Но Джиффи и правда была очень умной машинкой, как и говорил Кэрол. Несмотря на то что Кэти не успевала реагировать на все извилистые повороты с той скоростью, с которой летела, она всё равно не падала и не врезалась в скалистые препятствия, будто велосипед на какое-то время брал управление на себя, чувствуя неопытность своей юной наездницы. Ещё пара довольно крутых поворотов, резкий крен вниз, и они выпорхнули в свободное небо.
– Выключай фонарик, – с серьёзным видом скомандовал Кэрол, – у нас с тобой секретная операция.
Кэти очень не хотелось слушаться этого задиристого мальчишку, но она вспомнила о том, как он уже дважды спасал её, и выполнила его указания. Так стало даже лучше, под ногами плескался океан, играя лунными переливами, а вдалеке виднелся еле заметный отблеск.
– Нам туда, – указал Кэрол. На его руке светился ярко-голубой перстень. Увидев нескрываемое любопытство Кэти, мальчик тут же спрятал его, перевернув перстень камнем в сторону ладони.
Чем ближе они подлетали, тем отчётливее становился образ, выплывающий из-за горизонта. Это был небольшой остров. На одной из его самых высоких гор что-то мерцало, словно сигнальный маячок, приглашающий на посадку, и подсвечивало слабо различимое светлое пятно. Оно напоминало пентаграмму[10 - Пентаграмма – символ в виде пятиконечной звезды, помещённый в круг.], только вместо звезды в центре круга виднелись четыре лепестка с чётко очерченной ромбической формой и блестящей сердцевиной.
– Что это, Кэрол? – уже очень дружелюбно спросила Кэти.
– Это один из наших порталов.
– Но к чему такая секретность? Неужели нет чего-то более простого?
– Ночные порталы так устроены. До них могут добраться лишь немногие маги. Их можно назвать секретными.
– Маги? Ты сказал маги?
– Да. Ты разве ещё не заметила? Мы тут, вообще-то, на велосипедах летаем. Неужели в этом нет ничего необычного? – сделал саркастический укол мальчик.
– Заметила, конечно! – фыркнула Кэти, уже не обижаясь всерьёз.
– Ну так вот, а дневные порталы охраняются и поэтому более доступны. Хотя тоже очень ловко скрываются.
– Более доступны? Да это ещё мягко сказано! Какому смертному придёт в голову лезть в узкий переулок, чтобы бросить в него конверт?
– Хех, – усмехнулся Кэрол, – а я смотрю, к тебе уже память вернулась?
– Память? – задумалась на мгновение девочка, но тут же нашлась что сказать. – Это всё из-за твоего кольца, оно как-то странно на меня действует. И вообще, раз уж вы маги, – Кэти сделала особый акцент на последнее слово, – неужели для ночных порталов нельзя наколдовать подобную защиту?
– Наверное, – равнодушно пожал плечами мальчик, словно теряя интерес к беседе. – Вот только мы не колдуны, а маги, ну или волшебники, если тебе так будет проще. Потом Фреда обо всём расспросишь.
Когда дети приземлились на горную вершину, Кэрол спрыгнул с велосипеда и подбежал в центр круга, подзывая Кэти. Она последовала примеру своего провожатого, медленно подходя к белеющему участку площадью в пару метров, вымощенному мелкими сияющими в свете луны камушками, похожими на кусочки мрамора. Правда, с большим удивлением девочка разглядывала фиолетово-голубое мерцание кристалла, что находился посередине загадочного рисунка и напоминал флюорит[11 - Флюорит – многоцветный полудрагоценный камень.]. Это был сверкающий минерал с неровно обтёсанными краями, внутри которого замерла в ожидании целая галактика.
– А теперь поставь велосипед и дай мне руки, – скомандовал Кэрол.
– Это ещё зачем? – возмутилась она, демонстративно скрестив руки на груди.
– Ох и любишь же ты задавать вопросы. Не соблаговолите ли вы оказать чуточку доверия моей скромной персоне, мисс Уилсон? – с тёплой улыбкой произнёс мальчик, картинно присаживаясь в реверансе.
Кэти протяжно выдохнула: этот парень был самой большой занозой, которую ей приходилось встречать. Но, помедлив, она в очередной раз уступила его просьбе.
– Держись крепче, может немного потрясти! – предупредил Кэрол и произнёс новое заклинание. – Фи?лита Мотус!
