Ирина Агулова
Тайны академии драконов, или Ведьма под прикрытием
Глава 1
Яркая круглая луна светила на тёмном бархате небосвода, окутывая окружающие предметы мягким светом, который лично для меня был гораздо милее солнечного. Я любила ночь – её звуки, запахи, причудливые тени, вызывающие в душе непонятный трепет то ли от восторга, то ли от волнения и незаметно подкравшегося страха, прячущегося на задворках сознания… Вот только сегодня мне было не до любования ночными красотами.
– Маленькая ведьмочка решила, что может скрыться от наследника древнейшего рода? – Насмешливый голос разнёсся гулким эхом по лесной опушке, пуская по спине целую армию предательских мурашек. – Зря надеешься: от меня никому и никогда не удавалось скрыться – будь то четвероногая добыча или двуногая. Хотя, признаюсь, охота никогда ещё не доставляла мне столько удовольствия, как сегодня.
Паника накрывала с головой, но я продолжала сидеть под отвесным уступом каменистого берега, отсчитывая гулкие удары сердца, несмотря на то что всё внутри противилось этому, заставляя кинуться без оглядки куда подальше. Но именно этого дроу и ждал, играя со мной как кот с мышкой, жаль только «мышка» попалась ему упрямая и всё никак не желала сдаваться на милость победителя.
Уже давно перевалило за полночь, а объявленная на меня охота никак не давала преследователю нужного результата, доведя того до точки кипения. Но чудесным образом ему удавалось сдерживать бушующую внутри ярость. Казалось, он оставался совершенно спокоен, не позволяя нетерпению проскользнуть даже в голосе, но я-то чувствовала, что на самом деле творилось в его душе.
Будь на моём месте обычная ведьма, всё давно бы закончилось, причём точно не в нашу пользу, но я дочь главы ковена, и этим всё сказано. Если бы дроу знал об этом раньше, вряд ли был бы так самоуверен, соглашаясь на предложенную сделку, но он не знал, и это дало мне шанс, упускать который я не собиралась.
Неподалёку зашуршали камешки, срываясь с обрыва, подсказывая, что преследователь уже близко, и я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на шелесте волн, плещущихся под обрывом, на шуме ветра в отвесных скалах, на крике птиц, потревоженных остроухим преследователем, чтобы расшалившиеся нервы не сдали в самую неподходящую минуту. Мне бы только продержаться до рассвета, и тогда можно будет забыть об этом кошмаре навсегда, стереть из своей памяти как неприглядное пятно на полированной крышке стола, но шаги становились всё ближе, отсчитывая секунды, знаменующие начало моей новой жизни или, возможно, её конец.
*Несколькими часами ранее
Запретный лес, пустивший свои корни у границ ковена восточных ведьм, не зря называли так с начала существования времён. Вход туда был заказан нам всем, и только глупец или отъявленный храбрец мог решиться ступить на эту территорию. Глупой я себя не считала, впрочем, как и храброй, вот только выхода у меня не было, поскольку именно там росла одна замечательная травка, способная, как оказалось, помочь моей сестре справиться с одолевшим её недугом.
Хозяева тех территорий растительной редкостью делиться не хотели, так что пришлось разрабатывать план прогулки по их землям без предварительного на то согласования, благо в нашем распоряжении были фамильяры, спокойно путешествующие по чужой территории в виде какого-нибудь неприметного животного. Именно с их помощью мы и отыскали место неподалёку от границы, где рос лироцвет – то самое чудо-растение, обладающее нужными нам целебными свойствами.
– Одна нога здесь – другая там, – давала мне наставления матушка, обвешивая амулетами и оберегами, как зимнее дерево на праздник солнцестояния, – и не вздумай самовольничать.
– Когда такое было? – возмутилась я. – Кто бы что тебе не говорил – это наглый поклёп.
– Ну да, ну да… А кто буквально вчера, напустил на сторожевой отряд дроу рой диких пчёл? – осадила меня родительница, пугая своей осведомлённостью, ведь я думала, что эта мелкая шалость останется незамеченной верховной ведьмой, но на то она и верховная, чтобы всегда знать, что и где в наших землях происходит.
– Элина, девочка моя, ты уже давно не ребёнок, а взрослая самодостаточная девушка, – погрозила указательным пальцем мать, – будущая верховная, поэтому должна соответствовать.
– Я и соответствую, – огрызнулась, но тут же выдохнула, не желая ссориться с матерью, особенно в такую минуту. – Те остроухие плохо о нас отзывались, находясь в метре от границы, поэтому получили то, что заслужили.
– Вот если бы они в это время находились на нашей территории, даже на сантиметр переступив границу, тогда другое дело: мы в своём праве, а так… Наш мир слишком хрупок, чтобы устраивать такие представления, подумай об этом на досуге.
– Хорошо, подумаю, – вздохнула, чувствуя, что буквально задыхаюсь от обязанностей наследницы клана.
Как было бы хорошо, если бы Мириника выздоровела. Её готовили к подобному с рождения: она была старшей дочерью верховной и истинной ведьмой, способной держать лицо в любой ситуации, я же всегда находилась в тени и нисколько от этого не страдала. Но месяц назад странная хворь поразила сестру, и её обязанности перешли ко мне. Обязанности-то перешли, но вот привычки и характер никуда не делись, отсюда и мелкие недоразумения, как с тем отрядом остроухих.
– Готова? – переспросила мать, встретившись со мной внимательным взглядом, способным, казалось, заглянуть в самую душу.
И я видела по выражению её лица – если заметит во мне хотя бы каплю сомнения, то оставит дома, и тогда окончательно придётся распрощаться с мечтами о свободе.
– Готова, – кивнула я, намеренно стараясь излучать спокойствие и уверенность, так необходимые матушке, хотя, по факту, не испытывая их вовсе, но иначе никак, поскольку верховная считывала эмоции на раз, если, конечно, дело не касалось лично меня.
– Фамильяра лучше оставь дома, – посоветовала та, брезгливо отмахнувшись от Шуши, моего белоснежного метаморфа, магически нестабильного из-за своего юного возраста, – а то не ровен час своим очередным внезапным превращением привлечёт к себе внимание, и тогда проблем не оберёшься. Интересно, и за какие такие проделки Мать-прародительница наградила тебя подобным чудиком? Почему не летучая мышь или кот?
Произнеся последнее слово, она ласково погладила своего фамильяра – здоровенного злобного кота со звучным именем Котина. Конечно, ему бы больше подошло «Скотина», но мать, видимо, решила не палить своего помощника перед остальными ведьмами, предпочитая более упрощённый вариант имени, ничуть не отражающий его вредной сути.
– Будь осторожна, – прижав меня к своей роскошной груди, пробормотала родительница. – Как жаль, что именно в это полнолуние наши соседи назначили совет главнейших, иначе я бы пошла сама.
