже не думай, – услышала я шепот Нади и недоуменно уставилась на девчонку. Она пояснила: – Лучше с ним не связывайте. Всякое говорят о нем, с ним проблем не оберешься.
– Я и не думала, – пробормотала я и в ужасе заметила, как напряглась спина Олега, сидящего перед нами. Видимо он услышал последние слова Нади, которые она сказала довольно громко.
Я замерла на месте, сердце заколотилось. Вот сейчас он к нам повернется и что-нибудь скажет…
Но этого не произошло. Двери в аудиторию открылись и вошел Денис Артурович. Гул в аудитории сразу стих и все внимание студентов оказалось направленным на него. Мужчина поприветствовал нас и начал занятия с того места, на чем остановился в прошлый раз.
Я внимательно слушала преподавателя, полностью растворившись в его слегка монотонном голосе. Про Олега Лебедева я успешно забыла, как и про разъяренную Жанну.
Когда занятие закончилось, я встала со скамьи и стала складывать свои вещи в синий рюкзак. Денис Артурович махнул нам на прощание и покинул аудиторию.
Я не заметила, как ко мне подошла Жанка, лишь увидела, как ее цепкие пальцы вырывают из моих рук рюкзак и переворачивают его вверх тормашками. На пол посыпались ручки, тетради и пару флаконов с лекарством для собак, которые я планировала после учебы занести в приют. Я заскрежетала зубами от злости, так и застыв с вытянутыми вперед руками.
– Охренела вконец? – заступилась за меня Надя. – Пропей курс озверина, Гуляева!
Она первой присела на корточки и стала собирать вещи с пола. Я опомнилась и тоже подключилась к процессу.
Жанна успела схватить с пола один флакон и прочла нарочито громким голосом, чтобы приковать к себе всеобщее внимание в аудитории:
– От блох и клещей… так вот чем детдомовские лечат бородавки? – ехидно спросила Жанна, устремив на меня свои зеленые слегка раскосые глаза.
– Верни Владе ее вещи, – процедила сквозь зубы Надя, поднимаясь с колен. Она откинула с лица небрежный светлый локон и злобно сверкнула глазами в сторону Гуляевой.
– А то что? Она так и будет ходить блохастая? – рассмеялась Жанна, держа флакон с лекарством над головой, чтобы все студенты его видели. – Ну да, это, пожалуй, серьезно. Всех нас может заразить, чесоточная. Это средство надежное? Тебе по весу хватит? Или может мне оказать чесоточной помощь и прикупить еще пару флаконов?
– А как тебе сегодня спалось? – подала я голос, понимая, что гнев начинает переполнять меня. Эта девчонка меня уже достала, я готова была накинуться на нее с кулаками.
Глаза Жанки сразу же сузились от злости, и она прошипела:
– Сбежала из комнаты и думаешь я тебя не достану? Тебе это с рук не сойдет! Ты даже не догадываешься с кем связалась.
Ее голос напоминал шипение змеи, да и сейчас она больше напоминала какую-то гадюку, нежели человека. Ее зеленые глаза сверкали злостью, а крашенные волосы с красным отливом были слегка взъерошены и напоминали огненных змей.
– Может пора вырасти из подгузников? – закатила глаза Надя. – Ну что это за хрень, Жанка? Тебе не живется спокойно? Обязательно надо кого-то донимать? День будет прожит зря, если к кому-то не докопаешься? И хватит уже восхвалять свой внеземной статус, ты обычной человек, как и все мы.
– А я не с тобой разговариваю, – фыркнула Жанна и перевела взгляд на меня. – А с этой вшивой страшилкой.
Я поняла, что ей удалось довести меня до точки кипения. Я сжала кулаки. Да, она специально провоцировала меня на скандал и у нее это хорошо получилось. Интересно, что мне будет за драку в универе? По поводу Жанны можно и не переживать – она откупится деньгами, а жаль.
Она смотрела на меня своими ехидными глазами, и я уже представляла, как обрушиваю свой рюкзак на ее голову.
Тут раздался новый голос:
– Довольно.
Я перевела взгляд на стоящего позади Жанны парня. Новенький.
Он вырвал из рук Жанки флакон и кинул мне. Я успела поймать его налету и пробормотала:
– Спасибо.
Но Олег уже развернулся и направился к выходу.
– Мы еще вернемся к этому разговору, – прошипела Жанна, видя, что она потеряла свою аудиторию – студенты стали стекаться к выходу вслед за Олегом, потеряв к нам всякий интерес. Шоу было закончено.
– А это был разговор? – спросила Надя и покачала головой. – Ну она и чокнутая.
Я посмотрела вслед Жанне и вздохнула. Она была нацелена испортить мне жизнь в университете, и я ничего не могла с этим поделать. Будто прочтя мои мысли, подруга ободряюще произнесла:
– Просто игнорируй ее. Таких, как она, такое поведение бесит лишь сильнее. Никакой реакции в ответ, и она успокоится… ну рано или поздно.
