– Где? – спросили мы со Светой и тут же обернулись в зал. В будний день людей было не особо много, но Вадима я не видела.
– Его здесь нет, – подтвердила Света.
– Не “где”, девочки? А почему?
Я ничего не понимала. С Вадимом я встречалась чуть больше года. Мы даже успели с ним вместе снять жилье и пожить. А потом расстались из-за чепухи – не сошлись характерами. Хотя, вру. Мне надоело его равнодушие ко всему происходящему к жизни.
– При чем тут мой бывший?
– А при том! Марин, ты только вспомни из-за чего вы с ним разошлись?
Я отправила в рот ролл с лососем и хрустящим огурцом, прожевала и наконец-то выдала:
– Он был маменькиным сынком
– Да, Вадим не способен был взять отношения на себя, – размахивала Роза палочками, как дирижер в оркестре. – Тебе его постоянно приходилось тянуть. Но дело-то в том, что мы все подсознательно боимся в новых отношениях повторения старых.
Я застыла, забыла о еде, палочках и роллах. Роза, как всегда, попала в точку. Здесь было о чем подумать.
– Вспомни, до того как вы съехались с Вадимом ты, Мариночка, души в нем не чаяла. А как началась совместная жизнь – в нас полетели жалобы. Вот откуда твой животный страх. Боишься, что напортачишь где-то и наступишь на те же грабли. И будет тебе в тысячу раз больнее, чем в прошлый, потому что влюбилась в Андрея по уши.
Как только Роза закончила свою поучительную тираду, меня накрыло страхом. Внутри всё сжалось, ладони вспотели, я хотела вынуть ролл из соусницы, но палочки меня не слушались и ролл скользнул обратно, наделав брызг вокруг.
Света была моей палочкой-выручалочкой, всегда понимала, поддерживала и в спорах с Розой часто занимала мою позицию.
– Не переживай ты так, Марина, – подруга передала салфетки и помогла вытереть капли на столе. – Андрей полная противоположность Вадиму. Он совсем другой, решительный, знает, чего хочет, с ним не нужно быть мамой. И значит, будет иначе.
– Андрей может быть и другой, – подбрасывала Роза дров в костер, – но Марина-то осталась Мариной. Даже если и поняла, что такие, как Вадим, ей не пара.
Я схватилась за голову и хотела чуть ли не плакать. Чувствовала себя лабораторной мышкой, загнанной в угол клетки. Вот-вот начнутся опыты, а я не знаю, куда бежать. Я продолжала изливать душу подругам:
– Вчера у нас с Андреем не было секса. Он устал, а никогда раньше не уставал. И это потому что мы съехались. Это быт! В интернете как раз написано, что по статистике самыми устойчивыми считаются пары, которые ведут образ жизни максимально независимый друг от друга. То есть не съезжаются. Что мне теперь делать?
– Что-что? – передразнила Роза. – Не читать интернет.
– Если бы всё было бы так просто. Но я чувствую, что-то изменилось с моим переездом. Изменилось же? – я смотрела с мольбой на Розу.
– Конечно, изменилось, – хмыкнула она. – Прощай комфорт и жизнь в однушке. Теперь ты не пукнешь на всю квартиру в одного с утра пораньше.
Это было так неожиданно, что мы рассмеялись со Светкой в голос.
– Роза, Роза, – сквозь слезы шептала я.
– Что, Роза? Ещё скажите, что так никогда не делали.
– Уж точно не рассказывали, – ответила Света, давясь смехом.
Когда мы наконец-то успокоились, Роза продолжила:
– Вон, смотри на Свету и учись на её ошибках.
Света бросила пить коктейль и бросила взгляд на Розу:
– На каких моих ошибках?
– Вы с Игорем уже 100 лет вместе.
– Ой, да ладно! Не сто.
– Не суть. Главное, не бери на себя слишком много обязательств. А точнее – не делай то, что делает жена для мужа в браке. Или дальше ваш вагончик не сдвинешь с рельс.
– Что ты имеешь в виду?