Лепестки на квартограмме[12 - Квартограмма – от слова пентаграмма, quarto с лат. – четыре.] один за другим окрасились в разные цвета: красный, синий, зелёный, голубой, и стали закручиваться, словно лопасти вертолёта, приводя в движение галактическое вращение внутри кристалла. Скорость стремительно нарастала, усиливая воздушные потоки, постепенно переходящие в порывистый ветер, что утягивал волосы Кэти и Кэрола кверху и заставлял щуриться, словно они переместились в огромную аэротрубу и вот-вот взлетят. Однако вместо этого земля содрогнулась, и мощёная круглая площадка начала опускаться, утопая в глубине горного массива, до тех пор, пока совершенно не скрыла детей из виду, создавая над их головами проекцию того места, куда они направлялись.
Кэти крепко сдавила пальцы своего спутника, и в этот же момент разноцветная платформа резко катапультировала их прямо в потолок. В доли секунды девочка легла на пол, боясь превратиться в раздавленную лягушку, и увлекла за собой растерянного Кэрола. На площади Седого Филипа тотчас появилась распластанная друг на друге парочка.
Кэти ничком лежала на каменном полу, а долговязый Кэрол крестом растянулся по её хрупкой спине.
– Уф, – простонал мальчишка, хватаясь за голову, где норовила появиться немалая шишка, – как же больно.
Расплющенная грудная клетка Кэти издала еле слышные хриплые звуки:
– Может, ты для начала слезешь с меня, а потом мы вместе тебя пожалеем.
Кэрол словно ошпаренный взметнулся, смущённо отворачивая лицо, от слегка задранного сарафана девочки. Она еле-еле приподнялась на руках и села на одну ногу. Всё лицо у неё было покрыто песчаными разводами, словно мелкими морщинками, а взъерошенные волосы усыпала седая каменная пыль, заставляя юного волшебника разразиться гомерическим хохотом.
– А-ха-ха-ха, ну просто вылитая мадам Блюминг, – не унимался тот, невоспитанно тыча в неё пальцем.
– Как же ты мне надоел, – с досадой в голосе произнесла уставшая Кэти и оправила одежду.
– Не сердись, мне тоже несладко пришлось, – оправдывался мальчик, указывая на шишку на лбу, – кто бы мог подумать, что ты окажешься такой сильной.
И тут уже Кэти прыснула со смеху, разглядывая заслуженно посаженную шишку своего спутника и взлохмаченную длинную чёлку с незатейливым милым завитком на конце. Теперь они оба расхохотались, снимая возникшее напряжение и забывая о прошлых обидах.
В знак примирения Кэрол протянул девочке руку, поднимая её с пыльных колен. Немного отряхнувшись, они сняли велосипеды с подножки и отправились по слабо освещённой рассветным солнцем площади в сторону уже знакомого бара. А каждый новый шаг пробуждал в девочке её потерянную память.
Новый мир
Утром Кэти проснулась в хорошем расположении духа. Она сладко потянулась, открыла глаза и огляделась. Всё, что девочка помнила о завершении вчерашнего дня – это как Кэрол проводил её до дверей, и она, сняв с плеча рюкзак, бухнулась на кровать и тут же провалилась в сон.
Кэти лежала на белоснежной широкой постели с металлическим изголовьем, укрытая уже знакомой медвежьей шкурой, а над головой у неё парил балдахин из воздушного тюля, прикреплённый к стене на небольшом полукруглом карнизе. Из-под него выглядывал потолок, густо покрытый извёсткой, вдоль которого шли частые деревянные балки в цвет пола.
С двух сторон от кровати размещались тумбы с облезлой белой краской, обнажающей карамельную древесину. На них изящно позировали тройные бронзовые канделябры. Немного левее расположился пепельно-жемчужный трёхстворчатый шкаф с золотистым рисунком и овальным зеркалом в центре. Казалось, что каждая вещь, находящаяся здесь, была куплена с огромной любовью и пребывала в абсолютной гармонии с другими предметами. Даже стены, облицованные светло-бежевыми и серыми камнями, идеально вписывались в общую гамму, как и каминная композиция в углу, завершающая уютную атмосферу комнаты.