– Я пытаюсь, – процедила я, убирая лекарство для собак в рюкзак. Впереди еще было два занятия, а мое сердце бешено стучало о грудную клетку.
Я с уверенностью могла сказать, что чувство, которое я испытывала к Гуляевой, можно смело было назвать ненавистью.
4
После университета мое настроение поднялось. Сегодня был теплый осенний день. Вся земля была усыпана желтыми листьями. Природа преобразилась. Деревья облачились в лиловые, золотые и багряные одеяния. Небо было блеклым, но все еще было тепло, благодаря выглянувшему солнцу. Эти краски придавали осени неповторимой красоты, особой атмосферы и настроения.
В приют я пришла в приподнятом настроении. Я даже улыбалась, что позволяла себе нечасто.
– Так… Мюсли! Солнышко! Дакота! – начала я приветствовать собак, сидящих в вольере на входе. Они узнали меня и завиляли своими хвостами. С детства у меня была мечта: построить сеть приютов для животных по всему миру. И не просто приюты, а чтобы на территории каждого находилась высококвалифицированная зооклиника, ветаптека. Только мечта была неосуществимой. Еще я с грустью думала о большом доме с участком. Будь у меня такое жилье, я бы смогла приютить многих животных, подарив им дом.
Этот же приют размещался на большой территории, обнесенной высоким железным забором. Крупные и здоровые собаки жили в вольерах на улицах, для больных и маленьких были отведены вольеры в двух одноэтажных домах, расположенных чуть дальше от входа.
– И как ты их запоминаешь по именам? – услышала я мужской голос и развернулась к Диме. Этот паренек начал приходить в приют недавно. Он был старше меня на пару лет и работал курьером. После школы он не смог пойти учиться, так как его родителям требовалась финансовая помощь. Я не вдавалась в подробности его проблем. Мы лишь изредка перекидывались ничем незначащими фразами.
– Это несложно, если приходить сюда почаще, – улыбнулась я. – Они все разные, у каждого свой характер, свои интересы.
– Что нужно сделать сегодня? – спросил Дмитрий. Он был почти с меня ростом, но довольно крепкий и шустрый. Светлые волосы пострижены ежиком, глаза серые, лицо круглое.
Я выудила из рюкзака свой смартфон и открыла последнее сообщение Инны Степановны. Сегодня ее не будет в приюте, о чем она и предупредила меня и заодно прислала список дел на сегодня.
– Так… в южном секторе вольеры надо утеплить, – решила я начать с этого. – На днях волонтеры привезли много всякой ветоши, старых ковров, пустим все это в ход. Скоро обещают заморозки.
Дима кивнул, нацелившись на работу и я была благодарна ему за это. Да волонтеры привозили в приют корм, гречневую крупу, лекарства, присылали деньги, но подопечных было очень много и не всегда всего хватало. А ведь бездомные животные были таковыми из-за людей, которые безответственно к ним относились. И кто-то еще сомневался, что по своей природе люди жестокие?
Вечер за работой прошел быстро, я с грустью покидала приют, видя, как собаки провожают меня умными взглядами.
На утро я чуть было не проспала в университет. Обычно Жанка вставала раньше нас всех и начинала шуметь, собираясь на учебу, как в ночной клуб. Полчаса у нее шумел фен. Сейчас же я с трудом услышала будильник, все тело болело от физической работы.
Впервые меня посетила мысль остаться дома и никуда не идти. Нет уж, такие мысли надо было отгонять от себя. Мне повезло поступить на бюджетное в один из лучших университетов Москвы, я не могла упустить такой шанс и остаться никем в этой жизни.
В аудитории я не обнаружила Надю. Она могла себе позволить не посещать занятия регулярно.
Я села отдельно от всех и стала ждать. В какой-то момент я поняла, что меня просто вырубает. Я устала и не выспалась. Придется сегодня сделать выходной и не идти после занятий в приют. Все-таки моральное и физическое истощение не за горами.
– Может тебя взбодрить, соня? – донесся до меня знакомый голос, и я поняла, что в какой-то момент все-таки задремала, положив свою отяжелевшую голову себе на руки.
Но сон мгновенно пропал, когда на мою голову полилось что-то теплое. Я резко вскочила на ноги и услышала смех Жанки.
– Упс, прости, я шла мимо и случайно вылила на тебя свой капучино.
В аудитории студенты затихли и развернулись к нам. Злость накатила на меня. В основном все здесь были из богатых семей, которые им проплачивали учебу. Они ходили сюда больше для развлечений, чем для учебы. Они все всё равно получат образование, экзамены им проплатят в отличие от меня. Я же просто хотела по-тихому учиться и всего добиваться самой. Почему именно меня Жанна выбрала в качестве своей жертвы номер один?! Это было так несправедливо!