– Мужчины ленивы. Андрей предложил съехаться, потому ездить туда-сюда через всю Москву за сексом ему надоело. Он привез секс к себе домой. И если твой мужчина будет ещё и получать поглаженные рубашки, готовку и уборку в придачу, то он получит все обязанности, которые должна выполнять жена. Пропадает весь смысл жениться. Я права, Света?
Света молчала, только продолжала тянуть уже второй коктейль из трубочки. Её русые волосы упали на лицо и закрыли порозовевшие щеки. Она явно понимала, что Игорь всё это время не видел смысла оформлять отношения. И если бы не ремонт, выкидыш, короткое расставание и переосмысление ценностей, вряд ли бы Игорь созрел на брак.
Меня слова Розы тоже заставили задуматься. Я до сих пор не сказала Андрею про замену горничной, решила, что сама смогу убрать, постирать и при необходимости обратиться в химчистку – что может быть трудного, раньше же как-то справлялись? И это было именно то, что делала женщина в браке. Роза была права – мы с Андреем не оформляли отношения. А значит, находились в одинаковых условиях. Вопрос был снят.
В пятницу я отпросилась с середины рабочего дня. Сдала все статьи, отчиталась о проделанной работе. Александр Григорьевич похвалил, но сказал, чтобы я написала заявление и спустилась в бухгалтерию, где мне бы вычли рабочие часы из табеля. Я ничего не имела против.
Мы с Розой договорились встретиться в салоне красоты. План был простым – заняться собой, а вечером заняться Андреем. Подруга считала, что нужно думать о себе, а не стараться быть второй мамой, какой я была для Вадима. Я поняла, что делала это из страха. Боялась быть недостойной его и тех отношений, которые он мне дает. Поэтому и брала на себя больше обязательств. Но теперь всё должно быть по-другому.
Роза записала нас на все процедуры: депиляция, маникюр, педикюр, массаж, стрижка, укладка и контуринг бровей. Подруга сказала, что красивые, правильно очерченные брови – это всё равно что веер у придворных дам: глазки опустила и он твой, повела бровью – отшила. В завершении – вечерний макияж и поездка к Розе домой. Там она снабдила меня черным прозрачным бельем, атласным пеньюаром с кружевными рукавами и чулками. И всё с этикетками. У Розы таких комплектов было как у кота Матроскина гуталина – ну просто завались! Она была права: красивое женское тело – это оружие, а кружевное белье – обойма, которое лучше держать с запасом.
К семи вечера всё было готово. Стол в гостиной я украсила свечами, купила живые цветы в корзинке, тканевые салфетки, расставила тарелки и соусники для суши и ролл, которые заказала с доставкой. Открыла бутылку белого сухого, лед, бокалы на длинных ножках. И главное блюдо – я в прозрачных трусиках-ниточках, короткой сорочке с кружевным лифом и чулках. Белье просвечивало тело настолько хорошо, что еда точно осталась бы нетронутой до следующего дня.
Андрея не было уже 40 минут. Я не волновалась. Только зажигала и тушила свечи, включала и переключала музыку, поправила прическу, помаду, сервировку на столе. Проверила мессенджеры, Андрей не появлялся в сети. Может, нужно было предупредить? Вдруг он поехал в ресторан поужинать? Или к родителям? Я же сказала, что буду у Розы. Надо было продумать всё! Надо было!
Я нарезала круги возле стола, раздумывая, что делать. Решила набрать номер и спросить. Но тут в замок вставили ключ. Я побежала в прихожую, приняла заготовленную позу – так, чтобы плечи и грудь было видно, снимать пеньюар полностью не стала. Ведь должна быть какая-то у тела загадка. Провела рукой по волосам, небрежно их откинула назад и застыла.
И тут на пороге появился друг Андрея – Борис, нагруженный двумя пакетами. Глаза мои округлились. Я ничего не понимала, только испугалась. Инстинктивно прижала руки к груди, ноги сдвинула и сгорбилась. Я попятилась назад, а Борис стоял обескураженный, приоткрыв рот.
– Нихрена себе! – присвистнул он.
Я попыталась подхватить скользкий пеньюар, но он отчаянно полз вниз, оголяя бедра и линию трусов.
– Не смотри! – заорала я.
Борис не ожидал истеричного вопля, тут же опустил пакеты, и они звонко брякнулись об пол. Содержимое их явно говорило о бутылках и решении в мужской компании провести вечер.