Девочка села на край кровати, сладко потянулась и, вдохнув полной грудью воздух своей новой спальни, ощутила приятный сладковатый аромат, от которого, словно от горячего чая, стало внезапно тепло в животе. Она встала ногами на полоску света, что исходила от окна, разрезая комнату на две части, в предвкушении согревающего тепла, но пол оказался на удивление прохладным. Тогда Кэти подошла поближе и, отодвинув плотную штору цвета слоновой кости, изумилась увиденному. За круглым окном плескалось настоящее море, обласканное солнечными лучами, отчего создавалось странное ощущение, словно она находилась в каюте подводного судна, ненадолго всплывшего на поверхность.
Этот вид настолько её взбудоражил, что девочка весело закружилась вдоль письменного стола из светлого бука. Обогнув деревянный стул, стоявший напротив, она запнулась о чугунный замок без единого отверстия, висевший на пыльном светло-сером сундуке с увесистыми ручками и живописным цветочным орнаментом по краям. На его полукруглой крышке лежала красивая ажурная салфетка, из-под которой виднелся рисунок, обрамленный множеством изящных завитушек.
Кэти аккуратно подняла кружевную накидку и с любопытством разглядела открывшееся изображение – это был герб ромбической формы, разделённый на четыре равные части, в каждой из которой читались очертания животных. Сверху важно задрал голову волк с густой мохнатой шевелюрой под стать льву, а снизу покоился змей с узеньким ниспадающими усами, небольшой бородкой и густой гривой вдоль длиннющего тела – он показался девочке очень знакомым. Слева направо навстречу друг другу стремились летящая птица с широкими крыльями и величественный олень с огромными ветвистыми рогами.
Присев на колени, Кэти провела по крышке рукой и нащупала в центре рисунка небольшое круглое углубление с гравировкой «МW»: она была написана изящным почерком в технике зеркального отражения. Девочка на мгновение задумалась о том, чей это сундук и что могло в нём лежать, но внезапно, словно ударенная током, вскочила и выбежала из комнаты. Оказавшись в очень узком коридоре с бледным освещением, она взмыла по лестнице и чуть не сбила с ног Кэрола, который появился в дверном проёме.
– Где она? – выпалила Кэти.
Кэрол с недоумением смотрел в её беспокойные глаза, не понимая о чём речь.
– Где Маркиза? – продолжала Кэти с тревогой в голосе: после вчерашнего падения девочка совершенно забыла о кошке.
– Уф, – выдохнул мальчик, обмякнув всем телом, – зачем так пугать-то? Всё с ней хорошо. Лежит себе на подоконнике. Фред ей даже перину подстелил.
Кэти выбежала из-за барной стойки и, увидев свою пушистую подружку, тут же схватила её в крепкие объятия и зарылась носом в белоснежную меховую шубку.
– О-хо-хо, – по-новогоднему прозвучало за спиной девочки, – а вот и наша гостья.
Кэти обернулась. Перед ней, источая благодушие, стоял высокий круглолицый мужчина.
– Я снова рад тебя видеть, Кэти, – расплылся он в доброй улыбке. – Погоди минутку, сейчас я принесу завтрак, и мы немного поболтаем, прежде чем вы отправитесь в город.
Девочка озадаченно подняла брови и посмотрела на Кэрола. Тот как ни в чём не бывало потягивался, закинув руки за голову, а напоследок очень широко зевнул в её сторону. В ответ на это Кэти лишь недовольно закатила глаза и отвернулась. Жить с мальчиками под одной крышей ей раньше не приходилось, но с самой первой их встречи она не понимала, как можно быть настолько невоспитанным созданием. Несмотря на лёгкое пренебрежение, глаза девочки продолжали с любопытством следить за Кэролом, который, протерев сонные веки, отчего они изрядно раскраснелись, скрылся в дверях, ведущих к спальням.
«Куда это он?» – Кэти вопросительно поглядела на кошку, которая тут же вырвалась из рук, и пробежала за мальчиком.
Тут же из-за бордовых штор вынырнула плотная фигура Фреда, в руках у которого лежал тёмно-малиновый поднос с небольшими деревянными тарелками, чашками и ложками, стеклянным кофейником с широкой дубовой крышкой и мясистым вишнёвым пирогом, густо залитым молочной глазурью. От одного аромата у Кэти заурчало в животе, что не могло не развеселить мужчину, и он в один миг расставил принесённое перед своей изрядно проголодавшийся гостьей.