– Всё нормально, мам, я справлюсь. Лироцветы ждать не будут, и Мири тоже, – высвободившись из крепких материнских объятий, пробормотала я, – сегодня самое благоприятное время. Пока вы будете вести с дроу неспешные беседы за чарочкой ведьминой настойки, я прогуляюсь по Запретному лесу, их территории. Всё внимание сторожевых отрядов будет приковано к совету, так что проблем возникнуть не должно.
Речь, конечно, я выдала знатную, даже уверовав в неё лично, но кто же знал, что именно в эту лунную ночь в том лесу надумает прогуляться кое-кто ещё.
Оставив Шушу дома, как и было оговорено, я направилась в сторону Запретного леса. Круглая огромная луна только показалась из-за вершин деревьев, обещая светлую ночь. С одной стороны, это было хорошо, но с другой… Приходилось осторожничать вдвойне, украдкой пробираясь в густой тени деревьев, избегая освещенных участков, залитых лунным светом.
Всё шло хорошо. Я спокойно пересекла границу и, оказавшись на территории дроу, отыскала по описанию заветное местечко, где росли лироцветы. Набрав необходимое количество, двинулась в сторону дома. Шальная мысль о том, что в этот раз обойдётся без приключений, уже вовсю грела сердце, пока над головой не мелькнула белая сова, раскатисто ухнув, да так, что подхватившее звук лесное эхо разнесло его по всей округе, потревожив ночную тишину леса.
– Шуша, шишку тебе в лоб, как ты здесь оказалась? – зашипела я, без труда узнав в белой птице своевольного фамильяра, почувствовав ту связующую нить, что появляется между ведьмой и выбравшим её существом.
Сова села на ветку ближайшего дерева и прикрыла свои янтарные глаза, давая понять, что вину за собой не чувствует совершенно.
Ага, как же. Страшно даже представить, во что сейчас превратилась моя комната, попавшая под когтистую лапу обиженного фамильяра. Однажды я уже прошла через это, оставив Шушу дома, когда устраивали шабаш, но в тот раз не знала о возможных последствиях, поэтому никаких мер не предприняла. Сегодня же не только погрузила её в магический сон, воспользовавшись нашей связью, но и посадила в зачарованную клетку, которая, по заверениям умельца, выдержала бы давление севшего на неё медведя. Да, медведя, может, она бы и выдержала, но не разъярённого метаморфа.
Шуша в хорошем настроении была премилым существом, но любопытным и своевольным, из-за чего и возникали иногда подобные неприятности, а умение превращаться в любой предмет или животное, причём независимо от размера и формы, доставляло немало проблем в виде сломанной мебели и потоптанных матушкиных клумб. Ведь одно дело – это пушистик размером с кошку, и совсем другое – с упрямого осла, скачущего по комнате.
Вот и в этот раз Шуша, наверняка, чтобы выбраться из клетки, превратилась в кого-то большого, а это значит, что от моей мебели остались лишь жалкие обломки. Вот только как она преодолела магический сон, который я на неё наложила перед уходом?
Так или иначе, но Шуша уже здесь, и этого не изменить, причём, явно обиженная. В чём я убедилась спустя пару мгновений, когда сова, сорвавшись с ветки, устремилась к земле, обратившись буквально в полуметре в огромную белую кошку – гибкую, хищную, опасную, но, самое главное, очень заметную на фоне тёмного леса.
Пригнувшись, она стала красться в мою сторону, явно желая отомстить за то, что я оставила её одну, видимо, методом валяния в мокрую от росы траву и топтания моей бедной тушки, что уже было испробовано на мне пару раз в особо исключительных случаях, когда она считала себя несправедливо наказанной.
– Вот дурында, – застонала я от отчаяния, – что же ты творишь?! Остановись, пожалуйста!
Но юное существо, подверженное эмоциям, на уговоры поддаваться не собиралось, приближаясь с каждым шагом и сверкая острыми клыками. Страха я не испытывала, поскольку вреда лично мне она причинить не могла, а вот досады было хоть отбавляй.
Я столько раз думала над тем, как метаморфу удаётся становиться то маленькой веточкой, то огромным зверем, но объяснение этому феномену было только одно – магия.
Когда на ведьмин зов во время ритуала призыва фамильяра, который проводится лишь один раз в жизни, откликнулся маленький метаморфик, я собой очень гордилась, ведь такого в истории клана ещё не было, но матушка уже тогда говорила, что проблем с ним не оберёшься. Эти существа до определённого возраста плохо подчинялись приказам, зато потом становились верными спутниками, когда связь входила в полную силу, поэтому мне оставалось только ждать и надеяться, что это произойдёт раньше, чем случится нечто непоправимое.
Припав на передние лапы, метаморф готовился к прыжку, когда в кустах на противоположной стороне лунный свет отразился от наконечника чёрной стрелы дроу, и, со свистом сорвавшись с тетивы, та устремилась к Шуше.
Время, казалось, замедлило свой бег, давая мне возможность вскинуть руку и направленной магией сместить полёт стрелы, совсем немного, но этого хватило, чтобы та просвистела мимо и вонзилась в древесный ствол за моей спиной, уйдя в него наполовину.
Взглянув на это дерево, я с облегчением поняла, что уже нахожусь на территории ковена, ведь именно с него буквально на днях следила за отрядом дроу, на который напустила пчёл. Вот только Шуша всё ещё была на их территории.
Поняла это не только я, но и высокий широкоплечий парень, появившийся из-за кустов. Его смуглая кожа посерела от злости, а в глазах затаился огонь, способный спалить дотла зарвавшуюся глупую ведьмочку, провалившую задание буквально в полуметре от безопасного места.
Эх, если бы я не медлила, если бы Шуша появилась на пару минут позднее… Одни «если». Жаль только, былого они не вернут.
– Тебя не учили, ведьма, что не стоит становиться между дроу и его добычей? – процедил парень, медленно, словно хищник, подходя всё ближе.
Шуша метнулась смазанной тенью в кусты и затаилась. Какой бы она ни была: и упрямой, и своевольной, и вспыльчивой, прямо как я, но уж точно не глупой, и когда запахло жаренным, сразу же поняла, что пора смываться, да поскорее.
– А тебя не учили, дроу, что убивать невинное существо – это низость, поскольку противоречит законам природы? Лишь добывая пищу, мы можем отнять жизнь. Но ты же не собирался есть лесную кошку, ведь так?
– Ну, надо же, у маленькой ведьмочки прорезался голосок, – усмехнулся он, остановившись в метре от меня, не пересекая границы, – в твою красивую головку ещё бы мозги, и цены бы тебе не было. Запомни раз и навсегда – у дроу другие законы, и пункта, о котором ты говоришь, я что-то в них не припомню.
– С мозгами у меня всё в порядке, в отличие от некоторых, – не сдержалась я. Нет, ну, а что, молча терпеть оскорбления?