– Ты ничего не видел, – попятилась я, подбирая пеньюар и завязывая его как можно туже.
– Хорошо, хорошо.
– Не смотри!
– Да, ладно. Я всё уже видел.
– Ничего ты не видел, ясно тебе!
Я побежала в столовую, задула свечи, выключила музыку. Собрала бы сервировку, но было некогда. Надо было бежать, прятаться, зарыться в окоп. Только бы избежать позора! Вот идиотка-то. Лучше бы Андрей поехал ужинать или на весь вечер задержался на работе, решая вопросы мирового масштаба. Но только не это!
Сердце колотилось так, что готово было разорвать прозрачный лиф.
И как это всё объяснить? Как? Выход один – уйти к Розе, и притвориться, что ничего не было. Я ничего не делала, не суетилась, не готовилась. Обговорить всё с подругой, посмеяться и, может, полегчает.
Я прижалась к стене, которая соединяла столовую, до нашей спальни было рукой подать. Слышала, как Борис снял куртку, взял пакеты и прошел на кухню. Когда увидел накрытый стол опять просвистел и закричал:
– А ты молодец, Марин! Роллы к пиву – само-то. Мы рыбки взяли, будешь с нами?
– Нет, – тут же крикнула я. – Где Андрей?
– Он спустился вниз, в клининг. Позвонили ему. Уборщицу что ли заменить надо.
“Черт!” – выругалась я про себя. Совсем забыла его предупредить!
– Сейчас ещё Славка должен подойти, в этажах что ли запутался.
Бориса я ещё как-то перетерплю, с ним мы знакомы. Но кто такой Славка? И он тоже не дурак, поймет, когда увидит накрытый стол, а потом меня, выбегающую пусть даже уже в одежде. Это позор!
– А ты же должна была к Розе уехать?
Я и уехала, а потом приехала. И не продумала, что у Андрея могут быть свои планы на вечер. У него есть друзья, а не только я. И возможно, ему тоже необходимы встречи с “подружками”.
– Так ты чего не уехала? – раздался голос Бориса неожиданно так близко, что я подпрыгнула на месте и опять прижала руки к груди. Он стоял рядом, оперся о стену и будто бы хотел прижать меня к ней. Борис не был красавчиком – полу кудрявые волосы на голове, которые иногда торчали в разные стороны и ложились так, как им задумается, но это только добавляло мужчине шарма. Карие глаза под светлыми бровями, чуть неровный нос – из-за какой-то детской шалости, чувственные губы и идеально подстриженная борода. Повторюсь, он не был красавчиком, но обаяние делали из него дамского угодника, который собирал вокруг себя толпы девушек. Во всяком случае, секс на одну ночь и расстались – это был его конек.
– Я… я… – не хватало воздуха. – Уже была у неё, но раз так… Сейчас поеду.
– И не останешься?
Я не понимала, к чему он клонит.
– Нет, не останусь, – сказала и отошла от стены в сторону спальной.
– Тогда передавай ей привет. Пускай звонит, может, пересечемся. Желательно, в такой же одежде, – ухмыльнулся Борис. Его явно возбуждала вся эта ситуация.
– Ты ничего не видел, понял?
– Не могу дать гарантии. Такое трудно забыть.
– Сволочь, – я хлопнула дверью и закрыла спальную на защелку.
Борис был ровней Розе – подбирал всё, что плохо лежит. А точнее, он не мог пройти мимо дорогой, сексапильной, хорошо сложенной юбки. Как и Андрей, он был из богатой семьи, но в свои тридцать с хвостиком не старался остепениться. И зачем это было делать, когда бизнес отца процветал и деньги лились рекой. Розе он помог разыграть красивую партию отношений на открытие аптеки. Так подруга хотела отомстить своему бывшему. После у них с Борисом случился секс одноразово, без обязательств и лишних слов – идеально для обоих.