– Овсянка с персиками, – с удовольствием протянул повар, – вишнёвый десерт и мой фирменный чай с лепестками из мальвы! Бон Апети!
Услышав о напитке, Алтея, что стояла в центре стола, задрожала и схлопнулась в плотный бутон.
– Ну чего ты так боишься? – с усмешкой произнёс мужчина, обращаясь к цветку. – Будто новые не отрастут.
Но мальва только сильнее съёжилась и спрятала головку за зелёной листвой.
– Как же они не любят, когда их стригут, – заворчал Фред, заговорив с Кэти, которая жадно поглощала принесённое, – вижу, путешествие у вас выдалось славное.
– Не то слофо, мифтев Олдвмэн, то есть Фред. Пвостите, – с набитым ртом вещала девочка.
– А я было начал за вас переживать. Кэрол обещал – одна нога тут, другая там, а сам вернулся под утро. Не должен был я идти у него на поводу. Он слишком юн для таких заданий. Эх, надо было самому, – вздохнул мужчина и повесил голову.
– Да что вы, – разгорячилась девочка, выплёвывая на стол крошки, – пвостите. Я хотела сказать, что Кэрол меня уже дважды спас!
– Вот оно как? – Фред задумчиво провёл рукой по свежевыбритому лицу, сверкнув серебристым кольцом с камнем землисто-зелёного цвета. – А мне он совсем ничего не рассказывает.
Двери бара широко распахнулись, прерывая утреннюю идиллию, и по полу раздался громкий звук каблуков, принадлежавших невысокой полной женщине с моложавым лицом, раскосыми глазами и довольно широким носом, похожим на птичий клюв. В ушах у неё прыгали длинные серьги из чёрного камня, доходившие прямо до плеч, голову с высоким начёсом и тугим пучком сбоку покрывал тёмно-синий капюшон из плотного кружева. Он крепился к длинной ажурной мантии, доходившей до самых пят, из-под которой виднелись рукава и пышный подол тёмного платья с ненавязчивым узором.
– Как вы это прикажете понимать, профессор Олдмен? – сердитая дама бросила газету прямо на стол, и та чуть не угодила в сливочную глазурь пирога.
Фред поднял газету, на главной странице которой была огромная надпись: «Инопланетное вторжение или таинственное похищение детей». Ниже располагались фотографии происшествия, среди которых был снимок взъерошенной Виктории в окружении сов. Кэти еле сдержала смех и сделала вид, будто поперхнулась пирогом, получив от только что вошедшей женщины укоризненный взгляд.
– Вы хоть понимаете, чем это может нам грозить? Год назад мы чудом избежали закрытия академии! А что теперь? Что если эМКОРП узнает о нашем безответственном поведении? – начала было хвататься за голову дама.
– Но с чего…? – округлил глаза обвиняемый.
– Ох, так я и думала, что вы опять поставите свою старую пластинку. Я слишком хорошо вас знаю, профессор! Уберегите меня от этого вранья и прочих выкрутасов. Вот! – ткнула она в одну из фотографий. – Тогда скажите мне, любезный, что это за голубой отсвет в небе? Только вы могли позволить своему племяннику бездумно гулять где попало, вместо того чтобы заставлять его заниматься уроками! Но это уже переходит все границы! Немедленно позовите его!
Фред, словно провинившийся мальчишка, послушно достал из-за пояса крохотное перо с перламутровыми бородками, молча начертил что-то на руке, сложил обе ладони вместе и сразу же развёл их в стороны. Бумажная бабочка вырвалась на свободу и пролетела прямо сквозь невидимые двери, ведущие к спальням. От этого жеста сердитая дама лишь раздражённо хмыкнула и, отвернувшись, уставилась своими огромными бледно-синими глазами в окно. Через минуту по полу зашуршали кожаные подошвы тёмно-коричневых тапок, и перед ними, потирая глаза, появился заспанный Кэрол.
– Здрасьте, Мисс Бизе. Как поживаете?
От такой возмутительной фамильярности женщина, кажется, потеряла дар речи, но собравшись и недовольно сощурившись, вручила газету мальчику.
– Мистер Блэтчер, – деловито начала дама, – потрудитесь, пожалуйста, объяснить сие происшествие.