– Если бы это было так, ты бы не брала с собой такого приметного спутника, особенно на прогулку по чужой территории, – закинув лук на плечо и скрестив руки на груди, промолвил тот, оскалив зубы в хищной улыбке. – Или ты думаешь, я не понял, кем тебе приходится это существо на самом деле? Вряд ли ты стала бы защищать обычную дикую кошку, рискуя собственной шкурой. Это не в характере ведьм.
– Понял и всё равно намеренно стрелял? – возмутилась я.
– А надо было стрелять в самого нарушителя границ? – фыркнул он. – Значит так, я заявляю свои права на добычу. Отдашь мне существо, и я забуду о том, что видел твои следы на поляне с лироцветами, по которым, между прочим, тебя и нашёл. А если не отдашь – пеняй на себя: тот договор о мире, который сегодня перезаключают старейшины, завтра обернётся войной.
– Это угрозы? – уточнила я, понимая, что попала в неприятности по самое некуда.
– Нет, это всего лишь констатация факта, – ответил он. – Не отдашь по-хорошему – заберу силой, и заодно спалю всю вашу дыру, а то расплодились, как тараканы. Вы и так слишком долго испытывали наше терпение своими пакостями, пришла пора это исправить. Но я могу и смилостивиться, если ты отдашь мне мою законную добычу. Так что решать тебе.
– Да кто ты такой, чтобы менять веками устоявшиеся правила? – воскликнула я, возмущённая до глубины души, а может, и испуганная.
– Я наследный принц правящего рода Амадей виэр Эревердер, – стукнув себя кулаком по груди, глухо ответил дроу. – И я не шучу. Мой отец уже давно подумывает расторгнуть мир, но старейшины против. Дай только повод, ведьмочка, и я оберну его против твоего народа. Жду тебя здесь же на закате с моей добычей.
Сказав это, дроу растворился в лесных зарослях, оставив меня расхлёбывать кашу, которую я сама же и заварила.
– Эх, Шуша, что же мы с тобой натворили? – прошептала, когда из кустов выскочила маленькая белая мышка и, забравшись по штанине, юркнула в карман туники.
Глава 2
Дорога домой прошла будто в тумане, поскольку все мысли крутились вокруг этого треклятого дроу, которому не сиделось ночью дома. Принесла же его нелёгкая в эту часть леса.
Мог ли он на самом деле осуществить свою угрозу? Запросто! Если, конечно, был тем, кем представился. Я слышала слухи, что глава императорского рода давно точит зуб на наш ковен. За что? Понятия не имела. Но от этого легче не становилось, ведь теперь у них был весомый повод расторгнуть мирные соглашения между нашими народами, если этот остроухий донесёт до совета старейшин о моей прогулке по их землям.
Чтобы сохранить наш хрупкий мир, висевший на волоске из-за моей оплошности, я должна выполнить его условия. Вот только отдать Шушу – это значило расстаться с частью своей души.
Увидев меня, матушка сразу же поняла, что случилось нечто непредвиденное, но когда я поделилась подробностями… Подобного поворота событий даже она предположить не могла, несмотря на свою богатую фантазию. Да, мама недолюбливала Шушу, но прекрасно понимала, что без неё ведьмой мне уже не быть, так как наши силы закольцованы друг на друге, поэтому ворчать – ворчала, и только.
Знали об этом и дроу, жившие с ведьмами бок о бок не одно столетие, а значит, и тот остроухий тоже был в курсе, но всё равно поставил подобное условие. Хотя, если предположить, что его поведение было просчитано до мелочей, и разыгранный спектакль заранее спланирован, то всё становилось на свои места. Вот только выводы напрашивались не утешительные: первое – его предупредили, второе – Шуша выбралась из клетки не случайно, третье и самое страшное – среди ведьм есть предательница, и ситуация с внезапной болезнью Мири может оказаться её рук делом.
Мотив подобной многоходовки мог быть только один – она метила на место верховной, ведь если выяснится, что именно я повинна в разрыве мирных соглашений, обвинят маму, как виновницу моего плохого воспитания. От промелькнувшего в мыслях предположения стало дурно. Не хотелось верить, что среди тех, с кем общалась изо дня в день, есть безжалостные провокаторы, способные нанести удар в спину. Ведьмы, конечно, те ещё штучки – вредные, своенравные, но чтобы скатиться до предательства…
– Идём, наведаемся в гости к бабушке, может, духи ей подскажут что-то стоящее, – подхватив меня под руку, промолвила матушка, тем самым сбив с мысли, – если честно, я выхода не вижу.
– Я тоже, – прошептала и прикусила губу, пытаясь сдержать нахлынувшие эмоции. – Знаешь, мам, но один плюс во всей этой ситуации всё же есть – лироцветы для Мири я собрала.
Раскрыв зачарованный ведьмин рюкзачок для сбора трав, в котором те сохраняли свежесть до нескольких дней, я протянула мерцающие растения матушке.
– Слава Матери-прародительнице, что все старания не напрасны, – выдохнула она, осторожно взяв букетик лекарственных растений из моих рук, словно тот был величайшим сокровищем, – как вернёмся от бабушки, сразу же займусь изготовлением настойки.
Пробираясь по извилистым тропкам, я размышляла о странностях судьбы, которая время от времени подкидывала мне сюрприз за сюрпризом. Бабуля всегда говорила, что предначертанного не изменить, и если тебе суждено оказаться в каком-то определённом месте, в компании тех, с кем суждено пройти часть жизненного пути, как бы ты ни старалась этого избежать – все усилия будут напрасны. Я понимала это, но не принимала, всей душой надеясь, что ведьмы сами творцы своих судеб, впрочем, как и люди, и драконы, и все остальные. Так или иначе, но через пять минут мы стояли возле приземистого дома, дверь которого тут же распахнулась.
– Проходите, горемыки, – раздался скрипучий бабушкин голос, – я вас ждала.
– Похоже, духи и без нашей просьбы снизошли до общения. Знали, что мы придём? – пробормотала я, раздумывая над тем, что случайности – не случайны, и, похоже, бабушка была права, постоянно говоря о предназначении, но даже это бормотание матушка услышала.
– Если так, то либо у них есть решение и ситуацию можно исправить… – промолвила она и замолчала, не торопясь закончить начатую мысль.
– Либо решения нет вовсе и нам конец, – продолжила за неё я. – Третьего не дано.
– Проходите уже, чего застряли в дверях, – проворчала бабуля, одна из старейшин нашего ковена. – Наслышана я о ваших «подвигах». Ну, что могу сказать… – Она замолчала, выдержав театральную паузу, во время которой я едва сдержалась, чтоб не зарычать, злясь на то, что даже в такой ситуации ведьма оставалась верной своим привычкам, – вы всё сделали правильно. Так и было предначертано судьбой. Единственное уточнение – место фамильяра теперь должна занять сама Эли, и тогда Богиня Ночи будет на нашей стороне.