Я побежала в гардеробную, схватила одежду: джинсы, водолазку, лифчик, куртку, ботинки. Повернула защелку на двери (вдруг Андрей захочет переодеться, а здесь закрыто) и скрылась в смежной со спальной ванной комнате. Подумала, что надо бы позвонить Розе, а лучше Андрею и предупредить обо всем. Сказать, что я здесь, сейчас уйду, мешать не буду. Но вспомнила, что телефон забыла на столе рядом с тарелкой ролл.
Меня всю трясло. Ногой я не могла попасть в штанину джинс и чуть не упала. Решила привести мысли в порядок, включила воду, чуть сбрызнула разгоряченные щеки водой.
“Ничего такого не случилось, – успокаивала я себя, стоя над раковиной. – Подумаешь? В следующий раз точно всё получится”. Стянула короткую сорочку, бросила её на край столешницы. Надела лифчик, натянула водолазку, поправила растрепавшиеся кудри и смогла спокойно влезть в джинсы. Я застегивала короткую молнию на ботинках, когда в дверь постучали.
– Марин, – это был голос Андрея. Душа в груди опять перевернулась, нахлынуло прошлое волнение.
– Марина, открой, пожалуйста.
– Я переодеваюсь, – крикнула я. Бесшумно подошла к двери, чуть подождала и открыла.
Андрей был без галстука, пуговицы на воротничке расстегнуты, каштановые волосы взъерошены. У него был трудный день.
– Привет. Почему ты не сказала? Ты должна быть у Розы.
– Привет, – я приподнялась на носочки и поцеловала его в сухие губы. – Я была у Розы, но решила сделать тебе сюрприз. Не волнуйся, я сейчас уйду. Принеси только мой телефон, пожалуйста. Он на обеденном столе, кажется. Я уйду через кабинет.
Андрей молчал, невольно закрыл глаза, что-то обдумал и сказал:
– Подожди, я сейчас.
Я закрыла за ним дверь, стояла некоторое время неподвижно и пыталась понять свои чувства. Честно, хотелось расплакаться, но я сдерживалась. Потом, может быть у Розы, свернусь в комочек и наревусь всласть. Мне очень хотелось, перемотать пленку на начало, предупредить Андрея, выкинуть друзей и забыть позор перед Борисом. Чтобы они не обсуждали меня за столом под пиво, чтобы Андрей не краснел и мы потом не выясняли, как это всё случилось. Я видела измученную решительность на его лице, путь даже он и не сказал ни слова. Видела, и это было не в мою пользу.
Я приоткрыла дверь в ванную, услышала гул голосов внутри квартиры, звон бутылок и шуршание пакетов. Слезы накатились на глаза. Я закрыла дверь, подошла к зеркалу, поправила салфеткой подтеки от туши, припудрила раскрасневшийся нос и стала ждать.
Из любой ситуации, нужно выходить достойно и с поднятой головой. Этому я научилась у Голубкиной. Помню, как она уходила из офиса. Все коллеги были против нее. Но она сумела показать всем видом, что их мнение неважно. Вот, точно так сделаю и я!
Прошло, как мне показалось, достаточно времени, чтобы Андрей мог найти телефон и вернуться. Я взяла куртку, в гардеробной – сумку. И тут поняла, что в квартире тихо. Голосов не слышно, играет музыка та самая, которую я выбрала для нашего вечера. Я тихонько, на носочках вышла из спальной. Бесшумно прошла, прижимаясь к стене, и выглянула из-за угла.
Приглушенный свет, музыка, Андрей достал откуда-то ещё свечей, расставил их и теперь поджигал. Я осмелилась, вышла из-за угла и прошла в гостиную. Андрей обернулся на мои шаги.
– А где все? – робко спросила я.
– Ушли. Поехали к Славке.
– Прости. Не хотела, чтобы так всё получилось.
– Ничего. Боря всё рассказал. Но лучше, если бы предупредила.
– Обязательно. Конечно. В следующий раз.
– Что видел Боря?
– Ничего! – отрезала я и тут же покраснела.
– Но что-то же он видел, – Андрей зажег последнюю свечу, поставил на стол и посмотрел на меня исподлобья. – Видел же, если посоветовал, не променять такой вечер на пиво с друзьями.
Я сомневалась, что это был искренний совет. Возможно, Боре было слегка не по себе, что так смутил меня. Может, в нем проснулась совесть, и он решил уступить?