Кэрол развернул газету и, наткнувшись на фото растрёпанной Виктории, прыснул со смеху:
– Отлично получилось!
Кэти подёрнула губами, изо всех сил сдерживая улыбку.
– Прекратите паясничать, молодой человек, – отчеканила, дама, пытаясь вразумить невежественного студента. – Здесь вам ни какая-нибудь школа. Вы учитесь в престижной академии, где получаете высшее магическое образование. За такие выходки вам грозит исключение!
– Но я здесь ни при чём, они сами виноваты, – оговорился Кэрол, вспоминая случай на озере. – Я всего лишь защищал честь дамы.
– Вы только поглядите какой джентльмен. Так вот учтите, молодой человек, я немедленно подаю приказ о вашем отстранении от учебной деятельности на полгода! И если вы как следует не подготовитесь к сдаче зимних экзаменов, пеняйте на себя!
Все трое застыли от услышанного, не находя что сказать, и только Кэти скорее опомнилась и вступилась за Кэрола:
– Не нужно, прошу вас, мадам. Это моя вина.
Мисс Бизе посмотрела на девочку недоумевающе, словно впервые услышала к себе подобное обращение.
– Это я сделала. Сама не понимаю, как так вышло, – она повинно протянула руки незнакомке, словно ждала, будто на неё наденут наручники.
Фред наконец-то выйдя из оцепенения, поднялся на ноги и тихонько шепнул Мисс Бизе, которая непонимающие хлопала округлившимися глазами.
– Очень способная девочка, хотим взять её на первый курс.
– Хм, – недовольная дама одёрнула пелерину своего длинного плаща, и без того безупречно лежавшую, – вам бы следовало объяснять новым студентам правила заблаговременно.
– У нас возникли некоторые сложности, – начал было Фред, но, завидев раздувающиеся ноздри своей гостьи, осёкся, – но мы будем прилагать все усилия, мисс Бизе, – учтиво продолжил мужчина, подмигивая девочке.
– Это последнее предупреждение, профессор. Не забывайте о своём статусе и несите его с честью! – женщина сию же секунду развернулась на тоненьких каблучках и незамедлительно удалилась.
– Ох уж эта Каролина, ей самой впору работать в эМКОРП, а не быть заведующей академии, – Фред устало присел и положил подбородок в пухлую ладонь, – ну, что мне с тобой делать, Кэрол? Видно, не способен я быть достойным родителем и нести этот статус с честью, – спародировал ушедшую гостью расстроенный профессор.
– Да ладно тебе, Фред, – утешал его изрядно развеселившийся мальчик и выпустил из рук газету, – ты самый лучший дядя, о котором я только мог мечтать! Если бы ты не нашёл меня, я бы просто не выжил в этом адовом Бульценхёлле с его жуткой управительницей миссис Шварц. Мисс Бизе по сравнению с ней – божий одуванчик.
– Послушай Кэрол, – уже серьёзно заговорил мужчина, – я и сам очень рад твоему появлению, но пойми, если ты не прекратишь баловаться с магией везде, где ни попадя, это может очень плохо закончиться для нас обоих.
– Но я же просто хотел тебе помочь, – жалобно простонал мальчишка.
– Да, да, я знаю. Но ты сам всё слышал. Тебе нужно вести себя посерьёзнее и больше никаких вылазок в мир обычных людей до тех пор, пока не закончишь академию.
– Но Фред… – умоляюще начал Кэрол.
– Нет, – строго оборвал его профессор, – иначе нам обоим придётся несладко.
Радостную улыбку на лице мальчика сменила унылая гримаса. Он схватил со стола кусок остывшего пирога и стеклянный кофейник, где ароматно плескался чай с лепестками мальвы, и лениво побрёл обратно в спальню. Кэти грустно посмотрела ему вслед, затем перевела виноватый взгляд на мужчину.
– Простите меня, Фред, мне не стоило…
– Ничего страшного, – перебил её мужчина, – я сам виноват, что поддался на уговоры Кэрола. В детстве мне казалось, отец меня не любит, поэтому я не хотел быть таким же строгим, как он. Думал, если буду давать Кэролу чуть больше свободы, мальчик скорее возьмётся за ум, и мы сможем заложить неплохой фундамент для крепкой дружбы. Но теперь я понимаю, что это слишком опасно, а он слишком мал для таких дел, хоть и мнит себя шибко взрослым.