Сказать, что бабулины слова меня удивили – это не сказать ничего: я была в шоке, поэтому даже не обратила внимания, что как только мы вошли, гадальные карты замерцали и поднялись в воздух, выдавая три пары волшебных рун, призванных предугадать судьбу.
– Затворничество совсем затуманило твой разум? – сорвалась мать, зло взглянув на хозяйку дома.
– Не доверяешь женщине, подарившей тебе жизнь и воспитавшей истинной ведьмой, детка? – усмехнулась бабушка, блеснув белоснежными зубами, которым позавидовала бы любая молодая девица. – Или… духам?
– Извини, не хотела тебя обидеть, просто то, что ты предлагаешь… – выдохнула мама в отчаянии, – неприемлемо.
– Ты хочешь спасти свою дочь? – прищурив глаза, уточнила бабушка. – А сохранить мир с нашими соседями?
– Могла бы и не спрашивать, – решительно вскинув голову, ответила та, – конечно, хочу.
– Вот и отлично! – воодушевилась бабуля и, повернувшись ко мне, продолжила. – Иди сюда, милая, выбери одну пару карт, она укажет твой дальнейший путь. Только не торопись, прежде чем сделать выбор, загляни в своё сердце.
Послушно приблизившись к парящим в воздухе прямоугольникам, я закрыла глаза и провела рукой рядом с ними, прислушиваясь к своим ощущениям. Если от двух пар отчётливо веяло холодом, то третья буквально манила исходящим от неё теплом.
– Эта, – промолвила я, указав на выбранную пару.
– Вот видишь, а ты переживала, – замахав перед матушкиным лицом картами, улыбнулась бабуля, – она вытянула дорогу. Не гибель, не принуждение, а дальнюю дорогу. Именно этим закончится ситуация с дроу.
– Бегством из родного дома? – воскликнула мама, повысив голос.
– Путешествием, – поправила её бабушка, – и, судя по рунам, её путь лежит на север. О, кстати, где-то там, в тех краях, живёт ваша распрекрасная тётушка Серафима. Если заглянешь к ней в гости – передавай привет.
– Значит, какой бы выбор я ни сделала, мне предстоит отправиться в дорогу? – уточнила, задержав дыхание от волнения, ведь кроме земель, принадлежащих восточному ковену, я нигде не была, если не считать вылазки в Запретный лес, ну, и нескольких поездок к той самой разлюбезной тётушке, о которой упомянула наша ведунья.
– Именно! Вот только сначала ты должна заменить своего фамильяра, чтобы спасти ковен. Так сказали духи. Как ты это сделаешь – решать тебе, но именно с этого звена начинается вся цепочка последующих событий, – старая ведьма замолчала, пристально вглядываясь в мои глаза. – Хм, но ведь тебя что-то волнует кроме этого. Я права?
– Да, – кивнула, набрав в лёгкие побольше воздуха, поскольку то, что собралась озвучить было слишком серьёзным обвинением, но если не выскажусь сейчас, до того, как меня закинет судьба в дальние дали, я себе этого не прощу. – Мам, откуда ты узнала, что лироцветы могут помочь Мири?
– Неожиданный вопрос, – удивилась та, – но если для тебя так важно знать ответ… Из старинной книги заклинаний, которую мне принесла Розалинда.
– Тётка Розалинда? – сердце сжалось от боли, ведь я знала эту ведьму с пелёнок, поскольку та была близкой подругой матушки, и от неё никак не ожидала предательства. Но что если мои подозрения верны? – Мам, после встречи с дроу мне в голову пришли кое-какие мысли, я поделюсь ими, а вы уж с бабулей потом решите, что со всем этим делать.
Разговор затянулся до самого утра. Если честно, начиная его, я не верила, что ко мне действительно прислушаются, но близкие меня удивили, восприняв сказанное всерьёз, и это, несомненно, радовало. Так или иначе, теперь они докопаются до истины, и я со спокойной душой могу отправиться в напророченное путешествие, если, конечно, переживу встречу с дроу. Хотя, о чём это я? Переживу! Духи ещё ни разу не ошибались. Главное теперь – это не оплошать самой.
Несмотря на события прошедшей ночи и связанное с ними волнение, придя домой, я сразу же легла спать. Метания по комнате вряд ли помогли бы мне решить проблему, другое дело – хороший отдых. Ясная голова при необходимости может сослужить неплохую службу, а то и вовсе спасти жизнь.
Правда, уснула я не сразу, размышляя, как провернуть то, о чём говорила бабуля. В итоге решила действовать по обстоятельствам, поскольку предугадать очередную выходку этого несносного дроу при очередной нашей встрече практически не возможно. Да и будет ли она вообще, эта встреча, я понятия не имела. Хотелось верить, что у него найдутся гораздо более важные дела, чем разговор с молодой и несмышлёной ведьмой, но вряд ли моим чаяниям суждено сбыться, ведь судя по тому, что я уже о нём знала, этот Амадей виэр Эревердер не из тех, кто прощает обиду. А то, что изменив полёт стрелы и оставив без якобы законной добычи, я его обидела – не оставляло сомнений.
Не знаю, таков ли был первоначальный план, состряпанный Розалиндой и Его светлостью Нахалом Остроухим, но своего он вряд ли упустит. Дроу охотник до глубины души, если, конечно, она у него есть, поэтому мой поступок… Стоп! Мысленно прокрутив ещё раз последнюю фразу, я вдруг задумалась. А что если именно эту любовь к охоте мне и использовать? Он наверняка азартен, а потому может запросто вступить в игру, если ставка будет ему интересна. На этом и сыграю.
Промелькнувшее в мыслях решение казалось вполне жизнеспособным, поэтому покрутив его со всех сторон и убедившись, что шанс выйти из этой ситуации победителем у меня всё же есть, я спокойно уснула. Жаль только, что даже во сне этот парень не давал мне покоя, преследуя в видениях.
Липкие оковы сна, опутавшие сознание, будто паутиной, держали меня в плену довольно долго. Лишь после обеда я смогла открыть глаза, стряхнув с себя остатки сновидения, и то благодаря Шуше, заскучавшей без присмотра.
Оставшееся время до встречи пролетело незаметно. Пообедав в гордом одиночестве, поскольку матушка после ночных посиделок принялась сразу же готовить лекарство для Мири и до сих пор ещё была занята, я отправилась навестить бабулю, вспомнив про зачарованную походную суму, пылившуюся у неё без дела. На вид эта вещица ничем не отличалась от обычной заплечной сумки, но внутренние магические карманы могли вместить в себя довольно много небольших вещей, необходимых в дороге. Не знаю, чем закончится сегодняшний день, но я должна быть готова к любому развитию событий. Конечно, всего не учтёшь: какой-нибудь не самый приятный сюрприз всё равно проявится. Но постараться-то можно?