– Нравится шоу? – рыкнула я на студентов, пылящихся на меня. Никто не пытался приструнить Жанну и заступиться за меня, наслаждаясь ее выходками. Только Виктор отвел взгляд, ему явно стало неуютно. Но и он промолчал. Трусы. Они все были жалкими трусами!
Я схватила свой рюкзак и уже собиралась выскочить из аудитории, но заметила, что в стакане у Жанки еще осталось немного кофе. Не дав ей опомниться, я вырвала стакан из ее рук и выплеснула остатки ей в лицо. Жанна ахнула и выругалась матом, но я уже спешила на выход. Кофе стекало по моим волосам и заливалось мне за шиворот футболки.
В коридорах было уже почти пусто, занятия должны были начаться вот-вот. Я кинулась к женскому туалету, проклиная эту Жанку. Может действительно не стоило в самом начале отвечать на ее грубости? Проигнорировать и все. Тогда ей бы и не доставляло удовольствия меня задирать. Жаль, время уже невозможно отмотать назад, иначе я бы обязательно воспользовалась советом Карпухиной.
Повернув за угол, я со всего размаха врезалась в кого-то, мой рюкзак упал на пол, и я присела, чтобы его поднять. Одновременно с этим стала бормотать извинения:
– Извините, я вас не видела.
Поднявшись на ноги, я увидела перед собой Олега. Он смотрела на меня непроницаемым взглядом. Он действительно оказался высоким – на голову выше меня. Под его орлиным взглядом мне стало неуютно. Я попыталась его обогнуть, но он схватил меня за руку, и я застыла.
– Это снова она? – спросил он и мне не нужно было уточнять о чем он. Кофе был очень сладким и молочным, мои волосы прилипли к лицу. Сегодня я надела серую футболку и теперь на ней красовались мокрые разводы. Выглядела я, наверное, отвратительно!
– Неважно, – буркнула я, вырывая свою руку. Олег разжал свои цепкие пальцы, не пытаясь препятствовать мне. Его карие глаза не отрывались от меня. И я не могла понять, что они выражают. – Поспеши в аудиторию, занятия вот-вот начнутся.
С этими словами я кинулась дальше по коридору в туалет. Олег не пытался меня остановить, и я не стала оглядываться на него.
Он такой же как они все – богатый зазнайка. Ему нет никакого дела до того, что богатая выскочка задирает детдомовскую. Да и странный он действительно. У меня от него мурашки шли по коже. Надо послушаться совета Нади и держаться от него подальше.
Ворвавшись в туалет и закрыв за собой дверь, не удержавшись, я дала волю слезам. Я не хотела плакать, но порой слезы сами начинали течь по щекам и остановить их было очень сложно.
5
– Ну здесь как-то не очень, – уведомила меня Надя, осмотрев мое временное пристанище.
– Я знаю, но это лучше, чем делить комнату с этой злыдней, – пожала я плечами. В выходные я предложила девчонке прийти ко мне в гости, хоть я никогда еще не была в гостях у нее самой. Хоть я и ждала этого момента, когда начну жить одна, все же временами на меня накатывало чувство одиночества. А порой еще и шорохи в квартире начинали пугать. По ночам до туалета я чуть ли не бежала, будто кто-то из-за угла мог напасть на меня. Ну разве не глупо быть такой?
– Я ее не так часто вижу, – заметила Надя. – Так что это не так ужасно. Она временами пропадает куда-то.
– Для тебя, – вздохнула я. – Но не для меня. И вот почему она живет в общежитии при своих-то деньгах?
– У ее родителей коттедж находится в Подмосковье, наверное, ездить неудобно, – заметила Надя и я предложила ей сесть на скрипучий диван.
– Так снимала бы квартиру неподалеку, – зло буркнула я.
– Ей просто нравится упиваться всеобщим вниманием в университете, – ответила Надя. – Она сама себя провозгласила королевой, пускай наслаждается. Потом будет сложно, когда корона спадет.
Взглянув на меня, Надя все прочла по моему лицу, и произнесла:
– Успокойся, все нормализуется. Она отстанет от тебя, ей наскучит тебя преследовать. К тому же, она точно сейчас все силы бросит на соблазнение новенького.
Я вспомнила Олега с его пронзительными глазами и меня передернуло.
– Кстати, я когда убежала в туалет после кофейного душа, наткнулась на него. Он спросил, она ли это сделала, – заметила я как бы невзначай. Но реакция Нади на мои слова меня поразила, она повернулась ко мне и воскликнула:
– Да ты что?! Он хотел тебе помочь?
– Нет. Не знаю. Вряд ли, – запуталась я. – Просто мы столкнулись, у меня упал рюкзак. Я сказала, чтобы он шел на занятия и поспешила в туалет.