И я старалась как могла, рассовывая по карманам сумы подписанные небьющиеся пузырьки со снадобьями, что дала мне в дорогу бабуля, уверяя в необходимости иметь их при себе, а также походные принадлежности в виде вяленого мяса, кремния и сухого трута, чтобы можно было разжечь костёр в дороге, не используя магию, поскольку в некоторых местах нашей необъятной империи привлекать к себе лишнее внимание, разбрасываясь ведьмовскими заклинаниями направо и налево, не стоит.
– Как ты? – стоило только вернуться домой, матушка тут же появилась на пороге моей комнаты.
– Нормально, – улыбнулась я, чувствуя странное спокойствие, охватившее меня после посещения бабули, не иначе та что-то подмешала в чай, хотя, может, так и правда лучше. – Не знаю, вернусь ли сегодня домой, или дорога уведёт меня на север, но хочу, чтобы ты знала – я люблю тебя и Мири, бабулю, конечно, тоже, но речь сейчас не о ней, – замолчав на мгновение, подбирая слова, я продолжила, не сомневаясь в сказанном ни на секунду. – В том, что случилось, нет твоей вины, поверь. Помнишь, о чём любит твердить наша ба? О том, что если тебе суждено оказаться в каком-либо месте, в определённое время…
– …ты всё равно там окажешься, хочешь того или нет, – продолжила фразу матушка, смахнув набежавшую слезу. – Всё я помню, но на душе от этого не легче.
– Скоро Мири поправится и вновь станет тебе опорой, а я… Такая жизнь не для меня, мам, – промолвила, опустив глаза. – Я чувствую себя словно в клетке.
– Знаю, – грустно улыбнулась та, – но надеялась до последнего, что ты примешь свою судьбу.
– Я и принимаю, вот только сменить тебя на посту верховной – это не моя судьба, а Мири, – подняв глаза, я взглянула в бледное мамино лицо, – прости.
– Я не в обиде, честно, – коснувшись тёплой ладонью моей щеки, вздохнула матушка, – но хочу, чтоб ты кое-что для меня сделала.
– Что? – насторожилась я.
– Возьми это кольцо, – мама стянула с пальца старинную золотую печатку, знак верховной ведьмы восточного клана, что передавалась в нашей семье из поколения в поколение, от матери к дочери. – Пока оно на твоём пальце, я буду чувствовать, как ты, где ты, и мне будет спокойнее. А в случае необходимости можешь просто показать его в любом из ведьмовских кланов и получишь помощь.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я, – только оно очень приметное, будет привлекать лишнее внимание.
– А морок тебе для чего? Наложи заклятие, и нет проблем, – надев мне на палец кольцо, матушка прижала к себе. – Обещай, что будешь себя беречь.
– Обещаю, – шмыгнув носом, закивала я, – а ты береги себя.
День незаметно сменился вечерней прохладой, а в сгущающихся сумерках деревья и кустарники начали принимать причудливые формы, напоминая то горного тролля, то неведомые дворцы, силуэты которых вырисовывались на фоне стремительно темнеющего неба. Но сейчас красота вечернего леса меня мало волновала, гораздо больше – само небесное светило, коснувшееся линии горизонта и приближающее момент истины.
– Надо же, маленькая ведьмочка не так глупа, как показалась вначале, – раздался из тени старого дуба насмешливый голос. – Признаюсь, я был уверен, что ты не придёшь. Что ж, удивила!
Тёмные волосы дроу поблёскивали в лучах заходящего солнца, а в глазах горел азарт, как раз то, что мне было нужно. Теперь бы правильно разыграть свою партию, чтобы этот остроухий карасик попался на крючок, а дальше буду действовать по обстоятельствам. Только бы бабуля справилась с Шушей и не выпустила её раньше времени.
Амадей неспешно приближался, не спуская с меня нахального взгляда. Его движения напоминали поступь хищника, вышедшего на охоту. Эх, а ведь и правда хорош, мерзавец – высок, статен, широк в плечах… Но, как говорят умные люди: «Хороша Глаша, да не наша». Лучше бы век не видеть этой красоты, чем ходить по краю пропасти, рискуя каждую секунду сорваться вниз.
– Ну, – остановившись в паре метров от границы, протянул он, скрестив руки на груди, – и где моя добыча?
– Так не терпится со мной расстаться? – усмехнулась я, стряхнув невидимую пылинку со своего плеча. – А может, ты меня просто боишься?
– Дразнишь? – вскинув бровь, фыркнул он. – Пытаешься выиграть время для своего фамильяра? Зря! Я своих решений не меняю.
– Жаль, – промолвила, наигранно вздохнув, – я хотела предложить сделку – себя в роли добычи. Если отыщешь меня до рассвета на нейтральной территории – заполучишь себе личную ведьму, а если нет – оставишь меня и моего фамильяра в покое, забудешь о нашем существовании и о том, что я побывала на вашей земле. Хотя, вряд ли ты на такое согласишься: кишка тонка. С ведьмой бодаться – это не в песочнице возиться со своими ровесниками.
– Заманчивое предложение, – дроу подошёл вплотную к границе и при желании, протянув руку, мог бы запросто меня коснуться. Одной Богине Ночи известно, сколько стоило усилий не отступить ни на шаг. – В чём подвох, ведьмочка?
– Никакого подвоха, – пожала плечами, стараясь выглядеть как можно беспечнее, – всегда мечтала хоть в чём-то обставить остроухих, а тут такая возможность… Но если тебе слабо…
Мужская рука в одно мгновение метнулась к моей шее, словно ядовитая змея, обвивая крепкими пальцами.
– Я слышу, с какой скоростью бьётся в груди твоё сердце, – дёрнув меня к себе, прошептал дроу, коснувшись губами моего уха, – и мне это нравится. Ты боишься, очень боишься, но храбришься, пытаясь спасти своего фамильяра, ведь без него ведьмой тебе уже не быть. Так? Так! Что ж, я принимаю игру, но чтобы не было соблазна сжульничать, скреплю наш уговор клятвой на крови.
Удлинившийся ноготь, ставший острым как бритва, прочертил на моей шее царапину, и алая капля крови, отделившись от пореза, зависла в воздухе в полуметре от нас. Выпустив меня из цепкого захвата, парень коснулся своей ладони, оставив на ней глубокий порез, и к первой алой капле присоединилась вторая, закружившись в хороводе магического вихря.
– Если до рассвета я не найду тебя, ведьмочка, клянусь, что никому не расскажу о том, что ты нарушила границу, и больше не стану требовать твоего фамильяра в качестве законного трофея, – тихая речь дроу оставляла в теле болезненный след, словно слова выжигались калёным железом, отчего слёзы брызнули из глаз. Но, судя по играющим на скулах желвакам, парню было не легче. – Если же удача сегодня будет на моей стороне, и я тебя всё же отыщу, то ты навеки будешь у меня в услужении. Договор скреплён кровью и расторжению не подлежит. Даю тебе фору в пятнадцать минут. Время пошло.
Осознание давалось с трудом. Задержав дыхание, я замерла, растерянно хлопая глазами, поскольку не ожидала, что всё произойдёт настолько быстро.
– Я тебя настолько сразил своим мужским обаянием, что ты решила не тратить время и силы на попытку от меня улизнуть? – усмехнулся Амадей, тем самым выводя меня из ступора. – Что ж, я польщён, хотя, что уж душой кривить, немного разочарован, поскольку надеялся на открытое противостояние.
Злость растеклась огненной лавой по венам – на саму себя, на этого несносного дроу, и, поддавшись эмоциям, я врезала от души кулаком по смазливой физиономии, получив удовольствие от того, что ухмылка мгновенно стёрлась с его лица, сменившись удивлением с некой долей восхищения.
– Мы ещё посмотрим, кто кого, – процедила я и, развернувшись, рванула что было сил в нужную часть леса, туда, где я знала каждый кустик, каждую кочку, туда, где сила верховной ведьмы, что таилась в моей крови, укроет меня от любого, будь тот хоть трижды хорошим охотником.
Глава 3
* Амадей виэр Эревердер
Меряя шагами комнату, я всё никак не мог успокоиться: злость на самого себя не давала покоя. Встреча с ведьмой этой ночью должна была пройти как по маслу, но в последний момент всё пошло наперекосяк: я ждал верховную – главу восточного ковена, поскольку по нашим расчётам именно она должна была прийти за лироцветами, вот только вместо неё появилась какая-то девчонка, шустрая, дикая, с острым язычком.
Почему я решил дать ей время? Почему сразу не сделал так, как планировалось – не приволок за волосы на совет старейшин, специально назначенный в этот же день, с обвинениями в том, что одна из восточных ведьм пересекла границу и оказалась на нашей территории? Ну и пусть, что пришла вовсе не та, которую ждали, нам бы и её вполне хватило для обвинения. Всё было просчитано до мелочей, продуман каждый шаг… но я сделал с точностью до наоборот.
Сейчас даже под страхом отречения от рода я не мог бы объяснить своё решение, и на ум приходило лишь одно – наваждение, не иначе, но факт оставался фактом – случившегося уже не изменить. Я, как глупый юнец, повёлся на дерзкие речи этой малявки, и азарт сыграл со мной злую шутку, пустив насмарку все наши усилия.
А ведь отец предупреждал о коварстве ведьм, но когда месяц назад на нашу территорию пожаловала одна из них – мелкая сошка, решившая, что достойна большего, и предложила свой план, я даже подумать не мог, что всё закончиться именно так.
Уверенный в себе, как никогда, я не позволил никому присутствовать на ночной охоте за ведьмой, желая самолично поймать её в сети. Глупо? Не то слово. Если бы поступил иначе, отодвинув на второй план свою гордыню, то вряд ли бы метался сейчас по комнате как дикий зверь во время весеннего гона, а праздновал бы победу с какой-нибудь прелестницей, не злясь на то, что перед глазами стоит образ той дикуши.
Никогда не думал, что ведьма сможет оказать на меня влияние, считал, что сильнее этого, но я ошибся: у одной из них получилось лишить меня покоя с лёгкостью, и это раздражало до дрожи в руках.
– Как прошла охота? – Отец вошёл в мои покои без стука и предупреждения, что говорило о высшей степени его волнения, хотя, иначе и быть не могло после всего того, что случилось.
Он был на совете, а вот я так и не появился – ни с ведьмой, ни без неё, забыв напрочь о данном ему обещании, но признаваться в этом не собирался, впрочем, как и выдавать свою ведьмочку. Кхм… Свою? Это что-то новенькое. Отец ждал ответа, поэтому заострять внимание на этой мысли не стал, решив подумать позднее, когда останусь один. Что же до противостояния с ведьмами… Терпели не одно столетие, можно и ещё потерпеть.
– Пришлось слегка подкорректировать наши планы, – взяв со стола графин с рубиновой наливкой и плеснув себе в бокал, усмехнулся я, – придётся некоторое время потерпеть неугодное соседство.
– Я так и думал, когда увидел на совете верховную, – стукнув по столу, прорычал он. – Эта дура Розалинда переоценила своё влияние на главу клана, что ж, ей же хуже. Что планируешь делать?
– Охотиться дальше, – неспеша отпив из бокала, с предвкушением протянул я, надеясь, что юная ведьмочка окажется благоразумной и придёт. Если же нет, буду землю носом рыть, но отыщу её укромное убежище и тогда наиграюсь вволю.
День тянулся невыносимо медленно и, не в силах усидеть дома, я был у границы задолго до назначенного времени, терзаясь в ожидании до тех пор, пока не увидел мелькнувшие между деревьями светлые волосы. Да, умная малышка – не разочаровала.
Вот только глядя на то, как решительно вскинув голову, ведьмочка подходит к месту встречи, я и подумать не мог, какой приятный сюрприз меня ожидает.
Если честно, услышав её предложение, я не поверил своим ушам, но мне не послышалось – она хотела заменить фамильяра, предлагая себя в роли добычи. Разве я мог отказаться? Уж точно нет! Но, чтобы избежать обмана, решил перестраховаться с помощью магии крови. И даже если в её словах крылся подвох, заклятие обяжет девчонку выполнить данное обещание, впрочем, как и меня.
Дав ведьмочке фору в пятнадцать минут, я закрыл глаза, прислушиваясь к торопливым шагам, что тонули в глубокой лесной подстилке и обычному уху были не слышны, в отличие от моего. Хотя, в подобных делах моим помощником был не только слух, но и обоняние. Я мог ощущать тончайшие ароматы, витавшие в воздухе, и малейшие изменения в их соотношении.
Именно поэтому дроу испокон веков считались лучшими охотниками на всём свете. Даже императоры других государств не раз обращались к нам за помощью в поисках какого-либо существа, будь то дракон, гном, человек или дикое магическое животное – не важно.
Мы могли выследить любого, чувствуя свою добычу всеми фибрами души, поэтому, отсчитывая положенное время, я тихонько посмеивался, не сомневаясь в успехе. Заполучить собственную ручную ведьму… М-м-м, от озвученных перспектив кровь становилась горячее, ускоряя свой бег по венам, обостряя все чувства одновременно, тем самым не оставляя беглянке ни малейшего шанса… Так я думал целых пятнадцать минут, грезя о скором успехе, но потом…
В течение последующих нескольких часов я метался по лесу, рыская под каждым деревом, обнюхивая, выискивая… и не находя. Девчонка как сквозь землю провалилась. Я шёл в нужную сторону, но не видел ни единого её следа. Не было ни запаха, ни обломанной ветки или примятой травинки, не взлетали птицы с макушек деревьев – не было ничего, что могло подсказать, куда делась эта дикуша. Будто сама Богиня Ночи, раскрыв свои объятия, прятала её от меня. И это злило.