– Столкнулись… прям как в кино, – мечтательно протянула Надя и я фыркнула:
– Что за бред? Не ты ли мне говорила держаться от него подальше?
– Да, говорила, – не стала спорить девчонка. – Но он помог тогда, когда она вытрясла твои вещи из рюкзака. Это выглядело так круто, прям как в романтической комедии! А уж как Жанну это выбесило!
– И что с того? – спросила я. – Она просто его достала со своими приставаниями, вот он и решил обломать ей театральное шоу. Я здесь вовсе не причем.
– Ну может ты и права, – вздохнула Надя. – Я вижу романтику там, где ее попросту нет. Эх, я просто соскучилась по отношениям, но что-то никто на меня не западает.
Я хотела было напомнить ей про Виктора, который постоянно подсаживается к ней на каждом занятии и носит ее сумку, но не успела. Надя мечтательно протянула:
– Вот бы Лебедев на меня запал. Это было бы просто нечто…
Я плотно сжала губы, не зная, что на это ответить. Почему-то мне было сложно представить рядом с Олегом Надю Карпухину. Как и Гуляеву. Хотя, о чем это я – не мне решать, с кем ему быть.
Вечер прошел спокойно. Надя пробыла со мной допоздна, после чего вызвала себе такси и поехала к родителям. Она жила в Купавне, откуда ей было неудобно ежедневно добираться до университета. Видимо она была права в том, что Жанка живет в общаге по той же самой причине.
С самого утра я отправилась в приют и за привычными мне делами не заметила, как прошло два часа. Я как раз перебирала корм, привезенный на днях волонтерами, когда до меня донесся возглас Инны Степановны:
– Ты вернулся из поездки! Насовсем? Здесь тебя очень не хватало! Ой, а что так похудел? Так и хочется тебя откормить!
Мне стало любопытно, и я с трудом разогнувшись, вышла из-за стеллажей, расположенных в первом доме приюта. Сегодня я переоделась в грязный рабочий комбинезон и собрала волосы в пучок на макушке. Предстояло много грязной работы.
В этот самый момент Инна Степановна как раз разомкнула объятия и отстранилась от прибывшего в приют человека, который был выше радушной женщины на полтора головы и лично мне не казался похудевшим, хотя сравнивать мне было не с чем.
Наши взгляды с Олегом пересеклись, и я застыла с открытым ртом, не ожидая его увидеть в таком месте. Инна перевела взгляд на меня и радостно защебетала:
– Владочка, это Олег Лебедев. Он помогает нашему приюту с подросткового возраста, но последние полтора года был заграницей.
– Мы знакомы, – сухо произнес Олег и пояснил: – Учимся в одном университете.
– Даже так? – удивилась женщина. – Как здорово! Влада, Олег будет тебе помогать здесь. Покажешь ему новеньких?
Олег не дал мне рта раскрыть:
– Я сам разберусь, спасибо, Инна Степановна. Чара еще тут?
Я перебрала в уме имена собак из приюта и вспомнила четырехлетнюю дворняжку белого цвета с черной маской на лице. Девочка была сама нежность, я часто выгуливала ее на поводке, она знала все команды и была послушной. Даже удивительно, что никто так и не забрал это сокровище к себе домой.
– Нет, она все еще здесь, – вздохнула женщина. – Ты же знаешь, как сложно пристроить взрослых беспородных собак. Но Влада нам активно в этом помогает. Она такая умница, да ты и сам это поймешь, когда узнаешь ее поближе. Ну ладно, мне нужно поспешить. Отдам распоряжения Азизу и Умиду и побегу.
Азиз и Умид приехали в Москву из Узбекистана на заработки. Инна взяла их на работу, здесь же они и жили в первом домике. Заодно и охраняли территорию. Хоть территория приюта и располагалась за лесом вдали от жилых домов, находились те, кому не по нраву было такое использование земли. Двое мужчин средних лет плохо говорили по-русски, но всегда были приветливы со мной. Да и животных они любили, а это было ценным качеством для тех, кто желал работать в приюте.
Напоследок Инна обернулась к Олегу и произнесла с чувством в голосе:
– Я так рада, что ты вернулся. И да… мне жаль, что так произошло…жаль, что болезнь прогрессирует…
– Неважно, – грубовато оборвал женщину Олег, и я заметила, как скривилось его лицо. Инна совсем не обиделась на парня, она понимающе кивнула и скрылась, оставив нас практически одних, не считая собак.
Как там сказала Инна? «Она такая умница, да ты и сам это поймешь, когда узнаешь ее поближе.» Меня бросило в дрожь от одной лишь мысли, что нам придется узнать друг друга получше.
Олег перевел на меня взгляд и только сейчас я поняла, что он одет в спортивный костюм, на руках красовались краги. Он явно был готов к физическому труду, явившись сюда.