Яркая луна уже коснулась горизонта, предвещая скорый рассвет, когда я вышел к берегу реки и впервые, за всю прошедшую ночь, почувствовал, что девчонка где-то неподалёку.
Втянув прохладный воздух, наполненный запахами водорослей, постарался унять преждевременную радость и присел на корточки, коснувшись мелких камней, разбросанных самой природой по обрывистому берегу, влажных от поднимающегося с воды предрассветного тумана, выискивая в тусклом свете любой намёк на то, что кто-то проходил по берегу в прошедшие несколько часов. Но и здесь меня ждало разочарование.
«Спокойнее, спокойнее», – мысленно твердил самому себе, чтобы не взбеситься и, тем самым, не упустить то чувство, что привело меня сюда, ту тончайшую магическую ниточку, неведомым образом протянувшуюся от меня к моей ведьмочке, к моей добыче.
Закрыв глаза, я постарался услышать стук её маленького сердечка, но плеск бьющихся о берег волн перекрывал все остальные звуки. Что ж, попробуем по-другому.
– Маленькая ведьмочка решила, что может скрыться от наследника древнейшего рода? – стараясь не выдать своего раздражения, граничащего с яростью, промолвил я, усмехнувшись, и голос разнёсся гулким эхом по лесной опушке. – Зря надеешься: от меня никому и никогда не удавалось скрыться – ни четвероногой добыче, ни двуногой. Хотя, признаюсь, охота ещё никогда не доставляла мне столько удовольствия, как сегодня.
Хотелось заставить её совершить ошибку, убедить, что я знаю, где она прячется. Но секунды складывались в минуты, а толку от моих стараний не было.
Медленно следуя вдоль берега, я намеренно делал так, чтобы камешки под моими ногами шуршали, не переставая, тем самым играя на девичьих нервах. Вот только кроме гула ветра в отвесных скалах да криков потревоженных птиц мой чуткий слух не улавливал ничего.
Гадство! Ещё никогда я не был так близок к полному провалу – краху всех надежд и утрате веры в себя. За эти часы найти девчонку стало смыслом моей жизни, наваждением, заставляющим двигаться вперёд. Обладать ею мне хотелось теперь не меньше, чем уничтожить весь их род, а то и больше, поэтому сдаваться так просто я не собирался.
Луна уже скрылась с небосвода, пройдя свой путь до конца, а восток окрасился яркими красками зари, когда ухо уловило тихий вздох, похожий на дуновение ветра, но всколыхнувшееся в груди предвкушение не оставляло сомнений – охота подошла к концу: теперь я знал, где искать мою добычу. Только бы успеть до того, как солнце покажется из-за горизонта.
Отвесный берег уходил вертикально вниз, и где-то там, в нескольких метрах от воды, должна была находиться пещера. Только такое объяснение пришло мне на ум, когда я уловил тихий вздох, слышимый на самой границе восприятия. Осталось определить, где именно, спуститься и получить свой долгожданный приз.
Почему для меня было так важно найти девчонку и одержать победу в этой маленькой битве, я не знал. Может, всё дело в моём мужском самолюбии? Или желании обладать тем, чего нет у других? А может, хотелось таким образом самоутвердиться в клане..?
Нащупывая небольшие уступы, с помощью которых спускался вниз, я перебирал всевозможные варианты, но каждый из них казался пустым, не имеющим значения. Тогда почему я здесь? Почему лезу, хватаясь за влажные камни, рискуя сорваться в любую минуту?
Мысль о том, что девчонка мне просто понравилась, вызвала усмешку. Да быть того не может, чтоб я запал на какую-то ведьму! Ещё ни одна женщина не смогла зацепить потаённые струны моей души и уж тем более ею не будет одна из этих… Но именно это предположение получило отклик в моей душе, заставив на миг остановиться.
Нет! Только не это! Чем я прогневал богов, что на мою долю выпало такое испытание? Нужно выкинуть эту дурную мысль из головы, забыть, как страшный сон, и больше к ней не возвращаться. Всему виной моё уязвлённое самолюбие. Да, именно так. Только оно и ничего больше.
Сколько себя помню, я ненавидел ведьм, захвативших обманом много веков назад восточную часть наших земель. Эту ненависть мы впитывали с молоком матери, взращивали её с пелёнок, холили и лелеяли. Она помогала нам противостоять ведьмовским чарам, оставаться непреклонными и в мыслях, и в желаниях.
Да, легенды утверждают, что восточные земли подарил ведьмам мой предок – один из основателей нашего рода, вот только мы-то все знаем, что подобные сказочки придуманы верховными, чтобы скрыть свои злодеяния, и к правде не имеют ни малейшего отношения. Ни один дроу, находящийся в здравом уме, не станет отдавать в дар этим созданиям ночи ничего, тем более земли, ценившиеся превыше всего.
Тревожные мысли, бродившие в голове, мгновенно испарились, стоило лишь увидеть тёмный провал пещеры, показавшийся чуть правее, в метре от меня, и почувствовать тонкий девичий аромат, который начал ощущаться только здесь.
Ну, ведьмочка, держись! За то, что из-за тебя я усомнился в своих принципах, в своей силе и превосходстве, ты мне ещё ответишь.
Запах девчонки становился всё сильнее, кружа голову, разжигая желание обладать, а вместе с этим и ярость от собственного бессилия. Не иначе попал под ведьмовское заклинание, отсюда и все проблемы. А раз так, расплата за содеянное не заставит ждать. Только бы добраться.
Шагнув в тёмный провал, я услышал явственный шорох и улыбнулся в предвкушении. Что ж, птичка в клетке. Запустив в воздух магическую световую сферу, прошёл по расширяющемуся узкому туннелю немного вперёд, осматривая каждый метр каменного мешка, и улыбка превратилась в оскал.
Пещера оказалась пуста.
Девчонка была здесь всего секунд тридцать назад, я буквально физически ощущал эманации её страха, вот только сейчас она будто испарилась. От показного спокойствия не осталось и следа. Бешеный рёв сорвался с губ, прокатившись эхом под сводами.
Бросившись к стенам, я начал ощупывать каждый метр, не веря в то, что опять её упустил, и за небольшим выступом, отыскавшимся у дальнего угла, обнаружил проход, который не был виден со стороны входа. Он оказался настолько узким, что я едва в него протиснулся, и в любой другой ситуации ни за что не стал бы рисковать, но только не сейчас. Злость заставляла двигаться вперёд, и то, что я мог застрять в любую секунду, меня не останавливало.
Метр, второй, третий… Разодранные в кровь плечи и грудь…
И вот, впереди показалось пятно света, к которому я и устремился, торопясь изо всех сил, чтобы спустя несколько минут оказаться на широком уступе, где меня ждала она.
– Вот ты и попалась, ведьма, – прорычал я, сплюнув каменную пыль, поскрипывающую на зубах. – Я требую выполнение обязательств, подтверждённых договором на крови.
– Прямо-таки с языка снял, – улыбнулась девчонка, открыто, без тени страха, и видя, что я не понимаю причины её радости, указала рукой в сторону горизонта, который первые лучи восходящего солнца окрасили яркими красками зари.
– Нет, – выдохнул я в изумлении, не веря в то, что опоздал. – Нет, – повторил ещё раз, но уже решительнее, несмотря на то, что понимал – удача сегодня не на моей стороне, но природное упрямство не позволило спокойно снести поражение. – И ещё раз – НЕТ! Это не конец, а самое, что ни на есть, начало.
Шальная мысль промелькнула в голове, за которую я и зацепился, не желая отпускать девчонку. Конечно, за подобную выходку меня по голове дома не погладят, но кто не рискует, тот не празднует победу…
Глава 4
* Элина виа Ливероль
Яркая круглая луна светила на тёмном бархате небосвода, окутывая окружающие предметы мягким светом, который лично для меня был гораздо милее солнечного. Я любила ночь – её звуки, запахи, причудливые тени, вызывающие в душе непонятный трепет то ли от восторга, то ли от незаметно подкравшегося страха… Вот только сегодня мне было не до любования ночными красотами.
– Маленькая ведьмочка решила, что может скрыться от наследника древнейшего рода? – Насмешливый голос разнёсся гулким эхом по лесной опушке, пуская по спине целую армию предательских мурашек. – Зря надеешься: от меня никому и никогда не удавалось скрыться – ни четвероногой добыче, ни двуногой. Хотя, признаюсь, охота ещё не доставляла мне столько удовольствия, как сегодня.
Паника накрывала с головой, но я продолжала сидеть под отвесным уступом каменистого берега, отсчитывая гулкие удары сердца, хотя всё внутри противилось этому, заставляя кинуться без оглядки куда подальше. Но именно этого дроу и ждал, играя со мной как кот с мышкой, вот только «мышка» попалась ему упрямая и всё никак не желала сдаваться на милость победителю.
Уже давно перевалило за полночь, а объявленная на меня охота никак не давала преследователю нужного результата, доведя того до точки кипения, но чудесным образом ему удавалось сдерживать бурлящую внутри ярость. Казалось, он оставался совершенно спокоен, не позволяя нетерпению проскользнуть даже в голосе, но я-то чувствовала, что на самом деле творилось у него в душе.
Будь на моём месте обычная ведьма, всё давно бы закончилось, причём точно не в нашу пользу, но я дочь главы ковена, и этим всё сказано. Если бы дроу знал об этом раньше, вряд ли был бы так самоуверен, соглашаясь на предложенную сделку, но он не знал, и это дало мне шанс, упускать который я не собиралась.
Неподалёку зашуршали камешки, срываясь с обрыва, подсказывая, что преследователь уже близко, и я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на шуме волн, плещущихся под обрывом, на гуле ветра в отвесных скалах, на крике птиц, потревоженных остроухим преследователем, чтобы расшалившиеся нервы не сдали в самую неподходящую минуту. Мне бы только продержаться до рассвета, и тогда можно будет забыть об этом кошмаре навсегда, стереть из своей памяти как неприглядное пятно на полированной крышке стола, но шаги становились всё ближе, отсчитывая секунды, знаменующие начало моей новой жизни, или, возможно, её конец.
Минута, вторая, третья… Задержав дыхание, я ждала дальнейшего развития событий, но ничего не происходило и, немного успокоившись, наконец я смогла выдохнуть, чтобы снова наполнить лёгкие влажной прохладой. Это и было моей ошибкой. Уж не знаю, насколько хорош слух у дроу, но в том, что именно это действие подсказало ему моё местонахождение, сомневаться не приходилось.
Шелест срывающейся с отвесной стены каменной крошки говорил о том, что преследователь спускается к моему убежищу. И от этого стало не по себе. Ледяные щупальца страха сдавили горло, сбивая дыхание, заставляя забыть всё, чему меня учили старшие, заставляя забыть о контроле, о том, что я не просто самоуверенная глупая девчонка, сама себя загнавшая в ловушку, а истинная ведьма, верховная по крови, по статусу, по силе магии.
«Что же делать, что же делать?» – Я металась в панике по пещере, куда нырнула в поисках спасения, чувствуя себя загнанным в ловушку зверьком, у которого под носом поводили «сладкой косточкой» скорой свободы, такой желанной, такой близкой, ещё каких-то пару минут – и вполне реальной… Жаль только у меня, судя по раздающимся неподалёку звукам, этих минут как раз и не было.
Забившись в угол, я готовилась защищаться до последнего вздоха, когда взгляд упал на небольшой выступ, из-за которого потянуло сквознячком. Всё ещё не веря, что удача по-прежнему на моей стороне, я метнулась туда и едва сдержала вопль радости, когда увидела путь к возможной свободе.
Узкий проход, прорезая каменную толщу, уходил куда-то вглубь обрывистого берега, и, не медля ни секунды, я рванула в него, надеясь, что тот выведет меня на поверхность или хотя бы на время скроет от преследователя, тем самым добавив те драгоценные минуты, которых не хватало до победы.
Острые камешки царапали ладони, когда, касаясь стен, я наощупь пробиралась вперёд, не вспомнив даже о световой сфере, но уже через несколько метров она мне не понадобилась вовсе: трещина в каменной толще вывела меня на широкий уступ, с которого я увидела долгожданный рассвет.
О, да-а-а, ещё никогда в своей жизни я так не радовалась первым лучам солнца, что окрасили облака у горизонта яркими красками восхода, и, казалось бы, мои беды на этом закончились, но не тут-то было.
– Вот ты и попалась, ведьма, – прорычал выбравшийся из разлома дроу, одежда на котором местами превратилась в клочья, пропитанные потом и кровью. Его глаза сверкали безумным огнём, и появившееся в душе подозрение стало крепнуть – так просто он не сдастся. В чём вскоре и убедилась. – Я требую выполнения обязательств, подтверждённых договором на крови.
– Прямо-таки с языка снял, – улыбнулась я, стараясь, чтоб исказившая лицо гримаса вышла естественной, но видя, что тот не понимает, о чём идёт речь, указала на горизонт, расцвеченный яркими красками утренней зари.
– Нет, – выдохнул он, и его потемневшие глаза расширились от удивления. – Нет, – повторил он ещё раз, но уже увереннее, решительно поджав губы. – И ещё раз – НЕТ! Это не конец, а самое, что ни на есть, начало.
– Договор на крови нерушим! Ты обещал, что оставишь меня и моего фамильяра в покое, и данное обещание должен выполнить, иначе накликаешь на свой род такую кару, за которую твои потомки будут тебя проклинать, – воскликнула я, стараясь заглушить рвущийся наружу страх.
